Сказано — поесть, но он прямиком отвёз её в здание корпорации Чжаоци.
Сюй Шэнь приехал сюда впервые. Выходя из машины, он небрежно надвинул на голову бейсболку, не желая привлекать к себе внимания.
Сегодня была суббота, и в здании изначально находилось мало людей.
Чжань Шили был вторым помощником Сюй Шицзи, его кабинет располагался на том же этаже, что и кабинет Сюй Шицзи. Поднимаясь на лифте, Сюй Шэнь спросил его:
— Почему сегодня не видно того помощника Лю? Разве не он должен заниматься подобными делами?
Сюй Шэнь не терпел этого человека. Тот пользовался тем, что был главной правой рукой Сюй Шицзи, вёл себя излишне заносчиво и никогда не скрывал своего презрения к нему, побочному сыну. Еще до его возвращения тот установил для него кучу правил. Разумеется, Сюй Шэнь и не думал следовать подобным порядкам.
Чжань Шили прохладным тоном ответил:
— Разве он согласится сам ввязываться в дела, грозящие судебными разбирательствами?
Сюй Шэнь с усмешкой протянул:
— Разве ты только что не говорил, что Чжань Шили ведёт честный бизнес?
Двери лифта уже открылись, и Чжань Шили, бросив напоследок: «Чжань Шили ведёт, а вот некоторые — нет», вышел первым.
Брови Сюй Шэня едва заметно дёргнулись. Ему стало ещё интереснее, и он последовал за ним.
Чжань Шили позвал нескольких помощников, и все они ждали его в его кабинете.
Войдя внутрь, он быстро распределил задачи: все деловые документы, материалы и финансовые отчёты, с которыми работали Сюй Цзыцзэ и Чжун Чжихуа, предстояло упорядочить и тщательно проверить, прежде чем полиция явится с обыском.
Разогнав всех по рабочим местам, Чжань Шили лишь тогда позвонил и заказал доставку двух сэндвичей.
Он и сам воспользовался моментом, чтобы приняться за изучение материалов по нескольким ключевым проектам.
Сюй Шэнь уселся напротив его письменного стола, положил голову на столешницу и какое-то время молча наблюдал за тем, как Чжань Шили усердно работает, а затем спросил:
— Мой старший брат и вправду мог быть убит дядей?
— Не знаю, — Чжань Шили не поднял глаз, полностью сосредоточившись на бумагах в руках. — Старший молодой господин поддался на уговоры старого дяди и занялся фьючерсами, проиграв два миллиарда, которые не смог вернуть. Позже старый дядя познакомил его со знакомым международным крупным спекулянтом, который одолжил ему миллиард, потребовав в залог лишь несколько ничего не стоивших объектов недвижимости. Деньги перевели на его личный счёт. На самом деле этот человек — мошенник, замешанный в множестве дел о коммерческом мошенничестве, и он просто использовал счёт старшего молодого господина для отмывания чёрных денег.
Сюй Шэнь с любопытством спросил:
— Мой отец раньше знал об этом?
— Узнал некоторое время назад, — коротко пояснил Чжань Шили. — Босс помог старшему молодому господину вернуть долг и отстранил его от должности в компании, но полиция всё же вышла на след. Старый дядя, судя по всему, получил весть об этом и отправился к старшему молодому господину, чтобы всё обсудить, после чего и случилось несчастье.
Сюй Шэнь кивнул:
— Неудивительно, что мой старший брат от безысходности целыми днями пил. Так всё-таки моего брата обманул дядя, или они оба изначально были в курсе и по собственной воле помогали отмывать деньги?
Взгляд Чжань Шили наконец переместился на него:
— Сюй Шэнь, босс сказал, что старшего молодого господина обманули.
Сюй Шэнь легко усмехнулся:
— В конце концов, он теперь мёртв, и никакой разницы нет, обманули его или он сделал это намеренно.
Чжань Шили предостерёг его:
— В некоторых делах всё же лучше не докапываться до самой сути.
В глазах Сюй Шэня мелькнула насмешка:
— Ник, я наконец-то понял, почему отец решил сделать тебя своей правой рукой.
Чужие неприятные обязанности он берёт на себя, что босс ни скажет — всё верно, делает вид, будто ничего не понимает, — кто же не полюбит такого человека.
Лицо Чжань Шили оставалось бесстрастным, он воздержался от комментариев.
Сюй Шэнь внезапно спросил:
— А в чём твои амбиции? Ты так и будешь вечно ходить в помощниках моего отца?
Чжань Шили тоже задал встречный вопрос:
— Что ты хочешь сказать?
— Каким бы прекрасным помощником ты ни был, в конце концов ты всего лишь выполняешь чужие поручения и рискуешь жизнью ради других, — медленно произнёс Сюй Шэнь. — Ник, чего ты на самом деле хочешь?
Чжань Шили посмотрел на него и ничего не ответил.
Сюй Шэнь улыбнулся:
— Вчера я спросил тебя, чем тебе приглянулся мой третий брат, и ты ответил, что без комментариев. Но на самом деле я знаю.
Взгляд Чжань Шили едва заметно дрогнул, но выражение лица осталось прежним.
— У каждого из моих трёх братьев в руках по восемь процентов акций корпорации Чжаоци, но мой покойный дед в своё время души не чаял в третьем брате — видимо, жалел его вечно больного и немощного, — и добавил ему ещё три процента.
Сюй Шэнь забрался на письменный стол, подался вперед и зацепил пальцем узел галстука Чжань Шили. Приблизившись вплотную к его лицу, он уставился ему прямо в глаза и понизил голос:
— Ник, хилый больной парень, который души в тебе не чает, да ещё и владеет крупным пакетом акций компании — разве не испытываешь особого триумфа, держа такую пешку в своих руках?
Глава 5. Истинная натура
Взгляд Чжань Шили задержался на глазах Сюй Шэня, в которых плескалась откровенная насмешка:
Узкий разрез глаз, очень красивый изгиб, чуть приподнятые уголки — когда он улыбался, пытаясь поддеть собеседника, это выглядело особенно соблазнительно.
В глубине его ярких зрачков отражалась его собственная фигура: прямо сейчас Сюй Шэнь смотрел с полной сосредоточенностью именно на него.
Мгновение спустя Чжань Шили поднял руку, невозмутимо перехватил палец Сюй Шэня, всё ещё зажимавший узел его галстука, легко сжал его и отвёл в сторону.
— Ну и что с того?
Он признал это вот так просто, без малейшего намёка на смущение или страх.
Сюй Шэнь сидел на его письменном столе, глядя на него свысока, и подмечал малейшие изменения в выражении его лица.
Этот человек никогда не был мягкотелым. Притворяясь преданным и послушным, в глубине души он, пожалуй, был страшнее любого злодея.
Даже его собственный отец оказался обманут им.
Сюй Шэнь опустил глаза, и на мгновение в его груди зазвенели тревожные звоночки, подсказывая интуитивную опасность.
Эта опасная игра щекотала его нервы и вместе с тем невероятно возбуждала.
— И что это по-твоему? Не погнушался пожертвовать красотой ради достижения цели? — с сарказмом в голосе произнёс Сюй Шэнь. — Торговать чужими чувствами — не слишком ли подло?
Чжань Шили спросил:
— Ты сейчас выступаешь в роли защитника своего третьего брата и требуешь у меня ответа?
Сюй Шэнь отозвался:
— Просто так спрашиваю.
Чжань Шили спокойно произнёс:
— Ты думаешь, я играю с его чувствами?
Сюй Шэнь уловил скрытый смысл в его словах:
— Неужели хочешь сказать, что всё по-настоящему?
Чжань Шили не стал отвечать напрямую:
— Тебе так любопытно?
Сюй Шэнь упорно смотрел на него:
— Если это и вправду так, я начинаю ему завидовать. Мой третий брат, хоть и слаб здоровьем, имеет всё, а я — тоже сын своего отца, но у меня нет ничего.
Опять этот тон — намеренная или случайная демонстрация слабости и мягкости.
Чжань Шили подыграл ему:
— И что же делать?
Взгляд Сюй Шэня пылал жаром, а слова звучали прямолинейно:
— Ник, ты можешь относиться ко мне так же, как к нему?
Чжань Шили оставил вопрос без ответа:
— Над этим мне ещё нужно подумать.
Сюй Шэнь уставился на невозмутимо сидевшего перед ним человека, и выражение его лица постепенно поблёкло.
— Забудь.
Чжань Шили уточнил:
— Серьёзно забыть?
Сюй Шэнь спрыгнул с письменного стола и вернулся на своё место:
— Мне не следовало заводить такие разговоры и ставить тебя в неловкое положение. Считай, что я от скуки.
Он явно забавлялся: в его словах смешалось истинное и ложное, игра в кошки-мышки, к тому же преследовались нечистоплотные цели и скрытые мотивы.
Чжань Шили не стал разоблачать его и продолжил работать. Вытащив из пачки недавно просмотренных документов несколько листов, он бросил их в стоящий рядом шредер.
Сюй Шэнь наблюдал за его действиями, и Чжань Шили, закончив, пояснил по собственной инициативе:
— Старший молодой господин и старый дядя оба были исполнительными директорами компании. Полиция не поверит, будто мошенничество и отмывание денег были исключительно их личной инициативой, и, скорее всего, они скоро придут в компанию проверять материалы по проектам, которыми те занимались в прошлом. Сами по себе эти проекты чисты, поэтому я велел людям заранее упорядочить всю документацию, чтобы избежать лишних хлопот. А те несколько листочков, что я только что выбросил — это резервные подтверждения. Старший молодой господин раньше выводил средства со счетов компании, и босс уже заделал эту брешь из собственных средств, не желая, чтобы об этом узнала полиция и пришлось перед кем-то отчитываться.
Закончив говорить, Чжань Шили позвонил и попросил кого-нибудь очистить корзину для мусора при шредере.
Сюй Шэнь произнёс:
— Мой старший брат — настоящий мастер всё испортить, да ещё и после смерти заставляет отца подтирать за ним хвосты. Но, Ник, ты рассказываешь мне всё это и ни капли не боишься, что я проболтаюсь?
— И кому же ты расскажешь? — Чжань Шили не придавал этому значения. — Разве ты вернулся не за тем, чтобы прикинуться послушным сыном?
Сюй Шэнь спросил:
— Ты так хорошо меня знаешь?
Чжань Шили ответил:
— Разве не так?
Сюй Шэнь пожал плечами:
— Не знаю.
— Молодой господин Шэнь, вы меня тоже совсем не знаете.
Чжань Шили сцепил руки перед собой, приняв ещё более расслабленную позу, и посмотрел на него:
— Что касается твоего предыдущего вопроса — обманываю ли я чувства твоего третьего брата: он сам предложил мне попробовать начать встречаться, прямо заявив, что его не волнует, как я к нему отношусь, так что обмана здесь нет.
Что же до того, есть ли у меня искренние чувства... повторюсь, без комментариев.
Сюй Шэнь рассмеялся:
— Ладно, пожалуй, я зашел слишком далеко.
Похороны Сюй Цзыцзэ были назначены через три дня.
В ночь перед выносом тела Сюй Шицзи лично прибыл в траурный зал, чтобы бодрствовать у гроба. Все эти дни поток людей, выражающих соболезнования, не иссякал. На эту последнюю ночь собрались все члены семьи Сюй: какими бы ни были их истинные мысли на этот скорбный день, на лицах требовалось держать скорбное выражение.
Сюй Цзыжэнь, как кровный брат Сюй Цзыцзэ по матери, последние дни вёл себя так, будто единолично заправлял всеми делами клана Сюй, суетясь туда-сюда и лично принимая особо важных гостей.Что же касается жены Сюй Цзыцзэ, Хуан Миньли, то она молча жгла бумажные деньги перед чашей для сжигания подношений. Их с Сюй Цзыцзэ единственная дочь Джойс училась в Англии, прилетела только вчера и тоже молча сидела рядом с Хуан Миньли, время от времени отвечая поклонами на соболезнования прибывавших гостей.
Взгляд Сюй Шэня на мгновение задержался на этой матери с дочерью, а затем небрежно скользнул по остальным присутствующим.
Помимо дочери Сюй Цзыцзэ, третье поколение клана Сюй включало в себя двойняшек, рождённых Сюй Цзыжэнем и Линь Мэйнои. Забавно было то, что Сюй Цзыцзэ уже перевалило за сорок, а он всё ещё вёл себя как шалопай, однако родившаяся у него дочь выросла послушной и разумной. И наоборот: Сюй Цзыжэнь был самым способным из сыновей Сюй Шицзи, но его собственные дети росли совершенно никчёмными — в свои двадцать лет они целыми днями только и умели, что развлекаться да пировать.
Даже сейчас, в траурном зале, оба прятались в сторонке, лениво зависая в телефонах с отрешёнными лицами. Сюй Шицзи был полностью поглощён горем по утраченному сыну и не замечал этого, а иначе наверняка снова завёл бы песню о проклятии их рода.
Сзади снова поднялся шум. Жена Чжун Чжихуа пришла с дочерью выразить соболезнования. Поклонившись покойному, она внезапно рухнула на колени перед Сюй Шицзи и сквозь слёзы принялась умолять его спасти её мужа.
— Чжихуа только что вышел из отдела по борьбе с тяжкими преступлениями, как его тут же забрал отдел по расследованию экономических преступлений, и под залог не выпускают! Зятек, я умоляю тебя, сейчас только ты можешь спасти Чжихуа…
Сюй Шицзи хранил мрачное молчание, не выражая никаких намерений, и тогда тётушка наотрез отказалась подниматься с колен. Младшая жена Сюй Шицзи, Цинь Су, и вторая невестка Линь Мэйна, обычно находившиеся в натянутых отношениях, на этот раз на редкость слаженно принялись отпускать едкие замечания в стороне. Суть их слов сводилась к тому, что Чжун Чжихуа сам испортил Сюй Цзыцзэ, да к тому же подозрения в убийстве Сюй Цзыцзэ с него ещё далеко не полностью сняты.
http://bllate.org/book/35729/4421669
Готово:
