Выйдя через треугольные стеклянные двери, Янь Цзюань бессильно и легко вздохнул: те люди еще проявили милосердие.
А те, кто милосердия не проявил… уже подали на них в суд, чтобы вернуть свои долги.
Хотя от судебных исков было мало толку: его отец уже несколько месяцев сидел в изоляторе временного содержания.
Как говорится, голый не боится тех, кто в обуви — раз денег нет, так их и не достать… Республика — общество правовое, и нельзя лишать человека жизни только потому, что он беден.
Его отец прекрасно это понимал, успокоился и теперь получал в изоляторе свою железную миску. В свои пятьдесят с лишним лет, даже если бы он умер в тюрьме, это можно было бы назвать естественной смертью.
Подумав об этом, Янь Цзюань почувствовал себя гораздо лучше и поплелся тяжелой походкой под багровыми лучами закатного неба.
Шесть часов вечера в столице — примерно четыре часа утра в Калифорнии. Биологические часы Янь Цзюаня еще не перестроились, и веки уже слипались от усталости.
Жу-жу-жу…
Что за стопроцентно срабатывающая метафизика? Стоило Янь Цзюаню смертельно захотеть спать, как кто-нибудь обязательно звонил ему.
На этот раз в контактах значилось: 〖Мама〗.
Морщась и массируя переносицу, Янь Цзюань собрался с силами и нажал зеленую кнопку ответа:
— Мам…
— Сынок, только что приходили люди из правительства. Говорят, ровно через месяц наш дом выставят на судебные торги… Скажи, что же нам теперь делать?
Госпожа У Инсюэ всю жизнь привыкла быть хрупкой повиликой, льнущей к сильному, и пасовала при малейшем дуновении ветра.
— Что делать? Неужели нашей семье конец… Что, что мне теперь делать?
— Мам, не паникуй, — устало отозвался Янь Цзюань, мысленно прикинув даты: действительно, самое большее через месяц начнется принудительная процедура банкротства.
Дом, машины, земля… Все активы семьи пойдут с молотка по решению суда.
— И, и еще твой младший брат… Он все еще учится, ему как раз нужны деньги! Как же дальше жить без копейки? А если меня заставят съехать из дома… Тог-тогда где мы будем жить? Под мостом ночевать?
— До такой степени дело еще не дойдет… — выпалил Янь Цзюань и тут же осекся, прокрутив в голове текущие семейные долги.
Астрономическая сумма…
…И правда смертельная. Услышав это, Янь Цзюань сам захотел загреметь за решетку и сесть вместе с отцом.
— Сынок… Скажи хоть слово… Неужели положение безвыходное? — госпожа У на том конце провода уже горько рыдала, и ее тонкий мелодичный голос прерывался от всхлипываний:
— Я в жизни не хочу туда возвращаться… Переживать те ужасные дни снова… Я, я лучше умру!
— Мам, мам… Успокойся, — Янь Цзюань испугался, что матушка сгоряча действительно сотворит какую-нибудь глупость, и был вынужден солгать, чтобы ее унять:
— Мам, не бойся, я уже кое-что придумал.
— П-правда? — госпожа У мгновенно перестала плакать.
Янь Цзюань легко провел подушечками пальцев по экрану телефона и едва слышно вздохнул:
— Правда, обещаю.
Черт побери его обещания.
Повесив трубку, Янь Цзюань перекрестился на груди: «Амитабха, прошу, не лишайте меня заслуг».
Одна беда не приходит одна. Телефон снова завибрировал, и на этот раз звонил секретарь Ван — правая рука его отца до того, как тот угодил за решетку.
— Директор Янь. — Янь Цзюань сейчас с трудом выносил это обращение, он прикрыл лицо рукой и остановил его:
— …Давай к делу.
— Подрядчик снова привел рабочих устраивать беспорядки, требуют выплатить всю задержанную зарплату разом, — ровным голосом произнес секретарь Ван. — На этот раз они поумнели и привели с собой репортера из городского финансового издания.
В голосе секретаря Вана, обычно лишенном каких-либо интонаций, проступило нечто комичное и абсурдное:
— Если поднять шум, цена акций нашей компании рухнет окончательно.
Янь Цзюань понимал, к чему он клонит.
Хотя слухи о том, что финансовая цепочка их проекта долгостроя рухнула, уже вовсю гуляли среди более-менее осведомленных инвесторов… в конце концов, это оставалось лишь кулуарными разговорами и еще не было вынесено на суд общественности.
В глазах широкой публики семья Янь по-прежнему оставалась блестящим лидером рынка недвижимости. Мелкие инвесторы и частные вкладчики все еще пребывали в неведении или попросту не успели сбросить акции.
Удерживая эту крошечную горстку оставшихся козырей, Группа компаний Янь все еще имела призрачный шанс на возрождение — вплоть до того дня, когда через месяц правительство объявит о принудительном банкротстве.
Но если из-за невыплаченной зарплаты дело попадет в криминальные новости и во всей красе ворвется в поле зрения общественности… можно не сомневаться, что акции рухнут за одну ночь.
Тогда о каком месяце вообще могла идти речь — правительственный ордер на банкротство не поспел бы даже к похоронам Группы компаний Янь.
— Скажи им… пусть пока не поднимают шум, — Янь Цзюань глубоко вздохнул, принимая окончательное решение: — Через неделю средства на строительство и компенсация в размере пятнадцати процентов поступят на счета в полном объеме.
— Хорошо. — Секретарь Ван сбросил вызов без малейших колебаний: — Директор Янь, отдохните как следует.
И правда пора отдохнуть…
Пальцы Янь Цзюаня сжались на экране, а на тонких губах заиграла натянутая, горькая усмешка: ваш директор Янь сейчас отправится торговать лицом.
Интерфейс Вичата мягко подмигивал зеленым светом, короткая строчка гласила лаконично и емко.
〖Янь Цзюань〗: Насчет шоу, о котором ты говорил — я согласен.
Шоу представляло собой второй сезон популярного нынче реалити-шоу о свиданиях для обычных людей под названием Сигнал истинной любви 2.
Первый сезон Сигнал истинной любви впервые завез концепцию закрытого парного формата для альф и омег из корейских шоу знакомств, снискал огромную популярность, набрал сотни миллионов просмотров на интернет-платформах и прославил несколько звездных пар.
А съемочная группа и эксклюзивный инвестор-продюсер при скромных затратах на съемки в несколько сотен тысяч получили чистую прибыль в десятки миллионов. Можно сказать, сорвали баснословный куш.
Воспользовавшись моментом, инвесторы решили ковать железо пока горячо и без колебаний запустили второй сезон. На этот раз они не пожалели средств, а маркетинговая кампания развернулась с поистине грандиозным размахом — под лозунгом «Прямая трансляция в реальном времени, эффект полного погружения в атмосферу влюбленности» шоу привлекло к себе всеобщее внимание.
Вопросы кастинга уже породили несколько горячих тем в Вейбо, и немало звезд четвертого и пятого эшелонов тайком обивали пороги инвесторов со своими портфолио.
Бегло просмотрев присланный концепт шоу, Янь Цзюань немного недоумевал: любой слепой поймет, что это лакомый кусочек, и от желающих предложить свою кандидатуру отбоя нет — почему же они так уцепились именно за него?
Юй Лян ничего не объяснял и лишь настойчиво строчил сообщения:
Завтра состоится деловой обед с режиссером и продюсером, встретитесь до начала съемок.
Многозначительный смайлик-улыбка в самом низу окна чата:
Не забудь одеться поприличнее.
Спустя несколько секунд после отправки это сообщение было мгновенно удалено.
Его сменил удрученный стикер:
Впрочем, с такой внешностью можешь заявиться хоть в мешке из-под картошки.
Слишком броская наружность только лишних проблем навлечет.
Спустя пару минут отношение Юй Ляна совершило стовосьмидесятиградусный поворот:
Тогда… лучше будь поскромнее.
Янь Цзюань не знал, какие именно стандарты скрывались за словом скромность по мнению Юй Ляна, но, проснувшись на следующий день, он просто умылся и вышел из дома.
По дороге попав в пробку, Янь Цзюань, чтобы не опоздать, даже побежал всю оставшуюся дорогу до элитного ресторана, отмеченного в геолокации.
К его удивлению, несмотря на то, что он прибыл на десять минут раньше назначенного времени, приватный кабинет уже был полон людей.
Когда официант распахнул дверь, Янь Цзюань сразу почувствовал, как десятки пар глаз уставились прямо на него.
С самого детства Янь Цзюань привык к подобным оценивающим взглядам, а потому не выказал ни малейшего смущения или неловкости.
Он слегка выровнял дыхание, сбитое от бега, после чего спокойно и безмятежно кивнул, тронув губы легкой улыбкой:
— На дороге небольшая пробка, извините, что опоздал, приношу свои извинения.
Янь Цзюань полагал, что держится вежливо и непринужденно, и не понимал, почему в дальнем углу стола раздались тихие изумленные вздохи.
И все же он поправил выражение лица и перевел взгляд прямо на мужчину, сидевшего во главе стола.
Почетное место во главе круглого шикарного стола, спиной к ширме с пейзажем — судя по всему, это был главный инвестор.
Чуть приподняв веки, Янь Цзюань слегка наклонил голову, точно направляя на него взгляд.
Длинные темные ресницы напоминали перья ворона, а светлые глаза казались затянутыми легкой дымкой чувственности:
— Режиссер Чжао, стоять довольно утомительно, позволите мне присесть?
Режиссер в черной оправе очков словно очнулся ото сна, его рассеянный взгляд сфокусировался, и он слабо улыбнулся:
— Да, садись.
— Ой, Янь Цзюань только вернулся из-за границы и еще здесь не освоился, это я сам увлекся приветствиями и забыл, что веду его за собой, — Юй Лян поднялся первым, с широкой улыбкой осушив стопку до дна: — Эту рюмку я выпиваю за Янь Цзюаня.
— Так вот честно говоря, его зовут Янь Цзюань, и он полностью оправдывает свое имя — внешность и впрямь выдающаяся, — тут же поднялся дородный продюсер.
Образование и богатый жизненный опыт в его устах казались лишь красивой упаковкой, не позволяющей смазливому личику скатиться в банальность:
— Опыт учебы за рубежом, тоже есть на что посмотреть.
— Директор Юй клялся мне, что мы просто лишимся дарха-речи от удивления. Я-то не верил, а зря — это лишь моя неосведомленность. — Продюсер тоже запрокинул голову, осушая рюмку и демонстрируя пустое дно:
Его улыбающийся голос на секунду запнулся:
— Где же директор Юй откопал такую красивую омегу, ха-ха-ха, ну и повезло же тебе.
Едва он умолк, как сидевший рядом с продюсером яркий и эффектный юноша скрестил руки на груди, слегка презрительно отвернулся, а из его носа вырвался легкий фыркающий звук.
— Я сегодня специально собрал всех здесь, чтобы мы могли спокойно все обсудить, — ухватив момент, Юй Лян решил сменить тему: — До начала съемок еще несколько дней, так почему бы не уладить все вопросы насчет обоих участников прямо сейчас, чтобы больше не утруждать режиссера Чжао.
— Директор Ли, вы ведь согласны? — Юй Лян понизил тон и слегка поклонился, поднимая бокал: — Будьте уверены, экранного времени вашего Сяо Яо уж точно меньше не станет.
— Обсудим, обсудим, — продюсер с полуслова всё понял, добродушно рассмеялся и тоже сделал маленький глоток:
— Не то чтобы я скромничал, но внешность Сяо Яня действительно подходит лучше. Вот только его образ… — продюсер прищурился: — Придется основательно переписать.
http://bllate.org/book/35504/4390467
Готово:
