Линь Фэн провел в беспамятстве два дня, а потом проспал еще целые сутки. И хотя все это время ему непрерывно ставили капельницы с питательным раствором, от обычного чувства голода это не спасало.
Заметив слабый кивок Линь Фэн, Чжао Шуцин достал телефон, собираясь заказать для своего русала доставку еды.
Но в два часа ночи выбор оказался невелик. Почти все заведения уже закрылись, в том числе и то, где готовили любимую кашу Линь Фэн с кусочками рыбы. В округе работали лишь пара круглосуточных закусочных с барбекю да продуктовые лавки.
— Ничего не работает, — Чжао Шуцин спрятал телефон в карман и на секунду задумался. — Подожди меня немного. Я быстро схожу к себе, возьму продукты и сам сварю тебе кашу.
Он вспомнил, что в его запасах еды оставалось полно всякой всячины: готовые рыбные шарики, очищенные креветки и крабовые палочки. Если бросить всё это в кастрюлю с горстью риса и немного поварить, получится вполне сносная замена настоящей морской каше.
Линь Фэн, услышав, что тот собирается уходить, мгновенно вцепился пальцами в его рукав.
— Не уходи.
— Я не ухожу насовсем, — мягко принялся объяснять Чжао Шуцин. — Моя комната совсем рядом, буквально за углом. Я вернусь максимум минут через пятнадцать.
Но Линь Фэн лишь упрямо мотнул головой.
— Не надо еды. Просто побудь со мной.
Чжао Шуцин немного поколебался, но всё же опустился обратно на стул.
— Хорошо. Давай я попробую поискать доставку из других районов.
В итоге ему удалось разыскать круглосуточную закусочную аж в десяти километрах от них. Пришлось прилично доплатить курьеру за срочность, но когда заказ привезли, каша была ещё горячей.
Чжао Шуцин мысленно вознес хвалу современным службам доставки, благодаря которым они с Линь Фэн могли наслаждаться горячим ужином прямо посреди ночи, не выходя из палаты.
Из-за тяжёлой травмы хвоста Линь Фэн почти не мог двигаться, а здешняя медицинская кушетка, в отличие от полноценных больничных коек, не регулировалась по высоте. Чжао Шуцин пришлось соорудить под его спиной целую гору из подушек, после чего он принялся аккуратно, ложка за ложкой, кормить его кашей.
— Креветок маловато положили, — приговаривал Чжао Шуцин с каждой новой ложкой. — Да и порция скромнее, чем в твоём любимом месте. Но пахнет приятно. Как тебе на вкус?
Линь Фэн послушно кивнул. На его вкус, любая человеческая еда была невероятным деликатесом, и это блюдо не стало исключением.
Чжао Шуцин невольно улыбнулся. Он неторопливо скормил Линь Фэн около половины порции. Больше давать не решился — после долгого беспамятства желудку требовался щадящий режим, поэтому остатки каши Чжао Шуцин доел сам.
К тому моменту, как они закончили, часы показывали начало четвёртого утра. Линь Фэн снова начало клонить в сон.
Сам Чжао Шуцин усталости почти не чувствовал. Ему было не привыкать проводить ночи без сна: во время работы над диссертацией его личным рекордом были двое суток напролёт за компьютером, после чего он проспал больше двадцати часов подряд.
— Засыпаешь? — мягко спросил Чжао Шуцин, заметив сонный взгляд Линь Фэн. — Ложись, я буду рядом.
Линь Фэн слегка повернул голову и медленно протянул руку, коснувшись кончиками пальцев щеки Чжао Шуцин. Тот не стал отстраняться. Напротив, он накрыл ладонь русала своей ладонью, мягко прижав её к своему лицу, и негромко произнес:
— Спи спокойно. Завтра, когда откроешь глаза, я всё ещё буду здесь.
Линь Фэн слабо кивнул и прикрыл веки. Не прошло и минуты, как его дыхание выровнялось — он уснул.
Чжао Шуцин лишь тихо подивился тому, как быстро тот умеет проваливаться в сон. Он ласково погладил Линь Фэн по спутанным волосам. Прежде блестящие светлые пряди теперь потускнели и казались безжизненными. Линь Фэн всегда отличался исключительной чистоплотностью, но сейчас, истощённый болезнью, он просто не имел сил заботиться о себе.
Заботливо подоткнув края одеяла, Чжао Шуцин бросил взгляд на его покалеченный хвост, плотно замотанный бинтами, и тяжело вздохнул.
На следующее утро Линь Фэн проснулся, когда едва перевалило за семь.
Чжао Шуцин сдержал обещание: он действительно никуда не ушел, а так и остался спать, уткнувшись лицом в край постели. Из-за неудобной позы его тело затекло, а лоб прорезала глубокая морщинка — сон явно не приносил желанного отдыха.
Линь Фэн осторожно, стараясь не шуметь, повернулся на бок и замер. Он протянул руку и кончиком пальца бережно коснулся хмурых бровей Чжао Шуцин, словно пытаясь разгладить складку на его лбу. В этот момент он смотрел на него, почти не дыша.
Буль...
В стоявшем неподалёку аквариуме крупный каменный окунь выпустил парочку воздушных пузырей. Линь Фэн покосился на него, но промолчал.
Буль...
Из соседнего резервуара подала голос рыба-бабочка, тоже пустив струю пузырьков.
Этого Линь Фэн уже не выдержал. Он раздражённо повернулся к своим «соседям по палате» и сердито прошептал:
— А ну тихо! Ещё хоть раз пискнете — я вас живьём проглочу!
Чжао Шуцин пошевелился, сонно протерев глаза, и приподнялся.
— М-м? С кем это ты разговариваешь? — спросил он, переводя взгляд на Линь Фэн.
Но тот лишь надулся и поспешно зарылся обратно в подушки.
Чжао Шуцин невольно посмотрел на аквариумы. На мгновение ему почудилось, будто рыбы за стеклом смотрят на него с каким-то странным осмысленным любопытством.
Диковатое ощущение.
Наверное, просто не выспался.
Он протяжно зевнул и взглянул на часы: стрелки приближались к семи утра.
Ветеринарный блок при океанариуме заметно отличался от человеческой больницы. Здесь не устраивали строгих утренних обходов. Дежурный врач, если не происходило ничего экстренного, предпочитал спать до упора — ведь рыбы не умеют жаловаться, да и скандалов от их родственников ждать не приходилось. Так что утренний визит ветеринара обычно откладывался на неопределённое время.
За последние дни Чжао Шуцин успел практически обустроить здесь свой быт. В шкафу лежали его личные вещи, полотенце и зубная щётка. Быстро приведя себя в порядок, он смочил чистое полотенце тёплой водой, тщательно его выжал и подошел к постели.
— Давай я умою тебя, — предложила она.
За прошедшие двое суток Линь Фэн только и делал, что спал или плакал, поэтому его лицо выглядело заплаканным и заспанным. Чжао Шуцин принялся бережно обтирать его кожу. Линь Фэн смутился, попытался отвести взгляд и перехватить полотенце.
— Я сам, — едва слышно пробормотал он.
— Не нужно, — Чжао Шуцин перевернул полотенце чистой стороной и принялся аккуратно протирать тонкие пальцы русала. — Лежи спокойно, я быстро.
Когда с лицом и ладонями было покончено, Чжао Шуцин прополоскал ткань, снова выжал её и вернулся к кровати — на этот раз чтобы протереть шею Линь Фэн.
Почувствовав прикосновение влажного тепла, русал послушно приподнял подбородок. В такой позе обтирать кожу было гораздо удобнее, но Чжао Шуцин невольно засмотрелся на тонкие голубоватые венки, просвечивающие сквозь его бледную кожу.
Линь Фэн обладал удивительной, утончённой красотой. Его изящная шея напоминала лебединую, а сейчас, на фоне белоснежной подушки, он казался беззащитным и хрупким, обнажая самое уязвимое место.
Чжао Шуцин вел влажной тканью по его коже, и его движения становились всё медленнее. Его мысли на мгновение спутались.
Какой же он хрупкий...
И до невозможного белый...
Проведя полотенцем по шее, он аккуратно отвел в сторону пряди длинных волос Линь Фэн, спускаясь ниже — к ключицам, плечам и ложбинке груди.
Несмотря на плотную ткань купальника, прикосновения казались обжигающими. Когда пальцы скользнули чуть ниже, Чжао Шуцин поймал себя на безумной, пугающей мысли: ему безумно захотелось расстегнуть эту тесную одежду, чтобы обтереть разгорячённое тело русала полностью, без остатка.
Осознав, насколько опасны такие желания, он поспешно отвернулся к тазу с водой. С трудом заставив сердце биться спокойнее, Чжао Шуцин вернулся к процедуре, но теперь старался обходить грудь стороной, сосредоточившись на линии талии и живота.
— М-м... — Линь Фэн тихонько вздохнул и, слегка нахмурив брови, позвал: — Чжао Шуцин.
У Чжао Шуцин по спине покатился холодный пот. Понадобилось несколько секунд, прежде чем он нашел в себе силы поднять глаза.
— Что такое?
Линь Фэн удивлённо замигала глазами.
— У тебя лицо совсем красное.
Чжао Шуцин мгновенно вспыхнул до кончиков ушей, напоминая закипевший чайник.
— Не говори глупостей! — затараторил он, отчаянно пытаясь оправдаться. — Мне просто жарко. Духота невозможная сегодня!
Линь Фэн окинула её недоуменным взглядом. Сама она никакой жары не чувствовала.
Спешно бросив полотенце в таз, Чжао Шуцин схватил его и пулей вылетел из палаты под предлогом смены воды. Его щёки по-прежнему горели румянцем. Проходивший мимо ветеринар попытался было с ним поздороваться, но он даже не обратил на него внимания.
Просидев в уборной добрых полчаса, Чжао Шуцин наконец сумел вернуть лицу бесстрастное выражение и вернулся.
К этому времени Линь Фэн уже сидел в постели, и вид у него был крайне недовольный.
Его только что трогала медсестра.
И это ему жутко не понравилось.
Конечно, Линь Фэн умом понимал, что без медицинского вмешательства ему не поправиться, но всё равно злился. Сжав зубы, он позволил сделать себе укол — исключительно ради скорейшего выздоровления.
Изначально медсестра собиралась поставить капельницу в плавник на хвосте — обычная практика для водных обитателей, — но Линь Фэн устроил настоящий бунт. Пришлось колоть вену на тыльной стороне ладони.
Стоило Чжао Шуцин переступить порог, как Линь Фэн тут же уставился на него умоляющим взглядом. Чжао Шуцин, переборов неловкость, поставил таз на тумбочку и подошел ближе.
— Чжао Шуцин, — Линь Фэн жалобно приподнял руку с катетером. — Больно.
Стоявшая рядом медсестра удивлённо спросила:
— Разве болит?
Чжао Шуцин тихо вздохнул и со смущённой улыбкой перевел слова русала:
— Ему не больно. Просто капризничает, хочет, чтобы его пожалели. Извините за это.
Медсестра тепло рассмеялась:
— Ничего страшного. У вас поразительное взаимопонимание с этим русалом.
Чжао Шуцин натянуто улыбнулась в ответ.
Когда медсестра наконец покинула палату, он опустился на стул и бережно взял Линь Фэн за руку, согревая его ладони своими.
— Ну и где ещё у тебя болит? Выкладывай всё сразу.
Линь Фэн недовольно надул губы. Ему действительно было больно во время укола, он вовсе не выдумывал!
Видя его обиженное личико, Чжао Шуцин лишь покачал головой. Придвинувшись ближе, он поправил подушки, чтобы Линь Фэн мог сидеть повыше.
— Давай помогу присесть. Тебе вредно постоянно лежать.
Устроившись поудобнее, Линь Фэн тут же поинтересовался:
— А что у нас на завтрак?
И то верно, они ведь ещё не завтракали.
— Чего бы тебе хотелось? — спросил его Чжао Шуцин. — Опять каши?
Линь Фэн отрицательно помотал головой.
Чжао Шуцин бросил взгляд на часы — не было ещё и восьми, рестораны, где подавали рыбу на пару, в этот час были закрыты. Немного подумав, он предложил:
— Схожу-ка я в столовую, куплю тебе соевого молока.
Линь Фэн уже пробовала соевое молоко раньше. Особого восторга оно у неё не вызвало, но пить его она могла.
Едва услышав про молоко, русал тут же добавил:
— И баоцзы.
Надо же, этот русал уже отлично знает классическое сочетание завтрака.
— Ладно, — Чжао Шуцин ласково ущипнул его за щёку и поднялся со стула. — Схожу за едой. А пока меня не будет, за тобой присмотрит та медсестра, договорились?
Договорив, Чжао Шуцин мысленно обругал себя за глупость. Какая ещё «медсестра»? Линь Фэн был старше любой из сотрудниц этого центра на добрую сотню лет.
Но встретившись взглядом с чистыми, глубокими синими глазами русала, он решил не пускаться в объяснения. Слегка растрепав его волосы на макушке, Чжао Шуцин вышел за дверь, по пути заглянув к дежурной медсестре с просьбой приглядеть за пациентом.
В столовой он взял пару стаканов тёплого соевого молока и четыре пышных баоцзы с начинкой. Возвращаясь обратно в медицинский корпус, Чжао Шуцин прямо у входа заметил знакомый силуэт.
— Сяо Тан!
Чжао Шуцин окликнул коллегу и сразу же побежал к ней. Услышав его голос, Сюй Тан остановился и обернулся, приветливо улыбаясь.
Когда Чжао Шуцин подбежал ближе, Сюй Тан окинул взглядом пакет с едой в его руках и удивлённо приподнял брови.
— Уже успел сходить за завтраком?
— Да, — с улыбкой кивнул Чжао Шуцин. — Линь Фэн захотел соевого молока, вот я и решил заодно перекусить вместе с ним. А ты сама завтракала?
— Перехватил кое-что с утра, — ответил Сюй Тан. Они не спеша направились по коридору к палате. Остановившись у самой двери, Сюй Тан добавил: — Насчёт того происшествия, о котором ты спрашивал вчера. Я проверил. Камеры действительно отключились из-за технического сбоя. Запись в тот промежуток времени не велась, систему отладили только к сегодняшнему утру.
Чжао Шуцин мгновенно нахмурилась. Она в упор посмотрела на Сюй Тан.
— И ты действительно веришь в эту официальную версию? Считаешь, что на Линь Фэн напала косатка?
Сюй Тан промолчал, лишь внимательно и молча глядя на собеседника.
Плечи Чжао Шуцин бессильно опустились. Он тяжело вздохнул:
— Понимаю, звучит как бред и пустые домыслы. Но у меня внутри всё так и сжимается от плохого предчувствия. Кто-то умышленно пытается причинить ему вред. Вдруг это опять какие-то заграничные шпионы или диверсанты?
Сюй Тан лишь загадочно прищурился. Его рука легла на металлическую ручку двери, и он мягко надавил на неё.
Дверь с тихим щелчком отворилась. Линь Фэн, сидевший на кровати, тут же повернул голову на звук и столкнулся взглядом с вошедшим Сюй Таном.
Сюй Тан посмотрел на притихшего русала и негромко произнес:
— Вместо того чтобы гадать, не проще ли спросить у него самого?
http://bllate.org/book/35771/4833054
Готово:
