Готовый перевод The CEO Fell for My Domineering Self / Мой босс — мой надзиратель: Игра на выживание в офисе: Глава 5

— Спасибо, дядя. Передавайте тете, чтобы тоже берегла здоровье.

С виду — сама почтительность, а на деле — сущий лицемер в овечьей шкуре.

Обойдя Инь Сянши, Инь Чэн с сияющим видом беззвучно пошевелил губами: «На сегодня битва заклинаний окончена, до завтра, в то же время побудем в гневе ~»

Чу Цзыю беззвучно парировал: «Наивный, прощай».

Только дойдя до лифта, он вспомнил свою куриную память: Линь Юй так и не вернул зарядник.

Инь Чэн торопливо вернулся в коридор и издалека увидел, что дверь приемной президента приоткрыта наполовину.

Чу Цзыю вовсе не занимался делами — он одиноко сидел на гостевом диване, отгороженный от внешнего мира. Перед ним простиралось гигантское панорамное окно, в котором тусклым теплым оранжевым светом мерцали огни бесчисленных ночных домов, то приближаясь, то удаляясь.

Инь Чэн сделал шаг вперед, но тут же отдернул ногу.

Глядя на одинокую спину Чу Цзыю, он беззвучно, шаг за шагом, отступил назад и скрылся.

Поужинав, в привычное время следовало бы наступить часу всеобщего веселья, но Инь Чэн устал так, что ног не чуял, поэтому дома сразу рухнул в постель и заснул мертвым сном.

Мэн Шуюань тихо прикрыла дверь спальни и переглянулась с ждавшим снаружи Инь Сянши:

— Тотау, кажется, расстроен?

— За ужином еще всё было хорошо, — Инь Сянши сжал руку Мэн Шуюань. — Наверное, просто устал, пойдем, не будем ему мешать.

Сын вышел на работу в первый же день и проявил такую дисциплинированность.

Если бы не страх помешать работе Чу Цзыю, Инь Сянши непременно позвонил бы ему, чтобы перенять опыт.

Легши рано, Инь Чэн проснулся уже в пять утра.

Раньше, проспав тринадцать-четырнадцать часов, он вставал с чугунной головой, а теперь, поспав положенные десять часов, чувствовал себя бодрым и полным сил.

Ночная тьма за окном сгустилась, а он свернулся калачиком в теплом одеяле и уткнулся в телефон.

Кто-то в чате еще не спал и только что выложил видео ночного перекуса.

Выйдя из чата, Инь Чэн решил помучить Чу Цзыю и отправил ему три стикера подряд с надписью: вставай писать.

Вчера в полдень, как только пари было заключено, они обменялись контактами.

На аватарке у Чу Цзыю зияла кромешная тьма, а в кругу друзей не было ни единой записи.

У Инь Чэня же, напротив, лента пестрела так, будто на носу был годовой отчет компании.

Тут тебе и пейзажные фото из заграничных поездок, и тарелочки с измельченным чесноком и кунжутным маслом для хого, и целые горы жетонов из игровых автоматов, и забавные снимки с Мэн Шуюань и Инь Сянши, и кадры, как он составляет компанию Мэн Шуюань во время похода по магазинам за сладостями, и то, как он дежурит на кухне в ожидании фирмóвых блюд от тети, и сценки, где он капризничает со всеми четырьмя стариками, и даже то, как он заснул на плече у Тан Цань...

Листать — не перелистать, до самого низа за полчаса не доберешься.

Чу Цзыю вышел из тренажерного зала, откинул со лба влажные от потá пряди и прокрутил ленту вверх, чтобы посмотреть самую свежую запись Инь Чэня.

Подпись гласила: Не поработаешь на совесть — завтра едешь в деревню лущить кукурузу~

На картинке красовался знаменитый персонаж аниме, раскинувший руки: Что ж, давайте начнем игру.

Столько дури и энергии в одном человеке...

Чу Цзыю внезапно усмехнулся и направился в душевую.

Рассвело. Инь Чэн принялся бродить по всему особняку: сначала заглянул на кухню: Тетя, я хочу лапшу с говядиной, — а затем поднялся наверх и постучал в дверь спальни Инь Сянши, зычным голосом прокричав:

— Хватит соревноваться во всем подряд, хочешь меряться — меряйся, кто раньше встает!

Вскоре Инь Сянши вышел в пижаме и приглушенно прикрикнул:

— Мама твоя спит, чего шумишь?

— На свете четырнадцать миллиардов китайцев, но с добрым утром я приветствую только тебя, папа. Неблагодарный ты человек.

Из глубины комнаты донесся голос Мэн Шуюань:

— Тотау, заходи.

Хоть вымахал такой здоровый, Инь Чэн все еще вел себя как в детстве: с улыбкой присел на корточки у кровати Мэн Шуюань и спросил:

— Я сегодня хорошо себя вел?

Немного поластившись, словно щенок, он спустился вниз позавтракать.

— Папа, — Инь Чэн опрокинул стакан апельсинового сока, — знаешь, что я сейчас чувствую? Точь-в-точь принцессу, которую отправляют на далекую границу для заключения союза с варварами: домой разрешают возвращаться лишь раз в день.

— Хватит валять дурака, — покосился на него Инь Сянши. — Смотри не опоздай.

— Даже справедливость может опоздать, почему же мне нельзя опоздать на работу?

Время раннее, лифт не переполнен. Инь Чэн, цепляя пальцем ключи от машины, поднялся на этаж президента.

В приемной только включили отопление, и оттого там было зябко. Инь Чэн чинно уселся на трон стража Дхармы и погрузился в глубокие размышления.

Какую бы пакость сегодня устроить?

В девять часов и одну минуту — надо же, Чу Цзыю снова опоздал, но дверь отворилась и вошел вовсе не он, а Линь Юй.

Линь Юй произнес:

— Помощник Инь, президент Чу просит вас пройти в кабинет А1 на третьем этаже на совещание.

— Я? — Инь Чэн ткнул в себя пальцем. — Ты меня имеешь в виду?

Разве то, что меня зовут на столь серьезное мероприятие, не означает, что мне дают шанс?

— Да, — Линь Юй кивнул и замер у двери, не сходя с места.

Инь Чэн не собирался усложнять жизнь Линь Юю: ну ладно-ладна, какой же интриган этот Чу Цзыю.

Спустившись на третий этаж, он увидел, что по обе стороны длинного арочного стола в переговорной сильным потоком уселось множество людей, а Чу Цзыю, в расстегнутом пиджаке, сидел на самом дальнем конце.

Заметив его появление, тот бесстрастно бросил:

— Подойди сюда.

Под всеобщими взглядами Инь Чэн приблизился к Чу Цзыю и опустился на единственное свободное кресло на колесиках.

Странно, но Чу Цзыю никак не представил его присутствующим.

Прежде чем Инь Чэн успел выкинуть какую-нибудь дурь, совещание началось.

Инь Чэн еще младенцем бывал на всяких совещаниях на руках у Инь Сянши, а научившись ходить, неизменно прогуливал их. Теперь же Чу Цзыю положил руку на подлокотник его кресла и крутил в пальцах перьевую ручку, так что отъехать назад не представлялось никакой возможности.

На экране лениво мерцал свет проектора, прокручивая таблицы с планами проектов.

Чу Цзыю отдал приказ:

— Начинаем.

Молодой человек в очках по имени Ван Чи, начальник отдела управления рисками, прямо заявил:

— Хотя в Лхасе на долю солнца в среднем приходится по восемь-десять часов в день, там суровые условия и сильные песчаные бури. Затраты на обслуживание солнечных панелей высоки, а требуемого вспомогательного персонала на последующих этапах понадобится вдвое больше, чем для любого другого проекта. Меньше чем за год уровень поломок превысил двадцать процентов, и всесторонний анализ доказывает, что этот проект не пригоден для запуска в производство.

Глава отдела исследований и разработок — очень молодая женщина по имени Чжан Цинь — пролистывала слайды презентации:

— Наши новые разработанные теплоулавливающие панели с защитой от песка и ветра прошли повторные внутренние испытания. Они способны выдержать ветер восьмого балла и пыльную бурю средней интенсивности, чего вполне достаточно, чтобы снизить уровень поломок до пяти процентов.

Кто-то тут же возразил:

— Разрыв между теорией и реальностью слишком велик, а тамошний климат...

— Не зря Лхасу называют Солнечным городом, вы не можете замалчивать коэффициент преобразующей способности электроэнергии.

— Но нет сбыта, это же всем известно.

— На первом этапе проекта мы предоставили техническую поддержку, правительство осталось чрезвычайно довольно, да и ситуация с электроснабжением местных жителей улучшилась.

— Данные без полевых исследований — не более чем воздушные замки.

— Во всем Юго-Западном регионе, кроме нас, нет ни одной компании, способной потянуть этот проект.

Присутствующие тотчас заспорили...

Прежде Инь Чэн присутствовал на совещаниях отца, и те казались ему сухими и бесконечно долгими. Кто бы мог подумать, что в компании Чу Цзыю такая оживленная обстановка и можно даже посмотреть на перепалку.

Отдел разработок и отдел управления рисками сцепились по поводу последующего обслуживания, а поскольку для него требовались финансовый отдел и отдел техподдержки, те тоже оказались втянуты в перепалку. Слово за слово — зрелище выдалось на редкость занятное.

Каждый отстаивал свое мнение, в конце концов, ради всеобщего блага компании. Чу Цзыю легко кашлянул, и в помещении снова воцарилась тишина.

Как бы они ни спорили, все ждали его слова.

Два часа спустя, когда совещание подошло к концу и они вернулись в приемную президента, Чу Цзыю спросил:

— Что ты думаешь по поводу только что услышанного?

Инь Чэн подпер подбородок рукой:

— Кто здесь начальник, я или ты?

— Наивный, забыл про послушание?

— Ладно уж, — Инь Чэн поджал губы. — Чей спор победил, того и слушать, утверждайте проект да и всё.

Раздался телефонный звонок, и Чу Цзыю сбросил вызов на беззвучный режим:

— Твой отец принимает решения точно так же?

— Если хочешь знать ответ, тебе следовало спросить у него самого, а не у его никчемного сына.

— Послушай, наивный, — Чу Цзыю постучал пальцами по столу. — Если бы компания твоей семьи задумала выпустить новый напиток, процедура согласования оказалась бы куда запутаннее того, что ты видел сегодня на совещании. Споры между отделом разработок и отделом рисков ведутся ради общих интересов фирмы, а вот в вашей компании спорят акционеры — и куда вероятнее, что ради личной выгоды.

— И пусть у этих акционеров акций куда меньше, чем у твоего отца, но под их началом находится производство сухих молочных продуктов — одно из ключевых направлений вашего бизнеса. Когда твой отец отойдет от дел и на совещании кто-то потребует перенаправить ресурсы компании на его молочную сферу, как ты поступишь?

Инь Чэн никогда прежде не задумывался о подобных вещах и, нахмурившись, произнес:

— Дядя Чжао очень хороший человек.

— ...А можешь ли ты поручиться, что его сын такой же хороший?

Чжао Сюй — круглый дурак и развратник, скупающий машины и часы и увивающийся за звездами. Он всего на три года старше Инь Чэня, но у него уже двое внебрачных детей...

— До компании ему дела еще меньше, чем мне, — Инь Чэн развел руками. — Он помешан на бабах.

— ...А ты на чем помешан?

— На еде, питье и развлечениях~

Воистину, на каждого мастера найдется свой дурак.

Чу Цзыю молча отпил кофе. От напитка повеяло ароматом жженого зерна, и Инь Чэн скомандовал:

— Президент Чу, пойди завари мне чашечку.

Чу Цзыю взял его кружку и прямо в нее плеснул половину своего кофе.

Инь Чэн закатил глаза: зная, что Чу Цзыю еще не притронулся к нему, он без всякого брезгливости сделал маленький глоток.

Чу Цзыю продолжил:

— Тебе необходимо научиться разбираться в подобных делах. На профессиональном языке это называется SWOT-анализ.

— Вот черт... — Инь Чэн выплюнул кофе обратно в чашку. — Ты что, вообще без сахара его пьешь?

— А теперь вернись мыслями к только что разобранному вопросу: как поступил бы ты, будь ты управленцем?

— Я хочу поиграть в телефон.

— Нельзя играть.

— Послушай, почему ты такой серьезный? — Инь Чэн никак не мог взять в толк, с чего бы это двум совершенно чужим людям — один из которых питает к другому столь пристальное внимание — в лепешку расшибаться, пытаясь вытравить из него дурь. — Отец точно не спасал тебе жизнь в прошлом? Ты и так вечно занят, вон телефон уже два раза сбрасывал, с какой стати тебе кровь из носу учить меня уму-разуму?

Кофе, зажатый у самых губ, источал тонкие струйки пара, размывавшие черты лица Чу Цзыю.

Инь Сянши вручил ему этого недорогие сокровища с полнейшим доверием. Если он хочет прибрать всё к рукам, то обязан предъявить результаты в доказательство того, что у него нет иных замыслов.

Нельзя выказывать пристрастие, иначе путь окажется еще более тернистым.

Почти с полминуты помолчав, Чу Цзыю небрежно усмехнулся:

— Чтобы было перед твоим отцом за что отчитываться.

— Ой, брось, — усмехнулся в ответ Инь Чэн. — Я же знаю твои грязные мыслишки.

Чу Цзыю заинтересовался, и в его глазах вспыхнул огонек:

— Какие же?

— Мужской дух соперничества, вестимо! — Инь Чэн продемонстрировал тощие руки. — Настоящие мужчины сражаются!

— ...

Ты ему про Ивана, а он про болвана. Ладно, проехали.

— А теперь ступай с Линь Юем знакомиться с отделами, вернешься — я жду твой отчет.

http://bllate.org/book/36011/4462824