— Да уж, насчёт импульсивности чистая правда, — как только родители ушли, Чжу Юань полулёжа расположился на диване и уставился в потолок. — Теперь он прилип ко мне, как собачий пластырь, не отдерёшь. Кстати, и как ты мне поможешь?
Вообще-то, если положить руку на сердце, нельзя сказать, что у Цзи Хэ совсем не было идей. Прожив столько лет, он тоже умел пускать в ход всякие грязные приёмы, но, подумав о том, что он, похоже, ужасно заблуждался на счёт Сюй Минци, он внезапно почувствовал угрызения совести.
— Почему ты вообще хочешь с ним развестись? — Цзи Хэ решил сначала докопаться до первопричины. — По его словам, вы сейчас живёте каждый сам по себе, и это никому не мешает. Вы же изначально обо всём договорились, а теперь ты резко даёшь задний ход, конечно, он будет недоволен.
— У меня внезапно развилась гомофобия, — ответил Чжу Юань.
— … — будучи человеком, который безуспешно пытался переспать с Сюй Минци, Цзи Хэ не удержался от реплики: — У меня тоже.
— Родители начали пилить меня насчёт женитьбы, — продолжил Чжу Юань. — Причём очень сильно наседали. Тогда я только-только окончил университет, финансовой независимости у меня не было, все карты заморозили. Я сдуру ляпнул, что я гей, а на второй месяц однополые браки взяли и легализовали. Они тут же принялись заставлять меня найти парня. Видимо, у меня тогда со зрением было что-то не то, раз выбор пал на Сюй Минци.
Позже выяснилось, что брачный партнер похож на напарника по командному проекту: даже если вы не теретесь друг о друга щеками в постели, вы должны быть способны уживаться во всех остальных аспектах.
Чжу Юань был еще совсем молодым, с чего вдруг такая спешка с женитьбой?
Цзи Хэ изначально хотел задать этот вопрос, но в этот момент Чжу Юань слегка повернул голову, и Цзи Хэ обратил внимание на его уши.
Он вспомнил: Чжу Юань — человек с инвалидностью.
Раздражительный, мнительный человек, который наотрез отказывается признавать свой физический недуг. Такой человек вполне мог потерять слух не от рождения, а постепенно, по мере взросления или даже уже в подростковом возрасте перестав слышать звуки внешнего мира.
И с того момента в его картине мира навсегда образовалась зияющая брешь.
Казалось, спрашивать больше было не о чем. Цзи Хэ уже не раз видел таких родителей: они тревожатся, что стареют и больше не смогут служить надежной опорой для своих детей, а потому изо всех сил норовят загнать их в брак, привязать к кому-нибудь ради, как им кажется, счастливой старости чада и создания так называемой полноценной семьи.
— Значит, Сюй Минци женился на тебе исключительно из-за денег? — Цзи Хэ сам выстроил логическую цепочку. — Почему бы тебе не оформить развод по соглашению сторон, точно так же, как вы заключали брачный контракт? Обсуди с ним все условия.
Сюй Минци с недоверием посмотрел на Цзи Хэ:
— Это и есть твой гениальный совет?
Не дожидаясь ответа, он тут же схватил телефон и набрал номер Сюй Минци.
Сюй Минци ответил быстро, в его голосе сквозило издевку:
— Ого, солнце сегодня встало на западе. Какими судьбами?
— Сюй Минци, сколько тебе нужно заплатить, чтобы ты согласился со мной развестись? — спросил Чжу Юань.
Сюй Минци помолчал пару секунд, а затем с усмешкой произнес:
— Послушай, я ведь зять, примак, так что мой план-минимум — единолично завладеть корпорацией Ляньда. Братец Чжу, раз уж сыновей у тебя, говорят, тоже нет, разве не прекрасно, если старость тебе обеспечу я и провожу в последний путь?
Чжу Юань сбросил вызов и снова перевел взгляд на Цзи Хэ:
— Ну и каков был твой план, по которому он должен был со мной развестись?
Цзи Хэ:
— …Я беру свои слова обратно.
Выпаленные секундой ранее громкие слова тут же отлетели ему же в лоб, и Цзи Хэ почувствовал себя неловко.
Чжу Юань, казалось, ни капли не смутился, вид у него был такой, будто он заранее всё знал:
— Тоже верно, ты знаком-то с ним всего ничего, откуда у тебя возьмутся идеи, если даже у меня нет ни единого рычага. Ладно, давай-ка лучше возвращайся к своей привычной роли — будешь тайком крутить с ним шашни.
Цзи Хэ:
— Мы с господином Сюем больше не состоим в отношениях.
— В каких еще отношениях, о чём ты вообще думаешь? — Чжу Юаня передергивало даже от вида этого слова на экране телефона. — Вернешься — передай ему, что я его уволил. Пусть поживее собирает манатки и катится на все четыре стороны, и пусть даже не думает являться ко мне с мольбами о пощаде. Я на днях лично поеду закрывать компанию и отправлюсь проветриться куда глаза глядят.
Разумеется, это были пустые слова, продиктованные чистейшим раздражением. Любой здравомыслящий человек понимал: даже если по должности Чжу Юань стоял на полшага выше Сюй Минци, уволить его он не имел права, и тем более не мог в мгновение ока ликвидировать компанию.
Но Цзи Хэ, судя по всему, был еще зеленым студентом, совершенно не разбирающимся в реальной жизни. Для него услышать подобное и тут же принять за чистую правду было вполне в порядке вещей, поэтому он тут же выпрямился и с суровым видом уставился на Чжу Юаня.
— Что такое? — видя такую реакцию, Чжу Юань не только не угомонился, но и решил зайти дальше, дразня его: — Переживаешь, что твой господин Сюй останется без гроша и без карьеры? Тогда отправь его ко мне договариваться о разводе, я так и быть подумаю над тем, чтобы отвалить ему деньжат побольше. Только поторопись, а то я, пожалуй, сию же минуту отправлюсь на Цинхай-Тибетское нагорье.
И надо же было такому случиться: после всей этой суматохи Чжу Юань в итоге всё равно вернулся на прежнюю дорожку. Кроме того, что отношения с Сюй Минци окончательно испортились, ничего в ситуации не изменилось.
Цзи Хэ хотел еще раз отговорить Чжу Юаня: раз здоровье ни к черту, не стоит устраивать безумные авантюры, а тем более — поддавшись минутном порыву, ехать в опасные высокогорные районы. Но слова уже вертелись на языке, а права говорить их у него, похоже, не было, да и Чжу Юань всё равно не стал бы слушать.
— Зачем ты вообще хочешь туда поехать? — спросил Цзи Хэ. — На самом деле сейчас еще холодно, трава кругом сухая и желтая. Не лучше ли подождать пару месяцев, тогда и пейзажи будут намного красивее.
— Посмотреть на ледники, — ответил Чжу Юань. — Зеленые горы и чистые воды можно увидеть где угодно, а я хочу застать холод и полюбоваться льдом. С тобой всё в порядке? Голова болит?
Он заметил, как Цзи Хэ массирует пальцами виски, а брови его сошлись на переносице.
Цзи Хэ ответил, что пустяки, поднялся, попрощался с Чжу Юанем и сослался на срочные дела в университете — ему нужно было бежать. Это был первый попавшийся предлог: оставаться здесь дольше означало лишь выглядеть еще более подозрительно.
А Чжу Юань тем временем вспомнил их разговор в машине: академическая карьера Цзи Хэ, судя по всему, складывалась не лучшим образом, дело шло едва ли не к академическому отпуску.
— Судя по словам твоего научного руководителя, — внезапно подал голос Чжу Юань, — у тебя возникли какие-то проблемы?
— Просто больше не хочу продолжать учебу, — голос Цзи Хэ звучал удивительно спокойно.
В прошлой жизни такие вещи казались ему концом света, он доводил себя до исступления из-за корочки диплома и лишь потом решался на отчаянный шаг. Но теперь, когда всё осталось позади и выпал шанс начать с чистого листа, это уже не казалось чем-то из ряда вон выходящим.
Впрочем, перед Чжу Юанем всё же стоило прикрыть тылы и подобрать какое-то объяснение:
— Просто чувствую… что многое из того, что я делаю, не имеет особого смысла. Но магистратуру я в любом случае доучусь, и с профессором Сюем по этому проекту продолжать работу буду.
— Если после выпуска не сможешь найти работу…
Цзи Хэ подумал: а ведь Чжу Юань на редкость добр. Он всего лишь подбросил его до дома, а тот уже принялся устраивать его трудоустройство.
Чжу Юань продолжил:
— Можешь украсть деньги у Сюй Минци. Я видел его пароль.
— Я пойду, — Цзи Хэ отшатнулся назад, потрясенный услышанным, а затем зашагал быстрее и к моменту, когда закрылась дверь, уже практически бежал.
Чжу Юань скрестил руки на груди и молча смотрел на закрытую дверь — вокруг царила абсолютная тишина. Люстра вдруг слегка покачнулась, и лучи света, преломившись сквозь покачивающийся хрустальный шар, упали в глубину его глаз.
Пожалуй, и впрямь пора выбраться в дальнюю поездку, подумалось Чжу Юаню.
Как говорят многие, путешествие — лучший способ развеяться, сбежать от городской суеты и спешки, разве это не помогает поднять настроение? Пока его тело окончательно не сдало и он всё еще способен чувствовать этот мир.
В любом случае, это лучше, чем сидеть здесь, не видя ни будущего, ни возможности что-либо изменить.
Цзи Хэ прошел изрядное расстояние, прежде чем добрался до ворот жилого комплекса. Посмотрев на карту в телефоне, он понял, что до станции метро нужно было шагать еще добрый километр.
Красный свет на пешеходном переходе тянулся больше минуты. Когда время стало подходить к концу, ритмичные удары таймера над головой участились, и наконец, когда огонь сменился на зеленый, раздался механический, неторопливый голос: Сейчас горит зеленый свет, переход разрешен.
— Как же это раздражает, — бросил на ходу проходящий мимо пешеход. — Тук-тук-тук-тук, прямо как пулемет, от звука голова раскалывается.
Его спутник ответил:
— Это для слепых сделано, не для тебя же.
— Да где тут слепые? Дорожки для них проложили черт-те как, лишь бы для галочки отчитаться.
Если ничего не изменится, в ближайшие несколько лет этот город ждет стремительное развитие в данном направлении: во всех общественных местах появятся специальные дорожки и туалеты для людей с ограниченными возможностями, лифты пройдут модернизацию, а умная электроника начнет в режиме реального времени озвучивать этажи. Но пока ничего этого еще не было. В мире Цзи Хэ существовали лишь нагромождения неприятностей одно за другим да пустой, звенящий кошелек, который, правда, в будущем, возможно, немного и потолстеет.
А еще — донимавший своими сообщениями Сюй Минци.
Стоило только спуститься в метро, как прилетело сообщение от Сюй Минци: У меня предчувствие, что Чжу Юань снова замышляет какую-то пакость против меня, изо всех сил пытаясь заставить меня развестись.
— Какое мне дело до ваших личных дел, зачем ты мне об этом пишешь? — удивился Цзи Хэ.
— Разве ты не был там лично? — последовал уверенный ответ от Сюй Минци. — У меня дома камеры понатыканы везде, кроме туалета.
Цзи Хэ только сейчас вспомнил, что это вообще-то тоже квартира Сюй Минци.
— Так возьми и разведись, — смиренно взяв на себя роль миротворца, ответил Цзи Хэ. — Похоже, он не собирается портить тебе жизнь, просто говорит, что хочет съездить куда-нибудь развеяться.
Спустя десяток секунд Сюй Минци перезвонил.
— Куда он собрался? — строго спросил Сюй Минци.
— Наверное, в Тибет, — неуверенно ответил Цзи Хэ. — Сказал, что хочет посмотреть на лед.
— Черт, да его родители меня живьем сожрут, — прошипел сквозь зубы Сюй Минци. — Докатились, я в полном ауте.
Общежитие для аспирантов Вэйчэнского университета представляло собой двухкомнатный блок с небольшой общей зоной. Когда Цзи Хэ вернулся, его сосед по комнате как раз смотрел фильм в гостиной. Присмотревшись, Цзи Хэ узнал классическую научно-фантастическую картину о путешествиях во времени, где главный герой, отчаянно пытаясь предотвратить какое-то событие, в итоге лишь приближает его.
Как же знакомо. До боли избитый сюжет, от которого впору было развести руками: как вообще такое возможно?
— С чего это вдруг ты решил сегодня пообедать в ресторане? — стоило им усесться, как поинтересовался Чжу Юань.
— Семейный обед, почему сразу надо спрашивать о причинах? Нельзя же просто так выбраться куда-нибудь поесть? — отозвалась госпожа Чжу. — Это новое заведение моего младшего брата. Попробуйте весеннюю зелень, ее только-только завезли, она бывает всего несколько дней в году.
Конечно, когда семья собирается вместе на обед, никаких особых причин не требуется, но сегодня за этим столом явно ждали незваных гостей: было сервировано четыре комплекта приборов, и даже фруктовые тарелки подали на четверых. Похоже, всё было спланировано заранее для примирения.
Правда, по какой-то причине пустующее место рядом так никто и не занял.
— Четвертую порцию подадите, когда человек подойдет, — бросил отец официанту. — А то всё остынет.
http://bllate.org/book/35480/4387681
Готово:
