Помощник Юань решила, что Су Юй переживает из-за разницы в социальном положении, и с улыбкой подшутила:
— Да чего тут волноваться? Ведь именно для таких случаев тебя и учили этикету. Я почти два года наблюдала, как ты растёшь, и знаю, что ты неравнодушна к Лу Чжану. В прошлом году кто-то даже похвалил тебя при господине Лу за скромность — и он одобрительно кивнул.
Су Юй на мгновение замерла. Её губы дрогнули, но она так и не произнесла ни слова.
Частная вилла семьи Лу располагалась на востоке Третьего кольца. Вся эта территория принадлежала семье Лу. Перед глазами раскинулись безупречно ухоженные газоны, а вдали, где взгляд терялся, зеленели деревья. В глубокой ночи они казались затаившимися хищниками, готовыми в любой миг сомкнуть челюсти. Посреди чистого озера возвышалась искусственная горка, а мощный фонтан извергал струи воды, придавая месту роскошь и изысканность.
Помощник Юань отвезла Су Юй обратно во владения Лу. Едва та вышла из машины, как из виллы навстречу ей поспешила тётя Чжан:
— Су Юй, Лу Чжан только что звонил домой и ждёт, когда ты возьмёшь трубку.
Возвращение старшего сына богатейшей семьи, некогда оказавшегося на улице, вызвало настоящий переполох в высшем обществе. В те времена это событие стало главной сенсацией: президент корпорации Лу, Лу Минчэнь, всё ещё не был женат и не имел детей, а значит, Лу Чжан практически наверняка должен был стать будущим наследником империи Лу.
Разумеется, разница в возрасте вызвала немало споров, но семья Лу — не благотворительная организация. Современные методы ДНК-анализа подтвердили родство без малейших сомнений, а сходство черт лица Лу Чжана с Лу Минчэнем окончательно развеяло любые подозрения.
Вскоре после возвращения в семью Лу Чжана отправили за границу. Поэтому возвращение Су Юй вместе с ним особенно привлекло внимание общественности.
Вернувшись во виллу, Су Юй сразу же подняла трубку. Она устроилась в кожаном кресле и услышала доносившийся из стационарного телефона зевок Лу Чжана.
Знакомый ленивый голос юноши, полный непринуждённой близости.
Су Юй невольно улыбнулась:
— Чжан-гэ, а зачем ты меня искал?
Её манеры были тихими и спокойными — именно за это её все и любили.
— Неужели я могу звонить тебе только по делу? — голос Лу Чжана прозвучал хрипло и сонно, на фоне слышалось тиканье кофемашины. — Как ты вообще решилась выйти из дома? Не боишься упасть?
Су Юй положила руку себе на колени. Белая повязка уже слегка пропиталась кровью. Она вздохнула:
— Со мной всё в порядке.
— Не думай, будто я не знаю, зачем ты ходила. Не смей больше так поступать.
В голосе Лу Чжана явственно звучала угроза, но Су Юй восприняла её как детскую игру. Она снова улыбнулась, но после этого в груди заныло.
Он всё берёт на себя.
— Чжан-гэ, я думаю, дело учителя Мэй никак не обойдётся без его участия, — тихо сказала Су Юй. — Может, обратиться к дяде Лу…
— Су Юй, — перебил он, — почему ты не взяла телефон? Пришлось звонить домой, а я хотел с тобой по видеообщаться.
Су Юй сжала край красного платья. Отношения между отцом и сыном, Лу Минчэнем и Лу Чжаном, никогда не были тёплыми. С момента признания они, возможно, и десяти раз не встречались.
— Боялась потерять по дороге, поэтому не взяла.
Они ничего не знали о матери Лу Чжана, но это не мешало ему стать наследником семьи Лу — ведь у Лу Минчэня не было других детей.
Сейчас Су Юй страшилась иного: а что, если Лу Минчэнь вдруг женится? Что тогда станет с Лу Чжаном?
— Хм, — протянул Лу Чжан, помолчал немного и спросил: — Как твои глаза? Стало лучше видно?
Су Юй уже собиралась ответить, как вдруг из трубки донёсся звонкий женский голос:
— Чжан, куда ты дел моё бельё?
Голос, которого Су Юй раньше не слышала.
Лу Чжан прикрыл микрофон и за несколько фраз отправил девушку восвояси. Потом он небрежно пояснил Су Юй:
— Однокурсница. Приехала погостить.
Семья Лу не позволяла Лу Чжану заводить романы. «Однокурсница» на самом деле, скорее всего, была его девушкой. Су Юй лишь на миг замерла и ответила:
— С глазами стало немного лучше. Врач сказал, что достаточно принимать лекарства и отдыхать. Ты тоже береги себя.
У неё в мозгу скопилась гематома, давящая на зрительный нерв. Операция могла привести к необратимым повреждениям, поэтому врачи рекомендовали консервативное лечение.
— Не волнуйся, всё на мне, — зевнул Лу Чжан, успокаивая её. — Пусть тётя Чжан принесёт тебе телефон. Я ведь уже несколько месяцев не видел тебя — соскучился.
— Лу Чжан, по кому скучаешь?
— Это не твоё дело.
— Да ладно, разве не та слепая девчонка? Я же знаю.
Разговор из трубки чётко долетел до ушей Су Юй. Девушка говорила с неподдельной невинностью, как это делают влюблённые.
Су Юй не знала, что сказать. Она уже собиралась перевести тему, как услышала, как Лу Чжан спокойно произнёс:
— У Су Юй просто проблемы со зрением.
Су Юй удивилась, а потом постепенно пришла в себя.
Он стал серьёзнее.
Она не хотела, чтобы он увидел её раненую руку и стал переживать. Поэтому, когда Лу Чжан снова рассеянно предложил видеосвязь, Су Юй улыбнулась:
— Чжан-гэ, я только что вернулась. Дай мне отдохнуть. Завтра у меня ещё занятия. Увидимся в следующий раз.
Раз она так сказала, Лу Чжан не стал настаивать:
— Я поручу людям разобраться с делом учителя Мэй. В следующий раз не смей сама бегать по делам.
Су Юй опустила глаза. Ей давно хотелось спросить, почему он так добр к ней, но она боялась услышать в ответ, что она для него всего лишь младшая сестра.
Она дала ему несколько заверений, что больше не будет рисковать, и только тогда Лу Чжан неохотно повесил трубку.
За панорамными окнами гостиной царила непроглядная тьма. Тётя Чжан, заметив белую повязку на руке Су Юй, спросила:
— Су Юй, вызвать врача?
Су Юй тихо покачала головой и поблагодарила:
— Спасибо, не надо. Тётя Чжан, дядя Лу уже вернулся?
На лице тёти Чжан не дрогнул ни один мускул. Она кивнула:
— Господин Лу недавно вернулся из командировки. Сейчас в кабинете. Я провожу тебя.
— Не надо, — тихо ответила Су Юй. — Я сначала зайду в свою комнату.
В десяти тысячах километров отсюда, в особняке во Франции, тёплый солнечный свет проникал сквозь чистые панорамные окна и ложился на коричневый шерстяной ковёр. Лу Чжан, одетый в свободную повседневную одежду, одной рукой засунутой в карман джинсов, прислонился к стене и поливал кустик диких цветов на балконе.
Та самая девушка, переодевшись, вышла, поправляя серёжки:
— Лу Чжан, я готова. Пора на занятия.
Она нежно обняла его за руку. Лу Чжан не шелохнулся.
— Опять зовут в компанию? Не ходи. Всё равно всё когда-нибудь станет твоим.
Лу Чжан переставил лейку в другую руку и вытащил свою из её объятий:
— Чэн Ли, мы расстались.
Семья Лу достигла нынешнего положения благодаря Лу Минчэню. Лу Чжан, можно сказать, стал единственной его молодой глупостью.
У Лу Минчэня был сильный перфекционизм и высочайшие требования ко всему и ко всем. Даже помощник Юань втихомолку жаловалась Су Юй, что босс — настоящий трудоголик и не оставляет подчинённым ни шанса на жизнь. Когда Су Юй только поселилась в доме Лу, Лу Минчэнь потребовал, чтобы она держала свои оценки в первой десятке класса.
Рука Су Юй всё ещё слегка ныла. Вернувшись в комнату, она быстро приняла душ и направилась к кабинету Лу Минчэня. Получив сухое «Войдите» оттуда, она медленно потянула за ручку двери.
В кабинете стояла абстрактная скульптура-торшер, наполненная художественным смыслом. На диване сидел высокий мужчина, небрежно скрестив ноги. Его безупречно сидящий дорогой костюм подчёркивал благородную и элегантную осанку, а белые перчатки на руках были без единой складки.
Лу Минчэнь даже не поднял головы, услышав, как вошла Су Юй. Он продолжал просматривать документы и спросил:
— Уже поговорила с Лу Чжаном?
Су Юй не ответила. Полагаясь на привычку, она нащупала диван и медленно подошла ближе, забравшись к нему на колени. Её тонкие белые руки обвили его шею, а щёчка потерлась о плечо.
Любой посторонний, увидев такое, был бы поражён её дерзостью.
Ведь Су Юй всегда была тихой и застенчивой перед всеми.
Но Лу Минчэнь никак не отреагировал. Зрелая мужская сдержанность и достоинство словно были в нём от рождения. Его широкая ладонь легла на её тонкую талию, которую можно было обхватить одной рукой:
— Не шали.
Лу Минчэнь не терпел, когда его отвлекали во время работы — это знали все. Су Юй положила подбородок ему на плечо и затихла.
Её длинные чёрные волосы мягко струились по спине, а чистое лицо с невинным выражением делало её похожей на декоративную подушку, сидящую у него на коленях и не издающую ни звука. Но рука болела, и она невольно дрогнула.
Их движения были настолько естественны, что любой сразу понял бы — это не впервые.
Тёплое дыхание Су Юй касалось его шеи. Она закрыла глаза.
Его грудь была твёрдой и мускулистой, всё тело источало мощную, мужскую энергетику, дающую чувство полной безопасности, будто окутывая её целиком и заставляя стремиться к близости.
Между Су Юй и Лу Минчэнем не было обычных романтических чувств, но она искренне зависела от него, словно хрупкий цветок, цепляющийся за могучее дерево.
Перфекционизм Лу Минчэня был куда сильнее, чем представляли окружающие. Кроме ванной, он не допускал прикосновений нигде — за редким исключением, о котором Су Юй не хотела, чтобы кто-то узнал.
Хроническое чувство тревоги и нехватка безопасности заставляли Су Юй постоянно находиться в состоянии внутреннего напряжения. Единственным, кто давал ей ощущение покоя, был Лу Чжан.
Страх потерять его доводил её до кошмаров. И именно в тот момент, когда Лу Минчэнь дал ей выбор, всё внутри неё окончательно рухнуло.
В бокал Лу Минчэня подсыпали возбуждающее средство — это сделали в старом особняке семьи Лу.
Он предложил ей два варианта: уехать за границу или вернуться в детский дом и больше никогда не видеть Лу Чжана. Оба варианта сулили ей крупное наследство из его состояния.
Су Юй выбрала его. Она не ожидала, что после долгого молчания он просто скажет «хорошо».
Лу Минчэнь дочитал последние страницы отчёта о покупке активов Silver и положил папку на журнальный столик. Он взял её раненую руку, внимательно осмотрел, а потом перевёл взгляд на её чистое лицо:
— Как ты поранилась?
Она запнулась:
— Ударилась об осколок стекла. Сейчас уже не болит.
Зависимость молодой девушки двадцати с небольшим лет легко удовлетворяет мужское эго, но Су Юй была не такой — она хотела большего и проявляла инициативу.
Безупречно отглаженные брюки Лу Минчэня не имели ни единой складки. Он посмотрел на её руку и кивнул:
— Если больно — скажи. Такие дела должен решать Лу Чжан, а не ты.
Пальцы Су Юй слегка сжались. Значит, он всё знает.
— Я тоже хочу выяснить правду о деле учителя Мэй. Не буду мешать Чжан-гэ.
Его пальцы легли на её белоснежное предплечье:
— Девушкам не стоит вмешиваться в подобные дела. Будь умницей.
Су Юй сжала губы и только через некоторое время тихо ответила:
— Хорошо.
— Не упрямься. Завтра к нам должны прийти гости. Меня не будет, тётя Чжан тебя позовёт.
Она подняла на него удивлённые глаза — не понимала, зачем ей встречаться с незнакомцами.
Су Юй не питала к Лу Минчэню ни капли настороженности. Её девичья прелесть раскрылась в полной мере: лёгкое бельё с тонкими бретельками подчёркивало изящные формы, в нужных местах — всё на месте, мягко и округло.
Лу Минчэнь слегка подтянул вверх край её ночнушки.
Су Юй замялась:
— Это важные гости? Я их знаю?
— Нет, не важные и не знаешь, — ответил Лу Минчэнь. — Просто встретишься.
Су Юй медленно кивнула:
— А зачем они приходят?
— Ничего особенного, — сказал Лу Минчэнь. — Сегодня, ложась спать, не дави на руку.
Если ему неинтересно объяснять — значит, дело несущественное. Су Юй больше не спрашивала.
В кабинете стояла такая тишина, что было слышно, как падает иголка. Су Юй просто прижалась к нему и тихо прошептала:
— Раз вы со мной, я не надавлю.
Тёплая ладонь на её талии оставалась неподвижной, но её обладатель явно не отверг этих слов.
Су Юй всегда беспокойно спала. Много раз, просыпаясь, она обнаруживала, что он придерживает её большой рукой. Удивительно, но Лу Минчэнь ни разу не сделал ей замечания.
Она была не глупа. Все боялись президента Лу, и он точно не был молодым человеком, которого можно легко обмануть. Но с ней он проявлял необъяснимую снисходительность — будто перед кем-то из прошлого.
http://bllate.org/book/3599/390565
Готово:
