Кап, кап…
Жидкость несколько раз упала на щеку.
В нос Баю Юйцзэ ударил неприятный, резкий запах крови. Он невольно нахмурился и медленно открыл глаза.
Это была граница между миром демонов и миром совершенствующихся, место, где бушевала война.
Неподалеку от Бая Юйцзэ в землю был вонзен меч. Его рукоять крепко сжимала бледная, изящная рука с отчетливо выступающими костяшками пальцев.
На земле разметались спутанные рыжие волосы. Перед глазами предстал Сюй Чэнь, чье лицо выражало крайнюю степень усталости и изнеможения.
Его черты лица, и без того прекрасные, стали еще выразительнее, но теперь на лбу Сюй Чэня алела точка, нанесенная киноварью, а длинные волосы превратились в ослепительно-красные.
Его роскошные крылья за спиной были пронзены черным с фиолетовым отливом клинком.
Именно с них на щеку Бая Юйцзэ и капала кровь.
— Сюй Чэнь… — хрипло выдохнул Бай Юйцзэ.
При виде такого состояния Сюй Чэня ему показалось, будто острый нож вонзился прямо в сердце.
Очень больно.
Хотя ран не было.
Почему же тогда так больно?
Увидев, что Бай Юйцзэ очнулся, Сюй Чэнь слегка приподнял уголки губ и что-то произнес. Однако Бай Юйцзэ не понял ни слова. Закончив говорить, Сюй Чэнь, с необычайной решимостью в золотистых глазах, поднялся и направился в противоположную сторону.
Бай Юйцзэ понял, что тот идет прямиком к границе земель демонов.
Ошеломленный, он широко распахнул глаза и поспешно вскочил, бросившись следом.
— Безумие! Вернись!
***
Бай Юйцзэ резко сел на кровати и лишь спустя мгновение осознал, где находится.
В общежитии Лу И и Шэнь Бэйчэн не сводили с него глаз.
— Доброе утро, брат Бай, — поздоровался Лу И.
— Доброе, — ответил Бай Юйцзэ.
Если посчитать, яд цветка Кунъюань должен был выветриться через год. Но для тех, кто был отравлен так сильно, как он, требовалось больше десяти лет, чтобы остатки яда постепенно исчезли. Конечно, пятьсот лет, проведенные в ледяном сне, в счет не шли.
В последнее время его скорость совершенствования заметно возросла — даже если он не практиковался пару недель, прогресс был налицо. Похоже, это был признак восстановления.
Грохот!
Из кухонного уголка в общежитии внезапно донесся взрыв, и в дверях показалось облако черного дыма. Все трое тут же перевели взгляды на кухню.
Из тумана вышел Бай Чу, держа в руках огромную кастрюлю с чем-то черным и вязким.
Лу И указал на эту субстанцию и неуверенно спросил:
— Это… наш сегодняшний завтрак?
Бай Чу кивнул и, заметив выражение лиц товарищей, с недоумением поинтересовался:
— Что-то не так?
— Да нет, ничего, просто интересно, какие ингредиенты ты добавил в эту кашу?
Не успел Лу И договорить, как у Бай Чу в кармане зазвонил телефон. Он достал аппарат и ответил:
— Брат, куда ты дел столетние духовные травы, пятидесятилетние духовные яйца и пятисотлетнюю духовную курицу из нашего сада? Они же предназначались для сегодняшнего завтрака! — раздался на том конце провода взволнованный голос Бай Сяоцзю.
Услышав состав блюда, Лу И и Шэнь Бэйчэн едва не лишились чувств. Но когда они услышали ответ, им стало совсем дурно:
— Я сварил из них кашу. Как раз хватит на четверых. Будешь?
Ничего себе. Ладно травы и яйца, но сварить в каше пятисотлетнюю курицу — это уже чересчур. Даже такой богач, как Шэнь Бэйчэн, счел это верхом расточительства.
Бай Сяоцзю, услышав такое, чуть не скрипнула зубами:
— Какая еще каша! Ты вообще готовить умеешь? Жди, я сейчас приду!
Бай Сяоцзю сердито бросила трубку и топнула ногой. Эти ингредиенты предназначались для подарка ее другому отцу, Баю Юйцзэ, при первой встрече. В конце концов, столовая секты в выходные закрыта, а сегодня как раз суббота. В общежитии была кухня, так что голодать студентам не грозило. Но теперь всё пропало — брат всё извел. Хотя ей было не жалко продуктов, она прекрасно знала о кулинарных способностях Бай Чу. Его стряпню даже собаки отказывались есть.
— Сяоцзю, куда делись ингредиенты из сада? — раздался у двери голос Сюй Чэня.
Увидев его, Бай Сяоцзю тут же начала жаловаться:
— Папа, брат забрал всё, чтобы сварить кашу для отца Бая.
— Что? — Сюй Чэнь сразу представил себе эту кашу. — Всё пропало, эту бурду точно есть нельзя. — Он был прекрасно осведомлен о катастрофических способностях Бай Чу на кухне. — Ладно, у меня в сумке есть еще продукты, я сам сварю кашу.
Он уже собрался войти на кухню.
— Постой, папа.
Сюй Чэнь обернулся:
— М?
— Давай лучше я приготовлю, — предложила Бай Сяоцзю.
Шутки в сторону, ее отец Сюй Чэнь тоже мог взорвать кухню, а его еда была способна отравить собаку. Если позволить ему варить кашу, все четверо в общежитии точно окажутся в нокауте.
— Хорошо, как приготовишь — принеси, мы вместе перенесемся туда.
В кулинарном таланте Бай Сяоцзю Сюй Чэнь был уверен.
***
В общежитии Бай Чу попросил всех подождать — Сяоцзю скоро будет.
— Моя каша ведь нормальная, верно? — спросил он.
Лу И тем временем призвал с помощью талисмана большую желтую собаку и пододвинул к ней миску с черным варевом. Пес понюхал кашу и брезгливо отвернулся, отказываясь есть.
Лу И посмотрел на Бай Чу:
— Ну вот, видишь? Даже собака нос воротит.
Затем он наклеил на пса талисман и отправил его обратно.
Бай Юйцзэ молчал. У него возникло странное чувство дежавю.
Вдруг в воздухе проступили светящиеся символы талисмана, и перед ними возникла Бай Сяоцзю.
— Я сварила кашу, вот, поставила здесь.
— Хорошо, спасибо, — улыбнулся Лу И.
Бай Сяоцзю поставила кашу на стол и перед уходом сказала брату:
— Брат, только постарайся не взорвать кухню, ладно?
После этого она использовала еще один талисман и исчезла.
Лу И посмотрел на то место, где она только что была, и неуверенно спросил:
— Если я не ошибаюсь, Сяоцзю — алхимик?
— Не ошибаешься, — ответил Бай Чу.
— Тогда откуда у нее телепортационный талисман пятого ранга высокого качества?
Будучи сам мастером талисманов, он прекрасно знал, насколько дороги высокоранговые и качественные свитки.
— Наш отец — мастер талисманов, — пояснил Бай Чу.
Лу И и Шэнь Бэйчэн наконец поняли: эти брат и сестра, скорее всего, дети какого-то великого мастера. Чем выше ранг талисмана, тем сложнее добиться высокого качества; даже пятиранговые талисманы обычно получаются среднего качества, а высокого — крайне редко.
Лишь Бай Юйцзэ ничуть не удивился. Хотя Сюй Чэнь специализировался на искусстве меча, он обладал несомненным талантом в создании талисманов. В его воспоминаниях пятнадцатилетний Сюй Чэнь уже умел рисовать множество талисманов пятого ранга среднего и высокого качества. Можно сказать, у него был невероятный дар в этой области.
***
Выходные пролетели быстро, и наступил понедельник — день отправления в тайное царство.
В этот день на плацу собрались все первокурсники.
— О, глядите, пришел самый слабый в классе, — проговорил неприятный, тучный парень, указывая на Бая Юйцзэ, и его компания дружно рассмеялась.
Лу И, услышав это, поспешил вступиться за друга:
— Ши Банчжи, я же сказал, брат Бай вовсе не слабак!
Лу И знал, что во время отбора в секту Бай Юйцзэ проиграл намеренно. Но почему его приняли в школу Сюаньлин в обход правил, оставалось загадкой. Эти люди просто не могли смириться с тем, что Бая Юйцзэ зачислили по спецквоте, и считали его самой легкой мишенью в школе.
Шэнь Бэйчэн бросил на них холодный взгляд и похлопал Лу И по плечу:
— Не горячись, он сам не спешит.
И правда, Бай Юйцзэ лишь мельком взглянул на них и отвел глаза. Ему было плевать на сплетни — в прошлом он привык и не к такому. К тому же, прожив более трех тысяч лет, он не собирался опускаться до споров с подростками.
http://bllate.org/book/36013/4462894
Готово:
