Угу. Будет осторожнее.
Шарф он вязал уже довольно долго, и Цзян Бэй захотел посмотреть вдаль, чтобы глаза не уставали и снова не покраснели.
Ся Минхэ поддержал его:
— Побудь помедленнее.
Цзян Бэй считал, что тот слишком сильно суетится — он уже намного лучше себя чувствовал:
— Всё в порядке, не нужно меня поддерживать.
— Всё равно так надежнее, не дай бог опять упадешь, когда тогда нога заживет?
Они вышли из коттеджа, и мимо его дверей промчалась Ferrari, остановившись перед соседним домом. Из машины вышел Му Цзинъянь.
Промчавшаяся перед самым носом Ferrari с идеальными линиями кузова мгновенно привлекла внимание Ся Минхэ.
Какая красивая машина!
Увидев вышедшего из автомобиля Му Цзинъяня, Ся Минхэ и вовсе на мгновение опешил.
— Это что, тот самый молодой господин, чью рубашку ты покрасил?!
— Угу. — Цзян Бэй лениво откликнулся, заметив, что вид у того вроде бы предательский. — Чего? Считаешь его неплохим?
— Ни в коем случае! Человек, которого ненавидеть мой бро — мой заклятый враг! — выпалил Ся Минхэ, хлопая себя в грудь.
А вышедший из машины Му Цзинъянь бросил взгляд в их сторону и заметил, что Цзян Бэй и Ся Минхэ стоят очень близко друг к другу. Близкие друзья? Или… какие-то другие отношения?
***
Ужин Ся Минхэ остался есть у Цзян Бэя.
Ужинали в доме Цзян Бэя сегодня довольно рано: еще не было и семи, небо даже не стемнело.
Кондиционер в доме не установили, а от включенного вентилятора толку было мало, в комнате оказалось даже жарче, чем на улице.
Поэтому они выставили в небольшой дворик маленький столик, притащили три табуретки и уселись ужинать вместе.
Цзян Вэй приготовила два блюда: тушеную свинину с картошкой и обжаренную на сухой сковороде фасоль.
В доме нашлось пиво, но Ся Минхэ пару дней назад маялся животом, так что ему никто не осмелился налить, и Цзян Бэй тоже пить не стал.
Ся Минхэ был невероятно языкаст и наперебой расхваливал стряпню Цзян Вэй.
Он еще и сопровождал слова утрированной мимикой:
— Ого! Сестрица, да твоя стряпня ничуть не уступает той забегаловке у моего дома! Если бы ты пошла в повара, от желающих выстроиться в очередь каждый день отбою бы не было!
— А рисовый отвар почему такой ароматный? Даже лучше, чем в прошлый раз, когда я заходил!
— Сестрица, научи меня, а? Как у тебя так здорово получается?
Он ел и говорил одновременно, рот у него вообще не закрывался. Цзян Бэй взял паровой пампушка-баоцзы и напрямую засунул ему в болтливую пасть:
— Хватит уже, слишком много лести, фальшиво звучит.
— Мгм! — Ся Минхэ отодвинул пампушку. — С чего это фальшиво? Я хвалю от всего сердца, каждое слово — из глубины души!
Цзян Бэю было лень с ним возиться, и он положил кусочек тушеного мяса в тарелку Цзян Вэй.
Цзян Вэй улыбнулась и сказала Ся Минхэ:
— Я верю Минхэ.
— Ага-ага! Все-таки сестрица лучше всех!
Дальше они продолжали есть и болтать, и на протяжении всего ужина атмосфера царила невероятно оживленная.
Когда все наелись досыта и принялись убирать посуду, Цзян Бэй повернул голову и увидел, что Му Цзинъянь сидит прямо во дворе своего дома, а перед ним на коленях стоит ноутбук — судя по всему, он работал.
Но почему за работой — и не в доме?!
Они-то сами ужинали снаружи потому, что в комнате не было кондиционера, а он-то с какой стати?
Притворяется, будто работает, а сам подглядывает за его старшей сестрой?
— Цзян Бэй? Ты на что таращишься? — Ся Минхэ внезапно подскочил ближе и тоже проследил за его взглядом.
Цзян Бэй бросил: «Ни на что», — и шагнул в сторону. Ся Минхэ протянул «ааа», но тут же крепко схватил его за рукав:
— Цзян Бэй, не двигайся.
— М? — Цзян Бэй стоял на месте и смотрел на него.
Тот тоже уставился на него в ответ, приложив руку для сравнения:
— Я тут вдруг заметил, какой ты высокий.
У Ся Минхэ рост метр семьдесят, у Цзян Бэя — сто восемьдесят четыре.
— Ага, картошечка, а ты такой низкорослый.
Разница составляла добрую половину головы.
— Чего?! Картошечка? — Ся Минхэ почувствовал себя оскорбленным. Он снова ухватился за Цзян Бэя и потянул вниз: — Кто тут картошечка?
У Цзян Бэя была повреждена нога, так что он быстро пошел на попятную:
— Ладно-ладно, я картошечка, ты самый высокий, выше всех в мире.
— То-то же.
Пока они тут возились и толкались, Цзян Бэй спиной ощущал чужой взгляд. Он снова повернул голову — черт, почему Му Цзинъянь все еще пялится сюда?
***
Спустя несколько дней нога у Цзян Бэя полностью зажила.
В магазине прохладительных напитков начались вечерние мероприятия.
Суть заключалась в том, чтобы облачиться в костюм ростовой куклы, прыгать и танцевать у входа, зазывая клиентов.
Стояла самая макушка лета, по вечерам на прогулку выходило множество народу. Раньше они закрывались в девять, но теперь сдвинули график до одиннадцати вечера.
Как раз в разгар летней жары лавка прохладительных напитков зарабатывала больше всего.
Хозяин поднял Цзян Бэю и остальным зарплату, пообещав выплатить дополнительные проценты, если показатели окажутся хорошими.
Цзян Вэй в эти дни застряла на одном месте, сюжет никак не шел гладко, так что она тоже пришла на вечернее представление — и на ночные пейзажи посмотреть, и заодно помочь по хозяйству.
Восемь часов вечера.
Ся Минхэ переоделся в костюм ростовой куклы с логотипом магазина и встал у входа. Из динамиков лилась музыка, он покачивал телом, делал забавные движения и раздавал листовки.
Цзян Вэй повесила микрофон, тоже надела рабочую форму заведения и принялась рассказывать об акции со скидками из листовок, приглашая всех зайти попробовать угощение!
Однако после долгих стараний заглянуло всего несколько человек.
Ся Минхэ устал прыгать, снял тяжелую голову куклы, и волосы у него на голове были насквозь мокрыми от пота.
— Кажется, дело не идет. Сейчас на каждом шагу эти дурацкие зеленые лягушки, кому вообще нужен мой костюм?
Цзян Вэй тоже зашла внутрь, выпила стакан теплой воды — горло немного першило.
— На той небольшой площади вовсю продают «колотый лимон», там народу видимо-невидимо. Может, и нам попробовать?
Нынешняя мода строилась на смазливых мордашках, парни, которые колотили лимоны, выглядели исключительно привлекательно, к тому же многие вели трансляции в Douyin, и популярность у них зашкаливала.
— Цзян Бэй, ты у нас отвечаешь за внешность, может, принесешь себя в жертву?
— И не думай.
— Отдам тебе свои проценты.
— …Ну, раз такое дело, изнурять себя ради приличия вроде бы и можно.
Сказано — сделано, и вскоре они развернули лоток прямо у входа.
Ся Минхэ заявил:
— Все те парни, что колотят лимоны, одеты чертовски секси, Цзян Бэй, если ты завернешься с ног до головы, ничего не выйдет.
С этими словами он раздобыл ножницы и чик-чик — подрезал рабочую форму Цзян Бэя.
Отрезал рукава, обнажив безупречные бицепсы.
Сильно увеличил вырез на вороте, так что стоило тому наклониться — и вся красота открывалась как на ладони.
Спину тоже кромкой изрезал на полоски, являя взору едва проступающую, мускулистую и тонкую талию.
Цзян Бэй нахмурился:
— Если ты продолжишь резать, получится костюм нищего.
— Какой еще костюм нищего, это стиль!
Стиль?
Что за уродливая эстетика?
Они расположились со своим лотком прямо снаружи лавки напитков: на улице было светло, но как ни ярки фонари, до внутреннего освещения им далеко.
Зато изъяны обрезанной одежды оказались идеально замаскированы: на первый взгляд все выглядело как нарочито небрежный дизайнерский прикид, который отлично сочетался с присущей Цзян Бэю развязной манерой держаться.
— Проходим, не проходим мимо! Колотый лимон — скидка на скидку!
В магазине имелись разноцветные переливающиеся шары, которые надули с помощью насоса и вручили Цзян Вэй.
— Покупаешь напиток — получаешь шарик в подарок, а еще можно сфотографироваться с суперкрасивым парнем! — зазывал в микрофон Ся Минхэ, снова натянув костюм ростовой куклы.
— … — Цзян Бэй.
Сфотографироваться?
Это с каких пор они добавили такой пункт?
Но этот прием сработал на удивление здорово, и вскоре у прилавка толпились покупатели.
— Ого, красавчик!
— Ух ты, какой он мощный! Я так хочу оказаться тем лимоном, который он так жестоко лупит, ха-ха-ха!
— Молодой человек, с вас десять стаканов, можно добавить вас в WeChat?
— С чего это? Как только заикаются про WeChat, парень начинает колотить еще усерднее?
Толпа вокруг росла, и в этот момент во всей красе проявился стадный эффект: человек пять остановились как вкопанные, а те, кто просто проявлял любопытство, тоже замерли, силясь понять, что тут происходит.
Шел как раз тот самый час, когда после ужина гуляло больше всего народу, и запущенный цепной реакцией поток мгновенно собрал вокруг огромную массу зевак.
Ся Минхэ самовольно прокричал в рупор, что при покупке напитка полагается совместное фото, так что Цзян Бэй запечатлелся на камеры с немалым количеством клиенток.
Среди любителей прохладительных напитков преобладали девушки, а высокий рост Цзян Бэя делал его особенно заметным в толпе. Му Цзинъянь, прогуливавшийся после ужина вместе с матерью, повернул голову и случайно заметил эту сцену.
Он увидел, как две девицы окружили Цзян Бэя, заставляя его позировать для фото. Они встали по обе стороны от него, и одна из девиц осмелилась ткнуть пальцем в бицепс Цзян Бэя.
Ого! Какая упругость!
— … — Му Цзинъянь.
Весело проводят время, ничего не скажешь.
Ему тоже захотелось подойти и присоединиться к веселью.
***
— Мам, смотри туда. — Му Цзинъянь кивнул матери в сторону Цзян Бэя.
Мать Му перевела взгляд:
— Похоже, это Сяо Бэй?
— Угу, мне тоже кажется.
— И Вэйвэй здесь. Что они тут затеяли? Пойдем глянем.
Мать с сыном направились туда. Подойдя ближе и разобравшись, в чем дело, мать Му улыбнулась:
— У Сяо Бэя и правда бешеная популярность. Чего уж там, он и впрямь красавец, неудивительно, что столько девчонок тащат его фоткаться.
Му Цзинъянь ничего не ответил, лишь упорно сверлил взглядом Цзян Бэя. Кто-то снова заказал колотый лимон, и Цзян Бэй швырнул фрукт в емкость, принявшись со злостью колотить пестиком.
Он слегка подался вперед, и без того широкий вырез воротника распахнулся еще сильнее.
На его длинной шее уже проступила испарина из мелких капель пота, а падающий свет создавал вокруг него ауру почти осязаемого напряжения.
Ткань на спине, изрезанная полосками, легко покачивалась в такт его движениям, обнажая то пропадающую, то появляющуюся рельефную талию и еще сильнее будоража воображение.
Му Цзинъянь сглотнул слюну. Разве это торговля напитками? Это, мать твою, чистой воды соблазнение.
— Тетя? — Цзян Вэй заметила их и подошла ближе. — Вы гуляете? В такую жару зайдите в помещение передохнуть, я попрошу Сяо Бэя сделать вам парочку коктейлей.
В лавке работал кондиционер, и Цзян Вэй звала их отдохнуть внутрь.
Мать Му не хотела им мешать:
— Ничего страшного, мы просто прогуливаемся, вдруг увидели вас и решили заглянуть.
— Сяо Бэй работает в этой лавке, я сегодня тоже пришла помочь.
Голос у нее слегка охрип — покупателей напитков было много, и ей приходилось слишком много всего объяснять.
— У тебя что, горло болит? — заботливо подметила мать Му.
— Немного.
— Тогда тебе надо пить побольше горячей воды, ни в коем случае не ледяную, от нее горло только сильнее воспалится. — Сказав это Цзян Вэй, мать Му перевела взгляд на Му Цзинъяня: — Янь-Янь, видишь, Сяо Бэй тоже тут, может, поможешь им? Какая атмосфера замечательная, а дома нам все равно делать нечего.
http://bllate.org/book/35592/4402276
Готово:
