Готовый перевод Professor Ye, Where's the Straight to Bent? / Профессор Е, где мой прямолинейный роман?: Глава 8

Ю Чэн планировал на следующей неделе во всем признаться семье: сначала объявить, что у него появился парень, а затем — о предстоящей свадьбе. Между этими двумя событиями должно было пройти три месяца, так что шок не казался бы слишком сильным.

В тот же вечер Ю Чэн написал госпоже Лю, что на следующей неделе приедет домой поужинать, и попросил её не уезжать в путешествие. Перекинувшись парочкой фраз в WeChat, они перешли на видеосвязь. На экране помимо госпожи Лю неожиданно обнаружился собственный отец Ю Чэна — Ю Чэнъюань.

— Старый Ю! Ты вернулся? — на мгновение обрадовался Ю Чэн и прильнул к самому объективу камеры, подзывая отца.

У Ю Чэнъюаня был вечно завален бизнес: незадолго до этого он уезжал за границу в командировку обсуждать сделки и отсутствовал дома больше месяца. В то время госпожа Лю сорвалась за границу составлять мужу компанию, оставив Ю Чэн одного дома. Теперь же оба родителя вернулись, и Ю Чэн с облегчением подумал, что его семью наконец-то снова можно назвать полной.

— Как прошли переговоры? — поинтересовался Ю Чэн у отца.

Ю Чэнъюань жизнерадостно задрал палец:

— В этом квартале заработаем ещё на одну маленькую цель.

Ю Чэн не пошел по стопам Ю Чэнъюаня и к коммерции не испытывал ни малейшего интереса, зато перед способностью собственного отца делать деньги преклонялся. Ю Чэнъюань вечно твердил, что готов профинансировать любой его фильм: снимай что душа пожелает, бери любые награды.

В юности Ю Чэн был невероятно заносчив, кричал: Моя судьба в моих руках, а не на небесах и Деньги я буду зарабатывать сам, но теперь, всякий раз дорабатывая до глубокой ночи, отчаянно жалел, что не может отвесить себе затрещину.

Однако сказанного назад не вернешь. Ю Чэн продолжал идти по пути одиночки-одиночки, заодно подрабатывая группой поддержки для собственного папаши.

— Пап, ты просто небожитель!

— Даже небожители не сравнятся с тобой по крутости!

— Папа, то, что в нашей семье есть ты — это просто благословение для всех нас!

По ту сторону экрана Ю Чэнъюань уже расплылся в улыбке до ушей, превратившись в хвастливого павлина. Телефон Ю Чэн зазвонил так заливисто, будто Санта-Клаус разносил подарки: звук повторился по меньшей мере восемь раз. Ю Чэн собственными глазами видел, как баланс на его банковской карте пополнился на восемьсот тысяч, почти дотянув до миллиона.

Последнее поступление пресекла родная мать:

— Хватит подлизываться к отцу. Что такое, у тебя деньги кончились?

Ю Чэн послушно уселся ровно и честно ответил:

— Хватает. Заказчик только что перевел оплату, но мне просто нравится наблюдать, как вы сыплете золотыми монетами.

Госпожа Лю включила материнский авторитет:

— Есть деньги — покупай побольше нормальной еды, и чтобы я не видела, как ты среди ночи жрешь лапшу быстрого приготовления.

Ю Чэн кивнул и молча оттолкнул подальше стоявшую под рукой лапшу со вкусом квашеной капусты и говядины.

Тут госпожа Лю сменила тему:

— Ты на следующей неделе один приедешь?

Ю Чэн удивился:

— Ну да. А как иначе? Купить тебе мейн-куна и притащить с собой?

Госпожа Лю сквозь зубы выругала его:

— Мелкий паршивец!

Ю Чэн совершенно растерялся от незаслуженных ругательств. Госпожа Лю вздохнула, явно чем-то недовольная, и шепотом перекинулась парой слов с Ю Чэнъюанем. Говорила она так тихо, что Ю Чэн ничего не расслышал. Лишь после того, как он несколько раз позвал «маму», ей удалось вернуть её внимание к камере.

Госпожа Лю:

— Иди работай. Мы с твоим папой еще собираемся в кино, не отнимай у нас время.

Ю Чэн:

— […]

Всего за несколько минут Ю Чэн умудрился наесться досыта собачьего корма. Опустив взгляд на собственный слезливый и банальный сценарий, он поклялся, что в следующий раз обязательно возьмется за какой-нибудь приторно-сладкий сюжет.

Сбросив вызов госпожи Лю, Ю Чэн обнаружил, что Лю Сусу прислала ему голосовое сообщение. Всего три секунды. Ю Чэн нажал на воспроизведение:

— Ха-ха, ну давай, притворяйся дальше!

Ю Чэн:

— ? Что за бред вообще?!

Лю Сусу ничего не ответила.

Назло всему, Лю Сусу теперь каждый день присылала ему это свое ха-ха, но на вопросы не отвечала. Вплоть до самого дня поездки домой Ю Чэн был уверен, что у Лю Сусу началось весеннее обострение.

Стоило ему переступить порог дома, как Ю Чэн наконец понял, к чему был весь этот сарказм.

Ужин выдался на редкость тревожным. Госпожа Лю и Ю Чэнъюань не пичкали друг друга едой, зато принялись щедро накладывать угощения в тарелку сына. Даже помогавшая по хозяйству домработница улыбалась как-то подозрительно. Шесть глаз, полных ожидания и придирчивого изучения, неотрывно следили за ним. Ю Чэн даже куриную ножку догрызть не смог и не выдержал:

— Чего вы так на меня пятитесь? У меня что-то на лице?

Ю Чэнъюань кашлянул и произнес:

— Да ничего, просто давно не виделись. Вот отец и смотрит, поправился ты или нет.

Ю Чэн:

— …Пап, даже если ты зарабатываешь кучу денег, не надо так издеваться над моими комплексами.

Госпожа Лю явно сдержалась, чтобы ничего не сказать. Ю Чэн занервничал еще сильнее: испугавшись, что у домашних есть какая-то тяжелая новость, он решил пока отложить признание в личных делах на потом.

Уже после ужина, заметив, что лица Ю Чэнъюаня и Лю Юньмэй не выглядят озабоченными, он наконец отложил палочки для еды и заговорил:

— Папа, мам, тут такое дело… я в последнее время…

Не успел он даже толком «признаться», как в гостиной повисла мертвая тишина.

Взгляды, которыми оба уставились на него, казались такими же изумленными, как вид одинокой пекинской капусты посреди пустыни, к тому же сулящими скорое цветение. Ничего не понимая, Ю Чэн почесал указательным пальцем щеку и медленно выдавил из себя:

— …Влюбился.

Раздался громкий шлепок: Лю Юньмэй со злости ударила ладонью по столу и, возбужденно тряся Ю Чэнъюаня за плечо, воскликнула:

— Видишь? А ты говорил — неправда!

Ю Чэнъюань хохотнул, отмахнулся и признал:

— Эх, проиграл, проиграл. Уж коли проиграл, так признаю поражение.

Ю Чэн округлил глаза, переводя взгляд с одного родителя на другого, и до него дошло:

— …Неужели вы…

Ю Чэнъюань ответил:

— Мы уже давным-давно все знаем.

Ю Чэн протянул «о-о-у», немного расслабился и спросил:

— Откуда?

Лю Юньмэй пояснила:

— Кто-то встретил тебя на улице и поймал с поличным.

Ю Чэн быстро сопоставил факты и вычислил главного злодея:

— Лю Сусу?!

Вот почему она в последние дни вела себя так странно!

Впрочем, получилось попадание в яблочко — зато удалось избежать лишних хлопот.

Откинувшись на спинку стула, он продолжил:

— Раз так, то моя ориентация — это вы тоже знаете?

Смех Ю Чэнъюаня оборвался на полуслове, застряв в горле. Госпожа Лю неловко улыбнулась. Ю Чэн изогнул бровь и судорожно втянул воздух. Госпожа Лю пробормотала:

— Только я. Я еще не успела сказать твоему папе.

Мышцы на щеках Ю Чэнъюаня окаменели, и лицо действительно помрачнело.

Ю Чэн испытал одновременно досаду и неловкость, понизив голос до шепота:

— Госпожа Лю, ты почему недоговариваешь? Ты же меня смерти преданной предаешь!

Госпожа Лю оправдалась:

— Разве я не боялась, что твой папа не примет это? Хотела подготовить его постепенно.

Ю Чэн даже думать не хотел о том, откуда Лю Юньмэй узнала обо всем этом. Охваченный легким негодованием, он набросился с упреками на родную мать:

— А если бы у моего папы от этого сердечный приступ случился, что бы вы делали?

Ю Чэнъюань:

— […]

Непутевая парочка матери и сына рассмешила разозленного Ю Чэнъюаня:

— Мелкий паршивец, лучше бы пожелал отцу чего-нибудь хорошего! Выражайся нормально. Ну нашел парня — и что? Мужчина так мужчина. Я и сам мужчина, неужели я стану ненавидеть мужчин?

Ю Чэн издал восхищенное «о-о-у», даже не задумываясь над тем, чтобы подобрать лесть поизящнее:

— Пап, да у тебя просто прогрессивные взгляды! Иначе как бы ты ворочал такими деньгами?!

Ю Чэнъюань шутливо выругался:

— Иди ты!

На этом сеанс откровений благополучно завершился. Ю Чэн чувствовал себя немного отрешенным: накануне на всякий случай он упорно репетировал дома, заготовив сценария четыре-пять на выбор. Например: что делать, если родные будут против; как поступить, если один согласен, а второй категорически против; что предпринять, если на словах они согласятся, а за спиной — нет…

Короче говоря, он просчитал худшие варианты, но выход видел только один: завтра же бежать в загс регистрировать брак и рубить гордиев узел!

Кто бы мог подумать, что все пройдет так гладко? Старый Ю и госпожа Лю и впрямь оказались образцом людей новой эпохи.

Правда, на душе у него все равно скреблись кошки: в конце концов, он впервые притворялся геем, да и опыта отношений у него не было. Если бы родственники начали расспрашивать о деталях, он бы точно не выдержал допроса. К счастью, госпожа Лю была целиком поглощена радостью от того, что у сына наконец появилась пара, и докапываться до мелочей не стала.

— На следующей неделе пригласи своего парня на ужин домой, я позову еще и Сусу — посидим все вместе.

— Договорились.

Хотя по изначальному плану знакомство с родителями должно было состояться значительно позже, планы явно уступали стремительности перемен — кто же виноват, что его железное дерево наконец зацвело.

Он вкратце обрисовал ситуацию Е Тинъяню. Тот отреагировал куда спокойнее, чем сам Ю Чэн, и заодно поинтересовался вкусами его родителей.

— Мой папа любит коллекционировать красное вино, а мама… ну, по части губных помад и шелковых шарфов, наверное.

Поняв, что Е Тинъянь собирается купить подарки, Ю Чэн поспешно предупредил:

— Только не бери слишком дорогое.

Е Тинъянь:

— Хорошо.

Ю Чэн поинтересовался, как обстоят дела у него дома, заикался ли он перед родителями об их отношениях.

Родители Е Тинъяня оба работали университетскими профессорами, владели акциями технологических компаний и получали дивиденды с патентов, так что в деньгах тоже не нуждались, хотя их семья все же отличалась от чисто коммерсантов.

У самого Ю Чэнъяня сохранялись определенные стереотипы об образе старых профессоров, и он боялся, что родители Е Тинъяня станут чинить препятствия.

Однако Е Тинъянь ответил легко и непринужденно:

— Я уже поговорил с ними. Папе, пожалуй, потребуется какое-то время, чтобы всё переварить, а вот мама… была очень рада.

Ю Чэн долго молчал, прежде чем услышать собственный голос:

— А?

— Чему это она обрадовалась?

Даже если твой собственный ребенок вдруг поворачивает не туда, это не вызывает взрыва бомбы, некоторые даже испытывают облегчение, что кто-то наконец подобрал чадо. Но до радости дело обычно не доходит, даже у столь прогрессивных людей, как госпожа Лю со Старым Ю.

Не дожидаясь ответа Е Тинъяня, Ю Чэн сам выдвинул догадку:

— Потому что мы были одноклассниками в старшей школе?

На том конце провода на мгновение воцарилось молчание, после чего раздался легкий смешок:

— Верно. Сказали, что мы невероятно судьбоносная пара.

Ю Чэн быстро убедил себя в том, что все в порядке. Трудности разрешились сами собой — и это было прекрасно. Если бы он стал копать глубже, то просто выдумал бы проблемы на пустом месте.

Они договорились о времени, чтобы вместе купить подарки родителям с обеих сторон, а заодно продолжили оттачивать сценарий «фальшивого брака», надеясь пройти этот этап как можно быстрее.

Глава 9. Встреча

По мере продвижения сценария Ю Чэн замечал, как уровень его личного напряжения неуклонно растет.

Набрав номер Вэнь Сюя, Ю Чэн с порога выпалил:

— Как вообще люди встречаются?

— Да чего там в этих отношениях? Жрут, спят да милуются, — ответил Вэнь Сюй. — Вы с Е Тинъянем вообще-то не пара, тебе-то зачем это знать?

Ю Чэн уткнулся лицом в подушку:

— Мы с Е Тинъянем идем знакомиться с родителями, я волнуюсь.

Вэнь Сюй:

— С чего тебе переживать-то? Ты столько сценариев написал — действуй по шаблону: за руки подержаться, обняться, потереться друг о дружку, глазки пострелять. Проще пареной репы.

Ю Чэн:

— Проще? Ничего себе проще! Мы пока только за руки и держались.

Вэнь Сюй:

— Понял. Клясться в верности втроем тоже можно за ручку, а остальное уже за пределами твоего лимита терпения?

Ю Чэн тяжело вздохнул:

— Вроде того.

Вэнь Сюй немного подумал и предложил:

— Расслабься. Просто представь на месте Е Тинъяня меня.

http://bllate.org/book/35757/4425591