Сяо Мо слушал его, а затем медленно прижал ладонь к ссадине в уголке его губ и с силой надавил:
— Мне кажется, у тебя даже если небо рухнет, язык не замолчит. Вернемся — я с тобой еще разберусь.
Когда они сели в машину, Цзи Тинъюнь, едва сдерживая торжествующий блеск в глазах, нетерпеливо произнес:
— Брат, ты же знаешь, где я живу.
Цзи Фосюй, кривясь от боли, смотрел прямо перед собой. Рука у этого старого хрыча оказалась тяжелой.
— Можешь больше не притворяться и не называть меня братом. Я больше не принадлежу семье Цзи. Твое желание исполнилось, Цзи Тинъюнь.
На лице Цзи Тинъюня промелькнул восторг, но, заметив, что Сяо Мо все еще здесь, он постарался придать лицу участливое выражение:
— Брат, ты поссорился с отцом? Отец не станет на тебя сердиться. Просто попроси у него прощения, и он обязательно тебя простит.
Цзи Фосюй лишь насмешливо хмыкнул, не желая спорить. Вскоре машина резко затормозила.
— Приехали, выходи.
Цзи Тинъюнь от неожиданности ударился головой о подголовник.
— Цзи Фосюй, ты!
— Мы дома, Цзи Тинъюнь. В следующий раз, садясь в машину, не забывай пристегиваться. Видишь, у старого хрыча всё в порядке!
Цзи Тинъюнь перевел взгляд на свой непристегнутый ремень. Он был в ярости, но ругаться было нельзя, поэтому он лишь топнул ногой и убежал.
— Тин Юнь, в следующий раз обязательно пристегивайся. С манерой вождения Фосюя всё в порядке, кхе-кхе… — крикнул ему вслед Сяо Мо.
Цзи Фосюй чувствовал одновременно гнев и бессилие. В следующий раз?
По дороге домой Сяо Мо, борясь с накатывающей сонливостью, спросил:
— Где ты был весь день? С кем подрался?
Цзи Фосюй молчал, но со спины внезапно донеслось несколько сухих кашлей.
— Еще не видел никого, кто бы так же дерзил начальству, как ты. Сегодня мне удалось это увидеть, кхе-кхе.
Цзи Фосюй открыл рот, не зная, что ответить, но голос сзади продолжил:
— Ладно, не хочешь говорить — не надо. Вернемся, я намажу тебе лицо мазью, кхе-кхе, кхе-кхе.
Со мной всё в порядке, лучше бы о себе позаботился. Ушел на весь день, а вернулся с таким кашлем. Неужели тебе было настолько весело с ним? Настолько весело, что ты не хотел возвращаться, предпочитая мерзнуть и простужаться?
Если ты действительно свяжешь с ним свою жизнь, как я смогу быть спокоен? Он такой ветреный и совершенно не умеет заботиться о тебе. Что ты будешь делать?
Нет, нельзя допустить, чтобы вы были вместе. Для человека вроде Цзи Тинъюня односторонняя преданность — лишь повод для радости, он не уделит тебе ни капли искреннего внимания.
А когда ты станешь бесполезен, он без малейшего сожаления вышвырнет тебя прочь. Он эгоистичный и расчетливый человек, как он может по-настоящему ответить на твои чувства?
Поэтому, старый хрыч, я не позволю вам быть вместе. Он не достоин того, чтобы обладать таким человеком, как ты. Что же до меня… я не смею на это надеяться.
Аккуратно перенеся его в комнату и уложив в кровать, Цзи Фосюй укрыл его одеялом и направился в ванную. Он набрал горячей воды, проверил температуру и помог ему пройти внутрь. В ванной специально стоял стул, чтобы тому было удобнее умываться и мыться.
Сяо Мо больше не было так холодно, но кашель не унимался. Заметив, что Цзи Фосюй не сводит с него глаз, он моргнул:
— Ты собираешься смотреть, как я принимаю ванну?
Цзи Фосюй отвел взгляд и неловко ответил:
— Вовсе нет. Просто мне нужно убедиться, что ты удобно устроился и не соскользнешь вниз.
Сяо Мо подумал немного и не стал возражать: сил сегодня совсем не осталось, весь день ушел на то, чтобы хоть как-то согреться.
Видя, как Цзи Фосюй отвернулся, пока он снимает одежду, Сяо Мо слабо улыбнулся, осторожно опустился в ванну и откинулся на спинку.
— Ну вот, посмотри, нужно ли что-то поправить?
Цзи Фосюй медленно повернулся, поджал губы, осторожно помог ему поправить положение и тут же отдернул руки.
— Я… я пойду сварю имбирный отвар. Ты полежи пока, если что-то нужно — зови. — И он почти сбежал из комнаты.
Сяо Мо почувствовал, что с ним происходит что-то странное, но не мог понять что. Смирившись, он закрыл глаза.
Пока Цзи Фосюй варил имбирный отвар с грушей, у него из головы не выходила картина, которую он увидел в ванной. Он яростно ударил себя по лбу — ну почему глаза такие непослушные!
Впрочем, надо признать: хоть ноги у этого старого хрыча и тонкие, и выглядит он очень худым, но… природные данные у него оказались весьма внушительными. Цзи Фосюй внезапно замер. О боже, о чем он вообще думает!
В смятении и с пылающим лицом он закончил готовить отвар и осторожно постучал в дверь ванной:
— Ты закончил?
Сяо Мо, разморенный теплом, уже почти дремал и невнятно отозвался.
Когда дверь открылась, Цзи Фосюй замер: тот уснул?
Он осторожно проверил температуру воды — к счастью, не остыла. Поспешно вытащив его из ванны, он вытер его насухо, стараясь ни на что лишнее не смотреть, и быстро натянул пижаму.
Почувствовав прикосновения, Сяо Мо открыл глаза:
— М? Я уснул?
— Да. Сначала выпей отвар, а потом поспишь.
Когда Сяо Мо лег в кровать, он почувствовал, как тепло разливается по всему телу. В этот момент у него мелькнула мысль, что такая жизнь была бы неплохой, но он тут же отбросил ее — ему нужно выполнить задание.
Цзи Фосюй, убирая в ванной, внезапно получил сообщение от Чу Синьжуя. Прочитав содержание, он посмотрел на спящего человека.
Как бизнесмен, он был весьма успешен. Чу Синьжуй пришел, чтобы купить у него ту самую технологию.Чу Синьжуй посмотрел на послушно улыбающегося перед ним юношу:
– Не беспокойтесь, господин Цзи, как только мы получим технологию, Корпорация Чу немедленно заключит союз с Семьей Цзи и поможет ей преодолеть кризис.
– Тогда приятного нам сотрудничества!
Чу Синьжуй подавил насмешку в глубине глаз. Глупец, совершенно ничего не смыслящий в бизнесе, но при этом мечтающий заправлять Корпорацией Цзи. Лучше бы отдал всё ему.
Сяо Мо во сне почувствовал, что становится всё жарче. Он попытался скинуть одеяло, но оно словно намертво приросло к месту и не двигалось ни на дюйм.
С досадой он открыл глаза и, едва взглянув, тут же зажмурил их обратно. С чего это этот ребёнок спит рядом с ним с голым торсом? Эх. Тяжело вздохнув, он слегка подвинулся, укрыл их обоих одеялом и снова провалился в сон.
А под одеялом они постепенно прижались друг к другу.
За утренним столом Сяо Мо молча мазал его мазью, а Цзи Фосюй отводил взгляд, не смея на него смотреть.
Сяо Мо заметил это, но ничего не стал спрашивать: в конце концов, просыпаясь поутру, неизбежно испытываешь некоторое смущение, ведь случившееся с утра пораньше никак нельзя было предотвратить.
Однако то, как этот ребёнок смущался, было довольно забавно — куда милее, чем когда он рассуждал о делах.
Под таким пристальным взглядом Цзи Фосюй, поначалу блуждавший глазами по сторонам, в конце концов не выдержал и посмотрел на него. Их взгляды мгновенно встретились, и в голове у Цзи Фосюй образовалась абсолютная пустота — он будто снова вернулся в ту неловкую сцену сразу после пробуждения.
Дыхание совсем рядом, утончённое лицо, спокойный взгляд, а также твёрдость внизу — всё это красноречиво говорило о том, до чего же это было неловко...
Хотя старый мужчина и не стал допытываться, почему он очутился в его постели, Цзи Фосюй всё же с чувством вины попытался объясниться. Впрочем, сейчас он с запинкой перевёл тему:
– Эм-м, тут Чу Синьжуй приходился ко мне. По какой цене ты собираешься ему её продать?
Сяо Мо задумчиво помолчал, а затем посмотрел на Цзи Фосюй:
– Погоди немного. Я хочу заключить сделку с Корпорацией Цзи, что ты думаешь об этом?
Цзи Фосюй плотно сжал губы и со сложным выражением лица посмотрел на него:
– Ты настолько сильно его любишь? Прекрасно понимая, что это убыточное дело, ты всё равно хочешь сотрудничать с Корпорацией Цзи? Разве ты не бизнесмен? Разве для бизнесменов выгода не превыше всего? Разве не ты сам мне это говорил?
Сяо Мо долго молчал, после чего опустил голову:
– Ты прав.
– Так что, давай не будем отдавать эту технологию ему, ладно? Продай её лучше Чу Синьжую.
Сяо Мо поджал губы:
– Фосюй, раз уж он просит у меня эту вещь, я должен её дать. Он мне нравится, я хочу сделать его счастливым. Я знаю, что для делового человека это неразумно. Но как частное лицо, я преследую собственные эгоистичные цели.
Наконец услышав это признание из его собственных уст, Цзи Фосюй окончательно распрощался с последней надеждой. Впрочем, рассчитывать на то, что они будут вместе — и мечтать не смей!Старый мужлан, я быстро это продам, только подожди! Я не дам вам шанса сблизиться!
Сяо Мо протянул руку, задрал его брюки и, глядя на оставшиеся там синяки и ссадины, нахмурился:
— Больше не ввязывайся в драки, это вредно для здоровья. Ты ведь и сам в прошлом был генеральным директором, всегда можно найти правильный способ решить проблему. Драки выглядят неприглядно и вредят здоровью, к чему это?
Цзи Фосюй смущенно попытался отдернуть ногу, но ее снова притянули обратно, и он беспомощно произнес:
— Да я бы и не стал драться, но те поклонники Цзи Тинъюня знают, что он меня терпеть не может, и перехватили меня по дороге. Что мне оставалось делать? Ай, старый мужлан, полегче!
— Его поклонники?
— Конечно! Старый мужлан, неужели ты думаешь, что он нравится только тебе? Среди тех, кто за ним ухаживает, по меньшей мере десяток богачей, не говоря уже о всяких хулиганах. Даже те, кого он сам бросил, до сих пор не отстают. Вот я и говорю: если ты попадешься ему в руки, боюсь, от тебя даже костей не останется.
Сяо Мо отложил ватную палочку, опустил край его брюк и пристально посмотрел на него:
— Фосюй, я знаю, что ты его недолюбливаешь, но как ты можешь такое про него выдумывать? Он ведь прекрасный человек!
Цзи Фосюй взглянул на его недовольное выражение лица, и его собственный взгляд постепенно похолодал. Внезапно он усмехнулся:
— Так я и знал: у тебя не только зрение ни к черту, но, оказывается, и с мозгами проблемы. Не бойся, больше я при тебе не скажу о нем ни единого плохого слова.
Цзи Фосюй растянул губы в фальшивой улыбке:
— Твой любимый человек — самый лучший, лучше всех в Поднебесной, доволен?
Ну надо же так разозлить! Ублюдок, слепой старый мужлан!
Сяо Мо замолчал. Почему эти слова звучали так странно? Этот мальчишка что, тайком высмеивает его? Но он же вовсе не по своей воле...
Сяо Мо вздохнул и произнес:
— Поехали, в офис.
Очень скоро наступила глубокая зима, землю укрыло серебряное покрывало, и подул пронизывающий холодный ветер.
Бросив взгляд на сидевшего рядом человека с удрученным выражением лица, Сяо Мо спросил:
— Все еще не продал?
— Этот тип такой жмот! Он хочет выкупить ее даже дешевле, чем мы отдали на торгах, как такое возможно? Я отказался. Каждый день слушать его торги — тоска зеленая, сил моих больше нет. По-моему, он вообще не собирается ничего покупать!
Сяо Мо покачал головой:
— Корпорация Чу хочет сотрудничать с Группой компаний H&RT, а для этого им нужен пропуск в виде подарка. Другие вещи Группу компаний H&RT не заинтересуют, так что ему остается выбрать только эту технологию. Впрочем, я слышал, что через полмесяца Группа компаний H&RT объявит своего партнера. Если он не поторопится, то лишится права официально войти в Корпорацию Чу.
— Неудивительно, что последние два дня его тон казался таким встревоженным. Вот оно что.
Сяо Мо кивнул:
— Так что, если ты еще немного поломаешься и откажешь ему, то сможешь поймать крупную рыбу.
http://bllate.org/book/36004/4461034
Готово:
