Наверняка он обладал бессмертным обликом и ветреным нравом, истинными манерами великого мастера.
К сожалению, у ученых этой эпохи не было привычки писать научные статьи. Иначе, изучи тот даосский наставник свои трактаты, глядишь, удалось бы почерпнуть кое-какие идеи о земледелии.
Додумавшись до этого, Юй Чжэн воспользовался моментом и задал еще один вопрос:
— А не писал ли тот наставник книг, не оставлял ли после себя трудов?
На лице Ху Синьшу появилось удивленное выражение, он серьезно задумался и ответил:
— Никогда не слышал. Пока мне об этом ничего не известно. Почему братец Ху спрашивает об этом?
Юй Чжэн пояснил:
— Если у того наставника есть научные труды, возможно, в его книгах отыскались бы кое-какие способы выращивания Цинлян.
Ху Синьшу рассмеялся:
— Подобные секреты, боюсь, наставник не стал бы записывать, даже если бы писал книги. Впрочем, в Отделении Трав и Деревьев и впрямь немало редких книг по растениеводству. Если братцу Ху интересно, в следующий раз, когда я спущусь сюда, захвачу тебе пару копий.
— Ты говоришь серьезно? — Юй Чжэн страшно обрадовался, тут же поднялся с места и ответил на приветствие Ху Синьшу глубоким поклоном. — Тогда вся надежда на братца Ху!
Ху Синьшу торопливо согнулся в пояснице, поддерживая его:
— Что вы, не стоит церемониться! Братец Ху может просто ждать моих добрых вестей!
Раз Ху Синьшу так сказал, Юй Чжэн стал ждать.
Вдохновленный этим разговором, он велел Бо Иню скупить в книжных лавках у подножия горы абсолютно все книги по сельскому хозяйству, принялся за усердное чтение и вскоре извлек из этого немалую пользу.
Цинлян взойти пока не успели, зато фрукты и овощи в дворике разрослись на славу.
Огородная рассада, купленная ими ранее, теперь вовсю цвела и плодоносила: тут были и баклажаны, и перец, и фасоль.
Особенно хороша оказалась фасоль — длинные стручки свисали с побегов, словно струи водопада, и каждый день удавалось собирать знатный урожай.
Выращенная ими фасоль получалась нежной, сладковатой и сочной, стоило лишь слегка обжарить ее на масле с солью, и пальчики оближешь. Не говоря уже о всевозможных вариантах: фасоль с заправкой, тушеная фасоль, вареная фасоль. А Бао мог умять с ней целую большую плошку риса, набивая животик так, что тот забавно выпирал круглым шариком.
Ху Синьшу не заставил себя ждать и вскоре принес книги.
Он притащил два тома, оба представляли собой рукописные копии-такты. Чернила на них еще не высохли, и стоило Юй Чжэну просидеть за чтением целый день, как его руки неизменно покрывались серыми разводами.
Впрочем, он ничуть не возражал. Даже если Цинлян еще не взошли, благодаря стольким прочитанным книгам он гораздо лучше понял эту эпоху, так что польза от них определенно была.
В тот день Юй Чжэн снова сидел за книгами, совмещая чтение с ведением записей.
Горный ветер шумел в кронах, гуляя под самой крышей и создавая освежающий сквозняк — куда более приятный, чем любая прохлада в доме или на улице.
Бо Ин сидел рядом, составив ему компанию, и рассеянно блуждал взглядом по клумбе, бормоча под нос:
— Неужели эти семена испорчены? Почему они не прорастают столько времени?
Юй Чжэн столько всего перечитал, но на душе у него по-прежнему скребли кошки:
— Может, их нельзя сажать в это время года?
Юй Чжэн отложил книгу, поднялся, обошел вокруг клумбы и увидел, что земля внутри по-прежнему черна и влажна, но зелени не видно ни на йоту.
Он подобрал валявшуюся у края клумбы маленькую мотыжку и легко разрыхлил почву.
Круглые черные семена по-прежнему тихо покоились в земле.
Он подцепил пальцами одно семечко.
Оно все так же оставалось твердым, как камень, с гладкой кожурой, не проявляя ни малейших признаков жизни.
Мало того, что семена не прорастали, он смутно ощущал, что их жизненная сила продолжает угасать.
Когда он только получил эти семена из рук Чжу-фуцзы, их жизненная сила и так не била ключом, а теперь она и вовсе истончалась. Неужели они неправильно хранили и сажали эти Цинлян?
Юй Чжэн нахмурился.
Семена, миновавшие период покоя, после такого замачивания, полива и посадки по идее были обязаны пустить ростки. Так что же не так с этими семенами?
Он отложил семечко в сторону и сказал Бо Иню:
— Принеси-ка остальные сельскохозяйственные книги, которые я еще не дочитал.
Бо Ин возразил:
— Вы читаете уже целое утро, отдохнули бы немного для глаз, а во второй половине дня продолжите? Я пойду на кухню подавать дневную трапезу.
Юй Чжэн покачал головой:
— Сначала помоги мне вынести книги, а я поищу не спеша. Постарайся отыскать части, касающиеся именно семян и посадки.
Уговоры на Юй Чжэна не действовали, и Бо Ин, вздохнув, пошел исполнять приказание.
Оставшихся книг было немного. Юй Чжэн специально приготовил чистую тетрадь, намереваясь делать выписки.
Вот только агрономические знания той эпохи оказались довольно поверхностными: книг вроде бы много, но содержание у всех под копирку, а кое-где встречались и вовсе дикие небылицы.
Он листал их несколько дней подряд, но так и не нашел ничего по-настоящему полезного.
Под вечер того же дня Цзи Хэнъюэ вернулся с охоты во главе своих людей, притащив на плечах добычу.
Они пробыли в лесу весь день и подстрелили изрядно дичи: от диких кабанов и оленей до фазанов и зайцев — чего только не было.
Цзи Хэнъюэ специально зашел доложиться о результатах и на удивление выглядел оживленным, по-юношески задорно:
— В той глухомани, видно, давным-давно никто не охотился, дичи полно, и вся жирная!
Юй Чжэн сказал:
— Все изрядно потрудились. Приготовьте на вечер побольше мяса, и пусть те, кто не заступает на дежурство, пропустят по чарке вина.
Цзи Хэнъюэ уже некоторое время водил людей на охоту, и почти каждый день им перепадала добыча, что заметно ослабило финансовое давление на Резиденцию удельного князя.
Сам Юй Чжэн выглядел куда расслабленнее прежнего, да и порядки установил не такие строгие.
Цзи Хэнъюэ отдал честь и удалился.
Бо Ин тоже обрадовался и сказал Юй Чжэну:
— Среди добычи, что принес генерал Цзи, есть дикие фазаны. Жарко, аппетита у Вашего Высочества нет, может, сходить на кухню и приготовить тушеные кусочки фазана с бульоном?
Юй Чжэн согласился:
— Можно. И пусть порежут тонько свежие огурцы, сегодня на ужин подай широкую лапшу — сто лет ее не ел.
Бо Ин добавил:
— Тогда я заодно сделаю парочку легких закусок.
Получив указания, Бо Ин с веселым видом принялся за дело.
Юй Чжэн проводил его взглядом, после чего перевел глаза на грядку с Цинлян, и в его памяти внезапно всплыла одна статья.
В прошлой жизни он читал про птицу по имени додо: когда она вымерла, семена дерева кампания тоже перестали прорастать. А всё потому, что их оболочка оказалась слишком твердой, и семенам требовалось пройти через пищеварительный тракт додо, чтобы желудочный сок размягчил прочную скорлупу.
Неужели с Цинлян та же история?
Раз эти семена достались от Горного Сяо, значит, они принадлежат к дикой природе. Разве удивительно, что для их прорастания необходим некий промежуточный организм?
Чем больше Юй Чжэн размышлял об этом, тем более здравой казалась ему эта догадка. Возвысив голос, он окликнул Бо Ина:
— Поди узнай, не осталось ли на кухне живых фазанов. Если есть, принеси-ка мне парочку!
Бо Ин опешил, обернулся и переспросил:
— Зачем Вашему Высочеству понадобились фазаны? Любоваться ими?
http://bllate.org/book/35669/4412447
Готово:
