Всё же лучше спросить, так будет спокойнее.
Если Маленький злодей ничего не видел, то в следующий раз можно будет спокойно продолжить упражнения в каллиграфии.
Сейчас ноги Маленького злодея только что после операции, и в течение последней недели никакой реабилитационный тренинг ему противопоказан.
Остается только лежать на больничной койке.
Но просто лежать пластом слишком скучно, так что позаниматься каллиграфией — вполне неплохой вариант.
Сун Цзи еще в своем мире подумывал заняться каллиграфией всерьез, но когда наваливалась работа, на сон порой не оставалось и пяти часов, не говоря уже о свободном времени для письма.
Теперь же, раз выдалась свободная минутка, вернуться к каллиграфии было бы весьма кстати.
Что касается других способов развлечься, например, телефона, то Сун Цзи даже не рассматривал этот вариант.
На самом деле Сун Цзи заметил новенький смартфон на подушке Маленького злодея еще с самого утра.
Однако у него было сильно развито чувство личных границ — это вещи Маленького злодея, и без его разрешения он ни за что к ним не прикоснется.
К тому же Маленький злодей еще несовершеннолетний, а долгое смотрение на электронный экран наносит зрению практически непоправимый урон.
Сун Цзи никогда бы не стал заниматься подобным.
Поэтому Сун Цзи просто от нечего делать принялся размышлять о делах собственной компании: например, о проблемах с сырьем, которые предстоит обсудить на завтрашнем еженедельном совещании, и о политике привлечения талантов.
Не прошло и десяти минут, как он крепко заснул.
И правда, работа — лучшее снотворное.
*
Су Гуанцянь проснулся в холодном поту от кошмара.
Ему снова приснились те дни из прошлой жизни, когда его запирали в темной каморке в ожидании операции.
Тесное помещение площадью меньше четырех квадратных метров.
За исключением времени, когда приносили еду, там не было ни лучика света.
Даже притом, что у него не было куриной слепоты, в абсолютной темноте невозможно было разглядеть ни единого очертания.
Мертвая тишина.
Семья Су боялась, что он сбежит.
Но в то же время они не хотели поднимать шумиху и отправлять людей караулить его, поэтому просто лишили его какого-либо пространства.
Та неделя превратилась для Су Гуанцяня в кошмар наяву, преследовавший его всю жизнь.
Су Гуанцянь открыл глаза и тяжело задышал.
Его сердце бешено колотилось.
Тихая и светлая больничная палата.
Просторное помещение.
В конце концов все это помогло ему успокоиться.
В этот момент у двери послышался стук.
Курьер службы доставки толкнул дверь и вошел: Это господин Су? Ваш завтрак прибыл.
Су Гуанцянь с легким колебанием кивнул.
Курьер ловко и споро расставил теплую еду на небольшом прикроватном столике.
Тогда приятного аппетита, я пойду.
Су Гуанцянь перевел взгляд на еще не остывшую еду.
Небольшой столик был почти полностью заставлен: тут были и каша, и суп, и пухлые белые паровые булочки.
Аромат еды принес с собой самое теплое дыхание человеческого мира.
Взгляд юноши на мгновение задержался на этом угощении.
Не притрагиваясь к палочкам, он сначала протянул руку, чтобы проверить, нет ли послания от другой души.
Он нашел его, и на этот раз записка оказалась длиннее предыдущей.
Юноша тихонько и неподвижно читал ее, на его лице не дрогнул ни один мускул.
В душе Су Гуанцяня царило далеко не такое спокойствие, каким оно казалось внешне.
Сун Цзи.
Его взгляд задержался на этом имени.
Простое и открытое имя.
Ресницы юноши чуть заметно дрогнули.
Возможно, из-за того, что он только что проснулся, волосы Су Гуанцяня были слегка растрепаны, отчего весь его облик казался намного мягче.
Су Гуанцянь не обратил внимания на свои волосы и почти в два счета просмотрел всю записку целиком.
Жизнерадостная энергетика другой души словно рвалась наружу из-за каждой строчки.
Каждое предложение в письме излучало солнечное, лучистое тепло.
Су Гуанцянь поджал губы.
Напряженно выпрямившиеся уголки рта выдавали бурю эмоций в душе их хозяина.
Он продолжил читать дальше и, конечно же, обнаружил описание событий вчерашнего вечера, после того как он заснул.
Другая душа в очень непринужденной манере изложила его диалог с Нин Ляном.
Настолько живо и наглядно, что Су Гуанцяню казалось, будто он сам видит эту сцену.
Сун Цзи.
Су Гуанцянь слегка приоткрыл губы и еще раз мысленно повторил это имя.
Сун Цзи, чего он хочет?
Почему эта душа кажется такой теплой?
Су Гуанцянь вспомнил вчерашний кошмар.
Погруженные во мрак глубины, ледяная постель и прячущиеся во тьме взгляды, исполненные насмешки.
Ложь.
Все это наверняка ложь.
Все, что ему доводилось испытывать в жизни — это лишь холод и злоба.
Теперь же такое тепло — несомненно, иллюзия, созданная против него Волей Мира.
Это уловка Воли Мира, пытающаяся ослепить его.
Взгляд Су Гуанцяня вновь постепенно стал ледяным.
Он мысленно раз за разом напоминал себе, что впереди его ждет ловушка из сладкого меда, бездонная пропасть посреди ночи.
Юноша перечитал записку снова.
Неведомая ярость едва не выплернулась наружу.
Проклятье, почему его сердце все еще способно растаять от этого дешевого тепла?
Пальцы Су Гуанцяня, сжимавшие записку, медленно сжались так сильно, что бумагу едва не порвало.
В его голове прозвучал голос, нашептывающий словно демон.
Разорви этот клочок бумаги.
Разорви эту бумажку, которая кажется теплой, но на самом деле является ловушкой.
Он не заслуживает никакого тепла, все, что удается получить — фальшивка.
Этот голос звенел у него в ушах почти осязаемо, напоминая проклятие.
Спустя мгновение Су Гуанцянь, напротив, разжал пальцы.
С абсолютно спокойным выражением лица юноша аккуратно сложал записку и положил ее рядом с предыдущими.
Нет, он не станет уничтожать ни единого листка.
Раз уж это теплая ловушка, ему достаточно просто забрать себе это тепло, а саму ловушку вернуть обратно.
Пусть даже это иллюзия, но если он будет поддерживать ее всю жизнь, она станет настоящей.
Су Гуанцянь тихонько произнес это имя: Сун Цзи.
Его голос прозвучал очень тихо и низко, словно перышко легко скользнуло по глади воды, подняв лишь крошечную рябь, прежде чем снова раствориться в тишине.
http://bllate.org/book/35800/4432714
Готово:
