Его лицо внезапно вспыхнуло, и он инстинктивно отвел взгляд на придорожную зелень. Казалось, всего за неделю, что он отсутствовал, свисающие ветви ив стали еще зеленее и гуще.
Жэнь Шаоюань все еще смотрел на него. Слегка кашлянув, он спросил:
— Хуаньнин, теперь ты можешь идти на работу?
Е Хуаньнин слегка вздрогнул, невольно застыв под его взглядом.
Словно недовольный собственным тоном, Жэнь Шаоюань стал серьезнее. Глядя на Е Хуаньнина, он мягко, почти по-детски проворковал:
— Малыш Нин-Нин, теперь ты можешь идти в детский сад? Ты уже опаздываешь, если придешь позже, то, возможно, не получишь маленькую красную звездочку.
В глазах Е Хуаньнина промелькнуло изумление, но тут же он улыбнулся, встретившись взглядом с Жэнь Шаоюанем, и подыграл ему, тихо ответив:
— Тогда мне нужно поторопиться. Получу звездочку и подарю её тебе.
Жэнь Шаоюань кивнул, опустил глаза, поправляя ему воротник, а затем медленно убрал руку, отпуская того, кто сидел на пассажирском сиденье.
— Иди, — тихо сказал Жэнь Шаоюань, и в его глазах заиграли нежные блики.
Е Хуаньнин толкнул дверцу машины, обернулся, еще раз взглянул на него и вышел. Несколько шагов от машины до детского сада он прошел то быстро, то медленно, а когда остановился у ворот, обернулся и, как и ожидал, встретился взглядом с Жэнь Шаоюанем.
Жэнь Шаоюань заботливо опустил стекло, положил предплечья на оконную раму, а подбородок — на руки, не отрываясь глядя на Е Хуаньнина. Казалось, он заранее знал, что Е Хуаньнин обернется: на его лице застыло понимающее выражение, а на губах играла едва заметная улыбка.
Он кивнул Е Хуаньнину, а затем увидел, как омега, находившийся недалеко, тоже кивнул ему в ответ и повернулся, чтобы войти внутрь.
Жэнь Шаоюань невольно вздохнул, сел на водительское место, положил руки на руль и бесцельно уставился вперед.
Сквозь еще редкие ветви деревьев он вскоре снова увидел своего омегу.
Он наблюдал, как группа детей, ростом едва доходящих ему до пояса, с радостным визгом подбежала и окружила его омегу плотным кольцом. Несмотря на то что расстояние было большим, ему казалось, что он видит милую улыбку омеги и слышит эхо звонкого детского смеха, который, хоть и был громким, вовсе не казался шумным.
Его омега действительно был невероятно мил. И не только он находил его таким — дети в детском саду тоже его обожали. Он даже мог представить, как сильно детям нравится легкий аромат апельсинов, исходящий от омеги.
Он беззвучно улыбнулся и, больше не задерживаясь, вскоре отъехал от сада.
Е Хуаньнин, окруженный толпой детишек, невольно слегка наклонился, отвечая на их объятия. Другая воспитательница, стоявшая неподалеку, тоже смотрела на них. Подойдя ближе, она помогла Е Хуаньнину успокоить детей, а затем, подняв взгляд на него, с улыбкой поддразнила:
— Счастливого брака, учитель Е.
Е Хуаньнин посмотрел на коллегу и подругу, у которой на лице читалось понимание. Это была жизнерадостная девушка-бета, чье имя тоже отражало её характер — Тао Синь.
Под её улыбающимся взглядом он смущенно поблагодарил:
— Спасибо, учитель Тао.
Видя искреннюю застенчивость и счастье Е Хуаньнина, Тао Синь не смогла сдержать радости за него и с улыбкой спросила:
— Почему не отдохнул еще несколько дней? Видишь, как хорошо я присматриваю за твоими ребятами?
Е Хуаньнин кивнул, повернулся к ней и ответил:
— В эти дни тебе пришлось нелегко, учитель Тао. — Сделав небольшую паузу, он честно добавил: — Мы пока только получили свидетельство о браке, а свадьбу решили сыграть уже после того, как в детском саду начнутся летние каникулы.
Тао Синь задумчиво кивнула и, улыбаясь, посмотрела на него:
— Значит, у тебя еще есть время, чтобы как следует всё подготовить и с нетерпением ждать этого дня. Когда у учителя Е будет свадьба, я приду с щедрым подарком.
— Насколько щедрым? — подхватил Е Хуаньнин, не удержавшись от смеха. Работая вместе, они отлично ладили и были близкими друзьями, которые могли обсудить всё на свете, поэтому часто любили подшучивать друг над другом.
Тао Синь притворилась, что серьезно задумалась, затем внезапно подняла руки, изображая в воздухе большой прямоугольник, и, глядя на Е Хуаньнина, многозначительно промолчала.
Е Хуаньнин в недоумении посмотрел на неё и не удержался от вопроса:
— Настолько большой? Что же это такое?
Тао Синь расплылась в широкой улыбке, опустила руки и таинственно прошептала:
— Детская кроватка.
Услышав это, Е Хуаньнин опешил. Он невольно перевел взгляд на детей, которые послушно играли неподалеку, а затем снова посмотрел на Тао Синь и с улыбкой сказал:
— Тогда позволь мне заранее поблагодарить учителя Тао от лица моего будущего ребенка.
Тао Синь кивнула, принимая благодарность, и, глядя на малышей, невольно тихо вздохнула:
— Ты так любишь детей, к тому же ты такой добрый и терпеливый. У ребенка, чьим папой будешь ты, жизнь с самого рождения будет очень счастливой.
В глазах Е Хуаньнина невольно отразилось предвкушение. Всего за несколько секунд он успел представить их будущую семью с Жэнь Шаоюанем — три человека, а может, и четыре.
Их любовь подарит миру уникальное сокровище, в котором будут течь их общие крови, и которое будет похоже одновременно и на Жэнь Шаоюаня, и на него самого... От одной только мысли сердце Е Хуаньнина смягчилось, и его охватило безграничное чувство счастья.
Покинув детский сад, Жэнь Шаоюань не поехал в компанию, а, сам того не осознавая, направил машину к офисному зданию в пригороде. Этот район еще не был полностью застроен, поэтому здесь не чувствовалось привычной строгой деловой атмосферы. Стены домов на улицах были расписаны яркими, свободными граффити, что подчеркивало царящую здесь атмосферу покоя и уединения вдали от городского шума.
Выйдя из машины, он по знакомому пути поднялся наверх и остановился перед дверью художественной студии. Слегка постучав костяшками пальцев, он тут же естественно толкнул дверь и вошел.
Хозяина студии звали Цзоу Юй, и он был обычным альфой, но в то же время совсем не обычным. Обычным было то, что его не интересовал семейный бизнес, и он довольствовался ролью владельца этой студии; необычным же был его статус альфы, который невозможно было игнорировать, хотя сам он к этому статусу относился безразлично.
Услышав звук открываемой двери, Цзоу Юй поднял голову, увидел вошедшего и ничуть не удивился. Держа в руке кисть, он кивком указал Жэнь Шаоюаню на диван рядом, а затем снова опустил взгляд на мольберт, нанося мазки.
Жэнь Шаоюань сел на диван, его взгляд скользнул по холсту, но тут же переместился в сторону. Он невольно выдохнул, откинулся на спинку и закрыл глаза.
— Со свадьбой тебя, — произнес Цзоу Юй, поднимая взгляд и глядя на него с улыбкой. Словно желая разглядеть выражение лица Жэнь Шаоюаня, он невольно задержал на нем взгляд на несколько секунд дольше.
http://bllate.org/book/35742/4423377
Готово:
