— Как это нет? Попробуй сам столкнуться, разве не больно? — взвыл тот дурным голосом, явно не до конца успокоившись, и сделал шаг вперед, попадая под свет фонаря.
Теперь оба наконец смогли разглядеть лицо собеседника, но, переглянувшись, прочитали в глазах друг друга лишь недоумение и незнакомые черты.
— Кто это вообще такой? Впервые вижу, — переглядываясь, глазами спросил Хань Сюцзэ.
— Не знаю. Никаких ассоциаций, — ответил взглядом Ань Икэ.
Тот, кто мнил себя старшекурсником, выглядел и правда совершенно заурядно: чуть смуглая кожа, средний рост, квадратное лицо, одинарные веки и мелкие глаза, а на щеках топорщилось несколько прыщиков — такого в толпе затеряешь, всё равно что каплю воды в море.
Видя, как эта парочка перемигивается и полностью игнорирует его, словно пустое место, недовольный старший сделал жест стоявшей за спиной подельникам, и те окружили младшеклассников.
Хань Сюцзэ приподнял бровь, мысленно думая: еще в средней школе он три года гремел на всю округу как авторитетный парень, и пусть сам никогда не затевал драк, никто и никогда не смел являться к нему за порцией тумаков. Кто бы мог подумать, что, стоило лишь на месяц перейти в старшую школу, как его раз за разом станут ни во что не ставить — прямо-таки и впрямь подумали, что мирный тигр — это больная кошка.
Заметив, что их окружили старшеклассники, и понимая, что одним извинением тут дело не решится, Ань Икэ разжал руку, державшую друга детства.
Он сам по себе не любил искать неприятности, но глотать обиды молча не входило в его привычки.
К тому же, Хань Сюцзэ больше всего на свете ненавидел, когда угрожали кому-то из его близких. Если сейчас не дать ему выпустить пар, по возвращении домой придется еще битый час его успокаивать.
Уж слишком хлопотно.
Почувствовав молчаливое одобрение со стороны Ань Икэ, Хань Сюцзэ протянул руку и слегка притянул друга за плечо себе за спину. Впрочем, особых поводов для беспокойства у него не было. В конце концов, с самого детства он словно притягивал к себе всякие неприятности, и со временем Ань Икэ привык к этому: он прекрасно умел наблюдать со стороны и в то же время заботиться о собственной безопасности.
— Подождите-ка, — прямо перед тем, как обе стороны воинственно закатали рукава и приготовились ринуться в бой, Ань Икэ, стоявший за спиной Хань Сюцзэ, сделал небольшой шаг вперед и подал голос, прерывая их.
Все с некоторым недовольством посмотрели на него, и Хань Сюцзэ — в том числе.
— Не мог бы старшеклассник сначала напомнить, где именно мы раньше встречались?
Хань Сюцзэ мысленно поморщился, думая про себя: какая же подстава, задавать такие вопросы в самый разгар стычки — это же всё равно что подливать масла в огонь! Впрочем... Ань Икэ никогда бы не стал вести себя опрометчиво без причины, наверняка у него имелись свои соображения.
Тот самый старшеклассник едва не задохнулся от гнева — со дня поступления в старшую школу он повсюду шел хвостом за Ци Фэном из своего класса, наводя ужас на всю округу, и уже почти заслужил репутацию школьного громилы. Кто бы мог подумать, что найдется сопляк, который даже в лицо его не знает.
Поэтому, задрав нос и высокомерно выпятив грудь, он с видом оскорбленного достоинства процедил:
— Да вы на баскетбольной площадке вели себя так, будто вокруг никого нет...
— А, — Хань Сюцзэ словно только что всё понял и перебил его: — Так ты прихвостень того напыщенного старшака.
— Смеешь называть Ци Фэна напыщенным, жить надоело, сопляк? — тут же зашумели стоявшие вокруг помощники. Судя по всему, в день конфликта на баскетбольной площадке они тоже там присутствовали, причем именно этот самый Ци Фэн был их безоговорочным главарем.— Что такое? Полагаете, что у Ци Фэна мало крупных выговоров, и пришли сюда наживать ему врагов? — раздался в толпе чужой голос, звучавший наполовину с насмешкой.
Ань Икэ едва заметно вздохнул с облегчением и, ухватив Хань Сюцзэ за руку, что есть сил затянул его себе за спину.
Безымянный старшеклассник-подпевала и его подельники разом замерли, а затем оцепенело и медленно повернулись. Узнав того, кто появился, они мгновенно потупились и не смели больше произнести ни слова.
Появившимся человеком оказался заведующий учебной частью Первой городской средней школы.
В Первой городской средней школе не было студенческого совета, и учебная часть ведала практически всеми делами как среднего, так и старшего отделений. Хотя ежемесячные общие собрания старост классов проводились раздельно по параллелям, вел их все этот самый директор Хуан. Разумеется, вопросы наград, наказаний и прочих подобных вещей он тоже решал единолично.
Поэтому в глазах учеников заведующий учебной частью был страшнее директора.
Средневозрастный дядя в очках был одет в верблюжье поло. В руке он держал пакет из расположенного поблизости сетевого супермаркета, покачиваясь, подошел на пару шагов ближе и, словно не замечая никого вокруг, обошел толпу и остановился прямо перед Ань Икэ.
— Директор Хуан, — послушно поздоровался Ань Икэ.
— Мм, — рассеянно отозвался мужчина, держа одну руку в кармане брюк, однако взгляд его за линзами очков был чрезвычайно острым. — Слышал, ты в классе учителя Вана, почему же ты больше не староста? Еще и научился пререкаться с людьми на улице?
Ань Икэ промолчал, с силой потянув назад своего не желающего успокаиваться друга детства.
Директор Хуан перевел взгляд на недовольное лицо Хань Сюцзэ и протяжно продолжил: — Снова ты, парень. Не думай, что всякий раз сможешь полагаться на Ань Икэ, который ищет предлоги, чтобы помочь тебе избежать наказания. Рано или поздно я поймаю тебя и заставлю узнать, что вообще такое крупный выговор.
Сказав это и не обращая внимания на реакцию Хань Сюцзэ, он повернулся и окинул взглядом остальных: — Вы что, возомнили себя непобедимыми, раз перешли во второй класс старшей школы? Стоило отойти от школы на пару шагов, как уже смеете позориться на людях, и совсем не боитесь запятнать репутацию Первой городской средней школы. Чего стоите? Почему еще не дома? Ждете, пока я запомню ваши имена и устрою завтра показательное выступление?
Раз уж зашел разговор до такого, оставаться на месте могли только круглые дураки. Несколько учеников второго года старшей школы, дрожа, попрощались со словами: — До свидания, директор, — и бросились врассыпную, в мгновение ока скрывшись из виду.
Хань Сюцзэ действительно был возмущен до глубины души и вовсю думал: какими же такими глазами этот директор Хуан увидел, что его домашний Ань Икэ с кем-то пререкался?
Тем не менее Ань Икэ держал его очень крепко, отчего запястье даже слегка ныло — он буквально изо всех сил старался передать послание: не спорь с директором, не упрямься.
— Спасибо, директор Хуан, — услышал он голос Ань Икэ.
— Ладно, ладно. Время позднее, чего не идете домой пораньше? — Рука директора Хуана наконец вынырнула из кармана брюк, и он взмахом велел им тоже поскорее отправляться по домам. — Запомни, Хань Сюцзэ: решать проблемы кулаками — худший выход. В любых делах нельзя идти на поводу у импульсов, учись побольше у Ань Икэ.
— Ох… — Пусть он и был недоволен, но ради лица друга детства нехотя кивнул, выказывая готовность к сотрудничеству.
http://bllate.org/book/35957/4454376
Готово:
