— Да уж, да уж, самое захватывающее — это когда хочешь сбежать, но не можешь, ха-ха-ха.
— Вторая сильная рука, не сомневайся, калечить хромого — это такое сплошное удовольствие!
Услышав это, Ван Ху подумал, что в таких словах определенно есть смысл. Он с одобрением покосился на подавшего идею подчиненного, а затем перевел взгляд на еще целые ноги Шэнь Чжо.
Ван Ху потер подбородок, и его обычное развязное выражение лица стало серьезным.
Однако эта серьезность вызвала у Шэнь Чжо приступ леденящего ужаса, а на лбу снова выступил слой холодного пота.
Он помнил эту сцену: в прошлой жизни все было точно так же. Этот человек одним ударом сломал ему правую ногу, а затем привязал к конскому хвосту и поволок обратно в горную крепость.
Позже два главаря бандитов посчитали, что его окровавленное тело портит им весь романтический настрой, и заперли его в каморке для хвороста.
А еще позже, хотя он и попытался сбежать с горы, обе его ноги все равно оказались искалеченными.
И теперь, прожив жизнь заново, разве он все равно не мог избежать подобного исхода?
Закатное солнце пылало, словно огонь, охватив небеса и землю. Шэнь Чжо чувствовал себя так, будто его обжог пожар, и в отчаянии закрыл глаза.
Сейчас его тело было полностью обессилено, и единственное, что он мог сделать — это лишь закрыть глаза и попытаться отгородиться от происходящего...
Как и в прошлой жизни, Ван Ху немного подумал и наконец решил последовать совету своего подчиненного.
Он поднял ногу, целясь в правое колено Шэнь Чжо, и вперил в его совершенно бескровное лицо хищный взгляд, боясь упустить хотя бы малейшее выражение боли.
Занесенная нога накопила всю силу, и без малейшего колебания последовал жестокий удар.
— Ах!
Раздался мучительный вопль, но никакой боли не последовало. Шэнь Чжо с запозданием сообразил, что кричал вовсе не он.
Когда он открыл глаза, Ван Ху уже свернулся калачом на земле, обхватив руками пробитое стрелой колено.
Стрела была толстой и острой, насквозь пронзившая коленную чашечку Ван Ху.
Толпа бандитов совершенно не ожидала такого внезапного поворота событий. Суетясь и паникуя, они вытащили оружие для защиты, но как ни крутились во все стороны беглеца, не смогли заметить даже тени человека.
Растущее недоумение закралось в их души. Недавняя стрела казалась просто галлюцинацией, все потеряли дар речи, и в ушах стоял лишь все более частый и тяжелый звук дыхания Ван Ху.
— Стадо тупиц, а ну помогите мне встать! Я своими глазами хочу посмотреть, какая бесстыдная тварь посмела напасть исподтишка... А-а-а!
Шэнь Чжо еще не успел оправиться от внезапного происшествия, как услышал гудящий рассекающий воздух звук, а следом раздался жалкий вопль Ван Ху.
Бросив взгляд краем глаза, он увидел, что в тело Ван Ху вонзилась еще одна стрела. Длинная стрела вошла точно и прямо, аккуратно застряв в другой, до этого еще целой коленной чашечке.
Неужели это... колесо фортуны повернулось?
О таком повороте событий он даже в самых смелых снах не смел и мечтать.
Глядя на искаженное от боли пухлое лицо Ван Ху, Шэнь Чжо, пусть это было и совсем некстати, отчаянно захотелось рассмеяться.
Бандиты, которых эти две призрачные стрелы давно до смерти перепугали, уже не смели и пытаться поднять Ван Ху. С дрожащими поджилками они бросились бежать назад, но им преградили путь бесшумно появившиеся солдаты.
Не только бандиты, но и сам Шэнь Чжо был ошеломлен столь внезапным поворотом. В прошлой жизни никакой подобной ситуации явно не возникало — кто же в действительности стоял за этим внезапным изменением?
Не успел он хорошенько все обдумать, как спина снова ощутила легкую вибрацию. Вслед за стуком копыт приближался небольшой отряд солдат.
А во главе этого отряда ехал верхом молодой человек в серебряных доспехах, с длинным луком в руке, который остановился прямо рядом с ним.
Шэнь Чжо был полностью обессилен, и двигаться могли только его глаза. Он смотрел на юношу благородной наружности, верхом на коне на фоне полыхающего заката, и его сердце помимо воли начало наполняться теплом.
Находившийся в седле генерал, казалось, обратил внимание на его ярко-красные свадебные одежды. Его взгляд скользнул по ним и в конце концов остановился на сочащейся кровью ране.
Соболиные брови чуть нахмурились, но всего на миг, после чего он отвел глаза.
— Ты и есть Ван Ху, вторая сильная рука из Деревни Медного Тигра?
Звонкий и ясный голос вернул к реальности уже начавший затуманиваться разум Шэнь Чжо. Странное ощущение в теле становилось все отчетливее: лицо Шэнь Чжо побледнело, а холодный пот на лбу выступал все обильнее.
— Тьфу... Кем ты назвал твоего дедушку?
— Дедушку?
Юноша холодно усмехнулся, словно услышал невероятную шутку.
— Быть моим дедушкой — разве ты достоин? Но вот один вопрос ты задал верно: когда я тебя зову, это точно не для того, чтобы ты наслаждался жизнью.
— Эй, ко мне, — бросил юноша, не оборачиваясь. — Найдите веревку и привяжите его к конскому хвосту этого генерала, пусть этот господин...
Юноша свысока бросил взгляд на ужасающие колени Ван Ху, слегка приподнял подбородок, а в его тоне прозвучала легкая насмешка.
— ...как следует насладится этим.
Пока солдаты разбирались с мелкими бандитами, которых уже хватил кондратий, у юноши выдалась свободная минута, и он посмотрел на все еще лежащего на земле Шэнь Чжо.
— Можешь еще двигаться?
Шэнь Чжо открыл рот, но не издал ни звука, с тревожным трепетом глядя снизу вверх на человека, который смотрел на него с седла.
— Немая невеста?
Юноша приподнял бровь, выражая то ли удивление, то ли издевку.
Не успел затихнуть его голос, как лук в руках юноши сменился на длинное копьё, и одним плавным движением он подцепил Шэнь Чжо, закинув его в седло.
В мгновение ока мир вокруг перевернулся, и вместо пылающего заката перед глазами Шэнь Чжо оказался лишь пристально смотрящий на него сверху вниз юноша.
Красивое лицо внезапно оказалось слишком близко. Шэнь Чжо почувствовал себя неловко и попытался слегка шевельнуться, как тут же ощутил охватившую его талию руку.
Оказывается, чтобы не задеть рану, юноша не стал сажать его поперек седла, а прижал к себе, обхватив одной рукой.
Шэнь Чжо хотел было выразить благодарность, но не успел он раскрыть рта, как юноша уже отвел взгляд.
— Но!
Раздался короткий окрик, и разъяренный жеребец с ржанием помчался вниз по горе.
Горная дорога была крутой и сплошь ухабистой.
Шэнь Чжо испытывал невыносимую боль, от сильной тряски его голова запрокинулась назад. Из-за этого он случайно бросил взгляд на волочащегося позади и превратившегося в сплошное кровавое месиво Ван Ху.
Мучительные воспоминания нахлынули волной, и Шэнь Чжо вновь живо представил тот отвратительный эпизод.
В прошлой жизни, после того как Ван Ху сломал ему правую ногу одним ударом, в наказание за побег с собственной свадьбы и чтобы он хорошенько все запомнил, тот решил привязать его к хвосту лошади и волочить всю дорогу до самой крепости.
Горная дорога была неровной, полной мелких и острых камней. Целых десять ли горного пути его тащили за связанные руки.
Удары и падения были еще самым легким испытанием: в те дни камни стирали свадебное платье в лохмотья, втаптывались в живую плоть и оставляли за ним кровавый след на всем протяжении пути.
Когда он вернулся в крепость, на нем не осталось живого места, после чего его бросили в каморку для хвороста, позволив ранам гноиться и разлагаться дальше.
http://bllate.org/book/35967/4455400
Готово:
