Сюй Ло стоял у подоконника. Прошлой ночью выпал снег, и всё вокруг было занесено белой пеленой.
На душе у него тоже было бело и пусто.
Сюй Ло отправил сообщение Лу Шаоюаню: Я согласен. Но в последние дни моей мамы ты должен являться по первому зову, ей требуется более качественное лечение, займись этим.
Сюй Ло не верил во всю эту чепуху Лу Шаоюаня о простом совпадении гороскопов.
Он не мог представить себе этого господина Яня, но раз у него куча денег, а найти пару он не может, значит, с ним явно что-то не так.
Либо старый, либо калека, либо урод, а то и вовсе с каким-нибудь смертельным изъяном.
Сюй Ло старался думать о худшем, чтобы хоть как-то морально подготовиться.
Он не стал расспрашивать о деталях насчет этого господина Яня — в любом случае, другого выхода у него не было.
Лу Шаоюань подсознательно считал само собой разумеющимся, что о Янь Шантине и так все знают, поэтому тоже ничего не сказал.
В тот же день во второй половине дня Сюй Линсу перевели в другую больницу.
Одноместная палата оказалась в несколько раз больше прежней, в ней даже были гостевая комната, гостиная и кухня — прямо настоящая маленькая квартира.
Только сиделок выделили целых две, а лечащие врачи сплошь оказались специалистами.
У Сюй Линсу проснулась жгучая жажда жизни.
Даже после мучительных процедур она заставляла Сюй Ло делать ей макияж, приговаривая, что хочет предстать перед Лу Шаоюанем во всей красе.
В университете Сюй Ло ради экономии поступил на педагогическое отделение.
Позже, чтобы зарабатывать больше денег на лечение Сюй Линсу, он по наводке своего двоюродного брата Сюй Цзиси, работавшего помощником менеджера, подрабатывал моделью.
Краситься он научился как раз в те времена, когда работал моделью.
Сюй Ло был из тех мелких никому не известных манекенщиков, которым во время съемок приходилось самим браться за косметику, если визажист не успевал.
К счастью, индустрия коротких видео сейчас развивалась бурно.
Любой навык можно было отыскать в интернете, и при должном усердии — легко освоить с нуля.
Время от времени Сюй Ло также подрабатывал в массовке или каскадером на съемках телесериалов.
Чем сложнее были трюки, тем больше платили.
Однако пара тысяч юаней заработка шли в нивелирующее сравнение с баснословными затратами на лечение Сюй Линсу.
К тому моменту родительский дом уже пришлось заложить кому-то из дальних сородичей.
Поэтому Сюй Ло оставалось лишь ютиться прямо в больнице.
В прежней клинике он спал на узкой раскладушке шириной в один человек.
Каждый раз, когда Лу Шаоюань навещал Сюй Линсу в больнице, Сюй Ло предусмотрительно уходил.
Лу Шаоюань наведывался очень часто.
Он надеялся, что Сюй Линсу проживет подольше — живые люди всегда полезнее мертвых.
Даже приручив Сюй Линсу, после вступления в семью Янь Сюй Ло все равно должен был слушаться его.
Лу Шаоюань говорил Сюй Ло: Я делаю всё это только ради тебя, помни о своем обещании.
Сюй Ло подробно расспросил лечащего врача Сюй Линсу.
Доктор ответил, что болезнь уже необратима и сейчас они лишь тянут время; если пациентка и выглядит бодрой, то лишь растрачивает последние крупицы жизненной энергии.
Лу Шаоюань искусственно стимулировал эту энергию.
Он добивался хорошего настроения у Сюй Линсу, но тем самым лишь ускорял ее гибель.
Сюй Ло попросил врача не говорить об этом матери.
Сюй Линсу и так мучилась десятками лет, поэтому в свой закатный час она имела право радоваться каждому прожитому дню.
В тот день, когда Лу Шаоюань вошел в палату, Сюй Ло под предлогом помыть фрукты вышел наружу.
Палата была огромной, но ему все равно казалось, что здесь не хватает воздуха.
Сюй Линсу с улыбкой произнесла: Этот ребенок с виду такой рассудительный, а на деле, стоит тебе появиться, как он от радости теряет голову — в палате есть кухня, а его понесло куда-то наружу...
Она донельзя исхудала, и улыбка на ее лице выглядела пугающе.
Лу Шаоюань, подавляя брезгливость, улыбнулся в ответ: Вот как? Всё-таки еще ребенок.
Едва выйдя из палаты, Сюй Ло столкнулся с решительно настроенным Лу Синюем.
Лу Синюй проследил за отцом до самой больницы.
Он знал, что Сюй Ло приглянулся семье Янь.
Этот ненавистный деревенщина собрался взлететь в небеса, да еще и увлек за собой его отца, из-за чего мать ходила сама не своя.
Сюй Ло оттащил Лу Синюя в пустую палату по соседству.
Лу Синюй никак не ожидал, что хрупкий на вид Сюй Ло обладает такой звериной силой; он замахнулся, чтобы ударить, но Сюй Ло перехватил его запястье.
Сюй Ло вырос в деревне, где нравы были суровыми.
Отец у него отсутствовал, и в детстве над ним вечно издевались сверстники, а местные холостяки отпускали в адрес Сюй Линсу всякие сальные словечки.
Поэтому Сюй Ло вечно ввязывался в драки.
В деревне все знали, что этот парень из семьи Сюй дерется насмерть.
Позже, когда Сюй Ло подрос, похорошел и стал отлично учиться, односельчане поняли, что у него большое будущее, и только тогда прониклись уважением к Сюй Линсу.
Лу Синюй не мог вырваться из мертвой хватки Сюй Ло и в бешенстве принялся оскорблять его и Сюй Линсу, называя бесстыдниками.
В этой ситуации прав был действительно не Сюй Ло.
Требовать от Лу Шаоюаня внимания к Сюй Линсу, когда у того имелись жена и законный сын, и впрямь было верхом наглости.
Сюй Ло разжал пальцы.
Воспользовавшись моментом, Лу Синюй влепил ему пощечину и снова попытался броситься к двери.
Сюй Ло рывком вернул его обратно.
Сила в его руках была огромной, но голос звучал тихо и умоляюще: Вымещай злобу на мне, только не тревожь мою маму. Врачи говорят, она может не пережить эту зиму, и если ты потревожишь ее покой, я с тебя живого не слезу.
Лу Синюй помнил, насколько важен Сюй Ло для семьи Лу, да и заявился сюда на эмоциях.
Тон Сюй Ло был обычным, но Лу Синюй нутром чувствовал: тот говорит чистую правду и выполнит обещание.
Поразмыслив о том, что эта женщина всё равно при смерти, Лу Синюй немного остыл.
Упускать шанс нельзя.
Он велел Сюй Ло не защищаться и отвесил ему еще несколько тумаков и пинков.
Выйдя из палаты, Лу Шаоюань застал Сюй Ло застывшим у коридорной стены.
Он бросил: Поехали, сегодня возвращаемся домой.
Сюй Ло уже ополоснул лицо холодной водой, так что следов от пощечины почти не осталось; про Лу Синюя он говорить не стал.
Обижать Линь Юньжоу сейчас было не с руки.
А Лу Шаоюань — трусливый бумажный тигр, на него нельзя полагаться.
В последние дни Сюй Линсу Сюй Ло хотел лишь одного: жить тихо и мирно.
Сюй Ло последовал за Лу Шаоюанем в дом семьи Лу.
В последнее время он наведывался сюда каждые несколько дней, и в особняке даже появилась комната, отведенная специально под его спальню.
Прислуга неизменно величала Сюй Ло не иначе как старшим молодым господином.
Сюй Ло превратился в молодого господина, который то и дело ездит в деревню проведывать матерь, но с детства воспитывается в семье Лу.
Завидев Сюй Ло, Лу Синюй швырнул палочки для еды и бросился наверх.
Добравшись до второго этажа, он громко выкрикнул: Тошнотворный деревенщина!
Пусть он только что распустил руки, зависть к Сюй Ло никуда не делась.
Почему из всех возможных людей подошел именно гороскоп Сюй Ло?
Как этот выходец из глуши, который по определению должен был всю жизнь барахтаться в грязи, мог сойтись с Янь Шантином?
Лу Синюй страдал бессонницей каждую ночь и изрядно осунулся.
Лу Шаоюань приказал сыну извиниться, но Лу Синюй пропустил слова отца мимо ушей и, презрительно фыркнув, скрылся в своей спальне.
Внизу лицо Лу Шаоюаня помрачнело.
Благодаря Сюй Ло он в последнее время расправил плечи, да и нрав у него стал куда круче.
Линь Юньжоу от увиденного едва не задохнулась от обиды.
Вспомнив наставления родных, она стерла с лица гнев и мягко пригласила Сюй Ло за стол: Твой брат избалован, не обращай на него внимания.
Сюй Ло промолчал: его сильный дефицит энергии не позволял тратить силы на пустые словесные перепалки.
Слова Лу Синюя тоже не трогали его.
Его волновала исключительно Сюй Линсу.
Чтобы у мамы были условия для спокойного лечения, он не смел портить отношения ни с кем из семьи Лу.
Вечером, отклонив уговоры Линь Юньжоу остаться, Сюй Ло вернулся в больницу.
Ночью Сюй Линсу переносила приступы тяжелее, и Сюй Ло не доверял уход за ней сиделкам.
Запершись в своей комнате, Лу Синюй услышал, что Сюй Ло уехал, и в ярости пнул стену.
Он плеснул стакан воды на постель Сюй Ло — вздумай тот остаться ночевать, спать пришлось бы на мокром, но кто же знал, что этот ублюдок окажется таким ушлым.
Спустя примерно десять дней после перевода Сюй Линсу в новую больницу, Лу Шаоюань приказал водителю забрать Сюй Ло.
Водитель нервно наставлял его по дороге: Приедет господин Янь, он хочет с тобой увидеться. Переоденься в нормальную одежду и обувь, держи себя в руках, не позорь семью Лу. Господин Лу сказал, что ты знаешь, как себя вести.
Он нянчился с Лу Синюем с пеленок, поэтому изначально питал к Сюй Ло враждебность.
И поди ж ты, какими неведомыми чарами Сюй Ло окрутил Лу Шаоюаня, раз ему по чистой случайности выпала такая выгодная партия.
Желание Лу Шаоюаня внести Сюй Линсу в фамильный склеп Линь Юньжоу и ее родные воспринимали как страшное оскорбление.
Ему оставалось лишь посветить семью Линь в истинное положение дел.
Те, разумеется, дали добро.
Условием было одно: если в будущем семья Лу получит выгоду от союза с домом Янь, они обязаны притащить за собой и семью Линь.
Однако шантажировать чужого ребенка умирающей матерью ради входа в высший свет было делом неблагородным.
Поэтому, помимо самих Лу и ключевых членов клана Линь, о сделке между Лу Шаоюанем и Сюй Ло никто не знал.
Прислуга в особняке искренне полагала, что Сюй Ло сорвал джекпот.
Сюй Ло сидел на заднем сиденье автомобиля, рядом лежало несколько фирменных пакетов с новой одеждой, брюками и обувью.
Всё это выбирала лично Линь Юньжоу.
Когда личные чувства отступали перед лицом колоссальной выгоды, она была готова наряжать Сюй Ло словно фарфоровую куклу, не скупясь на материальные блага.
Сюй Ло переоделся в приготовленные вещи.
На подъезде к особняку семьи Лу водитель поднял перегородку между передним и задним рядами и, взглянув в зеркало заднего вида, чуть не вылетел на придорожный газон.
Линь Юньжоу обладала безупречным вкусом и прекрасно понимала: чем строже и проще наряд, тем ярче будет сиять Сюй Ло.
На нем была простая рубашка и повседневные брюки.
Дорогая ткань и безупречный крой подчеркивали природную красоту наполовину, но Сюй Ло и без того уродился на редкость хорош собой.
Лу Синюй, которого Линь Юньжоу выставила караулить у входа, замер на месте, увидев белокожего и писаного красавца Сюй Ло.
Его изнутри снедала зависть, но как он ни приглядывался, изъянов найти не удавалось.
Разыгрывая сценку названных братьев, Лу Синюй повел Сюй Ло наверх: Господин Янь ждет в кабинете. Говорят, он невероятно эрудирован и страшно крут, так что поменьше болтай, веди себя тирше воды ниже травы, усек?
Лишь договорив, он вспомнил, что Сюй Ло и так от природы молчалив.
На сей раз Лу Синюй не посмел устраивать никаких пакостей.
После серии внушений со стороны Лу Шаоюаня и нескольких дядьев он твердо усвоил правила игры, тем более что сегодняшний день решал всё.
К тому же, если семья Лу зацепится за дом Янь, его собственный статус и вес в обществе взлетят до небес.
Мама была права: даже если у Янь Шантина уже кто-то есть, любой из его друзей — сплошь молодые таланты...
Раньше он и подступиться к таким людям не мог.
Даже его собственный отец должен был искать посредников, чтобы преподнести кому-то дежурный бокал.
Так неужели Сюй Ло и впрямь удастся присосаться к семье Янь?
http://bllate.org/book/35572/4399514
Готово:
