Видя, с какой серьезностью говорит Чжоу Ян, Гу Янь слегка прищурился. В разрезе его глаз промелькнуло нечто завораживающее, но взгляд тут же вернул привычное хладнокровие.
— Благодарю за предупреждение, господин Чжоу-младший, — негромко произнес он. — И вам советую быть осторожнее.
С этими словами он развернул инвалидную коляску и скрылся за поворотом, оставив Чжоу Яна одного.
Оказавшись спиной к юноше, Гу Янь слегка приподнял бровь. В его темных, почти черных глазах застыл холодный расчет.
Чжоу Ян проводил его взглядом до дверей кабинета, а затем еще какое-то время крался следом и сидел на корточках под дверью. Убедившись, что изнутри не доносится никаких подозрительных звуков, он наконец вздохнул с облегчением и ушел.
Помощник Лэ Юань, которому Гу Янь велел не высовываться, застыл в углу коридора с натянутой, как струна, миной. Возвращаясь со сменной одеждой, он нос к носу столкнулся с невероятной картиной: Чжоу Ян бережно катил коляску генерального директора прямо из уборной. Уже тогда Лэ Юань почуял неладное, а уж когда шеф одарил его ледяным, обещающим скорую расправу взглядом, бедный помощник пулей забился обратно в укрытие.
С каждым днем генеральный директор становился все страшнее. Одно его молчание могло заморозить насмерть. К тому же Гу Янь всегда отличался поразительным равнодушием к людям и уж точно не заводил сомнительных знакомств. С какой стати он связался с Чжоу Яном? Тот ведь пользовался в индустрии, мягко говоря, дурной славой...
У Лэ Юаня голова шла кругом. Шеф пришел в шоу-бизнес совсем недавно и просто не мог знать, что за фрукт этот Чжоу Ян.
Только когда шаги Чжоу Яна затихли вдали, Лэ Юань решился показаться. Он нерешительно переминался с ноги на ногу, мучаясь дилеммой: стоит ли раскрыть боссу глаза на репутацию этого юноши? Однако встретившись с тяжелым, проницательным взглядом Гу Яня, помощник мысленно махнул рукой.
"Ладно, промолчу. Железное сердце шефа впервые оттаяло. Если я сейчас все испорчу, он меня живьем закопает"
Посмотрев на экран телефона, Лэ Юань увидел новое сообщение от босса:
[Заставь Чжао Ивэя заткнуться]
Помощник с каменным лицом перевел взгляд на дверь мужского туалета и вошел внутрь.
Мужчина, забившийся в угол у раковины, испуганно вздрогнул. Он мгновенно узнал в вошедшем доверенное лицо Гу Яня.
Лэ Юань усмехнулся, его голос так и сочился ядом:
— Незаконные азартные игры, содержание притонов... А у вас хороший аппетит, генеральный директор Чжан.
Чжао Ивэй судорожно дернулся. Он был уверен, что заметал следы безупречно. Откуда у этого сопляка такие сведения?!
— Все улики уже переданы в полицию, дело заведено, — ровным тоном продолжил Лэ Юань. — Стоит вам переступить порог этого здания, как вас встретят люди в форме. Так что советую вести себя в камере тихо. Что говорить следователям, а о чем помалкивать... Думаю, ваш ребенок очень хочет спать спокойно, верно?
— Ах да, чуть не забыл, — Лэ Юань притворился, будто только что вспомнил важную деталь. — Смертная казнь вам пока не грозит. Но если вы не сумеете держать язык за зубами и попытаетесь через свои связи достучаться до «сестрицы», чтобы та вас вытащила... Что ж, у нашего босса припасено еще много интересных папок. Нам не составит труда отправить ее за решетку следом за вами. Заодно и свидание организуем.
Помощник опустил взгляд на вывихнутое плечо Чжао Ивэя и с силой наступил ботинком прямо на поврежденный сустав.
— Мы договорились?
Чжао Ивэй резко вскинул голову, хрипя от боли. Это был грязный, неприкрытый шантаж. Своего единственного сына он вымолил у судьбы на старости лет. Если он сейчас выдаст покровительницу, та сотрет его ребенка в порошок...
— Ты... вы!..
***
Тем временем Чжоу Ян, весело напевая под нос, переступил порог загородного особняка. В его ушах все еще звучал глубокий голос Гу Яня: «И вам советую быть осторожнее». Юноша истолковал это по-своему: Гу Янь пожелал ему беречь себя, а значит — проявил заботу!
"Неужели мы теперь настоящие друзья?" — ликовал он про себя.
Даже утверждение на роль у режиссера Сю не принесло ему столько чистой детской радости.
Чжоу Минь, прижимая к боку раскрытый ноутбук, как раз спускался по лестнице. Заметив сияющее лицо младшего брата, он невольно улыбнулся:
— Ну как? Все прошло успешно?
Чжоу Ян гордо вздернул подбородок и забавно фыркнул. Он так сильно походил на домашнего котенка, требующего ласки и похвалы, что вся его напускная важность казалась невероятно трогательной.
— Режиссер утвердил меня! — торжествующе объявил он.
Строгие черты лица Чжоу Миня окончательно смягчились, и он искренне рассмеялся. Шаркая домашними тапочками, он подошел к брату и тепло взъерошил его мягкие волосы:
— Наш Сяо Ян действительно повзрослел.
— Еще бы! Я ведь молодец? — Чжоу Ян сощурился от удовольствия, так и светясь счастьем.
— Конечно, молодец, куда всем остальным до тебя, — закивал Чжоу Минь, увлекая его к дивану. Однако стоило им сесть, как его лицо вновь приняло серьезное выражение. — Семейные дела требуют моего личного присутствия, так что завтра утром я улетаю. Я оставляю с тобой дядюшку Фу. Твоя задача — ехать на съемки и усердно работать. Если кто-то посмеет тебя обидеть или задеть в съемочной группе — сразу звони мне. Понял?
— Ой... так скоро? — улыбка сползла с лица Чжоу Яна.
Ему было безумно жаль расставаться, ведь они толком и пожить вместе не успели. Но просить брата остаться он не смел. На плечах Чжоу Миня лежала огромная бизнес-империя, контролировать которую в одиночку — каторжный труд.
— Приходится, — вздохнул Чжоу Минь и ласково ущипнул его за щеку. — Так что отыграй свою роль побыстрее и возвращайся домой. Не заставляй нас с дедушкой сходить с ума от беспокойства. Договорились?
В то мгновение, когда пальцы брата коснулись его кожи, в голове Чжоу Яна яркой вспышкой пронеслось странное, размытое видение. Ощущение было до боли знакомым, но как юноша ни пытался уцепиться за этот образ, тот мгновенно растаял, оставив лишь пустоту.
Озадаченно почесав макушку, Чжоу Ян лишь тихо угукнул.
На следующее утро Чжоу Минь уже улетел. В огромном доме остался лишь дядюшка Фу, который с самого рассвета хлопотал на кухне. Чжоу Ян наскоро позавтракал под непрекращающееся, заботливое ворчание старика, наспех покидал вещи в дорожную сумку и отправился на съемочную площадку в Хэндянь.
Заселившись в отель, он сразу поймал такси до павильонов, желая пораньше освоиться на месте. Стоило ему подойти к главным воротам киностудии, как он заметил своего менеджера, Ли Чэна. Сам юноша едва ли узнал бы агента в толпе, но у Ли Чэна был наметанный глаз.
— Мать твоя женщина! — менеджер изумленно протер глаза. — Сяо Чжоу, это ты, что ли?
Чжоу Ян смущенно поправил волосы, слегка прикрывая свои аккуратные, похожие на эльфийские уши, и неловко кивнул.
Прежний владелец тела никогда не отличался пунктуальностью. На съемки он заявлялся в самый последний момент, а если у него было плохое настроение — мог и вовсе проигнорировать работу, из-за чего у Ли Чэна едва не лопалось терпение. Чжоу Яну стало искренне стыдно за прошлые выходки своего предшественника.
— Глазам не верю... — Ли Чэн все еще разглядывал его так, будто перед ним стоял призрак. — Когда ты на днях заикнулся, что пойдешь на кастинг, я решил, что ты бредишь. А ты мало того что пошел, так еще и умудрился пройти отбор у самого режиссера Сю! Ну ты даешь, парень! Молодцом!
— Да, брат Чэн. Раньше я вел себя глупо и доставил тебе кучу проблем, — искренне произнес Чжоу Ян. — Но теперь я хочу серьезно работать над ролями.
— Отлично! Слышать такие слова от тебя — настоящий бальзам на душу, — Ли Чэн с силой хлопнул в ладоши.
Он вел дела Чжоу Яна уже два года, но впервые видел юношу настолько покладистым и собранным.
"Наконец-то этот сорванец взялся за ум" — с облегчением подумал менеджер.
Насколько хороша будет игра Чжоу Яна — вопрос десятый, главное, что у него появилось желание трудиться.
— Идем! Ведущие актеры «Погребального шествия» как раз собираются в гримерке. Познакомлю тебя с кастом.
С этими словами он увлек Чжоу Яна в сторону главного павильона.
В это же время неподалеку один из молодых актеров сочувственно похлопал Лю Дуна по плечу:
— Слушай, Лю Дун, твой агент, похоже, совсем на тебя забил. На словах обещает сделать звездой, а на деле все самые лакомые куски отдает этому Чжоу Яну.
Лю Дун прищурился, чувствуя, как внутри закипает глухая обида. Ли Чэн должен был ждать здесь именно его! Они ведь договаривались встретиться и поужинать с режиссером их веб-дорамы. Почему стоило Чжоу Яну показаться на горизонте, как агент тут же бросил все дела и побежал за ним, как дрессированный пес?
И самое главное: в той таинственной книге четко говорилось, что Чжоу Ян вообще не должен был сниматься в этом проекте!
— Будь хитрее, — продолжал подначивать коллега. — Ты внешне ничуть не хуже него, а уж про его актерский «талант» и говорить смешно. К тому же от его пяти миллионов подписчиков дай бог половина осталась, остальные — боты. Если ты сам не начнешь зубами вырывать роли, так и просидишь на вторых ролях всю жизнь.
Парень указал рукой на величественный комплекс декораций в традиционном стиле, возвышающийся неподалеку:
— Сам посмотри, в каких условиях будет сниматься Чжоу Ян, и в какую дыру засунули нас. В нашей дораме серии длятся от силы по пять минут, это даже полноценным сериалом назвать стыдно! Куда нам тягаться с масштабным историческим полотном режиссера Сю Чэня?
Первые лучи утреннего солнца мягко ложились на черепичные крыши старинных павильонов и резных галерей, окружая их золотистым ореолом. По переходам неторопливо прохаживались актеры массовки в легких струящихся одеждах эпохи Дали, создавая полную иллюзию ожившей древней картины.
Глядя на эту сказочную декорацию, Лю Дун почувствовал, как его захлестывает волна зависти и жадности. Вся его фигура словно погрузилась в зловещую тень.
"Роль Сун Цинчжи должна быть моей! Только моей!" — билось в его голове.
Такой грандиозный проект, такие колоссальные возможности завести нужные связи среди элиты шоу-бизнеса... Все это шло к нему в руки! Так какого черта Чжоу Ян влез и отобрал у него этот шанс?
Коллега попытался сказать что-то утешительное, но Лю Дун, пряча затаенную злобу, лишь тихо, со вздохом произнес:
— Куда мне до умения Чжоу Яна заводить нужные знакомства. Я ведь простой парень из провинции, связей нет. Приходится терпеть.
Лю Дун проводил взглядом уходящих мужчин.
"С его-то бездарной игрой только собак смешить" — злобно подумал он.
Все, что предначертано ему судьбой, он вернет себе. И никто не встанет у него на пути.
***
Тем временем Ли Чэн привел Чжоу Яна в просторную общую гримерку.
Шумные разговоры и смех мгновенно оборвались, стоило юноше переступить порог. Присутствующие замерли, переглядываясь в неловком молчании. Секунду спустя один за другим начали вибрировать мобильные телефоны актеров.
Обычно режиссер Сю создавал общий рабочий чат для координации съемочного процесса. Однако сейчас экран мобильного Чжоу Яна оставался абсолютно темным. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять: коллеги создали отдельную группу, куда его добавлять никто не собирался.
В скрытом чате тут же посыпались сообщения от анонимов.
[Аноним]: «Это и есть наш исполнитель третьей роли? Боже, я не хочу делить с ним кадр!»
[Аноним]: «Слушайте, а правда, что он буквально преследует киноактера Циня? Говорят, сначала караулил его у ворот студии, потом ломился в номер отеля, а под конец ухитрился залезть к нему под одеяло. Его тогда телохранители вышвырнули прямо вместе с матрасом! Если бы семейка Чжоу не выложила кругленькую сумму за то, чтобы замять скандал в СМИ, его бы близко к съемочной площадке не подпустили».
[Аноним]: «Я тоже об этом слышал! Неужели чистая правда? Но откуда у него такие деньжищи на взятки прессе?»
[Аноним]: [Ссылка: «Грязные секреты Чжоу Яна и его богатых покровителей»]
[Аноним]: [Ссылка: «Как Чжоу Ян устраивает истерики на площадке и с кем из актрис проводит ночи в отелях»]
В чате воцарилась тишина — лишь несколько анонимных аккаунтов продолжали увлеченно поливать Чжоу Яна грязью, выставляя его в самом неприглядном свете. Именитые актеры предпочитали не вмешиваться в переписку, чтобы не оставлять компрометирующих следов, однако все без исключения с любопытством читали прикрепленные статьи. На лицах некоторых старших артистов появилось брезгливое выражение, брови недовольно сошлись на переносице.
— Всем привет! — звонкий, чистый голос Чжоу Яна заставил присутствующих вздрогнуть. — Какое странное совпадение... Почему у всех одновременно зазвонили телефоны, а мне ничего не пришло?
Он повернулся к своему менеджеру, захлопав ресницами. В его больших, темных глазах, напоминающих глаза испуганного олененка, заблестели едва заметные слезинки. Взгляд так и лучился детской наивностью:
— Брат Чэн, может, меня добавили не в тот чат?
Стояла теплая погода, и Чжоу Ян пришел в просторном нежно-голубом худи и джинсовых шортах. Его стройные ноги казались невероятно хрупкими и белыми, приковывая к себе невольные взгляды.
Ли Чэн лишь мысленно развел руками.
"Надо же, какой хитрый лисенок" — подумал он.
Невинный вопрос юноши застал актеров врасплох. На лицах многих проступил стыдливый румянец, они принялись неловко отводить глаза и кашлять.
Янь Хуань, не одобрявший подобные кулуарные сплетни, стоял ближе всех к Чжоу Яну и отреагировал первым. Шагнув навстречу, он мягко улыбнулся:
— Привет. Я Янь Хуань.
У этого актера была утонченная, благородная внешность. В его облике не прослеживалось и капли изнеженности — наоборот, от него веяло удивительной внутренней чистотой и спокойствием, а манеры были безупречны.
Чжоу Ян мгновенно сопоставил факты. Согласно сюжету романа, Янь Хуань три года подряд завоевывал титул самого популярного актера телевидения, однако заветная статуэтка премии «Золотая магнолия» каждый раз ускользала от него в последний момент. Впрочем, его выдающегося таланта с лихвой хватало, чтобы великолепно исполнить в «Погребальном шествии» сразу две сложнейшие роли: главного героя Сун Цинчжу и генерала Чу Ляо, внешне похожего на него как две капли воды.
Поняв, что Янь Хуань искренне пытается разрядить обстановку, Чжоу Ян приветливо сощурился и вежливо поклонился, протягивая руку для рукопожатия:
— Очень приятно, господин Янь Хуань! Я Чжоу Ян. Надеюсь на вашу поддержку и советы на съемочной площадке.
Пользуясь моментом, Янь Хуань представил новому коллеге остальных присутствующих. Чжоу Ян со всеми здоровался одинаково вежливо и тепло, однако при упоминании имени Цинь Чжи в его взгляде промелькнула едва заметная тень.
Сюжет «Погребального шествия» строился вокруг двух центральных персонажей. И если роль Сун Цинчжу досталась Янь Хуаню, то образ таинственного молодого господина Цзюэ предстояло воплотить на экране Цинь Чжи.
Тот сидел на диване прямо напротив Чжоу Яна, не отрывая взгляда от экрана телефона. У этого мужчины была резкая, хищная красота: безупречно очерченные скулы, прямой нос и невероятно холодный, колючий взор. От него веяло такой леденящей стужей, что Чжоу Яну показалось, будто у него физически закололо кожу на щеках.
"Так вот ты какой, великий киноактер Цинь..."
Юноша непроизвольно нахмурился и украдкой покосился на мужчину. Но Цинь Чжи среагировал мгновенно. Столкнувшись с его тяжелым, пронзительным взглядом, Чжоу Ян испуганно сжался и поспешно втянул голову в плечи.
http://bllate.org/book/35927/4496881
Готово:
