Чжоу Лоши кивнул, словно клюющий зерно цыпленок, с таким решительным видом, будто собрался вступать в партию:
— Верю!
— Тогда приступай.
Чжоу Лоши глубоко вздохнул и поднес огонь к горлышку пробирки.
Боп!
Чжоу Лоши с изумлением округлил глаза и снова поднес огонь к горлышку.
Боп!
Боп-боп!
Боп-боп-боп!
Чжоу Лоши, держа в пальцах пробирку, невозмутимо наблюдал за тем, как тот возится с огнем.
Ему показалось, что сегодня вечером его брат стал таким нежным, словно в него вселился дух, или будто он был божеством, готовым исполнить любое желание. Он поднял голову и, поддавшись внезапному порыву, задал вопрос, который давно тяготил его:
— Брат, можно мне делить с тобой одну кровать?
Чжоу Лоши, только что озаренный улыбкой, мгновенно нахмурился. Он вынырнул из своих химических грез, глядя на брата холодно и недоуменно:
— У тебя есть своя кровать, зачем тебе спать в моей?
Он убрал пробирку и погасил спичку.
— Одиннадцать часов, марш спать.
Чжоу Лоши проводил взглядом удаляющуюся спину брата.
Что ж, он не мог тягаться с рано ушедшим белым лунным светом, он даже химии проигрывал. Оказалось, что вся нежность его брата была отдана науке!
Глава 7
Погода становилась жарче, жизнь в десятом классе подошла к концу, а следом наступили долгие и прекрасные летние каникулы.
Чжоу Лоши, как обычно, отказался ехать с родителями на отдых. К путешествиям он был равнодушен, зато заранее заказал по интернету гору лабораторных материалов. Они заполнили весь химический стол, и было ясно: до самого начала занятий он не выйдет из дома.
Поняв, что уговоры бесполезны, супруги решили взять с собой только Сюн Шэнлиня, но тот наотрез отказался оставлять брата. Родители одновременно чувствовали и облегчение, и тревогу.
Перед отъездом Сюй Ли несколько раз давала им наставления.
Она сказала Чжоу Лоши:
— Не мори брата голодом.
Она сказала Сюн Шэнлиню:
— Приглядывай за братом исподтишка, чтобы он чего-нибудь не взорвал.
На второй день после отъезда родителей Чжоу Лоши заперся в комнате и принялся возиться с материалами.
Сюн Шэнлинь, оставшись за дверью, с замиранием сердца смотрел на плотно закрытую створку, боясь услышать взрыв. Каждый вечер перед сном он отчаянно стучал в дверь, чтобы убедиться, что брат жив.
К счастью, Чжоу Лоши не забыл маминых слов и исправно заказывал доставку еды на обед и ужин. Как только звонил дверной звонок, Сюн Шэнлинь забирал пакет с маленького столика у входа и относил его на второй этаж. Это был единственный шанс увидеть брата за весь день.
Чжоу Лоши открывал дверь в пижаме. На его переносице красовались защитные очки с синей оправой, а взгляд был всегда задумчивым — казалось, он жил в другом измерении. Забрав еду из рук Сюн Шэнлиня, он тут же собирался захлопнуть дверь.
Сюн Шэнлинь тотчас подставлял ногу, цепляясь за возможность поговорить:
— Брат, ты в порядке? — или: — Брат, ты еще узнаешь меня? — а то и: — Брат, не хочешь прогуляться?
Чжоу Лоши на мгновение приходил в себя и бросал на него взгляд:
— Проголодаешься — скажешь.
А затем безжалостно закрывал дверь.
Так продолжалось несколько дней, пока наконец Чжоу Лоши не покинул свое измерение и не спустился вниз. Он вручил брату кучу игровых приставок, планшетов, джойстиков и картриджей, а также скачал сотню фильмов.
— Когда играешь, выставляй язык на китайский, — сказал он. — И смотри больше фильмов, учись китайским выражениям. Через полмесяца я проверю.
Затем он снова поднялся наверх и заперся в комнате.
После множества тщетных попыток вразумить брата, Сюн Шэнлинь сдался. Он открыл список фильмов, который дал ему брат, и начал смотреть их один за другим.
Однажды вечером, спустя неделю, небо усыпали звезды. Чжоу Лоши спустился по лестнице, разговаривая по телефону. На нем была легкая куртка и брюки — он явно собрался куда-то выходить.
Сюн Шэнлинь, сидевший на диване в гостиной, с удивлением уставился на него.
Чжоу Лоши прошел через гостиную и стал переобуваться в прихожей, все это время продолжая тихо говорить по телефону:
— Угу... вещи оставь на старом месте...
— Спрячь получше, чтобы не нашли...
— По оговоренной цене... Хорошо... Буду скоро...
— ...Не привлекай лишнего внимания.
Стук двери. Он ушел.
Сюн Шэнлинь: ???
Он посмотрел на телевизор, где шел гонконгский боевик про борьбу с наркоторговлей. Наркоторговец А подозрительно прятался в телефонной будке и, используя разовую карту, звонил связному, произнося фразу: Вещи оставь на старом месте.
Сюн Шэнлинь: ???
Его бросило в холодный пот. Все кончено, неужели его брат ввязался в незаконные дела? Не раздумывая, он схватил ключи с тумбочки и выбежал следом.
Такси остановилось у заброшенного завода. Вокруг ни души, лишь буйные заросли сорняков и слабый запах гнили.
Чжоу Лоши расплатился, прошагал по щебню к входу и растворился в темноте и тишине полуразрушенного здания. Вдруг в его сторону метнулся луч фонарика.
Из темноты раздался голос:
— Брат Чжоу, сюда!
Луч фонарика описал круг по полу, усеянному пылью, паутиной и рваными мешками. Помимо этого, там стояло несколько новеньких приборов и гора известняка.
Чжоу Лоши подошел, присел на корточки и, взяв кусок известняка, потер его:
— Известняка много?
Сюн Шэнлинь ухмыльнулся:
— Конечно, больше, чем в магазинах! Мой дядя строитель, я взял у него первоклассный известняк.
Он указал на приборы рядом:
— Промышленная печь для обжига, газовые горелки, газосборники — арендовал у дяди за полцены.
— Спасибо, Линцзы, — Чжоу Лоши похлопал его по плечу. — Посчитай, хватит ли денег, которые я перевел?
— С головой хватит, еще сотни остались, — ответил Сюн Шэнлинь. — Я потом сдачи дам.
Чжоу Лоши, не поднимая головы, возился с оборудованием:
— Мы же братья, к чему эти формальности? Считай, что я угощаю тебя выпивкой.
Сюн Шэнлинь не стал спорить, поднялся и сказал:
— Тогда занимайся, а я сбежал с банкета, если долго не буду появляться, родители начнут искать. Как праздник закончится, я вернусь.
— Хорошо.
Когда Сюн Шэнлинь ушел, Чжоу Лоши остался в заброшенном цеху один.
Этой ночью звезд было много, а луны — нет, и дул одинокий холодный ветер. Сорняки снаружи походили на раскачивающиеся фигуры, по всему заводу валялись клочья мешков, а коридоры тонули во мраке — идеальное место для съемок фильма ужасов.
Но Чжоу Лоши ничего не замечал. Он сидел на грязном полу, сосредоточенно настраивая розетку при свете фонарика.
В промышленной печи вспыхнул оранжевый огонь, прогоняя темноту.
Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь звуками ветра и пламени.
Он встал, чтобы размять затекшие ноги, но краем глаза заметил необычное движение в траве. Немного подумав, он наклонился, поднял маленький камешек известняка и небрежно, но точно подбросил его в сторону зарослей:
— Выходи.
Через несколько секунд в траве послышался шорох, и Сюн Шэнлинь, опустив голову, вышел к нему. Он с тревогой позвал:
— Брат.
Чжоу Лоши показалось, что он целую вечность не видел брата, поэтому притянул его к себе и внимательно осмотрел:
— Завтра поведу тебя стричься.
Сюн Шэнлинь послушно кивнул.
— Чему научился, глядя фильмы? — спросил Чжоу Лоши.
Сюн Шэнлинь неуклюже сымитировал:
— Сэр, я правда никого не убивал!
Чжоу Лоши рассмеялся, развеселившись.
А вот Сюн Шэнлиню было не до смеха. Всю дорогу он мучился от тревоги. Теперь же, глядя на кучу непонятных камней, покрытых белым порошком, он пришел в полное отчаяние. Эти вещи выглядели точь-в-точь как наркотики в кино.
Он ухватился за край куртки Чжоу Лоши и, дрожа, пробормотал:
— Брат, если тебе нужны деньги, попроси у мамы и папы. Или подожди, пока я вырасту и заработаю. Не делай ничего плохого.
Чжоу Лоши, загружавший отобранный известняк в печь, решил подшутить над ним:
— Подождать, пока ты вырастешь? Деньги нужны мне сейчас, ждать я не могу.
Сюн Шэнлинь поспешно достал телефон и открыл приложение банка:
— Тут все мои карманные деньги, брат, я отдаю их тебе, хорошо?
Чжоу Лоши взглянул на экран и покачал головой:
— Слишком мало.
Сюн Шэнлинь в панике открыл список контактов:
— Тогда… тогда давай займем у мамы и папы, окей?
Чжоу Лоши снова покачал головой, молча продолжая подбрасывать известняк в печь.
Только когда брат был готов разрыдаться, он медленно произнес:
— Как ты думаешь, что я делаю?
Сюн Шэнлинь с ужасом посмотрел на печь и прошептал:
— Производишь яд.
— Ты когда-нибудь видел камни, которые растворяются в воде?
Сюн Шэнлинь покачал головой.
Чжоу Лоши сел на пол и пошевелил камни в печи щипцами:
— Основной компонент этого камня — карбонат кальция. При высокой температуре он разлагается на оксид кальция и углекислый газ. Оксид кальция — это то, что мы называем негашеной известью.
— Внешне она ничем не отличается от обычного камня, но… — его губы тронула легкая усмешка, — как только она соприкасается с водой, она начинает разрушаться, плавиться и выделять огромное количество тепла. Зрелище будет очень эффектным.
Сюн Шэнлинь напряженно слушал и наконец с трудом сообразил:
— Брат, так это просто химический эксперимент?
— Угу.
Сюн Шэнлинь выдохнул, у него потемнело в глазах, он сел на пол и издал долгий вздох облегчения.
Чжоу Лоши, закончив объяснения, замолчал и тихо уселся на пол рядом с печью, время от времени помешивая камни щипцами. Он внимательно наблюдал за изменениями карбоната кальция при температуре в тысячу градусов.
В темном заброшенном цеху оранжевый свет огня четко подчеркивал профиль юноши. Его взгляд был сосредоточенным и ясным, в нем горел живой интерес. Юношеская энергия и спокойствие исследователя удивительно гармонично сочетались в его облике.
Сюн Шэнлинь некоторое время смотрел на него, потом достал из кармана защитные очки и, пододвинувшись, надел их брату на нос.
Находясь так близко, он заметил на челюсти брата царапину с засохшей кровью. Он вытащил из кармана пластырь и, приблизившись, осторожно заклеил ранку.
Чжоу Лоши позволил ему это сделать, не сводя глаз с печи, боясь упустить малейшее изменение.
Через полчаса Сюн Шэнлинь огляделся вокруг и начал осознавать суть вещей:
— Брат, это все стоит очень дорого? Ты взял мою студенческую карту в столовую, потому что у тебя не было денег?
http://bllate.org/book/35500/4390075
Готово:
