Сразу видно, что эти люди прекрасно ладят друг с другом. Беседа крутилась вокруг недавних мелких происшествий, изредка переходя на родителей — они договаривались на выходных навестить старших вместе.
Ли Ися, который только что вернулся и ещё не во всём разобрался, наклонил голову и спросил Хэ Цуна:
— Разве Ли Бэйянь сегодня вечером не придёт?
Кто-то рядом тут же приложил палец к губам:
— Не спрашивай.
Стоило услышать это имя, как лицо Хэ Цун заметно помрачнело. Он уткнулся носом в стакан и допил алкоголь до дна, с трудом сглотнув вставший поперёк горла ком.
Су Мин тихонько спросил у Бо Юйцзэ:
— Тот человек, о котором им запрещают говорить, это кто?
— Тот, кого Хэ Цун холил и лелеял в самом сердце целых десять лет. Не так давно они с другим объявили на весь мир о грядущей свадьбе.
Это и впрямь было до боли обидно.
Су Мин подумал: если бы Бо Сы поступил с ним так же, он бы наверняка сломался.
Углубившись в эти мысли, да ещё зная, что рядом пообещал присматривать Бо Юйцзэ, Су Мин вместе со всеми начал пить бокал за бокалом.
Кто знает, сколько в итоге рюмок оказалось у него внутри. Он опьянел и рухнул на диван в отдельной кабинке, сквозь пелену в глазах заметив, как Хэ Цун схватил телефон и стремглав выбежал из ночного клуба — да так спешил, что даже не выпустил из рук бутылку, утащив её с собой.
Кто-то пьяно затянул с языком набекрень:
— Весь день рождения прождал впустую и человека не увидел, а стоило Ли Бэйяню позвонить, как директор Хэ помчался к нему, словно голодный волк, почуявший мясо.
— Су Мин... Су Мин... Проснись.
Опьяневший парень полуприкрыл глаза, алкоголь напрочь притупил нервы. Бо Юйцзэ звал его уже довольно долго, прежде чем Су Мин заторможенно перевёл на него взгляд.
Он видел, как приоткрываются и снова смыкаются губы Бо Юйцзэ средней толщины — тот что-то говорил ему. Су Мин долго и старательно вслушивался, но так и не смог понять, о чём толкует Бо Юйцзэ.
— Иметь объем легких... то есть голову на две бутылки пива и при этом сметь заявляться в ночной клуб! — Бо Юйцзэ со вздохом согнулся пополам, протянул палец и щелкнул Су Мина по торчащему вихру, а затем, ощутив невероятно мягкую текстуру волос, легко запустил ладони в шевелюру и взъерошил её.
— И у вас двоих с братом какая-то странная тяга к недоразвитым мальчикам, — Ли Ися, которому любые тысяча чарок были нипочем, с холодным и придирчивым выражением лица окинул Су Мина взглядом и добавил: — А я-то думал, он какой писаный красавец.
Бо Юйцзэ поднял Су Мина с дивана. Ночной воздух был прохладным, а захмелевшие люди простужаются быстрее всего; он набросил на плечи Су Мина своё пальто, а затем повернулся боком, загородив его лицо и отрезая путь взгляду Ли Ися.
Бо Юйцзэ предостерегающе и ледяным тоном бросил ему:
— Ли Ися, я тебе не Асы, нянчиться с тобой, как он, не стану.
Для знакомства длиною в десяток с лишним лет такие слова звучали уже через чур резко, и кто-то из присутствующих попытался их утихомирить.
Но Бо Юйцзэ бросил на смельчака такой взгляд, что тот мгновенно захлебнулся собственными словами:
— Я люблю Су Мина и добровольно занесу его в свой круг, чтобы бережно защищать. Хочешь сойтись с Бо Сы — придумывай способ сам, только не смей зариться на тех, кого трогать нельзя.
Он обнял Су Мина за талию, прижав всем телом к себе, и увёл из ночного клуба.
Поскольку на встрече предстояло выпивать, Бо Юйцзэ не стал брать собственную машину. Водитель, получив распоряжение, выгнал автомобиль из гаража и помог второму молодому господину Бо распахнуть дверцу.
— Оставь стекло приоткрытым на палец, от естественного ветра человека меньше укачивает, — распорядился Бо Юйцзэ на заднем сиденье.
Водитель послушно кивнул и спросил:
— Директор Бо, куда теперь?
Бо Юйцзэ бросил взгляд на мертвецки пьяного Су Мина, устроившегося в его объятиях:
— Домой.
В таком виде возвращаться в общежитие не стоило — он боялся, что Су Мин опозорится. Он выудил из кармана Су Мина телефон, прижал чужой палец к датчику, чтобы снять блокировку, и украдкой открыл WeChat.
В списке недавних заявок в друзья от самого себя он нажал кнопку принять.
Затем изменил никнейм на: Бо Юйцзэ.
— Попробуй только удалить, в черный список закинешь — раздеку догола и раздену!
Су Мин завозился у него на коленях, отыскал местечко поудобнее и продолжил спать.
Бо Юйцзэ почувствовал себя так, будто его легонько пощекотал мягкой втянутой лапкой плюшевый медвежонок: у него даже в груди всё растаяло, а уголки глаз тронула нежная улыбка.
Когда Су Мин проснулся, день уже перевалил за утро, и солнечные лучи пробивались сквозь щели в плотных шторах. В спальне стояла тишина. Он приоткрыл глаза, какое-то время затуманенным взглядом таращился по сторонам и из-за провалов в памяти наотрез отказывался соображать, где находится.
Босиком он толкнул дверь спальни и вышел в коридор, направившись вперёд, пока не увидел тренирующегося среди тренажеров Бо Юйцзэ.
Личный спортзал был отделен стеклянной перегородкой. Бо Юйцзэ занимался с обнаженным торсом — на нём были только спортивные шорты, сквозь которые отчетливо проступали рельефный пресс и манящая линия Аполлона на поджарой талии.
Услышав шаги, он скосил голову на Су Мина. Его волосы ещё не успели уложить гелем, пряди растрепались, кое-где покрывшись испариной. Сейчас Бо Юйцзэ был полностью лишён привычного надменного лоска неприступного молодого господина — от него исходила чертовски соблазнительная энергетика.
Су Мин отчаянно завидовал фигуре Бо Юйцзэ, при которой в одежде тот казался стройным, а без одежды — мускулистым. Сам он столько лет занимался танцами, но так и не смог добиться подобного телосложения.
Даже линия Аполлона у него была не столь выразительной, как у Бо Юйцзэ.
— Я пойду ополоснусь, а ты пока спускайся вниз завтракать, — бросил Бо Юйцзэ, слезая с тренажера.
Его тон и выражение лица звучали донельзя естественно. Су Мин на автопилоте последовал его совету и лишь допив молоко, с опозданием осознал: я что, прошлой ночью спал у Бо Юйцзэ дома?!
Он вскинул голову на лестницу, убедился, что сверху никто не спускается, и робко спросил пожилую женщину, хлопотавшую над завтраком:
— Это дом Бо Юйцзэ?
Тётушка Цзинь вежливо улыбнулась Су Мину:
— Да. Вчера вечером ты напился, и Юйцзэ боялся, что тебе станет плохо посреди ночи, поэтому просидел у твоей постели до самого утра.
Она прислуживала Бо Юйцзэ уже много лет и впервые видела, чтобы тот о ком-то так искренне заботился, а потому испытывала к Су Мину самую искреннюю, неподдельную симпатию.
Су Мин замер с ложкой в руке, зависшей в воздухе — он никак не мог решить, что переваривать в первую очередь: собственное опьянение или то, что Бо Юйцзэ провёл у его постели всю ночь.
У него была отвратительная переносимость алкоголя, и на людях он почти никогда не пил лишнего. Так почему же именно рядом с Бо Юйцзэ он позволил себе расслабиться и напиться до бесчувствия?
Он опустил взгляд и принялся осматривать свою одежду — футболку кто-то сменил, но, к счастью, на коже не нашлось никаких следов от пальцев или прочих двусмысленных отметин.
Су Мин немного успокоился.
— О чём это вы тут болтаетесь с Су Мином, тётушка Цзинь? Такие довольные лица. — Бо Юйцзэ переоделся в домашний костюм светлых тонов, его волосы высохли лишь наполовину, и мягкие чёрные пряди падали прямо на лоб.
Он уселся рядом с Су Мином, небрежно вытянул со стола салфетку и, придвинувшись ближе, стёр с уголка губ Су Мина капельку молока.
http://bllate.org/book/35769/4427094
Готово:
