Шло совещание, поэтому Янь Цзинь не смел откровенно витать в облаках и быстро отвёл взгляд. Но про себя недоумевал: он ведь только-только вернулся из Департамента иностранных дел, откуда у Чжоу Ли такая молниеносная реакция?
Едва руководство закончило напутствия, Янь Цзинь вежливо поклонился, поблагодарил за наставления и пообещал стараться впредь. Начальники удовлетворённо кивнули — на этом его командировка официально завершилась.
Когда руководство вышло, Янь Цзинь снова бросил взгляд в окно и с удивлением обнаружил, что чёрный внедорожник исчез. Уехал? Или всё-таки померещилось?..
После работы Цю Тун всю дорогу донимал Янь Цзиня расспросами: что же значила та последняя фраза руководства?
На парковке снували люди, и Янь Цзиню не хотелось пускаться в подробные объяснения. Отослав коллегу, он достал ключи от машины, но в этот момент мимо проехал тот самый чёрный внедорожник, мелькнувший ещё днём.
Стекло опустилось на узкую щель, и до Янь Цзиня донёсся смутный, ледяной голос Чжоу Ли:
— Я на месте. Ты где?
Янь Цзинь замер. Он отступил в густую тень несущей колонны, намереваясь подождать, пока чёрный автомобиль уедет.
Но стоит ему снять машину с сигнализации, как внедорожник развернулся и покатил обратно. На этот раз голос Чжоу Ли звучал ещё холоднее:
— Возвращайся сам, у меня дела.
Янь Цзинь сделал шаг назад, глубже укрываясь в тени. Судя по телефонному разговору, Чжоу Ли действительно приехал за кем-то — вот только не за ним.
Специфический запах подземного гаража въедался в лёгкие. Сквозь непрерывный гул автомобильных клаксонов Янь Цзинь словно услышал ядовитый шепот в собственной голове:
«С чего бы Чжоу Ли знать, что ты только сегодня вернулся из Департамента иностранных дел? Всего лишь совпадение. Он приехал за кем-то другим. Не за тобой».
Янь Цзинь не знал, кого именно ждал Чжоу Ли, да и лезть не в своё дело не собирался. Но в следующую секунду телефон в его руке вибрирующе ожил.
На экране высветилась знакомая комбинация цифр — без имени, без подписи.
Янь Цзинь ошеломлённо замер.
Прошёл первый звонок — Янь Цзинь не ответил. Телефон зазвонил вновь. Он принял вызов, и из динамика донёсся далеко не дружелюбный тон Чжоу Ли:
— Почему так долго не отвечаешь?
Чёрный внедорожник стоял неподалёку, а сам Янь Цзинь всё это время держал мобильный в руке. Отговорки вроде «не слышал», «не заметил» или «был занят» здесь явно не проходили.
Помолчав мгновение, Янь Цзинь честно ответил:
— Задумался.
— Янь Цзинь, — в вальяжном голосе Чжоу Ли скользнула явная угроза.
— Я сегодня на своей машине, — выложил Янь Цзинь прежде, чем тот успел скомандовать: «Садись».
На том конце провода на пару секунд воцарилась тишина. Чжоу Ли издал неопределённый смешок:
— И что?
«А то, что мне не нужно ехать с тобой. Если я сяду к тебе, мой автомобиль останется у офиса, и завтра утром придётся тащиться на работу общественным транспортом. Это ужасно неудобно».
Чёрный внедорожник казался затаившимся хищным зверем, готовым в любой миг рвануться из тени и проглотить Янь Цзиня целиком.
— Янь Цзинь, — произнёс Чжоу Ли уже во второй раз, и на этот раз угроза в его голосе прозвучала с отчётливой предельностью. — В машину.
Вокруг снували сотрудники телестанции, перечить Чжоу Ли в такой обстановке было нельзя. Янь Цзинь в очередной раз уступил.
Едва он опустился на пассажирское сиденье, Чжоу Ли привычным жестом бросил ему свой мобильный. Тот терпеть не мог возиться с мелкими делами, поэтому его телефон в прошлые годы неизменно находился у Янь Цзиня.
— Отозвали раньше срока? — спросил Чжоу Ли.
— Появились другие задачи, вот и вернулся.
— В Департаменте иностранных дел вечные сверхурочные. Хорошо, что вернулся.
— Угу.
На самом деле в Третьем филиале телестанции с переработками дело обстояло куда хуже. В Департаменте хотя бы стеснялись гонять его в хвост и в гриву, а вот на родной телестанции подобных комплексов ни у кого не водилось.
На полпути экран смартфона вспыхнул.
— Кто там? — мельком бросил Чжоу Ли.
— Сяо Ян прислал сообщение, — тихо отозвался Янь Цзинь, глянув на имя контакта.
— Ответь за меня. Напиши, что вечером я занят, а заодно отмени всё, что запланировано на следующие два дня.
Янь Цзинь не шелохнулся. Поравнявшись с красным сигналом светофора, он протянул телефон Чжоу Ли, чтобы тот снял блокировку.
Чжоу Ли насупился, уголки его губ дёрнулись вниз.
Первый признак надвигающейся бури.
— И каков, по-твоему, пароль? — мрачно спросил Чжоу Ли.
Янь Цзинь промолчал.
Покорно введя цифры, он открыл диалог с Сяо Яном.
Ему доводилось об этом задумываться, но он никак не ожидал, что Чжоу Ли действительно так и не сменил пароль.
Сяо Ян — судя по всему, агент или личный помощник — прислал внушительный список запланированных дел. Янь Цзинь не стал вчитываться и лишь постарался перенять привычный сухо-повелительный тон Чжоу Ли:
«Сегодня вечером я занят. Все плановые мероприятия на следующие два дня отмени».
Сяо Ян моментально прислал в ответ:
«А вы кто?»
Янь Цзинь замер.
Смахнув переписку чуть выше, он безнадёжно погасил экран.
Чжоу Ли никогда не отвечал Сяо Яну лично. Ни единым словом.
Янь Цзинь повернул голову к Чжоу Ли, но слова застряли в горле.
Тот сделал это намеренно.
Лишь тогда в глазах Чжоу Ли блеснула тень удовлетворения. Прокашлявшись, он произнёс:
— Я освободил себе всю последнюю неделю.
— Здорово, — сухо отозвался Янь Цзинь.
За окном расстилался Четвёртый центральный район, затопленный огнями ночного города. Янь Цзинь ездил этой дорогой постоянно, но у него редко выпадала минута просто поглазеть по сторонам. И вот теперь, когда такая возможность появилась, россыпь тёплых, ярких огней в окнах домов отражалась в его глазах лишь унылой серостью.
Янь Цзинь понимал, что его попытки прикинуться дурачком выглядят глупо. Но что ещё ему оставалось? Спросить Чжоу Ли, куда тот собрался и с кем намерен проводить время?
— Завтра вечером свободен? — словно бы между прочим поинтересовался Чжоу Ли.
— Занят, у меня сверхурочные, — тихо, но со всей возможной твёрдостью проговорил Янь Цзинь.
Звучало убедительно. Однако Чжоу Ли не поверил.
— Янь Цзинь, — позвал он уже в третий раз за вечер, и на этот раз тон его стал строго-серьёзным. Чжоу Ли коснулся его взглядом, и в глубине его тёмных, как тушь, глаз замерло недоверие. — Ты ведь просто пытаешься от меня отделаться? Стоит мне спросить, у тебя вечно нарисовываются дела или сверхурочная работа.
— У меня правда сверхурочные, — отчеканил Янь Цзинь.
«Это чистая правда, — мысленно добавил он. — Захоти я от тебя отделаться, ты бы даже ничего не заподозрил».
Янь Цзинь не поддался и на этот раз — он смотрел строго перед собой, сидя на пассажирском кресле выпрямившись, с безупречной осанкой.
Чжоу Ли, напротив, держался расслабленно. Автомобиль шёл на автопилоте, так что никакого участия водителя не требовалось. Левая рука Чжоу Ли беспечно покоилась на руле, а сам он слегка повернулся к Янь Цзиню, въедливо всматриваясь в его профиль и пытаясь уловить хоть малейшую фальшь.
На самом деле оставаться на работу на выходных вовсе не требовалось — завал на столе никуда бы не делся за пару дней.
Но их нынешние невнятные, непонятные отношения с Чжоу Ли требовали немедленной разрядки. Янь Цзинь больше не мог позволить себе сближаться с этим человеком.
Нужно поставить точку. И как можно скорее.
Пока эта связь господина и слуги, которую следовало окончательно разорвать ещё пять лет назад, не скатилась в ещё более уродливое безумие.
***
Оставшуюся часть пути они проделали в полном молчании. Когда машину оставили у дома Янь Цзиня, Чжоу Ли бросил сухо и отрывисто:
— Заеду за тобой завтра утром.
Янь Цзинь послушно наклонил голову:
— Хорошо.
А на следующее утро, ровно в шесть часов, впервые за всё время сам отправил Чжоу Ли сообщение:
«На телестанции срочные дела, я уехал раньше. Не беспокойтесь, заезжать за мной не нужно».
Отправив текст, он тут же перевёл мобильный в бесшумный режим, убрал в сумку и больше к нему не притрагивался.
Янь Цзинь рассчитывал, что писать в столь ранний час абсолютно безопасно: Чжоу Ли ни за что на свете не встал бы в шесть утра.
Ответа не последовало ни через час, ни к вечеру. Янь Цзинь не сомневался, что Чжоу Ли взбешён — высокомерному Альфе не присуще проявлять инициативу снова и снова, получая лишь отказ.
Янь Цзинь даже поразился собственной дерзости. Сколько раз он уже прямо и косвенно отвергал попытки сблизиться? А Чжоу Ли всё равно возвращался. Выходит, какое-то место в его сердце он всё же занимал.
Незаметно подошёл конец рабочего дня. Цю Тун опять уставился на Янь Цзиня, намереваясь возобновить вчерашний разговор, но тот молча кивнул на пухлую стопку папок у себя на столе: мол, работы невпроворот, некогда болтать.
До одиннадцати вечера звонка от Чжоу Ли так и не поступило. Наконец Янь Цзинь отложил телефон, облегчённо выдохнул и принялся собираться домой.
Спускаясь на парковку, он на мгновение сжал кулаки, опасаясь снова увидеть приметный чёрный внедорожник.
К счастью, стоянка оказалась пуста.
Янь Цзинь помедлил у дверей лифта. Вокруг царила тишина — он уходил в числе самых последних.
***
Пока он помогал в Департаменте иностранных дел, на телестанции накопилась гора дел. В Третьем филиале телестанции под крылом руководства собралась целая орава Альф, страдавших запущенной формой прокрастинации: все задачи, не требовавшие сиюминутного решения, они благополучно спихивали на Янь Цзиня.
Отговорка всегда была одной и той же: «У Янь Цзиня всё равно получается лучше всех».
Вид разросшихся терриконов из папок и документов откровенно портил настроение, поэтому Янь Цзинь предпочитал задерживаться допоздна, лишь бы скорее разгрести этот хаос.
Прокрутившись в таком бешеном ритме всю неделю, в пятницу во второй половине дня Янь Цзинь столкнулся с Цю Туном. Тот сообщил, что вечером Третий филиал телестанции устраивает общий ужин в ресторане, столик уже забронирован, и спросил, пойдёт ли Янь Цзинь.
Коллективные посиделки проводились ежемесячно, но Янь Цзинь заглядывал на них редко — Бета никогда не воспринимался как душа компании.
Однако на сей раз ужин организовывали в том числе и в его честь — как-никак первая встреча после возвращения из Южной зоны боевых действий, проявление начальственной заботы о кадрах. Так что вопрос Цю Туна был лишь пустой формальностью: открутиться всё равно бы не вышло, требовалось хотя бы показаться.
После работы Янь Цзинь поехал на своей машине, прихватив Цю Туна. Коллеги тут же подняли его на смех: дескать, Янь Цзинь хитрит — раз за рулём, то и выпить его не заставишь.
Цю Тун тут же встал на его защиту:
— Брат Янь ещё от ранения не оправился! Ему в любом случае нельзя!
Среди сотрудников числилось несколько гиперактивных Альф, обожавших шумные компании и регулярно зависавших по барам. Именно они задавали тон на всех застольях. И Янь Цзинь, и Цю Тун — оба непьющие — постарались держаться от этой братии подальше.
Однако в отдельном кабинете заведения укрыться не удалось. Цю Тун был Омегой, и приставать к нему с выпивкой никто не дерзал — слишком велика ответственность в случае нештатной ситуации. А вот на Янь Цзиня, простого Бету, подобные правила не распространялись. В худшем случае окажется в больнице: с нынешним уровнем медицины от алкогольного отравления ещё никто не умирал.
Пока коллеги один за другим произносили тосты и подливали Янь Цзиню, Чжоу Ли стопорил свой автомобиль во дворе Главной телестанции и непрерывно набирал его номер.
Измотанный настойчивостью сослуживцев, Янь Цзинь даже не глядел на экран. Он понятия не имел, что мобильный в его кармане вспыхивал и угасал раз за разом.
Питок из Янь Цзиня был никудышный — пара рюмок, и его клонило в сон. Вынужденный поддаться уговорам и осушить два бокала, он уже почувствовал, как голова начинает неприятно наливаться тяжестью.
В прошлые годы, сопровождая Чжоу Ли по закрытым клубам и светским раутам, Янь Цзинь ни разу не подвергался подобному нажиму. Чжоу Ли прекрасно знал о его непереносимости алкоголя и никогда ничего не требовал.
А уж если сам хозяин не поил своего слугу, то окружающие и подавно не смели распускать руки.
Янь Цзиню отводилась роль безликой тени: вовремя заказать столик, проследить, чтобы бокалы не пустели, и в конце расплатиться по счёту.
Он разблокировал экран, чтобы проверить время, но сидевший рядом коллега тут же заслонил дисплей ладонью:
— Да брось ты! Оставь машину на парковке, завтра приедешь и заберёшь, а сегодня на такси умчишь!
К ним с покачивающейся походкой приблизился ещё один уже едва стоявший на ногах сотрудник:
— Янь Цзинь! Мы же из-за тебя собрались, ты не имеешь права сбегать раньше времени...
Янь Цзинь прикрыл ладонью рюмку. «Нализавшийся Альфа — отвратительное зрелище», — подумал он.
Не привлекая внимания, он выскользнул из-за стола и взглянул на экран. Три пропущенных вызова. Сердце болезненно сжалось от внезапной паники.
По логике Чжоу Ли, Янь Цзинь обязан был отзываться по первому же щелчку пальцев, без малейшего промедления — ведь на свете не существовало ничего важнее интересов господина. А последний вызов поступил целых двадцать минут назад...
Внутри у Янь Цзиня всё похолодело.
За все те годы, что он из кожи вон лез, ублажая Чжоу Ли, он ни разу не позволял себе подобного святотатства.
http://bllate.org/book/35940/4542590
Готово:
