Фу Фэнь на ходу спрятала руку за спину.
Рука фуцзюня замерла в воздухе на мгновение, а затем она легко убрала её.
Цхэ давным-давно скрылся из виду, и между ними воцарилось наэлектризованное молчание.
Спустя долгое время Фу Фэнь повернулась, собираясь уйти, но в этот момент тяжёлые створки главных ворот с грохотом захлопнулись.
Фуцзюнь спокойно произнесла:
— Фу Фэнь, у меня узкий кругозор и скверный характер. К тому же наши отношения ещё не дошли до той точки, когда я могу терпеть подобные капризы с твоей стороны. Сейчас ты мне совсем не соперница, и даже если ты заручилась поддержкой Богини-Сестры, я всё равно могу тебя убить. Я привыкла действовать по воле сердца, а когда теряю рассудок, мало чего соображаю. О, я забыла, ты ведь не знаешь, за что именно меня сослали в Преисподнюю, но по крайней мере кто-то наверняка упоминал при тебе моё имя в Божественной Обители?
Она легко усмехнулась, плавной походкой дошла до кресла, опустилась в него, подперла рукой голову и холодно и равнодушно продолжила:
— Что касается сближения Преисподней и Рынка Призраков, я проявила максимум искренности и приложила немало усилий, а Хуан Цяо молчаливо со всеми согласилась и оказала мне скрытую огромную помощь. Ты не веришь? Но дела обстоят именно так, хочешь ты того или нет, а верить придётся. Сожительство в Мире Мертвых и мирное сосуществование — вот к чему стремятся все, и идти против течения в одиночку бесполезно. Взгляни на правителей в мире людей: тех, кто потакает личным желаниям, идет против воли народа и разжигает войны, разве не свергают каждого до единого? Сколько ты уже живешь, а всё тешишься ребяческими выходками! Хуан Цяо в твоем возрасте уже навела в Рынке Призраков идеальный порядок.
Она горько вздохнула и смягчила голос:
— Послушай совета старшей: наш враг — вовсе не друг друга.
Не дожидаясь ответа от Фу Фэнь, она применила заклинание, заставив Зеркало Душ зависнуть прямо перед той:
— Разговор в конце концов вышел не слишком приятным. Но я вспомнила, что свадебный подарок так и не дошел до тебя, так что пусть это Зеркало Душ послужит компенсацией.
С этими словами она отправила Зеркалом Душ Фу Фэнь прямо за дверь, вытолкнув её наружу.
В павильоне стихло. Фуцзюнь неподвижно просидела какое-то время, погруженная в задумчивость, а затем поднялась и на ходу тихо позвала:
— Цхэ.
Цхэ материализовался из воздуха и с развязным видом отвесил поклон:
— Мудрый и грозный господин фуцзюнь, какие будут приказания?
Фуцзюнь усмехнулась:
— Что за глупости у тебя на языке.
Затем она тихо добавила:
— Помоги мне отыскать ту шкатулку… Я так спешно её спрятала, что даже не заметила, куда переставила.
Лицо Цхэ окаменело, ответить было нечего.
Спустя долгое время вещи в павильоне наконец вернулись на свои места. Фуцзюнь открыла шкатулку и без всякого сожаления вывалила на пол хранившиеся внутри сокровища, после чего достала из рукава свиток с чертежом и маленькую бусину. На бумаге был начертан магический круг, густо облепленный мелкими пояснениями, а бусина выглядела то как сплетенные вместе серебристо-белые вихри, то как текучая, кристально чистая вода.
Фуцзюнь бросила обе находки в черный ларец, крышка со звонком захлопнулась, и она отбросила его на полку, с досадой бросив:
— Иногда мне так и хочется прихлопнуть этого непутёвого ребенка!
Цхэ кашлянул в кулак:
— У нас нет времени ждать следующего раза.
— Конечно, я знаю, иначе стала бы я сегодня с ней по-хорошему растолковывать разумные вещи. И вообще, что за «у нас»? Раз уж ты не хочешь ввязываться в наши дела, так оставайся трусом до конца и не втягивай в это самого себя.
Став жертвой незаслуженного гнева, Цхэ молча поскрёб пальцем веера под носом.
Спустя мгновение фуцзюнь снова вздохнула:
— Как же можно со спокойной душой передать ей Мир Мертвых?
Впрочем, это мимолётное сожаление тут же испарилось, и в следующий момент она небрежно бросила:
— Как там Хуан Цяо?
— …Скоро.
Фуцзюнь удивленно подняла брови:
— Разве не говорили, что трещину очень трудно залатать?
— Она сдалась. Клан драконов изгнан, духовная энергия Земляного Конуса тоже иссякает всё сильнее, помочь здесь нечем, поэтому сейчас она сосредоточилась на укреплении здешней печати… На самом деле… — Цхэ замялся. — Быть может, Несущий Факел… то есть Раса Демонов, вовсе не обязательно стоят по другую сторону баррикад от нас.
Фуцзюнь холодно и равнодушно посмотрела на него, в её взгляде промелькнула едва уловимая усталость:
— Не нужно болтать лишнего, словам Небесного Пути я всегда верю лишь наполовину. Впрочем, даже если Раса Демонов действительно не столь жестока и своенравна, как Он утверждает, у меня нет излишков добродетели, чтобы добиваться справедливости за их миллиарды лет заточения. Раз Хуан Цяо не хочет помогать — пусть не помогает, в конце концов, они сами накликали на себя беду. Если бы Богиня-Сестра не родилась на той стороне, я с самого начала не позволила бы Хуан Цяо вмешиваться.
Фуцзюнь запрокинула голову, её глаза затуманились, а взгляд, казалось, пронзил крышу павильона, устремившись в заоблачные выси. Она тихо пробормотала:
— Горные бури вот-вот разразятся — над башнями бушует ветер!
Внезапно она вновь улыбнулась краешком рта:
— Я люблю бури и грозы, мне уже не терпится. Я так давно не резвилась от души.
Она повернулась и вперила взгляд в висящий посреди павильона меч. Её глаза были полны нежной тоски и привязанности, а в зрачках плясали яркие искры — манящие и безумные.
— К чему такая спешка?
Цхэ сделал полшага назад, прерывая её:
— Богиня-Сестра скоро возродится. Все свои вопросы вы сможете задать ей лично.
Фуцзюнь медленно перевела на него взгляд, в глубине её глаз переливался свет:
— На этот раз твоим предчувствиям я не верю.
Она по-прежнему легко улыбалась, но теперь от этой улыбки веяло жутковатым холодом. Цхэ молча отступил еще на полшага и раскрыл веер.
Фуцзюнь сбросила маску отрешенности, не спеша направилась к выходу и едва заметно покачала головой:
— Никакой спешки, вовсе нет. Это дело должно было завершиться еще тысячу лет назад.
Она толкнула дверь, но замерла на пороге, задумчиво глядя под ноги — в полутьме наполовину скрывался крошечный сверкающий осколок. Движением запястья она легко провела по выбоине на косяке, её изящные брови на мгновение сошлись на переносице, но тут же разгладились:
— …И зачем только было громить мне двери?
Чуть изогнув палец, она вернула к себе Зеркало Душ:
— Зеркало Душ аж с одного угла помялось.
Она без особого интереса швырнула зеркало Цхэ:
— Раз уж она наотрез отказывается, пусть так… Какой же у Фу Фэнь характер… Эх.
Фуцзюнь беспомощно вздохнула.
Несколько палочек благовоний назад Фу Фэнь, видя, как двери захлопываются прямо перед ее носом, пришла в ярость от унижения. Сдерживая кипевший гнев, она швырнула Зеркало Душ обратно и холодно бросила:
— Я тебе не игрушка, с которой можно играть по своему желанию!
Ответа не последовало. Застыв с окаменевшим лицом, Фу Фэнь взмахнула рукавом, развернулась и широким шагом удалилась, заставив полы одежды взметнуться от ветра.
Покинув пределы Преисподней, она постепенно успокоилась, хотя на сердце всё еще оставался осадок. Пришла за Зеркалом Душ — и надо же было так неудачно вляпаться. Ладно, в конце концов, это была лишь сиюмилeтная прихоть, и заполучать его любой ценой она не собиралась. Только вот…
Она замедлила шаги, рассеянно расправляя рукава, а брови её снова сошлись в морщинках. Что скрывает фуцзюнь? Когда она прибыла, обстановка в павильоне была сильно изменена, да и остаточные следы слабой духовной энергии никуда не делись — фуцзюнь наверняка что-то утаила, и неужели Цхэ был в курсе? Ей вовсе не улыбалось ходить с завязанными глазами и заткнутыми ушами. Кого, по мнению Цхэ, она пыталась отыскать? И что за разговоры об отсутствии Зеркала Душ? Она говорит, что наш враг — не друг друга, тогда кто же? Небесный Путь… Какую роль во всем этом играет Небесный Путь?
Чем больше она думала, тем сильнее путались мысли, а сердце тревожно и часто забилось. Она остановилась, отпустила рукав и внезапно подняла голову, оглядывая небо. Серо-белые небеса ничем не отличались от прежних, всё так же безмятежно плыли облака, разве что чересчур тревожно и беспокойно клубились. Но интуиция вовсю голосила об опасности…
Успокоив дыхание, Фу Фэнь с удивлением осознала, что незаметно для самой себя дошла до подножия Земляного Конуса.
— А-Сяо! — невольно позвала она.
Её голос пусто и гулко разлетелся окрест, словно брошенный в пруд камешек, не вызвав и малейшей ряби, и канул на самое дно. Чернильно-черный гигант молчал, погрузившись в мертвую тишину. Взгляд Фу Фэнь скользнул снизу вверх, вдоль монументального излома Земляного Конуса, упираясь прямо в облака. Земляной Конус хранил безмолвие; казалось, этот священный камень, некогда стоявший незыблемо со времен глубокой древности, лишился своей духовной энергии и вот-вот рухнет под тяжестью всех живых существ.
Взгляд Фу Фэнь мгновенно ожесточился. Взмахом руки она сотворила белую бабочку и тихо отдал приказ:
— Усилить охрану внутри башни.
Отпустив бабочку на волю, она посмотрела на домик у подножия Земляного Конуса. Несколько веков назад господин перебрался сюда — неужели уже тогда господин предчувствовал неладное? Двери и окна дома были плотно закрыты, не давая ответа.
Оставив эти мысли, Фу Фэнь повернулась и зашагала прочь.
В этот момент дверь домика бесшумно отворилась, и на пороге появился человек. Стройная фигура стояла неподвижно и строго, напоминая одинокого журавля; с ног до головы закутанная в черный плащ, она не позволяла разглядеть выражение лица, и лишь прядь белых волос выбилась из-под капюшона, опускаясь до самых колен.
Почувствовав неладное, Фу Фэнь обернулась и, ускорив шаг, подошла ближе, чтобы отдать поклон:
— Господин.
Хуан Цяо изящной рукой протянула ей деревянный ларец, а её чистый, звенящий голос прозвучал в тишине:
— Одна ветвь тебе, другая Мяо-Мяо.
Приняв коробку обеими руками, Фу Фэнь слегка улыбнулась:
— Благодарю вас, господин.
— М-м… — Хуан Цяо опустила взгляд на нее, помолчала немного, но в конце концов ничего больше не сказала, а затем извлекла из рукава Зеркало Душ.
Фу Фэнь на миг замерла, но была вынуждена смириться.
Проводив Хуан Цяо, Фу Фэнь открыла деревянный ларец и обнаружила, что внутри мирно лежат две шпильки из терновника. Нахмурившись, она так и не поняла истинного смысла этого подарка.
Ладно уж.
Убрав Зеркало Душ и деревянный ларец, она поспешила к Бассейну Миров.
Солнце растратило избыток своей мощи, оставляя людям шанс перевести дух, и даже облака явили редкую мягкость. Фэн Бучжи отыскала тенистое местечко и уныло пила воду. Именно в этот момент Фу Фэнь обошла её со спины и легонько потрясла перед её лицом прозрачным осколком.
Фэн Бучжи остолбенела, опустила чашку, притворилась смертельно больной и, опираясь на Чэн Йоуйоу, дрожащими ногами поднялась. Сдавленным, еле слышным голосом она сначала пискнула: «Наставник», после чего кое-как приволокла ноги ближе и с кислым видом запросила отпуск по болезни.
Фу Фэнь оттащила её в уединенный уголок. Крепко сжав Зеркало Душ и слегка опустив веки, она затянула низкое заклинание.
Фэн Бучжи показалось, что небо и земля вокруг вмиг поблекли, воздух исказился и закружился спиралью. Налетевший бурный ветер взметнул их подолы, пронизывая ледяным холодом самое сердце, конечности мгновенно онемели, так что она едва держалась на ногах, а в голове раздался пронзительный визг. Казалось, её тело разрывают на куски, и ничто не способно укрыться от этого взора.
Зеркало Душ в одно мгновение раскололось на части и расплавилось, чтобы тут же с невероятной скоростью раздуться и заново собраться воедино.
Когда вихрь стих, перед Фэн Бучжи предстало огромное светлое зеркало, поверхность которого напоминала бездонный водоем, отражающий пустоту.
Изящный палец Фу Фэнь коснулся зеркальной глади, пустив легкую рябь. Однако в этот момент зеркало судорожно вздрогнуло и, неожиданно пролетев сквозь них, стремительно устремилось вперед.
Удивленно взметнув брови, Фу Фэнь без колебаний бросилась в погоню. В конце концов они остановились на берегу Реки Лофан, под раскидистой ивой. Зеркало Душ успокоилось, и на его поверхности стали постепенно проступать очертания образов.
Глава 6. Огонь внутри кокона (1)
— Бабушка! Я в школу пошла!
Ши Юнь проверила канцелярские принадлежности в темно-синей холщовой сумке, одернула рукава и подол платья, бросила беглый взгляд вниз, убедившись, что штанины аккуратно подогнуты, привстала на носках в матерчатых туфлях и легонько улыбнулась.
Её внешность никак нельзя было назвать выдающейся, но вот глаза — точь-в-точь как у кошки — приковывали взгляд: круглые, миловидные, чистые и ясные, они напоминали лужицы прозрачной воды на загорелой коже, а когда она улыбалась, казалось, будто звездное млечное речное сияние проливается в её зрачки.
Она подняла руку и потрепала себя по голове: волосы отливали желтизной, лежали не слишком ровно, спускаясь по бокам шеи, а их кончики, похожие на ости пшеничных колосьев, топорщились во все стороны. Затем она коснулась дверного замка и обернулась, чтобы попрощаться с бабушкой.
Старуха сидела за деревянным столом, измазанным чем-то темно-коричневым, накинув тонкую блузку в бледно-розовый цветочек. Одежда давно полиняла до грязно-серого цвета и выстиралась до белесости; высунутые наружу овисшие руки были сорочье-красного оттенка, лицо с глубоко запавшими глазницами и дряблой кожей — землисто-желтым, глаза заволокла мутная пелена, а короткие седые волосы неровными клочьями покрывали голову. Держа в искривленных пальцах пиалу с жидкой кашей, она широко и добродушно улыбалась, кивая в ответ.
http://bllate.org/book/35539/4395474
Готово:
