Только что за пределами его Барьера пролетела огромная старая птица, и её тускло-зелёные глаза были полны радости и омерзительной жадности.
Заметив, что Пэй Юньшу смотрит на неё, хищная птица яростно ринулась вниз, пытаясь пробить Барьер, и в тот же миг налетели порывы свирепого ветра, сбивая Меч Цин Юэ с курса.
Пэй Юньшу опустился на землю, и Меч Цин Юэ, вернувшись к своим обычным размерам, лёг ему в руку, а его клинок засиял пугающим лазурным светом. Пэй Юньшу в упор посмотрел на гигантскую птицу, мчавшуюся на него из воздуха, и в его глазах уже проступило убийственное намерение.
Однако он не успел нанести удар, как птица, не долетев до него, была пронзена в самое сердце струей воды.
Кровь пролилась с неба дождём, источая густой запах сырости. Не успела она упасть на Пэй Юньшу, как неведомо откуда взявшаяся сила оттолкнула его, вмиг прижав к стволу гигантского дерева неподалёку.
Чёрный Цзяо обратился в человека и прижался к Пэй Юньшу, зарывшись лицом в его шею и втягивая исходящий от него аромат.
Этот запах пришёлся ему невероятно по душе. Змеиный хвост неудержимо высунулся наружу, крепко обвив нижнюю часть тела Пэй Юньшу.
Холодная чешуя покалывала кожу сквозь одежду.
В отличие от обычной змеи, чешуя на теле Цзяо ощущалась куда отчётливее, и когда она скользила по ногам, это вызывало ещё большее оцепенение.
У Пэй Юньшу онемел затылок, и каждое чувство на теле стало невероятно обостренным. Стиснув зубы, он изо всех сил старался не обращать внимания на хвост, который медленно полз вверх от его стоп.
Это была не змея, это был Цзяо.
Снова и снова мысленно повторяя себе эти слова, Пэй Юньшу дрожащим голосом произнес:
— Отойди... отойди от меня подальше.
Хвост Чжу Ю уже обвился вокруг его бедер. Услышав это, он с неохотой сжался сильнее, а затем змеиный хвост неторопливо отступил назад, снова превращаясь в человеческие ноги.
Сейчас он вовсе не был обнажён: на нём всё ещё была одежда, которую Пэй Юньшу отдал ему в прошлый раз, вот только нижнюю сорочку неизвестно куда дело, и на нём небрежно болталось лишь одно верхнее ханьфу, подвязанное как попало и распахнутое на груди.
Его волосы были темнее ночи, а лицо поражало своей демонической красотой. Чжу Ю опустил голову и посмотрел на него:
— Куда?
Меж тем повеяло холодным ветерком, и Пэй Юньшу не смел смотреть на его бледные тонкие губы, страшась, что из них покажется раздвоенный змеиный язык. В то же время встреча с багровыми глазами Чжу Ю вызывала то же чувство, что и взгляд глаза в глаза с диким зверем. Пэй Юньшу тихо проговорил:
— Я иду к подножию горы на праздник фонарей.
Он только что завязал волосы, но завязал их наспех голыми руками, так что прическа немного растрепалась, и пряди беспорядочно развевались по ветру. Чжу Ю засмотрелся на эти движущиеся пряди и перевёл взгляд на его волосы:
— Я тоже пойду.
Должно быть, из-за того, что за последние дни он стал больше говорить, голос Чжу Ю всё еще оставался хриплым, но звучал уже гораздо свободнее, и этот небольшой изъян больше не мог скрыть завораживающей красоты его голоса.
Пэй Юньшу не знал, как отказаться, тем более что время уже позднее, и если медлить дальше, кто знает, не закроется ли ярмарка фонарей?
Тогда он призвал Меч Цин Юэ, вскочил на него первым и, покосившись на неопрятно одетого Чжу Ю, с явной неохотой бросил:
— Залезай.
Чжу Ю встал позади него, и когда они взмыли в воздух, его свободное верхнее ханьфу едва не улетало по ветру. При виде столь лихого и необузданного вида можно было легко представить, какая реакция будет у простолюдинов у подножия горы.
— Измени себе одежду, — сказал Пэй Юньшу. — В моём Мешочке для хранения есть только даосские робы, ни одна из них тебе не подойдет.
Чжу Ю нахмурился, внимательно оглядывая одежды на самом Пэй Юньшу, — от нижних до верхних слоев, — после чего сотворил себе аккуратный наряд. Если присмотреться, каждая деталь была точно такой же, он даже сменил свои кроваво-красные глаза на чёрные, стёр Демонический узор и спрятал маленькие бугорки на лбу.
Теперь он ничем не отличался от обычного человека.
Пэй Юньшу с облегчением выдохнул, как вдруг вспомнил, что тонкая полупрозрачная ткань на нём самом — это кожа, которую сбросил стоящий за его спиной мужчина.
Его лицо слегка порозовело от жуткого смущения, но Чжу Ю ничего об этом не сказал, так что Пэй Юньшу оставалось лишь изо всех сил делать вид, будто ничего не происходит.
Меч Цин Юэ летел очень быстро, и в мгновение ока они увидели озаряющее подножие горы море ярких огней.
Когда их ноги коснулись тусклого переулка, Пэй Юньшу поглядел на оживлённую улицу у выхода и на миг словно лишился способности двигаться.
Самые разнообразные фонари излучали тёплый жёлтый свет, освещая улыбки на лицах людей. Пэй Юньшу простоял так добрую минуту, прежде чем прийти в себя и направиться к выходу из переулка.
Чжу Ю шагал рядом с ним; в его холодных глазах не было ни капли сопричастности к царящему вокруг веселью — бросив пару случайных взглядов по сторонам, он без всякого интереса перевёл взгляд обратно на Пэй Юньшу.
Выражение лица Пэй Юньшу не менялось, но его глаза то и дело останавливались то на миловидных фонарях, то на толпах людей, сновавших вокруг него.
Постепенно на его губах заиграла лёгкая улыбка.
Помимо фонарей, здесь было множество торговцев, предлагавших всевозможные товары, и их непрекращающиеся зазывающие крики заставляли глаза разбегаться.
Они подошли к одному из прилавков, и Чжу Ю вдруг протянул руку, притянув к себе Пэй Юньшу.
Пэй Юньшу с сожалением отвёл взгляд от фонарей и, пребывая в хорошем настроении, посмотрел на Чжу Ю...
Торговец торопливо заговорил:
— Это вещь, созданная Сектой Цаньюэ, первейшей сектой артефакторов в Поднебесной! Хотя это и неудачный образец, но лента для волос переливается чудесным сиянием, выглядит исключительно красиво. Если юноша желает её приобрести, отдайте вот столько.
Рука Чжу Ю качнулась, и эта лента для волос мгновенно исчезла. Торговец вытаращил на него глаза:
— Ты...
Демон-Цзяо с бесстрастным лицом посмотрел на него в ответ.
В мире смертных требовались либо серебряные монеты, либо духовные камни. Если у торговца имелась духовная энергия, следовало отдать духовный камень, а если торговец был обычным смертным — платить только серебром, дабы не навлечь лишних бед и хлопот на других.
Поглядев на поведение Чжу Ю, Пэй Юньшу сразу понял, что тот, судя по всему, даже не подозревал о необходимости платить, а потому достал из мешочка серебро и передал торговцу.
Чжу Ю задумчиво проследил за действиями Пэй Юньшу, и лишь когда они отошли подальше, спросил:
— Что это?
— Серебро, — серьёзно ответил Пэй Юньшу. — Когда покупаешь чужую вещь, за неё нужно платить.
Младший сородич вчера говорил им, что здешние места у подножия горы не идут ни в какое сравнение с другими оживленными краями, но Пэй Юньшу казалось, что и этого более чем достаточно: и люди, и вещи вокруг — всё это было зрелищем, какого он никогда прежде не видал.
Даже когда они закончили осмотр фонарей и вышли к извилистой речушке с небольшими мостиками, глаза Пэй Юньшу всё ещё ярко сияли.
В воде тоже плавало множество лотосовых фонариков, и алые огоньки, покачиваясь, плыли по течению вдаль, один за другим проплывая мимо Пэй Юньшу.
Пока Пэй Юньшу, зачарованно глядя на реку и огоньки, пребывал в задумчивости, он вдруг почувствовал, как кто-то приподнял его запястье. Скосив глаза, он увидел, что в другой руке Чжу Ю снова появилась та самая лента для волос и он неторопливо наматывает её на его правое запястье.
Пэй Юньшу попытался вырваться, но не смог сдвинуть руку ни на йоту. Чжу Ю поднял на него взгляд — его глаза снова в какой-то момент стали багровыми. Лунный свет был скрыт, и ночь казалась темной настолько, что отсвечивали лишь фонари, но даже в этой тьме его глаза словно излучали собственный свет.
— Что ты де...? — начал было Пэй Юньшу.
— Дарю тебе, — перебил Чжу Ю.
Пока он говорил, эта белая лента для волос уже обвилась вокруг запястья Пэй Юньшу. Длинная тонкая полоска ткани походила на змею, опутавшую выступающие и красивые косточки на его руке.
Вспомнив слова торговца о том, что эта лента — испорченный при создании артефакт, Пэй Юньшу попытался подавить тревогу в сердце:
— Чжу Ю, это лента для волос.
Чжу Ю опустил взгляд на него.
Тревога в сердце Пэй Юньшу вдруг резко усилилась. На сей раз он вложил в попытку выдернуть руку все десять сил, но это не принесло ни малейшего результата.
Капля влаги скользнула по пальцу Чжу Ю. Его кровь капнула на ленту для волос, и в следующий миг заурядная лента словно ожила — она заизвивалась, заскользив по руке Пэй Юньшу, и спустя несколько секунд внезапно исчезла.
Прежние дурные предчувствия оправдались. Рука Пэй Юньшу слегка задрожала, а Чжу Ю протянул палец и легко подтолкнул край его одежды.
http://bllate.org/book/35919/4449443
Готово:
