В спальне Пэй Шии изначально не было телевизора. Последние пару лет Янь Мань жила надеждой, что сын наконец вернется на родину, и в свободное время обустраивала его комнату. Большинство игровых приставок и дисков она накупила сама, ориентируясь на увлечения современной молодежи. Позже, чтобы мальчику было удобнее играть в консоли с датчиками движения в собственном пространстве, она распорядилась повесить на стену большой экран.
Когда-то эти комнаты представляли собой просторный люкс. Однако несколько лет назад, после крупной ссоры с Янь Мань, Пэй Юпин решил спать отдельно. Ютиться в гостевых спальнях главе семейства не хотелось, поэтому он своевольно переделал пустующие детские апартаменты в одну огромную спальню.
Шии вернулся в Китай слишком неожиданно, и Янь Мань просто не успела вернуть комнатам прежнюю планировку, хотя и постаралась воссоздать старый интерьер. Телевизор и компьютерный стол стояли в одной зоне — довольно далеко от постели, вовсе не напротив нее, как уверял испуганный Ли Доян.
И все же, если лечь на подушку, экран сразу бросался в глаза.
Зайдя в комнату, Пэй Шии мазнул взглядом по черной панели и хмуро бросил:
— Я велю его снять.
— С ума сошел? Глубокая ночь на дворе, — торопливо остановил его Ли Доян. — Зачем людей дергать по пустякам? Давай завтра.
— И как ты собрался здесь спать? — Пэй Шии недовольно изогнул бровь.
— Эх... — Доян озадаченно почесал затылок. — Понимаешь, подобные страшилки так легко въедаются в память. Даже если мы поменяемся комнатами, место все равно чужое. Стоило мне закрыть глаза, и перед мысленным взором сразу возникнет эта Садако.
Пэй Шии промолчал, изо всех сил стараясь сдержать раздражение.
— И что ты предлагаешь?
— Хочу, чтобы ты поспал со мной, — простодушно выпалил Ли Доян.
Повисло молчание.
Пэй Шии оцепенел. Он во все глаза уставился на приятеля, а спустя мгновение его щеки вспыхнули так яростно, словно к ним прилила вся кровь.
— Да ты... ты...
«Ишь чего захотел!» — мысленно возмутился он.
Озвучив свое главное требование, Ли Доян заметно приободрился. Не дожидаясь согласия хозяина дома, он без тени смущения вернулся в комнату и устроился за письменным столом.
Спустя пару минут, заметив, что Пэй Шии так и топчется на пороге, Доян с любопытством обернулся:
— Эй, ты чего там застрял? Заходи давай.
Он вел себя так естественно, будто его предложение изначально не подлежало обсуждению.
Уши Пэй Шии запылали пунцовым цветом. С налитым злостью лицом, деревянно переставляя ноги, он все же заставил себя подойти ближе.
Ли Доян дружелюбно улыбнулся ему и снова уткнулся в тетрадь:
— Ложись пока, мне осталось только пробежаться глазами по конспектам. Буквально пара минут.
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь мягким шелестом переворачиваемых страниц.
Закончив с повторением, Ли Доян сладко потянулся, аккуратно уложил учебники в рюкзак и поднялся. Однако постель оказалась пуста.
Пэй Шии неподвижно, точно изваяние, сидел на диване в углу.
Доян подошел ближе и удивленно спросил:
— А почему ты не ложишься?
Приятель даже головы не повернул.
— Спи один, — ледяным тоном отрезал он.
Ли Доян искренне не понимал, какая муха укусила этого неженку. Он протянул руку и легонько потянул его за рукав.
Юноша отпрянул, точно от удара током, и резко вырвал руку.
Вспомнив про брезгливость Пэй Шии, Доян поспешил объясниться:
— Да я мылся только что. И руки с мылом помыл.
— Знаю я! — огрызнулся тот и отвернулся к стене.
Доян вздохнул, не зная, что еще предпринять:
— Если тебе так претит делить с кем-то комнату, возвращайся к себе. Я не обижусь.
От такой простоты Пэй Шии чуть не лишился дара речи.
«Поманил пальцем — прибежал, прогнал — убирайся? Он что, за слугу меня держит?!» — бушевала в его мыслях обида.
В груди закипела такая лютая злость, какой избалованный молодой господин не испытывал с самого рождения. Он стиснул челюсти так крепко, что зубы заскрежетали.
Мышление Ли Дояна отличалось завидной прямотой: либо они спят в одной комнате, либо каждый у себя — никаких промежуточных вариантов он не признавал. Бросив эту фразу, он преспокойно залез под одеяло. Перед этим он аккуратно разгладил подол новой пижамы и, заметив, что незваный гость не спешит уходить, дружелюбно завел беседу:
— Твоя мама выбрала чудесную пижаму. Мягкая, прямо как те, что мне покупает моя. Завтра перед уходом обязательно спрошу у тетушки Янь, где она ее взяла, хочу купить такую же.
Пэй Шии лишь молча сверлил его взглядом.
Снаружи вовсю барабанил дождь, но в спальне было душно. Доян включил кондиционер на таймер и отправился в ванную чистить зубы.
Вернувшись, он с удивлением обнаружил, что Пэй Шии не ушел. Более того, с насупленным видом он вовсю расправлял на краю постели легкое одеяло.
Доян подошел поближе и заговорщицки прошептал:
— Все-таки передумал уходить?
— Кто сказал, что я ухожу? — буркнул тот.
— Ну ладно, ладно. Значит, делим эту гостевую спальню на двоих?
Ответа не последовало.
На самом деле Доян затащил наследника семейства Пэй к себе с вполне конкретной целью. Его план состоял в том, чтобы посреди ночи разыграть испуг от кошмара и преподнести его как «вещий сон». Он собирался рассказать Шии о тяжелом психическом расстройстве Янь Мань и ее трагической судьбе, описанной в романе.
В оригинальном сюжете главный герой обладал выдающимся интеллектом, но сейчас ему было всего четырнадцать. Если он увидит, как его приятель просыпается в холодном поту и в панике лепечет подобные вещи, то вполне может поверить. А если Пэй Шии уговорит мать пройти обследование и врачи подтвердят диагноз, дело будет сделано наполовину. Даже если юноша усомнится в мистической природе снов Дояна, он станет бдительнее и сделает все, чтобы защитить Янь Мань от углубления депрессии.
Спасение матери все равно оставалось задачей самого Шии — ведь только он находился рядом с ней неотлучно. Конечно, существовал риск, что избалованный подросток просто поднимет его на смех. Обычный человек так бы и поступил. В таком случае пришлось бы придумывать другой обходной путь, но сейчас Доян твердо решил испробовать этот шанс.
Затянувшаяся пауза заставила Дояна подумать, что гордый наследник все-таки решил уйти.
— Подожди секунду, — спохватился он и бросился к тумбочке за тоником для лица, который перед сном заботливо принесла Янь Мань.
Осенью кожа часто сохла. Заметив сияющее, нежное лицо гостя, хозяйка дома решила, что мальчик тщательно ухаживает за собой, и принесла ему мягкий увлажняющий спрей, наказав пользоваться им утром и вечером.
Доян пару раз брызнул на лицо целебной влагой. Стянутость мгновенно ушла. Подражая жеманным движениям из рекламы косметики, он забавно похлопал себя по щекам и под изумленным взглядом Пэй Шии водрузил изящный флакон на прикроватную тумбочку.
— Спасибо, я закончил. Можешь тоже воспользоваться.
Юноша лишился дара речи. На столиках в этой гостевой комнате никакой косметики не водилось, и Доян резонно рассудил, что Янь Мань одолжила ее из запасов сына. Оставив флакон, он подхватил свой рюкзак, намереваясь выйти. Однако не успел он сделать и шага к выходу, как Пэй Шии стремительно перегородил ему дорогу и с грохотом захлопнул дверь прямо перед его носом.
— Эй, я вообще-то выйти хотел, — растерянно моргнул Доян.
— В той комнате тоже висит телевизор, — хмуро бросил Пэй Шии, буравя его темным взглядом.
— Да? — Доян наморщил лоб, пытаясь вспомнить. Вроде бы там ничего такого не было...
— Трус несчастный, — процедил сквозь зубы Шии, кривясь от пренебрежения. Но почти сразу добавил глухим, едва слышным голосом: — Это первый и последний раз.
Огромная двуспальная кровать шириной в два метра без труда вместила двух четырнадцатилетних подростков. Два пышных одеяла и мягкие подушки позволяли устроиться с королевским комфортом, не мешая друг другу.
Стрелка часов перевалила за девять вечера. Поскольку завтра предстоял ранний подъем, Доян сразу же улегся. Мобильный он демонстративно отложил подальше, но под одеялом тихонько настроил будильник на фитнес-браслете. Он рассчитал время так, чтобы проснуться чуть раньше соседа. Стоило открыть глаза — и можно сразу начинать представление. А если Шии окажется любителем поспать подольше, заодно взбодрит его с утра пораньше.
«Какая безупречная многоходовка», — мысленно похвалил себя Доян.
Щелкнул выключатель, погружая комнату во тьму, и мальчик послушно закрыл глаза.
В ночной тишине отчетливо слышалось ровное дыхание двоих подростков. Спустя несколько минут у самого уха Дояна раздался тихий, едва различимый шепот:
— Ты придешь завтра?
Звук был настолько тихим, что показался слуховым обманом.
Доян приоткрыл глаза, всматриваясь во тьму. Сладко зевнув, он повернулся набок:
— Чего? Ты что-то сказал?
До его слуха донеслось лишь неразборчивое упоминание завтрашнего дня.
После недолгой паузы с соседней половины постели донесся холодный ответ:
— Ничего. Спи давай.
— Ну ладно. Спокойной ночи.
Уже проваливаясь в глубокий сон, Доян уловил едва слышный ответный вздох:
— Спокойной...
С тех пор как Доян очутился в этом теле, он строго придерживался здорового режима: ложился рано, просыпался на рассвете и почти никогда не засиживался заполночь. Летние каникулы в Цинхэ, проведенные под присмотром деятельной бабушки с ее утренними пробежками, и вовсе превратили его сон в богатырский. Обычно он засыпал за считаные минуты, и, если голова не была забита заботами, спал без задних ног.
Единственной бедой, с которой он ничего не мог поделать, была привычка спать только в своей постели. Стоило ему оказаться на новом месте, как организм реагировал обилием ярких сновидений. Так было и в самый первый день его перемещения, и в первую ночь в Цинхэ. Правда, те сны оказывались безобидными и мгновенно улетучивались из памяти при пробуждении. Вот и сейчас Доян не придал этому значения.
Кто же знал, что в этот раз его подсознание сыграет с ним столь злую шутку? Правду говорят: о чем думаешь перед сном, то тебе и явится. Доян сам накликал беду, когда плел небылицы про Садако, чтобы выпросить приют в чужой спальне. Мысли о проклятом телевизоре пустили корни в голове, и перед тем, как закрыть глаза, он невольно покосился на темный экран...
Наказание за ложь оказалось поистине жутким.
Сон превратился в настоящий интерактивный кошмар по мотивам «Звонка». Доян оказался заперт в огромной, пустой спальне Пэй Шии. Кругом ни души, и вдруг по экрану телевизора идет рябь, а из глубины кинескопа медленно, неестественно изгибаясь, начинает выползать бледная женщина в грязном белом платье...
Пэй Шии спал крепким, глубоким сном, когда внезапный тяжелый удар пяткой в бок заставил его резко распахнуть глаза.
С трудом подавив вспышку глухого раздражения, он хотел было бесцеремонно оттолкнуть наглую ногу, как вдруг в тишине комнаты раздалось жалобное, приглушенное поскуливание.
Дождь за окном утих. Сквозь щель в плотных шторах пробивался бледный луч лунного света, серебривший растрепанную макушку Дояна. Мальчик лежал бледный как полотно. Его брови были судорожно сдвинуты к переносице, губы мелко подрагивали, а из груди то и дело вырывались хриплые, жалобные звуки. Было очевидно, что его терзает страшное видение.
Пэй Шии на миг растерялся, а затем поспешно придвинулся ближе.
— Эй, ты чего? Проснись!
Но Доян лишь сильнее заметался по подушке, а из-под его плотно сомкнутых век покатились крупные слезы. Заметив, как сильно испуган его невольный гость, Шии крепко сжал его плечи и резко встряхнул:
— Ли Доян! Слышишь меня? Очнись!
В своем кошмаре Доян едва не лишился рассудка от ужаса. Он задыхался от слез, тщетно пытаясь забиться в угол от настигающей его твари. Тут уж было не до гордости и мыслей о том, насколько жалко он выглядит со стороны — слезы лились ручьем, застилая взор. И вот, в самый жуткий момент, длинные черные волосы призрака зашевелились, обнажая серое лицо...
В панике зажмурившись, он изо всех сил зажал ладонями лицо. И вдруг сквозь липкий кошмар прорвался яростный, отчаянный крик:
— Ли Доян!
Этот знакомый, пронзительный голос выдернул его из пучины ужаса, заставив с трудом разомкнуть веки.
В комнате уже горел ночник. В его мягком желтоватом свете Доян увидел встревоженное лицо Пэй Шии, чьи пальцы до боли сжимали его плечи.
— Да что с тобой такое?!
Осознание того, что он больше не один в этой страшной комнате, принесло такое облегчение, что Доян судорожно всхлипнул. Он инстинктивно прижался ближе к теплому плечу Шии, поспешно натянул одеяло до самого носа и, едва переведя дух, прерывистым полусонным шепотом принялся пересказывать свой кошмар.
Слушавший его Пэй Шии хранил молчание.
В спальне снова воцарилась тишина. Измученный ночным кошмаром Доян прикрыл веки, надеясь провалиться в нормальный сон, но стоило матрасу рядом колыхнуться, как он в панике распахнул глаза.
Призрака не было.
У подножия кровати стоял Пэй Шии. С решительным видом он подошел к стене, на которой висел злополучный телевизор, и... принялся стаскивать его с креплений голыми руками!
От такого зрелища у Дояна мигом прошел весь сон. Позабыв про слезы на щеках, он кубарем скатился с постели и, даже не подумав обуться, босиком подбежал к приятелю.
— Ты чего творишь?!
Пэй Шии не проронил ни слова. Его пальцы двигались со сверхъестественной скоростью: откуда-то раздобыв отвертку, он ловко открутил фиксирующие болты, отчего огромная плазменная панель опасно покачнулась. Перепуганный Доян заметался рядом и поспешно прижал ладони к экрану, помогая удерживать тяжелую технику.
Спустя пару минут совместных усилий многострадальный телевизор наконец очутился на полу. Шии набросил сверху плотное покрывало, полностью скрывая пугающий предмет из виду.
Доян, напрочь позабыв, что сам заварил эту кашу, недоуменно пробормотал:
— И зачем надо было устраивать этот погром посреди ночи?
Он бросил взгляд на настенные часы — стрелки неумолимо приближались к двум часам.
— Не твое дело, — буркнул Шии и скрылся за дверью ванной комнаты. Вскоре оттуда донесся шум бегущей воды.
Ли Доян сидел на краешке постели в полном замешательстве. Он то разглядывал свои ладони, то качал босыми ногами, планируя умыться сразу после хозяина дома.
Когда Пэй Шии вышел из ванной, его взору предстала картина: гость послушно ждет его, постукивая голыми пятками по паркету. Доян от скуки шевелил пальцами ног, когда к нему стремительно приблизилась темная фигура. Не успел он сообразить, в чем дело, как Пэй Шии резко опустился перед ним на корточки.
— Грязь разносишь... — недовольно процедил он.
С самым мрачным выражением лица молодой наследник вытащил влажную салфетку и принялся тщательно оттирать ступни Дояна. Поначалу он тер довольно грубо, но стоило Дояну испуганно дернуться от щекотки, как движения юноши невольно стали бережнее.
— Да я и сам мог помыть... — смутился Доян.
— Еще чего, — не поднимая взгляда, проворчал Шии. — Не лез бы ты на мою кровать, пальцем бы к тебе не прикоснулся. Радуйся, что я вообще снизошел.
— Я тебя не просил, — надулся Доян, уязвленный такой несправедливостью. Он попытался перехватить салфетку, но Шии требовательно шлепнул его по пальцам.
— Не трогай, у тебя и руки в пыли.
— Знаю я... — проворчал Доян. Он ведь как раз собирался дойти до раковины.
Несмотря на ворчание, дело шло быстро. Вскоре обе ступни тактичного гостя сияли чистотой. Пэй Шии с видом заботливой няньки переключился на его ладони, тщательно протирая каждый пальчик.
— Все, ложись.
Доян забрался под одеяло, недовольно хмурясь. Немного подумав, он нерешительно спросил:
— Слушай, а можно позвать Генерала? Пусть с нами поспит.
После такого реалистичного кошмара сердце все еще испуганно трепетало, и присутствие преданного пса принесло бы долгожданное успокоение.
— Генерал спит в комнате мамы, — ровным тоном ответил Шии.
— Точно... Совсем из головы вылетело, что он делит с ней постель.
Тревожить покой Янь Мань в столь поздний час было бы верхом невоспитанности.
Шии ничего не ответил.
Доян натянул одеяло повыше и украдкой скользнул взглядом по лицу соседа. Однако разглядеть выражение его лица он не успел — раздался тихий щелчок, и комната вновь погрузилась во тьму.
Немного поворочавшись, Доян укорил себя за несдержанность. Каким бы колючим ни был Пэй Шии, будить его посреди ночи своими криками было неправильно.
— Прости, что разбудил, — негромко произнес он в темноту. — Обещаю, теперь я буду спать как убитый.
Ответа не последовало.
Решив, что приятель все еще злится и вот-вот сбежит в другую спальню, Доян поспешно добавил:
— Потерпи только эту ночь, ладно? Не уходи. Как только сдадим экзамены, я угощу тебя самыми вкусными раками на районе.
На этот раз матрас зашуршал. Похоже, Шии перевернулся на другой бок и приподнялся на локтях.
— Не спится?
Доян покачал головой, но, спохватившись, что в темноте этого не видно, тихо ответил:
— Да нет, все нормально.
Хотя сердце все еще предательски частило.
Собеседник словно прочитал его мысли. Шумно вздохнув, он нехотя обронил:
— Нефритовая Гуаньинь у тебя на шее... Она отгоняет нечисть.
Доян среагировал мгновенно. Он нащупал на груди прохладный кулон и крепко сжал его в кулаке.
Ощущение гладкого, прохладного камня в ладони подействовало как успокоительное. Тревога отступила, тело налилось приятной тяжестью, и Доян безмятежно заскользил в объятия сна.
Улегшийся рядом Пэй Шии чувствовал, как его уши полыхают от стыда. Под покровом темноты он сердито уставился в потолок.
«С каких это пор я стал верить в эту чушь с амулетами? И ведь брякнул же такое... Точно рассудком тронулся».
Ветер ласково шелестел листвой за окном, и вскоре дыхание Дояна выровнялось. На этот раз кошмары его не тревожили, сон был глубоким и спокойным. Посреди ночи ему стало душно, но заставлять себя подниматься ради пульта от кондиционера не хотелось. Мальчик недовольно завозился, брыкнул ногами и сбросил мешавшее одеяло на пол. Почувствовав долгожданную прохладу, он с легким вздохом перевернулся на бок.
Сквозь дрему он уловил какое-то движение. Кто-то приподнялся рядом и обеспокоенно позвал его по имени, решив, что кошмар вернулся. Но Доян спал слишком сладко, чтобы отзываться. Он лишь поуютнее закопался лицом в подушку, всем своим видом показывая, что его ничто не тревожит.
Повисла неловкая пауза.
Спустя минуту чья-то теплая, напряженная ладонь осторожно опустилась на его лопатку и принялась размеренно, немного скованно похлопывать по спине.
Это монотонное покачивание унесло его в далекое детство, когда мама точно так же убаюкивала его по вечерам. Окутанный волной абсолютного покоя и нежности, Доян сонно пробормотал:
— Мам...
Заботливая рука мгновенно замерла. Спустя секунду пальцы Пэй Шии судорожно сжались в кулак, на тыльной стороне ладони от возмущения вздулись синеватые венки.
Когда утром Доян открыл глаза, Пэй Шии в спальне уже не было.
Уникальный шанс продемонстрировать свои актерские таланты был безнадежно упущен.
Быстро приведя себя в порядок, Доян натянул чистую, пахнущую свежестью школьную форму и спустился на первый этаж. Янь Мань и ее сын уже сидели в столовой.
Заметив гостя, Янь Мань приветливо улыбнулась:
— Ой, Янъян, не торопись, времени еще вагон. Я специально не стала тебя будить, чтобы ты как следует выспался.
Немного смутившись, Доян устроился за столом и украдкой покосился на Пэй Шии. Тот выглядел как обычно — ни синяков под глазами, ни сонного вида. Поняв, что хозяин дома все-таки выспался, Доян с облегчением вздохнул. С «вещим сном» можно было и повременить: впереди ждали экзамены, так что разговор лучше отложить до окончания тестов.
***
В последний день ежемесячных экзаменов, едва прозвенел финальный звонок, Ли Доян направился к школьному ларьку за лакомствами. На полпути его перехватил Чэнь Лунь.
С того самого дня, когда Доян буквально утащил за собой Пэй Шии, они толком не общались.
Чэнь Лунь неловко потирал затылок, явно чувствуя себя не в своей тарелке:
— Слушай, Янъян... Ты ведь не собираешься объявлять мне бойкот из-за той глупости?
— Каких еще глупостей? — удивился Доян.
Поняв, что друг и не думал обижаться, Чэнь Лунь заметно повеселел.
— Фух, ну слава богу. А я-то испугался, что ты из-за него... — Он вовремя прикусил язык и примирительно улыбнулся: — В тот раз я действительно перегнул палку. Сам знаешь, Пэй Шии у меня поперек горла стоит, вот я и не сдержался. Кстати, я потом пытался перед ним извиниться, но этот высокомерный тип даже слушать не стал. Так что моей вины тут больше нет.
Доян не имел ни малейшего желания выслушивать эти оправдания.
— Мне нужно в магазин, — бросил он.
Чэнь Лунь сконфуженно отступил в сторону, но послушно зашагал следом, продолжая расспросы:
— Янъян, тут Хэ Цзысюань сболтнул, будто тебя теперь после уроков забирает машина Пэй Шии. Это правда?
— Нам по пути, вот водитель и подвозит обоих. А что такого?
Чэнь Лунь прекрасно знал, что их семьи давно дружат, поэтому возразить ему было нечего.
Выйдя из лавки с пакетом хрустящей лапши, Доян обнаружил, что приятель так и ждет его на крыльце.
— Ты домой не собираешься?
Чэнь Лунь поскреб короткий ежик волос на затылке:
— Да ну, неохота. Дома все равно никого нет, тоска смертная. Хотел Юй Цзявэня вытащить, да тот вечно занят.
— Ясно, — кивнул Доян и зашагал к воротам.
Чэнь Лунь, отчаянно пытаясь поддержать беседу, заговорщицки понизил голос:
— Слышал, у нас в параллели парочку накрыли за свиданиями? Скандал на всю школу!
— Нет, первый раз слышу.
— Да сейчас за это гоняют нещадно, — усмехнулся Чэнь Лунь. — Кстати, на школьной стене признаний какая-то девчонка вовсю выпытывала твой WeChat. Точно на тебя запала!
Доян промолчал, сохранив бесстрастное выражение лица.
— Ладно тебе, я же просто предупреждаю, — хмыкнул приятель. — Смотри не попадись, а то заставят строчить объяснительную перед всем классом. Позору не оберешься.
Доян шутливо закатил глаза:
— Больно надо.
Сверстницы его совершенно не интересовали. Когда Доян заводил с Пэй Шии разговор об отмене помолвки, он ничуть не кривил душой. Его привлекали исключительно взрослые, статные красавцы, а местная школьная братия казалась ему не более чем шумной ватагой детсадовцев.
Возле ворот уже ждал знакомый черный седан. Махнув Чэнь Луню на прощание, Доян уверенно направился к машине.
Приятель попытался было его окликнуть, но Доян уже скользнул в салон. Проводив взглядом силуэт Пэй Шии на заднем сиденье, Чэнь Лунь недовольно насупился и сел в подъехавшее следом такси.
Устроившись на сиденье, Доян радушно протянул водителю и Пэй Шии по пакету со снеками. Дядюшка Чжан смущенно отмахнулся, добродушно рассмеявшись, а вот молодой господин отказываться не стал — молча взял угощение и положил рядом с собой.
На перекрестке их нагнал автомобиль Чэнь Луня. Опустив стекло, тот высунулся по пояс:
— Янъян! Какие планы на золотую неделю?
Доян неопределенно покачал головой.
— Хэ Цзысюань собирает компанию за город, в загородную усадьбу! — прокричал Чэнь Лунь сквозь уличный гул. — Там сейчас как раз цветут османтус и гибискус. Поедем с нами, будет весело!
— Я подумаю, — отозвался Доян. Если старший брат вернется на праздники, они наверняка уедут куда-нибудь всей семьей.
— Ладно, если надумаешь — маякни!
— Договорились.
Зажегся зеленый, и машины разъехались на развилке.
Экзамены остались позади, и Доян чувствовал себя превосходно. Он с удовольствием уплетал сладкие сушеные ягоды, сияя от радости. Почувствовав на себе пристальный взгляд соседа, он автоматически протянул ему раскрытую ладонь с угощением.
Пэй Шии демонстративно отвернулся к окну.
Пожав плечами, Доян закинул очередную ягоду в рот и наконец вспомнил о своем грандиозном плане.
За время тестов он успел до мельчайших деталей расписать сценарий, по которому собирался убедить Пэй Шии в существовании своих пророческих способностей.
Доян заговорщицки придвинулся ближе и шепнул:
— Эй, Пэй Шии. Хочешь, открою один секрет?
Плечо застывшего у стекла юноши заметно напряглось.
Как только тот нехотя обернулся, Доян прикрыл рот ладонью и таинственно произнес:
— Мои сны... они иногда сбываются наяву.
Пэй Шии окинул его взглядом, полным глубочайшего сомнения.
Такая реакция была вполне ожидаемой, поэтому Доян, ничуть не смутившись, зашептал еще убедительнее:
— Серьезно! На днях мне приснилось, как мы пишем контрольную, а сегодня я открываю бланки — и там один в один те же вопросы, что и во сне!
Уголок губ Пэй Шии скептически дернулся, но перебивать он не стал.
— А прошлой ночью, — Доян понизил голос до драматического полушепота, — мне приснилось, что на праздниках ты тяжело заболел.
Это была чистейшая правда из оригинального сюжета романа. На первом году старшей школы во время каникул Пэй Шии крупно повздорил с отцом. В ярости он бросился в душ и включил ледяную воду, забыв про нагреватель. Из-за осенней сырости и пережитого стресса парень слег с сильнейшей лихорадкой и все выходные не поднимался с постели.
Начать разговор с психических проблем Янь Мань было слишком рискованно — Пэй Шии мог счесть это оскорблением и просто выставить его за дверь. Куда разумнее было сначала доказать свои «способности» на мелком, легко проверяемом предсказании. Если Шии действительно заболеет, то в следующий раз прислушается к словам Дояна куда серьезнее.
Конечно, пророчить кому-то болезнь — дело неблагодарное, и Доян мысленно приготовился к очередной вспышке гнева молодого господина.
В салоне повисла тяжелая тишина.
Доян робко поднял глаза. Пэй Шии сидел, плотно сжав губы, и как-то странно, изучающе разглядывал собеседника.
Доян невольно провел ладонью по щеке — вдруг испачкался? Нет, чисто.
Наконец Пэй Шии резко отвернулся, пряча внезапно порозовевшие уши.
— Что за чушь ты несешь? — ледяным тоном процедил он.
— Да я серьезно...
Юноша, казалось, разозлился еще сильнее:
— Да кто... кто вообще разрешал тебе видеть меня во сне?!
Доян онемел от такой логики.
Поняв, что Пэй Шии уцепился совершенно не за то, да еще и злится на ровном месте, Доян предпочел промолчать.
До дома оставался всего один перекресток. Нарушив затянувшееся молчание, Шии язвительно спросил:
— Раз уж ты у нас великий пророк, к чему тогда была та давешняя Садако? Тоже вещий сон?
Издевка в его голосе была очевидной.
— То был обычный кошмар, он к реальности отношения не имеет! — вспыхнул Доян. — Ой, ладно, не веришь — и не надо!
Машина затормозила у ворот жилого комплекса. Доян сердито закинул рюкзак на плечо, вылез из салона и зашагал к подъезду, даже не попрощавшись.
Вечером после ужина Доян вместе с родителями созвонился по видеосвязи со старшим братом. Ли Хуай сейчас находился в столице и планировал на праздниках отправиться с однокурсниками в поход в горы, так что дома его ждали только через три дня.
На экране Ли Хуай выглядел возмужавшим: короткая армейская стрижка, заметный загар после курса молодого бойца и волевые, резкие черты лица. Обсудив с родителями учебу и быт, он весело позвал:
— Ну-ка, покажите мне нашего младшенького!
Узнав, что приезд брата откладывается, Доян слегка погрустнел. Он пристроил планшет на кофейный столик, а сам принялся лениво уплетать мороженое, краем глаза поглядывая в телевизор.
Ли Хуай рассмеялся:
— Что за кислая мина? Совсем брату не рад?
— Чего радоваться, если тебя тут нет, — буркнул Доян.
— Ну ладно тебе. Подрос хоть за лето?
— Вообще-то я уже метр семьдесят! — гордо заявил младший.
— Понятно. Значит, метр шестьдесят девять. Все коротышки обычно округляют в большую сторону.
Доян обиженно надулся.
Они проболтали почти полчаса. Доян засыпал брата вопросами об университетской жизни. Поначалу он пытался делать вид, что занят своими делами, но стоило Ли Хуаю заговорить о лекциях и кампусе, как мальчик тут же придвинулся к самому экрану.
Судя по всему, студенты уже обустраивали лагерь на природе. Внезапно в кадре появились еще несколько смеющихся лиц:
— Ого, так это и есть тот самый младший брат? — донеслись веселые голоса. — Какая лапочка! Понятно теперь, почему ты о нем уши всем прожужжал!
— А парень-то симпатичный! Ха-ха-ха, Хуай, вы точно родственники?
— А ну пошли вон! — в шутку прикрикнул на них Ли Хуай.
— Привет, Янъян! Мы друзья твоего брата, честное слово, приличные люди! Обязательно приезжай к нам в гости!
— Малыш, не слушай этих оболтусов, они просто напрашиваются на хорошую взбучку.
Посмеявшись над веселой студенческой компанией, Доян попрощался с ребятами, а когда мама позвала его ужинать, отключил вызов.
Перед сном, приняв душ, Доян около получаса поработал над кодом. За последние недели ему удалось воссоздать начальные уровни инди-игры, которую он не успел дописать в своей прошлой жизни. Уже засыпая, он вспомнил о предложении Чэнь Луня съездить в знаменитую усадьбу города Цзянъюнь и быстро набрал сообщение: «Во сколько выезжаем?»
Ответный звонок раздался почти мгновенно.
— Завтра в девять утра! Мы с Хэ Цзысюанем заедем за тобой.
— Не нужно, — остановил его Доян. — Отец завтра как раз едет в те края по делам, я доберусь с ним.
— Ну ладно. Как приедешь — сразу звони. Ждем!
— Договорились.
***
В доме семьи Пэй обстановка оставалась крайне натянутой.
После громкого скандала в Цинхэ отец и сын практически не разговаривали. Пэй Юпин долгое время не появлялся дома из-за бесконечных зарубежных командировок, так что сегодняшняя встреча стала первой после того злополучного банкета.
Во время ужина Пэй Шии демонстративно игнорировал присутствие отца, а едва встав из-за стола, позвал мать прогуляться.
Вечерняя прохлада приятно освежала лицо. Пройдясь по тихим аллеям, Янь Мань с нежностью взглянула на сына:
— Ты в последнее время так много времени проводишь со мной, А-Ши.
Их отношения никогда не были простыми. Оставаясь наедине, оба замыкались в себе, не зная, о чем говорить. Когда Шии отправили учиться за границу, тяжело болел отец Янь Мань. Женщина разрывалась между двумя странами и могла навещать сына лишь наездами. После смерти отца пропасть между ней и мужем окончательно углубилась, и она решила уехать к сыну, чтобы жить вместе. Но к тому времени Шии уже окончил начальную школу — возраст был самый колючий, подростковый, и пробиться сквозь его броню оказалось непосильной задачей. Решив, что сын затаил на нее обиду, Янь Мань вернулась в Китай.
Она до сих пор считала то решение своей самой роковой ошибкой.
Лишь этим летом в Цинхэ, созвонившись с бывшей экономкой из их заграничного дома, она узнала правду. Оказывается, маленький Шии после ее отъезда неделями ждал, что мама вернется.
«Мальчик у вас невероятно упрямый, — сокрушалась женщина на том конце провода. — Все держит в себе. С таким характером он еще наплачется».
Однако в последнее время все изменилось. Стоило Пэй Шии выкроить свободную минуту, как он тут же шел к матери. Он мог молча читать газету в гостиной, пока она отдыхала, или сопровождать ее на прогулках.
Услышав ее слова, юноша лишь ускорил шаг, не проронив ни звука. Сплошное упрямство и неловкость.
Янь Мань мягко улыбнулась, не став донимать его расспросами. Поравнявшись с декоративным фонтаном, она негромко спросила:
— Как тебе Янъян?
Пэй Шии резко замер.
Не заметив его замешательства, мать продолжила:
— Насчет той шутки твоего дедушки про помолвку... Не принимай близко к сердцу. Все эти детские браки — пережиток прошлого. В наше время никто не станет вас принуждать, так что не переживай. Но мне кажется, что стать назваными братьями для вас двоих было бы отличным решением.
«Когда меня не станет, ты хотя бы не останешься совсем один на этом свете», — тоскливо подумала она.
Доян был на редкость чутким и преданным ребенком. Иметь такого близкого человека рядом — великое благо.
Уличные фонари заливали аллею мягким лунным светом. Нарушив затянувшуюся паузу, юноша снова зашагал вперед. Его хриплый, тихий голос почти полностью потонул в шелесте ветра, так что Янь Мань расслышала лишь обрывки фразы:
— Тогда мне больше ничего не нужно. Пусть будет просто братом.
Стоило им вернуться домой, как Пэй Юпин, уязвленный ледяным равнодушием близких, закатил безобразную сцену. В порыве гнева он швырнул на пол фарфоровую чашку, разбив ее вдребезги. Прислуга, испуганно переглядываясь, поспешно прибрала осколки и покинула гостиную.
Янь Мань даже не взглянула на супруга и молча направилась к лестнице.
— Семейка эгоистов... — ядовито процедил Пэй Юпин, переключая гнев на сына. — В прошлый раз твоя наглость сошла тебе с рук, и ты совсем отбился от рук? Забыл, кто твой отец?!
Лицо Пэй Шии потемнело. Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы высказать родителю все, что о нем думает, как вдруг в его памяти отчетливо зазвучал звонкий голос Ли Дояна: «Мне приснилось, что на праздниках ты тяжело заболел».
Эта мысль подействовала как ушат холодной воды, мгновенно остудив ярость в груди. Вспомнив, что завтра у него важные планы, Пэй Шии лишь презрительно усмехнулся. Игнорируя крики отца, он развернулся и спокойно пошел в свою комнату. Мужчина продолжал кричать что-то вдогонку, но юноша уже не слушал.
У себя в спальне он сделал короткий звонок управляющему загородной усадьбой, после чего с на удивление легким сердцем отправился принимать горячий душ.
***
Осеннее утро выдалось на редкость ясным и теплым. По обеим сторонам ухоженной дороги высились вековые деревья.
Стайка подростков на скейтах с шумом промчалась по асфальту, ловко заходя на виражи. Загорелый долговязый парень в бейсболке, шедший во главе колонны, наконец поравнялся с катившим впереди велосипедом:
— Янъян! Да бросай ты свой велик, давай к нам! Я специально для тебя доску захватил!
— Не умею я, — рассмеялся Доян. — На велике привычнее.
На нем был свободный спортивный костюм нежно-сиреневого цвета. Мальчик уверенно держал руль, неторопливо крутя педали стройными, по-детски белыми ногами. В корзине над передним колесом стоял объемистый картонный ящик, доверху наполненный крупным, глянцевым виноградом, который он только что собственноручно собрал на плантациях усадьбы.
Следом подкатили остальные ребята. Чэнь Ци с забавными хвостиками на голове и еще парочка парней постарше принялись крутиться вокруг него, демонстрируя нехитрые трюки на бордюрах.
— Ну же, Янъян, слезай! Мы научим!
— Давай, это совсем не сложно!
— Не бойся, если начнешь падать — я тебя поймаю! Буду твоим персональным матрасом, идет?
Спустя полчаса коробка с виноградом перекочевала в руки Чэнь Луня, а сам Доян под чутким присмотром Хэ Цзысюаня сделал первую робкую попытку встать на доску. Ребята придерживали его за плечи, но уже через десять минут он поймал баланс и смог самостоятельно катиться по ровной дорожке.
— Ничего себе! Ты схватываешь на лету! — восхитился один из парней. — Хэ Цзысюань в первый раз раз десять носом землю пропахал, пока просто стоять научился!
— Эй, полегче на поворотах! — притворно возмутился староста класса.
Доян весело покатил вперед в окружении друзей. Ощущение скорости захватывало. Под тенистым пологом деревьев раздавался заливистый юношеский смех; кто-то из ребят от избытка чувств громко заулюлюкал, распугивая птиц.
Чэнь Ци, лихо преодолев искусственную неровность на дороге, обернулась и крикнула:
— Кто последний до усадьбы — тот организует вечерний барбекю! А победитель имеет право весь вечер только есть и ничего не делать!
Идея праздного безделья встретила единогласный восторг. Подростки с азартом рванули вперед, стараясь обойти друг друга на виражах.
Доян не гнался за победой. Он предпочитал двигаться в своем темпе, оттачивая технику. На сложных поворотах он предусмотрительно притормаживал, мысленно восстанавливая в памяти движения Чэнь Луня. Постепенно тело уловило нужный ритм, и парень перестал спрыгивать со скейта на каждом углу.
Впереди показался пологий спуск, и Доян решил слегка прибавить ходу.
***
По широкой асфальтированной дороге усадьбы бесшумно катил представительный черный «Бентли».
Окна автомобиля были приоткрыты, в салон проникал свежий осенний воздух. Пэй Шии с несвойственным ему интересом разглядывал проплывавшие мимо пейзажи.
Дядюшка Чжан, удивленный тем, что молодой господин соизволил выбраться в столь обычное место, добродушно поинтересовался:
— Что это тебя вдруг потянуло на природу, А-Ши?
Юноша отвел взгляд от окна:
— Просто так. Захотелось развеяться.
На развилке дорог в поле зрения водителя попала боковая тропинка, у обочины которой сидел сжавшийся в комок подросток.
Равнодушное лицо Пэй Шии мгновенно изменилось. Его зрачки сузились, и он резко приказал:
— Тормози!
Доян сидел у невысокого каменного бордюра, обхватив колени руками. Шорты не защитили ноги при падении: оба колена, внутренняя сторона предплечий и ладони были ободраны до крови.
В свежие ссадины набилась земля и мелкий песок, сквозь которые сочилась багровая сукровица. Боль была резкой, пульсирующей — от нее перехватывало дыхание.
На лбу мальчика выступили крупные капли пота, а ресницы намокли от невольных слез. Он изо всех сил сжимал челюсти, стараясь дышать ровнее.
Подбежавший Пэй Шии застыл как вкопанный.
Вид окровавленного Дояна вызвал в его душе такую бурю ярости, что он едва не сорвался на крик. Он бесцеремонно перехватил ладонь мальчика, которой тот тянулся к разбитому колену, и рявкнул:
— Кто это сделал?!
От неожиданности Доян даже плакать перестал.
— Пэй Шии? Ты как здесь оказался?
Юноша перевел взгляд на валяющийся в траве скейтборд, и расспросы потеряли смысл. Все было ясно без слов.
Помолчав мгновение, он молча повернулся к Дояну спиной и опустился на одно колено.
Доян недоуменно моргнул, но быстро сообразил, чего от него хотят. Не став капризничать, он тихонько поблагодарил приятеля и аккуратно обхватил его за шею.
Шии приподнял его, стараясь держать широко разведенные ноги Дояна как можно дальше от себя, чтобы не задеть сочащиеся ссадины грубой тканью своей куртки. Обойдя клумбу, они быстро вышли к припаркованному на обочине «Бентли».
В голове у Дояна воцарился полный сумбур.
По первоначальному сюжету книги Пэй Шии должен был безвылазно лежать дома с тяжелой простудой, однако сейчас он стоял перед ним — живой, здоровый и невредимый.
«Где я просчитался?» — лихорадочно думал Доян, пока его бережно усаживали на кожаное сиденье автомобиля.
Захлопнув дверцу, Пэй Шии извлек из-под сиденья походную аптечку. Когда он принялся обрабатывать раны антисептиком, вид запекшейся крови вперемешку с дорожной пылью заставил его лицо потемнеть от гнева. На его скулах заходили желваки.
С трудом сдерживая клокочущую ярость, он бросил ледяной взгляд на лежащий у их ног скейтборд.
Прохладное прикосновение лекарства помогло Дояну немного отвлечься от боли. Он подул на горящие колени и, заметив, с какой ненавистью Шии буравит несчастную доску, тихонько спросил:
— Тоже хочешь прокатиться?
В его голосе прозвучали веселые нотки, будто это не он пару минут назад готов был разрыдаться на обочине.
Пэй Шии лишь сильнее стиснул зубы.
«Прокатиться? Да я эту деревяшку сейчас прямо здесь сожгу!»
http://bllate.org/book/35761/4679080
Готово:
