Всё, конец, я не хочу умирать. Вы такая красивая и добрая, а ваше материнское сердце так переполнено любовью, пощадите мою жизнь! — Он струсил до такой степени, что чуть было не выпалил: «Матушка, я буду твоим сыном».
Остальные, хоть и не были столь экспрессивны и не выплекивали весь свой страх наружу, под столом уже нашарили оружие и с опаской уставились на женщину.
— Что ты делаешь? — раздался еще один голос, показавшийся Ци Юю смутно знакомым.
— Застрял...
— Бах!
Без малейшего предупреждения стена рухнула.
Какая-то гигантская туша, казалось, вылетела от мощного пинка и со свистом влетела внутрь, пропахав носом всю дорогу. Обломки каменных плит разлетелись во все стороны, и лишь благодаря тому, что беседка находилась далеко, чудовище остановилось буквально в мгновение перед столкновением.
— Что это за хрень, уэ-э. — Чэнь Иньюэ вскинул оружие, не в силах сдержать позывы к рвоте.
— Какая я тебе хрень, твою мать, от меня не воняет! — Огромный Чжан Юй удостоился титула «эта хрень» и разъяренно поднялся, сбрасывая с себя налипшие кирпичи.
Он с поистине грандиозным размахом навел порядок в своей внешности, отчего вокруг во все стороны полетели обломки.
Чэнь Иньюэ перевел взгляд с женщины на Чжан Юя и обратно: оказывается, та штука вовсе не принадлежала женщине. А она всё так же излучала мягкость и материнское сияние. Он-то уже думал признать в ней... как вдруг здоровенный кирпич грохнулся ему прямо на ногу!
— Вы смеете проявлять ко мне неуважение? Смотрите у меня, устрою вам сладкую жизнь! — Чжан Юй упер руки в бока всеми четырьмя конечностями, указал четырьмя пальцами на прыгающего на одной ноге Чэнь Иньюэ, а его почти сотня глаз презрительно закатилась.
……
— Уэ-э.
— Я убью тебя!
[Управляющий.]
Подала голос Система.
Услышав это, Чжан Юй неохотно выпрямился, и почти сотня глаз снова уставилась на Чэнь Иньюэ.
— Ты... — его снова вырвало. — Раз уж ты Управляющий, какого чёрта выперся?
— А что, есть возражения? Что хочу, то и делаю, тебе какое дело?
— Да тут явно НПС не хватает, Система-то от силы месяц как починена, — пробормотал Чэнь Иньюэ, держась за ногу, но попал прямо в яблочко.
Ци Юй зафиксировал в памяти новое знание: на досуге надо будет расспросить кого-нибудь, с чего это вдруг Систему потребовалось чинить.
— В смысле не хватает? Всего лишь маловато, маловато, и только! — Чжан Юй с пеной у рта принялся опровергать слова Чэнь Иньюэ, делая особый упор на то, что «дело вовсе не в кривых руках, просто дорога неровная».
Уж в чем-в чем, а в умении перекладывать вину с больной головы на здоровую ему не было равных.
Чэнь Иньюэ, превозмогая тошноту и молча выдерживая презрительные взгляды бесчисленных глаз, не смел смотреть на Чжан Юя, страдая от сильнейшей трипофобии: — Ладно, твоя взяла.
— Я — Шэнь По. — Видя, что те катятся по наклонной в сторону бесконечной болтовни и еще пару фраз — и выпотрошат Систему до нитки, Шэнь По вовремя вернула всех в русло сюжета.
— Ой, — щупальца Чжан Юя хлопнули себя по голове. — Прошу прощенья, отвлекся, я вообще-то...
— Я — младшая сестра.
Реплику Чжан Юя бесцеремонно прервали, и его лицо мгновенно исказилось от гнева. Но, словно вспомнив что-то, он на миг замер посреди разворота, после чего вновь состряпал наполовину льстивое, удивленное выражение и уставился на источник звука.
«Дверь» уже давно неизвестно куда улетела, оставив после себя сплошные руины, обрушенную боковую стену и взрытую вперемешку с травой землю.
В проеме стоял человек, с ног до головы закутанный в черную вуаль.
Это был Янь Цзин.
Ци Юй бросил взгляд на Чжан Юй: о, теперь на всей его физиономии застыло лишь чистое раболепство.
[Просьба к игрокам не нарушать игровой процесс.]
Подала голос Система.
— Я нахожусь в Системе уже тридцать первый день, на данный момент у меня нет зрительских оценок, по логике вещей их ноль, так что меня можно классифицировать как НПС. — Янь Цзин неспешно шагнул вперед.
Система долго молчала... Похоже, она и впрямь о нем забыла.
[Игра находится на завершающей стадии ремонта, наличие недочетов является нормальным явлением. После проверки установлено: игрок Янь Цзин находится в игре 59 дней и 22 часа, система оценки через данму активирована, к баллам добавляется тег (Янь Цзин), подсчет ведется Системой автоматически. В связи с правилами Системы, запрещающими фальсификации, баллы будут подведены через два часа.]
— И этот недострой всё еще пытается хорохориться.
Ох уж эти чертовски меткие слова, бьющие прямо в цель.
Экран данму мгновенно взорвался от шквала сообщений.
— Ха-ха-ха, какой мощный новичок, не боится пререкаться с Системой. 100 баллов (Янь Цзин).
— Умру со смеху, даже террористы не кутаются так плотно, как он.
— 40 баллов (Янь Цзин), накину еще десять баллов за кусок марли, посмотрите на меня.
— Выпад против Системы полностью совпадает с моими мыслями, 80 баллов (Янь Цзин). Мы ведь оцениваем не внешность, а внутренний мир.
— Замотан как привидение, 0 баллов (Янь Цзин).
— Раньше здесь было так же весело? — Ци Юй снова окинул оценивающим взглядом эту огромную мохнатую бабочку, но в памяти так и не смог отыскать человека с таким именем.
Чэнь Иньюэ покачал головой, не в силах оторвать взгляд от бегущих строк данму, и с увлечением произнес: — Ни разу. Впервые слышу, чтобы кто-то отчитывал Систему.
Наконец Система сглотнула тот застрявший в горле комок, который никак не желал проталкиваться, и с царственным великодушием выдавила из себя:
[Согласно результатам в реальном времени, игрок Янь Цзин на данный момент набрал 48 баллов и временно исполняет роль НПС для заполнения пробела в игре. Управляющий, удалитесь, сценарная игра продолжается.]
Как только объявление завершилось, все вернулись на свои места в ожидании продолжения.
Однако Управляющий так и топтался на месте, переминаясь с ноги на ногу и то и дело собираясь что-то сказать, но не решась вымолвить ни слова. Это давалось ему куда труднее, чем появление в дверях: чай успел полностью остыть, прежде чем он выдавил из себя:
— Эм... сестрица?
Бесполезная трата слов.
Янь Цзин еще не привык к этой роли, поэтому лишь спустя добрых полминуты сообразил, в чем дело, и недовольно бросил: — Чего тебе?
Чжан Юй едва не сорвался с места и не дал драпака, его глаз на теле резко поубавилось — они спрятались глубоко в складках гигантской туши, лишь беспомощно моргая. Самим богам было ведомо, почему он так до жути боялся этого парня, но ему пришлось набраться храбрости и выдавить: — Ты знаешь свои слова по роли? Сценарий у меня.
Янь Цзин, казалось, был абсолютно не в курсе: — Разве тут еще и слова нужны? Какая морока, давай сценарий сюда.
— Тебе? — Чувство вины наотмашь било из глаз Чжан Юя, стоило одному глазу спрятаться, как тут же вылезал другой.
Янь Цзин пропустил его пустую болтовню мимо ушей.
Не смея больше сказать ни слова, Чжан Юй торопливо зажал маленькую книжицу двумя своими гигантскими щупальцами и дрожащими руками положил ее на стол: — Я пожалуй пойду, а вы кушайте не спеша.
После чего, кубарем скатившись со стула, он умчался с невероятной скоростью, по пути зацепив несколько кирпичей, которые с филигранной точностью приземлились прямо на ногу Чэнь Иньюэ.
— Ай! — Чэнь Иньюэ от испуга подпрыгнул и заискивающе отшатнулся назад. — Да он же специально! Неужели обязательно было так бояться?
И впрямь... Ведь только что Чжан Юй держался с таким запредельным высокомерием, неужели и вправду была нужда так дрожать от страха?
Все разом перевели взгляды на «младшую сестру», замотавшуюся в черную вуаль, словно в ватное одеяло. Сверхъестественные и непобедимые главные злодеи обычно всегда окутаны ореолом таинственности, но не до такой же степени...
http://bllate.org/book/35518/4392588
Готово:
