Отель, где остановился Сун Янь, находился всего в пяти минутах езды от здания телеканала Личжи.
Но даже за этот короткий отрезок пути Сун Янь уловил странную перемену: Шэнь И заметно притих и сник.
Они ещё не успели сойтись настолько близко, чтобы лезть с расспросами, поэтому Сун Янь лишь осторожно закинул удочку:
— Что-то стряслось? Выглядишь утомлённым.
Шэнь И с улыбкой качнул головой:
— Да нет, просто клонит в сон.
Сун Янь поверил — причин сомневаться у него не было. Он решил, что парень просто не привык вкалывать до глубокой ночи и выдохся.
***
Номера, которые снял Сун Янь, располагались на верхнем этаже — два люкса прямо напротив друг друга.
Приложив электронный ключ, Сун Янь с гостеприимным видом широким жестом указал на дверь:
— Прошу!
Первое, что бросилось Шэнь И в глаза, едва он переступил порог, — огромное количество музыкальных инструментов, заполнивших всю гостиную.
Чего тут только не было: клавишные, ударная установка и гитары для рок-группы; скрипки, валторны и флейты для симфонического оркестра; всевозможные народные струнные и духовые. А в углу каким-то чудом умудрились втиснуть даже рояль — уму непостижимо, как его вообще затащили на такой этаж.
Хандра, одолевавшая Шэнь И по дороге, мгновенно улетучилась, уступив место двум мыслям: «Сколько же здесь всего!» и «Господи, сколько это стоит?!».
Не знай он подлинной причины, по которой Сун Янь выбрал именно его, Шэнь И наверняка с горящими глазами напросился бы испробовать парочку инструментов. Например, барабаны — он всегда мечтал посидеть за ударной установкой.
Но сейчас язык не поворачивался. Теперь он понимал: он здесь лишь «блатной», получивший место по знакомству.
Сун Янь бросил пару напутствий про отдых, а Чэн Цзы тем временем с беспокойством напомнила артисту, что надо срочно связаться с Юй Цзы, Чжун Сиянь и Е Фэйчи — уладить недоразумение с сегодняшней рокировкой.
Поняв, что дело не терпит отлагательств, Сун Янь послушно ушёл к себе звонить коллегам, поручив Чэн Цзы помочь Шэнь И обустроиться и разложить вещи.
***
Оставшись в номере, Чэн Цзы и Шэнь И принялись вместе разбирать инструменты, необходимые для завтрашней репетиции.
Заметив подавленное состояние юноши, Чэн Цзы решила разрядить обстановку:
— Помнишь того котёнка, которого ты спас?
— Конечно помню. Дафу, — отозвался Шэнь И.
Ещё бы ему не помнить. Теперь эта история и вовсе сидела в горле костью. Попасть в проект просто потому, что подобрал на улице пушистый комок, — вроде бы удача, но от этого становилось до тошноты тоскливо. Выходит, все его старания и близко не стояли с банальной случайностью.
Не подозревая о буре, бушевавшей в душе парня, Чэн Цзы со сдержанной улыбкой продолжила:
— У него всё отлично. Сделали стерилизацию, скоро переведём в приют, где ему найдут хозяев.
— В приют? — Шэнь И вскинул голову. Разве Дафу — не её кот?
— Забыла сразу сказать: Дафу — уличный, — пояснила Чэн Цзы, легко разгадав его замешательство. — Брат Янь обожает кошек. Куда бы он ни приехал, везде старается подкормить или спасти местных бродяжек.
Шэнь И молча кивнул, погружаясь в свои мысли.
Журналисты ни разу не писали о том, что Сун Янь спасает бездомных животных. Значит, он делал это без какой-либо задней мысли, не ради пиара или красивой картинки.
Учитель Сун и вправду был невероятно добрым и отзывчивым человеком.
А значит... сам Шэнь И ничем не отличался от Дафу.
Такой же бедолага, которому добрый Учитель Сун решил протянуть руку помощи мимоходом.
***
Заметив его поникший вид, Чэн Цзы достала телефон и включила видео с Дафу.
Маленький белый пушистый комочек выглядел куда более озорным, чем в день их встречи: то и дело норовил зацепить лапкой объектив. Глядя, как котёнок смешно крутит головой, Шэнь И наконец слегка отмяк.
Он держал телефон, неотрывно смотря на Дафу. Когда розовая подушечка лапы ткнулась в экран, Шэнь И невольно протянул руку и аккуратно прикоснулся к стеклу.
— А ты, я смотрю, души в кошках не чаешь, — заулыбалась Чэн Цзы.
Шэнь И опомнился, осознав, что расплылся в улыбке до ушей, и смущённо сглотнул:
— Да... очень их люблю.
— А дома держишь кого-нибудь?
— Нет, никогда не было питомцев, — виновато улыбнулся он.
— У артистов график сумасшедший. Без отдельного человека, который бы ухаживал за животным, заводить кого-то действительно сложно.
***
Завести кота — ответственность, требующая сдержанности, но смотреть видео в сети никто не запрещал.
Десятисекундный ролик Шэнь И пересматривал кругом минут пять, пока на душе окончательно не потеплело. В конце концов, разве можно оставаться мрачным рядом с таким милым созданием?
Когда Чэн Цзы ушла к Сун Яню, Шэнь И составил плейлист из наиболее знаковых медленных композиций своего кумира, включил повтор и под эти звуки постепенно погрузился в сон.
***
На следующее утро служба доставки принесла завтрак.
Шэнь И обрадовался — приятно, что Сун Янь заботится о нём. Впрочем, радость улетучилась уже полминуты спустя: опять влезла мысль, что всё это лишь благодаря заступничеству за котёнка.
Приведя себя в порядок, Шэнь И отправился к номеру напротив. Вчера Чэн Цзы предупредила, что часть инструментов надо перетащить в репетиционную студию, и он хотел освободить место.
Едва он постучал, как дверь распахнулась. На пороге стоял... сам Сун Янь.
Шэнь И знал, что ассистенты живут в одном люксе с артистами — разумеется, в разных комнатах. Но он никак не ожидал, что кумир лично пойдёт открывать. Столкнувшись нос к носу с человеком, перед которым преклонялся, Шэнь И мгновенно лишился дара речи.
Раннее утро. Сун Янь был в простой белой футболке, отчего выглядел удивительно домашним и свежим.
Он сверху вниз смотрел на Шэнь И, уголки его губ тронула тень улыбки, а мягкий утренний свет обрисовал его силуэт золотистым ореолом.
В голове Шэнь И образовалась звенящая пустота. В этот миг он всей душой осознал смысл расхожего выражения: «Держись подальше от личной жизни кумира».
Слишком близкий контакт с кумиром — это же настоящая гибель для сердца.
Лишь когда Сун Янь негромко поинтересовался: «Что-то произошло?», Шэнь И очнулся и с ужасом понял, что простоял на пороге хороших секунд пятнадцать, глупо уставившись на артиста.
Густо покраснев от стыда, он поторопился оправдаться:
— Я... я к сестре Чэн. Всё уже собрано, пусть забирает инструменты, если пора переносить.
Сун Янь кивнул, обернулся и кликнул Чэн Цзы, после чего отступил в сторону, освобождая проход:
— Входи, присядь.
Услышав свое имя, Чэн Цзы выскочила из комнаты словно по команде. Пробегая мимо Шэнь И, она успела на ходу подарить ему безупречную улыбку во все тридцать два зуба.
Как только она ушла, в номере остались лишь они вдвоём.
Шэнь И смущённо примостился на самом краешке дивана.
Диван слегка просел — Сун Янь без лишних церемоний уселся рядом.
***
— Ну что, обдумал, какую песню хочешь исполнить? — спросил Сун Янь.
Шэнь И судорожно вытащил телефон и показал собранный накануне плейлист:
— Если есть такая возможность, я бы хотел спеть что-то из вашего репертуара. Я отобрал несколько ваших композиций с широким дыханием — посмотрите, если не сложно.
Сун Янь взял телефон, пролистывая список:
— «Вечерняя звезда», «Званый ужин», «Слова любви с тобой»... Хм, хороший выбор, любой из этих треков подойдет. А сам ты к какому больше склоняешься?
— Если отбросить все сомнения и выбирать сердцем... то, конечно, «Вечерняя звезда», — честно ответил Шэнь И.
Именно с «Вечерней звезды» началась слава Сун Яня, и именно эта песня когда-то покорила сердце самого Шэнь И, сделав его преданным поклонником.
Впрочем, парень прекрасно понимал, что шансов спеть её на сцене у него практически нет.
Слишком уж многие брались за этот шедевр, не говоря о том, что превзойти оригинал Сун Яня было не под силу никому. Замахнуться на такую песню — рисковать с треском провалиться.
— «Вечерняя звезда»? — переспросил Сун Янь. — Что ж, отлично. На ней и остановимся.
Шэнь И обомлел и тут же замахал руками:
— Нет-нет, Учитель Сун, лучше выберите вы!
Сун Янь удивлённо вскинул бровь и поглядел на него:
— Ты же сам только что сказал, что хочешь её. Мне кажется, вариант замечательный. Что не так?
— Я... — Шэнь И опустил взгляд и тихо произнёс: — Не уверен, что смогу вытянуть её как следует.
— Как узнать, не попробовав? — улыбнулся Сун Янь. — Раз я выбрал тебя, значит, верю в твои силы. Будь увереннее в себе.
***
Не скажи Сун Янь этих слов, Шэнь И, возможно, смолчал бы. Но эта фраза прорвала плотину его многочасовых терзаний.
Понимая, как глупо и капризно это прозвучит, он всё же не удержался и едва слышно выдохнул мысль, отравлявшую ему всю ночь:
— Но ведь Учитель выбрал меня только потому, что я спас вашего котёнка... Разве не так?
***
После этих слов в комнате воцарилась тяжёлая, давящая тишина.
Эта пауза была настолько пугающей, что Шэнь И мгновенно пожалел о содеянном. Он уткнулся взглядом в пол, сгорая от ужаса: всё, конец, Учитель Сун разгнёван.
Однако вместо вспышки ярости раздался лишь тихий, тяжёлый вздох.
— С чего ты вообще это взял? — спросил Сун Янь.
В его голосе не было строгости или злобы — скорее глубокое недоумение.
Шэнь И не знал, что ответить, да и Сун Янь, похоже, не ждал объяснений.
Не ставя парня в неловкое положение допросом, он просто сменил тему:
— Ладно. Сейчас поедем в репетиционную, ты попробуешь спеть «Вечернюю звезду», а там уже решим по результату. Идёт?
Любая просьба Сун Яня для Шэнь И была законом. Поэтому, даже сомневаясь в собственных силах, он лишь закусил губу и кивнул.
Гнетущая неловкость от этого разговора стояла в воздухе настолько плотно, что всё оставшееся время оба хранили молчание.
К счастью, ровно через две минуты позвонила Чэн Цзы и сообщила, что машина ждёт у входа.
***
В машине Шэнь И накрыла новая волна тревоги. Он до смерти боялся повторения вчерашнего вечера, когда их у отеля поджидала толпа фанатов.
Два артиста, выезжающие утром из одного отеля, да ещё и с колоссальной разницей в статусе... Даже будь они одного пола, сплетен и косых взглядов миновать не удалось бы.
И пусть сейчас его имя никому ничего не говорило, стоит шоу выйти в эфир, как досужие детективы из сети немедленно поднимут старые снимки. Больше всего на свете Шэнь И боялся подставить Сун Яня.
К счастью, поклонники исполнителей качественной музыки отличались от фанатов айдолов — дикой охоты никто не устраивал, да и сам Сун Янь предпочитал не афишировать свою жизнь.
День был несъёмочный, так что у здания телеканала не оказалось толпы, а пару случайно оказавшихся поблизости зевак вежливо попросила удалиться охрана.
Машина беспрепятственно въехала в подземный паркинг телецентра и плавно замерла на месте.
Когда Сун Янь толкнул дверцу и вышел, Шэнь И наконец перевёл дух.
Однако выдохнуть до конца ему не дали.
Совсем рядом раздался звонкий, бодрый голос:
— Учитель Сун, доброе утро!
***
Шэнь И мысленно проклял всё на свете. Надо же было столкнуться с кем-то прямо на подземной парковке!
Что теперь делать? Выскользнуть через противоположную дверь и дать дёру?
Пока он лихорадочно приценивался к этому плану, приветствовавший уже подошёл к Сун Яню вплотную.
Шанс к бегству был упущен.
Шэнь И сжал зубы: человек на парковке телецентра — явно кто-то из съёмочной группы, а раз подошёл поздороваться, значит, знаком с Сун Янем. Лучше просто выйти, вежливо поздороваться и не наводить тень на плетень.
Справившись с волнением, он выбрался из салона, поднял взгляд и вскинул руку:
— Доброе утро, я...
Приветственный жест застыл в воздухе.
Напротив, в двух шагах от Сун Яня, стояла их общая коллега по проекту — Дуань Ицяо. И она тоже превратилась в изваяние.
Округлив губы буквой «О», девушка переводила ошарашенный взгляд с Шэнь И на Сун Яня. На её миловидном личике читалась крайняя степень изумления.
Шэнь И оставалось лишь мысленно взмолиться:
«Вы всё неправильно поняли... Позвольте мне объяснить!»
http://bllate.org/book/35766/4549898
Готово:
