Но неожиданно Цзян Янь вовсе не отреагировал мгновенно: он нахмурился и уставился прямо на лицо... Юй Цяо.
— Ты...
Но в этот момент Цзян Янь словно внезапно очнулся, отвращение в его глазах чуть не выплескивалось наружу, и он злобно бросил:
— Грязища!
Цзян Янь убежал так, будто спасался от вируса.
Одно дело — знать, что Цзян Янь страдает гомофобией, и совсем другое — услышать прямо в лицо, что ты грязный.
Даже если бы Юй Цяо был переродившимся бодхисаттвой, и в этот момент он от злости покраснел бы до кончиков ушей.
— Ха... ха... — от предельного гнева Юй Цяо рассмеялся, глаза его ярко блестели, и весь он словно пылал.
— Щенок... Тошно тебе, да? Грязно, да? — от злости Юй Цяо выглядел так, будто в него всетился демон: на макушке проросли черные демонические рога, а за спиной яростно метался хвост. Он свирепо процедил сквозь зубы: — Если я тебя как следует не проучу, то моё имя, Юй Цяо, клянусь, будет задом наперед писаться!
Юй Цяо уведомил кадровую службу:
— Цзя Цзя, вступительный экзамен Цзян Яня должен быть сдан только на абсолютный балл! Немедленно придумай способ устроить ему усиленную тренировку!
— Иначе я его возвращаю!
Увидев сообщение в ДинДин, Цзя Цзя растерянно моргнула:
— А...? Да ну...
Схватившись обеими руками за голову и скривившись от горькой досады, Цзя Цзя тайком поплелась к своему непосредственному начальству.
— Директор Хэ, генеральный директор Юй говорит, что если Цзян Янь не наберет максимум на вступительном экзамене, он его вернет.
— Ой-ёй, — не спеша покачал головой директор Хэ. — Глупышка Цзя Цзя, неужели генеральный директор Юй сам станет принимать экзамен из-за такой мелочи?
Цзя Цзя мгновенно озарило:
— Я поняла вас, шеф!
Цзян Янь чувствовал себя немного раздраженным. Когда Цзя Цзя поймала его и усадила в малом конференц-зале для обучения, в его голове все еще крутилась та самая родинка на кончике носа Юй Цяо.
Вообще-то эта родинка была не слишком заметной, бледной, совсем крошечной — ну... совсем чуть-чуть.
Цзян Янь не понимал, почему он так зациклился на ней. Настолько, что в тот момент ему безумно хотелось протянуть руку и стереть ее с кончика носа Юй Цяо.
— Тьфу! Неужели у меня развился такой сильный синдром навязчивых состояний? — Цзян Янь мысленно отчитывал себя и даже мысленно перебирал события всей своей жизни от малых лет до сегодняшнего дня, пытаясь отыскать доказательства того, что он подвержен обсессивно-компульсивному расстройству.
— Цзян Янь! — повысила голос Цзя Цзя, с трудом сдерживая гнев. — Пожалуйста, сосредоточься на обучении.
Его же вот-вот собирались вернуть обратно в отдел кадров, как можно было отвлекаться во время занятий... — мысленно возмущалась Цзя Цзя, до чего же это всё бесит! Больше всего на свете она ненавидела увеличивать свой объем работы, и даже смазливая мордашка тут не помогала!
Эшники были терлачами, и по отношению директора Хэ к Цзян Яню Цзя Цзя худо-бедно догадывалась, что тот не простой стажер. Поэтому, как бы она ни злилась про себя, на лице не дрогнул ни один мускул, а в глазах даже промелькнуло подобие жалости.
— Выручай, Цзян Янь! Если генеральный директор Юй вернет тебя обратно, директор Хэ отчитает меня, с меня же удержат зарплату! Я ведь просто рядовая рабочая лошадка, несчастный офисный винтик, с меня действительно нельзя взыскивать штрафы.
Каким бы бунтарем ни был Цзян Янь, он все же не мог проявлять излишнюю агрессию перед лицом беззащитной девушки. Он кивнул и произнес:
— Хорошо.
Цзя Цзя обрадовалась, но не успела она толком порадоваться, как услышала дальнейшие слова Цзян Яня:
— Я просижу здесь весь день, а остальное организуй сама как знаешь.
С этими словами Цзян Янь достал телефон, надел наушники и запустил игру.
Цзя Цзя: ......Какая гадина... Похоже, придется прибегнуть к методу директора Хэ!
Цзян Янь твердо решил вести борьбу с Юй Цяо до победного конца. Какая к черту справка о стажировке — в худшем случае он просто обойдется без нее!
Цзян Янь не верил, что без этой бумажки семья действительно сможет запереть его в стране.
В любом случае, раз уж он сейчас в Сичэне, вдали от родителей, братьев и сестер, у них будет возможность побыть отдельно и немного остыть. Пройдет три или полгода, глядишь, они и посмотрят на всё иначе.
Цзян Янь рассуждал просто: он — младший сын в семье, с малых лет родители, братья и сестры души в нем не чаяли. Если на этот раз они проявили такую строгую жесткость, то лишь потому, что во время соревнований он случайно получил травму и перепугал всех домашних, поэтому они и не пускали его обратно, опасаясь, что он снова вернется к гонкам.
Что же касается заблокированных банковских карт... Цзян Яню было все равно. Когда он учился за границей, то вместе с Сюй Фэйюем и несколькими друзьями сделал несколько удачных инвестиций, и доходов хватало с избытком. Во всяком случае, с голоду в ближайшее время он не умрет.
Мда... разве что действительно придется умерить свои расходы на всякие мелочи. Игровая приставка... Игровую приставку пока покупать не станет.
Цзян Янь небрежно управлял мотоциклом, совершающим сальто в воздухе, и совершенно не замечал презрительного взгляда Цзя Цзя.
Спустя сутки Юй Цяо получил сообщение от Цзя Цзя о том, что Цзян Янь успешно сдал вступительный экзамен.
[Генеральный директор Юй, можете не беспокоиться, результат абсолютно безупречный!] И дальше шли три золотистых смайлика с поднятым вверх большим пальцем.
Юй Цяо тронул уголками губ и ответил: «Понял».
Это был всего лишь пустяковый экзамен, сдал — и ладно. Тогда он просто хотел пустить пыль в глаза остальным, но в любом случае сам Юй Цяо вовсе не собирался позволять Цзян Яню уйти.
Разве что тот решит уволиться по собственному желанию.
Но Юй Цяо еще не остыл, он прекрасно помнил слова Цзян Яня о том, что от него грязно.
Юй Цяо отнюдь не отличался мягким нравом: на рабочем месте он умел быть гибким, дипломатичным и обходительным, но это не значит, что у него совсем не было принципов.
Будь он и впрямь таким уж мягкосердечным и добрым, разве смог бы в столь юном возрасте занять нынешний пост?
Перед окончанием рабочего дня Юй Цяо велел Ся Мэньчжэнь выложить в рабочий чат скриншот с результатами экзамена Цзян Яня, а заодно оповестил всех, что сегодня вечером отдел отправляется на совместный ужин.
[Преследуем две цели.]
[Первая: проект Юхэ вот-вот стартует, тогда весь состав отправится на помощь на места, так что давайте это послужит для всех нас хорошей подзарядкой и стимулом.]
[Вторая: поприветствуем Цзян Яня в нашем коллективе.]
Ся Мэньчжэнь даже специально отметила Цзян Яня через собачку: [Давайте все официально познакомимся, в дальнейшем будем помогать друг другу и заботиться друг о друге~]
Цзян Янь изначально не горел желанием участвовать в каких-либо застольях, но Ся Мэньчжэнь написала ему в личку, пояснив, что банкет оплачивается не из средств отдела, а из собственного кармана Юй Цяо.
[Начальник платит, грех не воспользоваться халявой, Цзян Янь.]
[Злорадная собачья морда.jpg]
Цзян Янь тут же счел это веским доводом.
Вечерний ужин проходил в местном ресторане среднего и высшего класса. Все одиннадцать сотрудников отдела заняли целый стол целиком.
Принимая пищу с руководством, мелкой сошке лучше держаться подальше. У Цзян Яня не было опыта, и пока он соображал что к чему, свободное место осталось лишь рядом с Юй Цяо.
Бай Жуйэр даже дружелюбно помахала ему рукой:
— Цзян Янь, садись сюда~
Тц... Цзян Янь скривил губы и уже хотел было поменяться с кем-нибудь местами, но его взгляд случайно столкнулся с Юй Цяо.
Юй Цяо слегка склонил голову набок и смотрел на него с вызывающим видом, словно говоря: «Смеешь сесть рядом со мной?»
— Сяду, раз уж так! — негромко бросил Цзян Янь и решительно уселся на то самое пустое кресло возле Юй Цяо.
Уголки губ Юй Цяо чуть приподнялись. Не глядя на Цзян Яня, он с размеренным видом принялся расправлять салфетку.
Ся Мэньчжэнь:
— Директор Юй, сделайте заказ, пожалуйста.
Юй Цяо взял меню и для приличия выбрал пару позиций:
— Заверните нам масляные хрустящие блинчики с ланджоускими лилиями, спаржей и свежими креветками, а еще утку по-пекински.
С этими словами Юй Цяо передал меню сидевшему рядом Цзян Яню:
— Цзян Янь, давай выбирай сам, бери то, что любишь.
— Хорошо. — Цзян Янь беззастенчиво раскрыл меню, бегло просмотрел страницы и заявил:
— Вот этого запеченного бостонского лобстера с сыром, и что это за блюдо? Экологическая белая рыба. А еще вот это... и вот это...
Цзян Янь подряд назвал несколько позиций, причем все они стоили недешево.
Остальные коллеги за столом переглянулись. Хотя в кулуарах они и шутили меж собой, что надо заставить начальника раскошелиться на банкете, но чтобы кто-то вел себя так прямолинейно, как Цзян Янь, они еще не видали.
Однако, взглянув на Юй Цяо, они заметили, что тот подпер щеку рукой и с улыбкой на лице выглядел совершенно расслабленным, ничуть не выказывая гнева.
— На этом пока всё, если не хватит — дозакажем. — Цзян Янь непринужденно протянул меню официанту, после чего словно внезапно озарился догадкой и обратился к Юй Цяо: — Ой, генеральный директор Юй ведь не пожалеет денег, правда?
Юй Цяо слегка улыбнулся:
— С чего бы вдруг.
Только после этого официант забрал меню и удалился.
Когда все блюда были поданы, Юй Цяо поднял чашку с чаем и произнес:
— В нашем отделе преобладают девушки, поэтому на сегодняшнем внутреннем застолье мы обойдемся без лишних церемоний — заменим алкоголь чаем.
— Все вы в последнее время изрядно потрудились, а впереди нас ждет еще немало тяжелых сражений. Я поднимаю эту чашку за всех вас!
Юй Цяо сам по себе обладал весьма приметной внешностью, а в подобной обстановке чувствовал себя рыбой в воде — непринужденно и уверенно.
Особенно девушки: они одна за другой поднимали чашки с чаем, и в их глазах не удавалось скрыть восхищение и трепет.
Цзян Янь искоса глянул на Юй Цяо и был вынужден признать: такой Юй Цяо буквально излучал сияние. Казалось, он родился лидером, способным от природы приковывать к себе взгляды абсолютно каждого.
— Хм, подумаешь, ничего особенного, — мысленно хмыкнул Цзян Янь.
После окончания ужина Юй Цяо повел всю компанию петь в соседнее караоке-кафе.
Едва переступив порог отдельного кабинета, сотрудники рассыпались, словно выпущенные на волю птицы: кто-то принялся заказывать песни, кто-то — трясти стаканчики с игральными костями.
Цзян Яню неинтересно было все это, в комнате стало душно, и, просидев там совсем недолго, он решил выйти подышать свежим воздухом.
— Директор Юй, директор Юй, это ведь вы заказали песню Запах дыма?
— Да, включите мне.
— Я старый фанат Исона Чана со стажем в десять лет, почему я раньше не слышал эту его песню?
Стоило Цзян Яню только оторвать задницу от дивана, как при этих словах он по какой-то причине снова опустился обратно.
Вскоре заиграла знакомая мелодия, и Бай Жуйэр, только что утверждавшая, что никогда не слышала этой песни, внезапно всё поняла:
— Разве это не... Эм? Как знакомо!
— О! Подданный её юбки! У нее есть версия на путунхуа?
— Да какая ты фанатка с десятилетним стажем?..
Эти тучи клубятся и бродят кругом,
В той пасмурной дали грохочет раскат грозовой.
Ливень смывает всю боль напролом,
Выжигая дотла негатив огневой.
Кто здесь круче, кто проще решит спор за миг,
Если не прав — упаду на колена в тот миг.
Страх, затаившийся в сердце пустом,
Наконец признает вину пред судом...
Голос Юй Цяо отличался холодноватым оттенком, но не был низким и звучал очень чисто.
Он не совсем подходил под эту песню.
Изначально она, пожалуй, предназначалась для скитальца, пережившего немало бедствий: в глухую полночь он чиркает дешевую сигарету и сквозь едкий дым громко смеется над этим миром.
Но в исполнении Юй Цяо это звучало так, будто он просто отпихнул прочь всю мешавшую ему на пути дрянь, и вот посреди ночи, стоя на вершине городского небоскреба, окидывает всё взглядом свысока, а затем изящно прикуривает сигарету.
Юй Цяо пел непринужденно, закинув одну длинную ногу на другую, а левой рукой легко опирался о колено, отбивая такт.
В кабинете стоял полумрак, горели лишь два крошечных потолочных светильника. Тусклый свет падал как раз на левую руку Юй Цяо. В такт его движениям кольцо на безымянном пальце то вспыхивало, то гасло отраженным светом, напоминая тлеющий в темноте огонёк сигареты.
http://bllate.org/book/35579/4400130
Готово:
