О боже!
С тех пор как генеральный директор Шэнь вернулась в страну, старшие ассистенты твердили Ся Цяньцянь, что генеральный директор Шэнь крайне чувствительна к прикосновениям посторонних, и если ей доведётся встретить генерального директора Шэнь в компании, нужно держаться от неё на расстоянии не менее полутора метров.
Но разве мисс Линь Луо сейчас не находилась с генеральным директором Шэнь в самом тесном контакте?
В этот самый момент Шэнь Юйцин проснулась и обнаружила, что лежит на незнакомой кровати, а в изгибе её правой руки примостилась… мисс Линь Луо!
Ся Цяньцянь подумала, что ей конец, полный конец. Она узнала столь великий секрет начальницы, и не уволит ли её завтра отдел кадров под предлогом того, что она ступила в компанию с левой ноги?
Она заметила, что генеральный директор Шэнь хмурится, водопад её чёрных волос беспорядочно раскинулся на белоснежной подушке, а правая нога мисс Линь Луо наискосок лежала поверх тела генерального директора Шэнь. Её красивый изящный носик мерно вдыхал и выдыхал воздух, а уголки губ чуть приподнялись, будто она пускала пузыри.
Что же, чёрт возьми, произошло прошлой ночью между генеральным директором Шэнь и мисс Линь Луо?!
Ся Цяньцянь мгновенно опустила уголки рта, зажала рот руками и принялась низко кланяться Шэнь Юйцин: — Простите! Простите, генеральный директор Шэнь! Я не со зла! Я сегодня ничего не видела! Пожалуйста, не увольняйте меня! Умоляю вас!
— Что ты говоришь? — холодный, с хрипотцей голос внезапно долетел до ушей Ся Цяньцянь.
— Подойди, — Шэнь Юйцин посмотрела на крепко спящую Линь Луо и произнесла тихим голосом.
Ся Цяньцянь поспешно, со всем возможным почтением бросилась вперёд, но, вспомнив о той самой безопасной дистанции, о которой ей все уши прожужжали старшие коллеги, тут же испуганно отступила на шаг назад.
И в тот момент, когда она уже приготовилась выслушать суровую критику или гневные упрёки от высшего руководства группы Шэнь, генеральный директор Шэнь протянула руку к стоявшей рядом тумбочке и положила на неё чёрную карту.
Да-да, ту самую переливающуюся, сияющую чёрную карту.
— Прошлой ночью я видела новый планшет мисс Линь Луо. Поскольку сейчас она не может двигаться, этот планшет наверняка купила ты. Вчера я спешила увидети дедушку и сразу не подумала об этом, прошу тебя простить меня. Зарплата стажёров в компании сейчас слишком мала, я как можно скорее распоряжусь решить этот вопрос.
Ся Цяньцянь на мгновение замерла. Что говорит генеральный директор?
Генеральный директор, сама начальница, извиняется перед какой-то стажёркой?!
Она действительно её кумир уже три года, в своём выборе она не ошиблась!
У Шэнь Юйцин немного затекла рука. Видя, как сладко спит Линь Луо, она вмиг оказалась в весьма комичном положении — ни плакать, ни смеяться.
Она посмотрела на стоявшую перед ней помощницу-стажёрку, которая чуть ли не утыкалась лбом в пол, слегка улыбнулась ей и протянула чёрную карту с тумбочки:
— Возьми. Что бы ни захотела купить мисс Линь Луо, расплачивайся этой картой. Скоро я приеду в компанию, встречусь с секретарем Цзян и скажу ей, чтобы с сегодняшнего дня тебя перевели в штат. Будешь прислуживать мисс Линь Луо во время её болезни и ухаживать за ней. Больше тебе не нужно ходить в офис на отметку, однако... мисс Линь Луо боится темноты, так что по вечерам тебе придётся оставаться в больнице и дежурить у её постели.
Ся Цяньцянь была так тронута, что чуть не рухнула перед Шэнь Юйцин на колени: — Да! Да! Спасибо, генеральный директор Шэнь! Я позабочусь о мисс Линь, можете не сомневаться!
Она приняла чёрную карту, от которой, казалось, всё ещё исходил слабый изысканный аромат.
Её взгляд стал чуть смелее: на генеральном директоре Шэнь в постели не было её золотых очков, несколько прядей чёрных волос прилисли к её сияющей белизной шейке, спускающейся к выступающим ключицам. Прекрасные ключицы напоминали холодные снежные вершины — ими можно любоваться издалека, но нельзя приближаться.
— Ещё что-то? — Шэнь Юйцин посмотрела на неё, и мелькнувшая было мягкая улыбка мгновенно исчезла.
— Больше ничего, генеральный директор Шэнь! Извините! — Ся Цяньцянь торопливо выскочила за дверь палаты и вытянулась по струнке у входа, охраняя покой словно какой-то страж ворот.
Глава 9. Потеряла дар речи от такого
Линь Луо проснулась уже давно. Ей хотелось проверить, насколько же у Шэнь Юйцин ангельский характер, поэтому она продолжала притворяться спящей.
Когда она заметила, что Шэнь Юйцин явно сводит руку от судороги, но та всё равно не хочет её будить, она вдруг даже прониклась чувством глубокой благодарности.
М? А от этой сестрички-красавицы веет чем-то материнским, разве нет?
Она без всякого смущения распахнула глаза, склонила голову набок и сладеньким голоском проворковала: — Сестрица... Ой, а ты разве вчера не уехала домой? Как же ты добра ко мне, хи-хи...
Шэнь Юйцин отдёрнула онемевшую руку и с удивлением обнаружила, что занемевшая оттого, что Линь Луо пролежала на ней всю ночь, рука совершенно не болит! Какая странная вещь!
Впрочем, так даже лучше. Она только-только приняла дела компании, и её ждёт ещё слишком много хлопот и людей, с которыми нужно разобраться: — Я поеду в офис. Если что-то понадобится, обращайся сразу к...
Она замялась, сообразив, что даже не знает имени той стажёрки за дверью.
— Ой, сестрица, я знаю, ту сестрицу за дверью зовут Ся Цяньцянь, я вчера видела её бейджик.
Услышав обращение сестрица за дверью, Шэнь Юйцин почему-то ощутила лёгкое, беспричинное раздражение, но всё же ласково произнесла: — Хорошо. Поправляйся, как только у меня появится свободная минута, я приду навестить тебя.
Когда Шэнь Юйцин поднималась с постели, Линь Луо изо всех сил изобразила глубокую скорбь от расставания и ухватилась за её белое, как фарфор, запястье: — Сестрица, поезжай аккуратнее...
Шэнь Юйцин замерла и с подозрением обернулась: — Твоя рука... уже может двигаться?
В её сердце тотчас зазвенели тревожные звоночки. Сообразив, что дело пахнет керосином, Линь Луо мысленно выругалась: переборщила с милостями, забыла, что по легенде у неё переломы и рук, и ног. Она неловко высунула кончик языка: — Эм-м, ну... просто... иногда получается пошевелить...
Прикинув время, Линь Луо сообразила, что обход врачей и смена повязок уже не за горами, и принялась настойчиво выпроваживать Шэнь Юйцин: — Сестрица, беги по делам! Я не буду тебя задерживать.
Она же только что видела: её грозная президентша выдала Ся Цяньцянь чёрную карту! Раньше она видела и читала о таких только по телевизору да в романах.
Ни за что бы не подумала, что на её век выпадет радость ощутить финансовую свободу. Этот спонсор-папик оказался куда ценнее той зелёной чайницы по имени Линь Сюэ.
План на сегодня прост: как можно быстрее положить те шестьдесят миллионов от Линь Сюэ в банк под проценты, а заодно выпросить у Ся Цяньцянь чёрную карту. Получив карту, в ответ наградить девушку лёгким разрядом тока — пусть бедная трудяга-офисница поспит в рабочее время с сохранением зарплаты.
Шэнь Юйцин только ушла, как Ся Цяньцянь отворила дверь и вошла. Теперь она смотрела на Линь Луо взглядом, в котором смешались три доли почтения, три доли чувства долга и четыре доли умилительной материнской улыбки.
— Сестрица Ся...
— А? Ой, это я, — Ся Цяньцянь смущенно почесала в затылке.
— Мне нужно в туалет, — Линь Луо решила вырубить девушку по дороге в уборную, а уже после того, как врачи и медсёстры закончат обход, вернуть её на место, вылить лекарство и поставить галочку в сегодняшнем медицинском журнале.
http://bllate.org/book/35629/4407084
Готово:
