Это ваше телефонный ужин.
Спасибо. Ин Минсюань вставил сим-карту и проверил сообщения.
Было немало пропущенных вызовов и уведомлений. Ин Минсюань бегло просмотрел их, пропустив всё лишнее, и лишь обратил внимание на сообщение от Сун Кайюя о том, что сегодня утром к нему заглядывал Хо Фэйчжан.
У меня такое ощущение, будто у Хо Фэйчжана не всё в порядке с психикой, — так написал ему Сун Кайюй.
Ин Минсюань бросил взгляд на экран, но не ответил ни на одно сообщение. Он считал, что Хо Фэйчжан уж точно не дойдёт до помешательства — в конце концов, у того есть более важный студент мужского пола. Хо Фэйчжан и изменял, и держал его на крючке с помощью брачного союза, а он сам, несчастный дурачок, которого предали и при этом не отпускают на свободу, — и то не сошел с ума. С чего бы вдруг психовать Хо Фэйчжану?
Никто же не приставлял нож к горлу Хо Фэйчжана, заставляя его изменять. Чего теперь ломать комедию и изображать из себя недотрогу, пытаясь усидеть на двух стульях?
Ин Минсюань усмехнулся, включил на телефоне режим «не беспокоить», швырнул его в сторону, взял недочитанный альбом с иллюстрациями и отправился в свою спальню — валяться «трупом».
Последствия бурного похмелья на самом деле ещё не прошли. Ин Минсюань чувствовал, что от его дыхания всё ещё разит алкоголем. Он лёг на постель, полистал альбом буквально пару минут, бросил его на прикроватную тумбочку, натянул одеяло на лицо и продолжил спать.
Лишь в шесть часов вечера Ин Минсюань с трудом вылез из-под одеяла. Как следует выспавшись, он наконец почувствовал, что окончательно избавился от запаха алкоголя и вернулся к жизни.
Сообщений на телефоне скопилось ещё больше, но, судя по всему, скандал не разгорелся. Остальные решили, что он просто поссорился с Хо Фэйчжаном, для видимости поинтересовались в пару строках, а не получив ответа, успокоились.
Там также были пропущенные вызовы и сообщения с незнакомых номеров:
Солнышко, я виноват, скажи мне, где ты, хорошо?
Солнышко, я переживаю за тебя.
Я действительно понял, что был не прав, больше никогда так не поступлю, дай мне шанс, ладно?
Тут и гадать не нужно — наверняка это присылал Хо Фэйчжан.
Ин Минсюань нахмурился, занёс все эти незнакомые номера в чёрный список, включил блокировку любых незнакомых сообщений, перевёл телефон в режим «не беспокоить», бросил его на кровать и спустился вниз поискать еды.
Хо Тяньчэн сидел за обеденным столом в чёрной пижаме и просматривал что-то в телефоне. Его короткие волосы не были причёсаны так аккуратно, как обычно, и несколько прядей падало на лоб.
Какое совпадение, ужинать сядем прямо сейчас. Увидев, что он спустился, Хо Тяньчэн поприветствовал его.
Мм... — Ин Минсюань сел напротив него и спросил: — У тебя есть фиксированное время для трёх приёмов пищи?
Восемь утра, двенадцать часов дня и шесть часов вечера, — ответил Хо Тяньчэн.
Ин Минсюань кивнул: его собственный распорядок дня совпадал с этим на сто процентов. Хотя он и занимался искусством, в периоды, когда он не был увлечён творчеством, его привычки были на удивление правильными и оздоравливающими.
Вот только он никак не ожидал, что у такого занятого человека, как Хо Тяньчэн, график может быть настолько размеренным.
Ты заглядывал в то, что для тебя подготовили? Чего-нибудь не хватает? — спросил Хо Тяньчэн. — И насчёт обустройства мастерской.
Всё в порядке.
В конце концов, даже если бы Ин Минсюань упрямо решил изображать здесь страуса и зарыть голову в песок, этого хватило бы максимум на пару месяцев затягивания времени. Ему не было смысла обустраивать какую-то невероятно совершенную мастерскую в доме Хо Тяньчэна.
Спрятавшись здесь на несколько месяцев, в конце концов всё равно не удастся избежать неизбежного — свадьбы с Хо Фэйчжаном.
Но раз уж можно сбежать хоть на время, почему бы и нет.
Глава 5. Воспользоваться моментом
Ни Хо Тяньчэн, ни Ин Минсюань не были любителями пустых разговоров. После необходимых любезностей и светских фраз они молча сели ужинать.
Уже совсем стемнело, снаружи заморосил мелкий осенний дождь. Капли барабанили по оконному стеклу, создавая едва слышный шорох.
От этого слабого шума дождя в доме стало ещё тише.
Ин Минсюань слишком плотно пообедал в полдень, да к тому же проспал весь вечер, поэтому аппетита у него не было. Слегка перекусив, он отправился в мастерскую, отведённую ему рядом с кабинетом.
Он сел на стул, установил мольберт, некоторое время тупо смотрел на чистый холст, но в голове не было ни единой мысли.
Ин Минсюань чувствовал, что вдохновения у него хватает. Сильные эмоции всегда служат главным источником и движущей силой для творчества, а эмоциональный всплеск за последние пару дней был, пожалуй, самым мощным за всю его жизнь. Сейчас в голове крутилось множество идей, но ему не хватало отправной точки, чтобы воплотить это вдохновение в реальность.
Потому что эмоции были слишком хаотичными.
Ин Минсюань не успел по-настоящему погрузиться в переживания из-за предательства, как Хо Тяньчэн увлёк его за собой. И приходилось признать: с тех пор как Ин Минсюань протрезвел, он почти не тратил душевных сил на Хо Фэйчжана и те воспоминания. В доме Хо Тяньчэна его вечно куда-то устраивали, он то и дело конфузился перед ним, так что все его мысли крутились исключительно вокруг Хо Тяньчэна, и времени на меланхолию попросту не оставалось.
Помучавшись какое-то время перед холстом, он в конце концов сдался, откинулся на спинку стула и снова взял в руки тот самый дневной альбом, собираясь продолжить чтение. Но, глянув на страницы пару раз, он снова ничего не почувствовал, ощутив лишь лёгкое раздражение.
Ин Минсюань отбросил альбом, поднял глаза и увидел в соседнем кабинете сидящего Хо Тяньчэна.
Верхняя половина стен с обеих сторон этой комнаты была стеклянной, так что отсюда он мог видеть часть соседнего кабинета. На самом деле, пока Ин Минсюань сидел задумчиво в мастерской, Хо Тяньчэн уже устроился за письменным столом в кабинете.
Если поднять голову с того места, где сидел Ин Минсюань, как раз была видна половина лица Хо Тяньчэна, выглядывающая из-за монитора компьютера.
Хо Тяньчэн всё ещё был в том же чёрном шелковом халате, его короткие волосы слегка растрепались, и одна небольшая прядь падала на переносицу. Он вовсе не страдал близорукостью, поэтому, подперев одной рукой подбородок, с мышкой в руке сосредоточенно вглядывался в экран компьютера, в его абсолютно чёрных зрачках отражалось мерцание монитора.
Сам того не зная, Ин Минсюань подумал, что линии фигуры Хо Тяньчэна были предельно чёткими — чистые, резкие и плавные линии очерчивали весь его силуэт, из-за чего эти цвета казались особенно спокойными и в то же время насыщенными. Это был тот самый тип изображений с высоким контрастом, который Ин Минсюань любил больше всего.
Ин Минсюань какое-то время смотрел на Хо Тяньчэна, погрузившись в задумчивость, и почувствовал, что у него смутно забрезжили некие идеи. Он взял пачку бумаги для эскизов и карандаш, собираясь перенести вдохновение на бумагу.
Однако не успел он сделать и пары штрихов, как его прервало какое-то царапанье в окно снаружи.
Он встал, подошёл ближе и выглянул: на подоконнике сидел промокший котёнок.
Осенний дождь был очень холодным, котёнок жался к стеклу, скребя лапкой по раме и жалобно мяукая.
Ин Минсюань огляделся по сторонам, затем взял холст, распахнул окно и втащил внутрь промокшего котёнка.
Стоило открыть окно, как в комнату ворвался порыв ледяного ветра, капли дождя больно и холодно ударили по рукам. Ин Минсюань быстро захлопнул стул обратно и, прижимая к себе котёнка, вернулся вглубь комнаты.
Всё это время котёнок вел себя очень послушно, лишь непрерывно дрожал у него на груди.
Поразмыслив немного, Ин Минсюань всё же взял котёнка и направился к двери в кабинет Хо Тяньчэна, постучав в неё.
Что случилось? — Хо Тяньчэн открыл дверь и, опустив взгляд, сразу увидел кота на руках у Ин Минсюаня.
Хо Тяньчэн... ты не против, если здесь заведется кот? — осторожно спроил Ин Минсюань.
Сам по себе он не испытывал к кошкам какой-то особой страсти, просто раз уж это животное само пришло к нему за помощью, его собственная доброта подталкивала его спасти крошечное создание. К тому же кот мог бы составить ему компанию здесь. Впрочем, если Хо Тяньчэн против, заводить его не обязательно.
Если против, ничего страшного, я попрошу помощника свозить его на стерилизацию и выпустить обратно, — добавил Ин Минсюань, заметив, что Хо Тяньчэн молча смотрит на него сверху вниз.
Хо Тяньчэн кивнул, переведя взгляд с его груди: Я не против, хочешь — оставляй. Только смотри, чтобы он тебя не поцарапал.
Стоявший перед ним человек даже не осознавал, что тот тонкий слой холста вовсе не мог защитить от дождевой воды на животном: его белая рубашка на груди уже насквозь промокла и полупрозрачным слоем прилипла к коже, обнажая очертания и цвет его груди.
Мм, — отозвался Ин Минсюань и, прижимая к себе кота, направился в ванную.
Ин Минсюань как раз не хотел рисовать и в то же время не желал прикасаться к телефону, а теперь появился кот, за которым нужно поухаживать — ощущение, что у него есть какое-то дело, было очень даже неплохим.
Намывая кота, он попутно вспоминал те истории из интернета о том, что кошки терпеть не могут купаться и норовят всех исцарапать.
Этот же котёнок, пришедший к нему сам, оказался на редкость послушным: погрузившись в теплую воду, он совершенно не буянил, позволяя делать с собой всё что угодно.
Вымыв питомца, Ин Минсюань тщательно обтёр его полотенцем, а затем взял фен и принялся за сушку.
Когда шерстка высохла, Ин Минсюань снова взял на ручки пахнущего свежестью и мягкого котёнка, и у него наконец немного поднялось настроение. Улыбнувшись, он произнес: А ты ведь на редкость послушный.
Котёнок зарылся носом в его ладони и тихонько мяукнул.
Ин Минсюань отнёс его на кухню, чтобы посмотреть, найдется ли что поесть. Кошачьего корма не оказалось, и котёнок поел немного сырого мяса и белого риса — Ин Минсюань понятия не имел, почему эта кошка любит вареный рис, возможно, такой рацион выработался у неё за время бродячей жизни.
Как насчет того, чтобы назвать тебя Мифань? — спросил Ин Минсюань, возвращаясь в комнату с котом на руках.
Кот мягко мяукнул в ответ, и с тех пор его стали звать Мифань.
Мифань оказалась трёхцветной кошкой с преобладанием черных и рыжеватых оттенков, с острой мордочкой и вовсе не круглыми глазами. Она не могла похвастаться миловидностью породистых питомцев, зато отличалась на редкость покладистым характером, и Ин Минсюань окончательно решил оставить её у себя.
Он нашёл картонную коробку, постелил на дно пару мягких подстилок — получилось вполне уютное местечко для кошачьего сна, — и оставил Мифань вместе с этим импровизированным домиком в пустой комнате.
В конце концов, ему нужно было лишь убедиться, что эта кошка по кличке Мифань доживёт до сегодняшней ночи, а всеми остальными мелкими заботами завтра с утра займётся управляющий, как только появится здесь.
Разобравшись с Мифань и взглянув на часы, Ин Минсюань обнаружил, что уже половина одиннадцатого вечера. Заглянув в мастерскую за недочитанным альбомом, он заметил, что Хо Тяньчэн всё ещё сидит в кабинете, время от времени постукивая по клавиатуре компьютера.
Быть боссом — это действительно тяжелый труд.
У Ин Минсюаня не было настроения рисовать, поэтому он прихватил альбом и вернулся в спальню, где вскоре заснул.
Когда свет в соседней мастерской погас, Хо Тяньчэн, до этого неотрывно и сосредоточенно смотревший на экран компьютера, перевёл взгляд в сторону мастерской.
Он несколько минут неподвижно глядел на опустевшую комнату, после чего снял трубку и сделал звонок.
http://bllate.org/book/35872/4443247
Готово:
