— А из него можно связать шарф? — неожиданно выдал стоявший рядом Му Цзинъянь.
— Что? — врач на мгновение растерялся.
Цзян Бэй посмотрел на Му Цзинъяня и одарил его взглядом, который ясно говорил: «Ты часом не больной?».
На обратном пути Цзян Бэй сидел на пассажирском сиденье и читал инструкцию к глазным каплям.
— Я позже переведу тебе деньги за приём, — сказал он.
У него были проблемы с ногой, да и глаза сильно болели, так что именно Му Цзинъянь бегал повсюду, оформляя регистратуру и оплачивая счета.
— И за осмотр ноги позавчера тоже спасибо.
Он вернет деньги, как только у него появятся свободные средства, а пока что он был немного на мели.
Му Цзинъянь вел машину молча. Когда они остановились на светофоре, Цзян Бэй открутил крышечку и приготовился закапать глаза.
— Подожди, — Му Цзинъянь протянул ему влажную салфетку.
— Ой.
Цзян Бэй взял её, вытащил одну салфетку, вытер руки и снова поднёс флакон к лицу.
Одной рукой он оттянул веко, слегка запрокинул голову, а другой сжал флакончик с каплями.
Рука дрогнула.
Первая капля упала на веко и внутрь не попала.
Со второй каплей рука не дрогнула, но капель оказалось слишком много, и они повисли на ресницах. Прохладная жидкость потекла вниз, и с первого взгляда казалось, будто он плачет.
Он еще даже не успел сжать флакон для третьей капли, как рядом раздалось:
— До чего же ты бестолковый.
(｀へ´)？？
Цзян Бэй тут же недовольно посмотрел на него, а Му Цзинъянь снова хмыкнул:
— Ещё и плачешь?
— Ослеп?
Разве не видно, что это глазные капли?
— Ну, мои-то глаза в полном порядке.
— Не зарекайся.
Глядишь, в один прекрасный день и до тебя очередь дойдёт.
Красный свет сменился зелёным, и Му Цзинъянь напомнил:
— Поехали.
Цзян Бэй бросил взгляд на светофор. Ехать из-за капель пока не хотелось — укачает еще. Закапает уже дома, когда приедут.
Проехав перекресток, Му Цзинъянь припарковал машину у обочины.
Цзян Бэй подумал, что тому нужно что-то купить, но Му Цзинъянь неожиданно попросил у него глазные капли.
— Чего это? — смутно догадываясь к чему клонит тот, спросил Цзян Бэй.
И точно, Му Цзинъянь заявил:
— Боюсь, ты сейчас все капли изведешь впустую, — с этими словами он протянул руку.
Неужели он думал, что такими словами сможет замаскировать своё желание подлизаться?
Мечтать не вредно! Даже ради такого он не скажет о Му Цзинъяне ни единого доброго слова перед старшей сестрой!
Но ради приличия Цзян Бэй всё же отдал ему капли.
В позапрошлом или, кажется, впропрошлом году у него уже была похожая проблема с глазами: он тогда пытался закапать их сам, но так и не смог попасть.
Если сейчас потратить всё зазря, придется покупать новые.
— Откинься на спинку и просто закрои глаза.
Му Цзинъянь отстегнул ремень безопасности и наклонился к нему.
Цзян Бэй послушно подчинился. Пальцы Му Цзинъяня легли на его веки, аккуратно приоткрыли их, и капли упали точно в цель.
Прохладная жидкость коснулась глаз, и Цзян Бэй рефлекторно зажмурился. Выждав пару секунд, пока он привыкнет, Му Цзинъянь капнул второй раз.
Врач велел капать не меньше двух капель, держать глаза закрытыми в течение двух минут и повторять процедуру от трех до пяти раз в день.
Закончив, Му Цзинъянь сунул флакон обратно ему в руку и, повернув голову, окинул его взглядом.
Парень сидел тихо и смирно — бледный, по-настоящему юный.
Правильные, мужественные черты лица, уголки губ от природы слегка приподняты; будь у него счастливое детство, наверняка рос бы с куда более мягким характером.
Ресницы длинные, словно тонкие кисточки, бросающие мягкую тень на веки.
Аккуратно подстриженные короткие волосы открывали красивые, выразительные брови, выдающие в нём породистого и гордого юношу.
Прикинув, что прошло уже около двух минут, Цзян Бэй открыл глаза. Му Цзинъянь не успел отвести взгляд и прямо-таки утонул в устремленном на него суровом взоре.
—？？ Ты чё уставился? — первое, что выпалил Цзян Бэй, едва открыв глаза.
Брови его сошлись на переносице, напоминая колючие ветви неприступного кустарника.
Взгляд Му Цзинъяня остался всё таким же спокойным и непреклонным, на губах лениво заиграла улыбка:
— Просто думал: а как бы ты выглядел, если бы вёл себя покладистей и разговаривал помягче?
— Чего????????
Цзян Бэй абсолютно ничего не понял.
Му Цзинъянь больше ничего не сказал:
— Да так, ничего.
Цзян Бэй подумал: пусть он ничего и не понял, но это определенно связано со старшей сестрой!
Му Цзинъянь довёз Цзян Бэя до дома и на прощание бросил:
— Если не получится закапать глаза, можешь мне позвонить.
Но Цзян Бэй был слишком упрям и с самого начала недолюбливал Му Цзинъяня, так что утруждать его ему совершенно не улыбалось.
Поэтому, когда пришло время очередной процедуры, он справился сам.
Цзян Бэй и впрямь не слишком ловко управлялся с каплям, но полным неудачником тоже не был.
Помучившись пару раз, он наконец преуспел и просидел с закрытыми глазами положенные две минуты.
Тут же, преследуя свои коварные цели, Му Цзинъянь прислал ему сообщение: [Если потребуется помощь, подай голос]
Цзян Бэй догадался, что тот имеет в виду капли: [Ты кого за дурака держишь? Я уже всё закапал]
Глядя на прилетевший ответ, где в каждом слове так и сквозило мальчишеское упрямство, Му Цзинъянь улыбнулся: [Ага, держи медаль за старание]
[…(▼ヘ▼#)] Чёрт побери, кто просил тебя меня хвалить?!
На следующее утро, едва забрезжил рассвет, в дверь Цзян Бэя снова постучали.
Цзян Бэй нащупал телефон и глянул на экран — всего-то семь часов. Черт возьми!
Да это же чистой воды вредительство его законному сну!
Одержимый утренней побудкой, он поднялся и поплелся открывать.
Распахнув дверь, он предстал с торчащими в беспорядке короткими волосами и лицом человека, которого подняли, но забыли разбудить:
— Чего тебе?!Му Цзинъянь оглядел его с ног до головы. Тот был в застиранной пижаме с выцветшими разводами, с широким неровным воротом, из-за которого полностью обнажалась одна ключица, что придавало ему неуловимо ленивый вид.
Пижамные шорты заканчивались выше колен, ноги были стройными, бледными и почти без волос.
Однако Му Цзинъянь вовсе не засмотрелся на его длинные ноги — его взгляд упал на кое-какое характерное утреннее возвышение.
Рано утром у парня еще не спала естественная реакция организма, и во взгляде Му Цзинъяня промелькнула и скрылась глубокая тень.
— Забыл, что ты мне сказал?
Му Цзинъянь тут же отвел взгляд, переведя его на прекрасное, ничего не понимающее лицо с застывшим вопросом «а?» на губах.
— Что я сказал?
— Какая же у тебя девичья память. — Бросив еще одну такую фразу, Му Цзинъянь прямо направился в квартиру Цзян Бэя и под его ошеломленный взгляд покатил инвалидное кресло на выход.
Он обещал избавиться от кресла до возвращения Цзян Вэй.
А Цзян Вэй возвращалась сегодня.
—
Во второй половине дня Цзян Вэй вернулась.
Она купила Цзян Бэю подарок, рассказала, где побывала за эти дни и какие диковинки повидала.
Цзян Бэй слушал её и улыбался от начала до конца: раз старшая сестра счастлива, то и он рад.
Цзян Вэй, разумеется, заметила травму ноги Цзян Бэя. Всю правду она бы не услышала, да и Цзян Бэй заранее сговорился с Му Цзинъянем, выдумав правдоподобную причину, чтобы отделаться от расспросов.
— А как же ты справлялся все эти дни?
С увечной ногой ему наверняка кто-то помогал, к тому же Цзян Вэй увидела дома множество еды, которую Цзян Бэй отроду не покупал бы сам.
— Обо мне заботилась тетя Му. — Цзян Бэй даже не упомянул Му Цзинъяня — пусть у того лучше будет черная совесть, он не собирался зарабатывать ему очки в глазах Цзян Вэй.
Ему достаточно было и того, что он сам помнил о помощи Му Цзинъяня.
Рано или поздно он отблагодарит его лично.
Мухи отдельно, котлеты отдельно: он не позволил бы сестре расплачиваться за это.
— Тогда я пойду поблагодарю тетю Му.
— Угу.
Причину травмы ноги Цзян Бэя удалось скрыть от Цзян Вэй начисто.
Но сам Цзян Бэй все еще очень переживал насчет последствий этой истории.
Боясь, что тот ублюдок Чжоу Кай снова заявится с местью, он всё это время держался настороже.
Впрочем, в последнее время Чжоу Кай так и не объявлялся.
Цзян Бэй даже предупредил Му Цзинъяня, попросив его быть начеку на случай, если Чжоу Кай затеет какую-нибудь подлость.
Му Цзинъянь лишь легко и небрежно усмехнулся, бросив:
— Эта сволочь не посмеет.
Цзян Бэй подумал, что до чего же охеренно высокомерно звучат его слова. Впрочем, статус молодого богача сильно отличался от положения простого смертного вроде него самого.
Стоило ему об этом подумать, как Му Цзинъянь добавил:
— Что? Боишься? Хочешь, я буду тебя защищать?
Цзян Бэй автоматически перевел эту фразу следующим образом: стоит только назвать его зятем, как он тут же возьмет тебя под свое крыло.
Он хмыкнул:
— Мечтай!
— ??? — к чему это он вообще сморозил?
Цзян Бэй уже пять дней отдыхал и не появлялся в прохладительной лавке.
Глаза зажили окончательно, да и нога, как ему казалось, чувствовала себя намного лучше, поэтому он планировал выйти на работу завтра.
Цзян Вэй велела ему отдохнуть еще несколько дней, но он ответил, что будет осторожен, а когда не будет клиентов, станет просто сидеть на стуле и отдыхать.
В итоге во второй половине дня накануне выхода на работу Ся Минхэ узнал, что тот угодил в неприятности и брал отгул.
Ся Минхэ тут же купил связку бананов и отправился к Цзян Бэю.
— Что случилось? Я столько дней мучился с диареей и капельницами, а ты как умудрился вляпаться?
— Сейчас лучше? Ходить можешь?
— Ну ты даешь, как можно было так грохнуться, чтобы ногу покалечить? Кальция не хватает?
Отпрашиваясь у хозяина лавки, Цзян Бэй соврал, что случайно упал и повредил ногу.
Ся Минхэ, разумеется, тоже решил, что он просто упал.
— Уже всё в порядке, завтра пойду на работу, — ответил Цзян Бэй.
Ся Минхэ очистил банан и протянул ему:
— Справишься? Если нет, отдохни еще пару дней.
Затем он очистил еще один для себя, откусил кусочек:
— Ух, сладкий!
— Давно уже всё нормально.
— О-о, ну тогда ладно, только давай без геройства.
— Знаю я.
Ся Минхэ заявился сегодня очень вовремя: у Цзян Бэя как раз закончилась пряжа, нужно было сходить к тетушке взять новую, а заодно отнести уже связанное.
Появившийся Ся Минхэ вызвался сам сделать это за Цзян Бэя.
Получив светки ниток, Цзян Бэй снова принялся за вязание шарфа. Его пальцы двигались ловко и проворно, ряд за рядом, со страшной скоростью.
Ся Минхэ только восторженно ахал:
— Цзян Бэй, в прошлой жизни ты часом не бабой был?
Цзян Бэй приподнял веки и бросил на него взгляд:
— А ты в прошлой жизни, судя по всему, был полным ничтожеством?
Ся Минхэ простодушно усмехнулся и спросил:
— Слушай, а как у тебя дела с тем соседом? Ну, которому ты рубашку покрасил? Он всё еще пытается подкатить к нашей сестрице?
Когда Цзян Бэй занимал у Ся Минхэ деньги, он упоминал о своих подозрениях, что Му Цзинъянь положил глаз на Цзян Вэй.
— Какие у нас могут быть дела? Обычные соседи. А насчет того, чтобы подкатить к старшей сестре — мечтать не вредно.
— Вы живете так близко, тебе нужно быть начеку. Эти богатые мажоры — те еще гуляки, смотри, как бы он исподтишка не добился своего.
http://bllate.org/book/35592/4402275
Готово:
