— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, — прямо заявила Сяо Няньюань. — Что значит, что я их испорчу? Я ничего не делала.
Из людей Небесного Города на тот момент она видела всего двоих: У Цзинхэ и девушку, которая была как две капли воды похожа на нее саму. Какого-либо тесного общения между ними не было, не говоря уже о том, о чем говорила У Цзинхэ, утверждая, будто Сяо Няньюань способна кого-то испортить в Небесном Городе.
Слова У Цзинхэ вызвали у Сяо Няньюань не только удивление, но и желание рассмеяться — ту невольную усмешку, которая срывается с губ при столкновении с чем-то крайне нелепым.
— По-твоему, то, что я говорю, так смешно? — У Цзинхэ от злости даже покраснела.
— Нет, — автоматически возразила Сяо Няньюань. Поразмыслив немного, она все же не удержалась и честно призналась: — На самом деле и правда немного смешно.
У Цзинхэ: «…»
Ничего не поделаешь, Сяо Няньюань редко говорила неправду, и она действительно нашла слова У Цзинхэ забавными.
— Говорю тебе, не смей смеяться, я абсолютно серьезно! — Видя, что У Цзинхэ продолжает настаивать на своем, Сяо Няньюань лишь протяжно произнесла «о» и спросила: — Что значит это выражение — меня испортят или я кого-то испорчу?
— Пойдешь со мной — узнаешь. — Бросив эту фразу, У Цзинхэ зашагала вперед. Сяо Няньюань ничего не оставалось, как последовать за ней, желая воочию увидеть, какие же у той найдутся причины заявлять, будто она способна испортить кого-то в Небесном Городе.
У Цзинхэ шла впереди, указывая дорогу, а Сяо Няньюань следовала за ней по пятам. Не прошло и двух минут, как Сяо Няньюань поняла, куда именно ведет ее У Цзинхэ — они направлялись в дом той самой девушки.Сяо Няньюань в недоумении последовала за ней внутрь. У Цзинхэ, войдя, совсем не удивилась, увидев Лянь Цюшуй — казалось, она уже давно смирилась с тем, что Сяо Няньюань и Лянь Цюшуй будут и дальше бесстыдно околачиваться в Небесном Городе.
Завидев вернувшуюся Сяо Няньюань, Лянь Цюшуй сперва обрадовалась, но, заметив У Цзинхэ, помрачнела. Она подошла к Сяо Няньюань, приняв защитную позу.
Сяо Няньюань похлопала ее по руке, которая тянулась, чтобы обнять ее, одновременно отказываясь от объятий и успокаивая: — Всё в порядке, у нас с ней есть дело для обсуждения.
У Цзинхэ свистнула в сторону комнаты, и стоявший в углу кувшин дважды покачнулся и внезапно выкатился наружу. Следом поднялось облачко белого дыма, а когда оно рассеялось, перед ними предстала девушка.
Девушка выглядела растерянной. Она осторожно оглядела то Сяо Няньюань, то У Цзинхэ, едва ли не открыто спрашивая У Цзинхэ прямо у них на глазах: Разве мы не должны были прятаться от Сяо Няньюань? Зачем ты позволила ей остаться здесь и еще выпустила меня?
Увидев девушку со своим собственным лицом, Сяо Няньюань чувствовала себя не в своей тарелке. Посмотрев на нее пару раз, она перевела взгляд на Лянь Цюшуй, и чем дольше смотрела, тем больше та ей нравилась.
По крайней мере, она выглядела иначе, к тому же Лянь Цюшуй и впрямь была очень красива, особенно ее глаза — когда она смотрела на кого-то, это безо всяких причин рождало импульс стать ближе.У Цзинхэ спросила Сяо Няньюань:
— Разве ты не заметила никаких изменений?
Сяо Няньюань очнулась от задумчивости, внимательно посмотрела на девушку, но, проглядев добрую полминуты, так и не нашла в ней ничего иного и растерянно покачала головой.
У Цзинхэ подтянула девушку к самой Сяо Няньюань, крошечная девочка встала на цыпочки, бережно обхватила лицо девушки ладонями и сердито произнесла:
— Присмотрись повнимательнее.
Сяо Няньюань удивилась, но всё же послушалась У Цзинхэ и еще пару раз взглянула на девушку, однако сколько бы она ни всматривалась, никаких перемен в той заметить не смогла.
— Ты что, вздумала надо мной шутить? — опустив взгляд, спросила Сяо Няньюань у У Цзинхэ.
Увидев, что Сяо Няньюань действительно ничего не замечает, У Цзинхэ встревожилась:
— Да посмотри же, она ведь теперь точь-в-точь похожа на тебя!Сяо Няньюань непонимающе произнесла: Она выглядит точно так же, как я, разве это не ваших рук дело?
У Цзинхэ от злости заскрипела зубами: Как это может быть наших рук дело? Да она превратилась в такую из-за того, что ты появилась здесь!
Ничего не понимаю из того, что ты говоришь. — Видя её гнев, Сяо Няньюань тоже огрызнулась: — Когда мы увидели её впервые, она уже была такой же, как я. Я сама собиралась спросить, что тут творится, а ты вместо этого нападаешь на меня с расспросами!
Лянь Цюшуй тоже подхватила: Верно, если бы она изменилась из-за встречи с нами, почему тогда ты не меняешься?— Я не такая, как они, я... — У Цзинхэ уже готова была всё объяснить, но на полуслове резко замолчала. — Короче говоря, тебе достаточно знать, что я отличаюсь от них и не поддамся вашему влиянию.
У Цзинхэ снова замкнулась в себе и отказалась отвечать на вопросы.
Сяо Няньюань посмотрела на Лянь Цюшуй. Хотя та ничего не произнесла вслух, она с первого же взгляда поняла, что имеет в виду Сяо Няньюань. Лянь Цюшуй усмехнулась:
— Раз ты так говоришь, то разве не зря мы сюда пришли, если даже не покажемся им на глаза?
У Цзинхэ думала, что выразилась предельно ясно и Сяо Няньюань с подругой отсюда уйдут. Она никак не ожидала обратного: они всё равно намеревались покрутиться на виду у людей из Небесного Города.
У Цзинхэ приоткрыла рот, собираясь что-то возразить, но Сяо Няньюань опередила её:
— Да уж, мы такие бесстыдные.
Произнеся это, Сяо Няньюань чуть не прикусила собственный язык. По правде говоря, она всё ещё не привыкла вести себя подобным образом. Однако, увидев ошеломлённое лицо У Цзинхэ, она мгновенно сочла это того стоившим.
Раскрыв то, о чём так переживала У Цзинхэ, они, по сути, получили право ставить свои условия.
В этот момент её рукав кто-то резко дёрнул. Сяо Няньюань огляделась — Лянь Цюшуй стояла с каким-то странным выражением лица и, наклонившись к самому уху Сяо Няньюань, шепнула:
— Послушай, тебе не кажется, что она ведёт себя немного странно?Сяо Няньюань озадаченно проследила за её взглядом и увидела, что девочка стоит неподвижно. Если раньше на её лице всегда читалось нечто вроде осторожности, то теперь оно застыло в холодном выражении, из-за чего она стала ещё больше похожа на саму Сяо Няньюань.
Сяо Няньюань: «?»
Ей вовсе не казалось хорошим знаком то, что кто-то всё сильнее походит на неё саму.
Заметив взгляд Сяо Няньюань, У Цзинхэ тут же со слезами в голосе закричала:
— Видишь? Она становится всё больше похожа на тебя! В конце концов она превратится в твою точную копию! Разве ты не губишь её? Это ты испортила её!
Раньше Сяо Няньюань ни капли не верила подобным словам У Цзинхэ, но теперь, глядя на поведение девочки, она почувствовала некоторую нерешительность. Неужели девочка и вправду стала выглядеть точно так же, как она, лишь потому, что встретила её?
Сяо Няньюань полуверно-полукритически сделала два шага к выходу, но тут же внезапно вернулась обратно и спросила У Цзинхэ:
— Можешь ли ты поручиться, что её внешность не изменилась из-за каких-то ваших действий?
— Конечно нет, — У Цзинхэ даже не задумываясь отвергла обвинение. — До твоего прихода такого никогда не случалось.
— Если бы люди менялись внешне просто от встречи с незнакомцем, тогда хватит ли у тебя смелости позвать кого-нибудь ещё, чтобы проверить это?
Если причиной изменений во внешности жителей Небесного Города действительно было присутствие игроков, то достаточно было привести ещё одного игрока и посмотреть, изменится ли кто-нибудь из остальных обитателей Небесного Города.
Разгневанная У Цзинхэ выпалила:
— Тебе мало того, что ты сама всё мутишь, так ты ещё хочешь привести сюда посторонних?
Сяо Няньюань нахмурилась. Она лишь хотела выяснить, правду ли говорит У Цзинхэ. Но если слова У Цзинхэ правдивы, почему она так яростно сопротивляется?
Неужели она просто боится, что посторонние побеспокоят покой Небесного Города?
Сяо Няньюань ни на секунду в это не верила. Проведя в Небесном Городе столько времени, она не видела ни единого проявления зла. Единственным возможным побочным эффектом было то самое, о чём говорила У Цзинхэ: жители Небесного Города принимали облик встреченных ими игроков. Вот только правдиво это утверждение или нет, Сяо Няньюань определить не могла.
Порой Сяо Няньюань проявляла поистине упрямый характер: она отказывалась слепо верить в то, чему не стала свидетелем лично, однако именно эта черта помогала ей избегать любых обманов.
Пока Сяо Няньюань и У Цзинхэ упорно стояли на своём, Лянь Цюшуй обратилась к У Цзинхэ с вопросом:
— О чём ты вообще думаешь? Мы же просим всего лишь о содействии: стоит нам разобраться с делом, как мы сразу уйдём. Зачем тебе постоянно идти нам наперекор?
У Лянь Цюшуй были очень простые соображения: как только Сяо Няньюань закончит всё, что задумала, они смогут вернуться к церемонии принятия в ученики. А раз прогресса до сих пор нет, виновата во всём лишь У Цзинхэ, которая отказывается с ними сотрудничать.
Сама Лянь Цюшуй даже не замечала, что весы в её сердце уже полностью склонились на сторону Сяо Няньюань, при этом она искренне считала собственные доводы весьма разумными, а своё поведение — абсолютно справедливым.
— Я же сказала, я не лгу! — голос У Цзинхэ сорвался на плач, в горле застряли рыдания. Её глаза покраснели, а из-за детского облика это зрелище поневоле заставило сердце Сяо Няньюань смягчиться.
Впрочем, смягчение длилось лишь мгновение. Не теряя времени даром, Сяо Няньюань тут же задала вопрос иначе:
— Неужели кто-то из сотрудников игры намеренно провоцирует всё это?
У Цзинхэ опешила. Сяо Няньюань ждала её ответа, но, к сожалению, так и не дождалась. Перед глазами внезапно всё погрузилось во мрак, после чего раздался бесстрастный голос системы:
— В игре будет проведено обновление. Приносим извинения за доставленные уважаемым героям неудобства...
Дальше следовали слова о компенсации, но Сяо Няньюань не услышала ни единого слога. Она знала лишь одно: её принудительно выкинули из игры под предлогом обновления.
Почему обновление должно было случиться именно в этот момент — сразу после того, как она задала свой вопрос?
Если раньше Сяо Няньюань сомневалась, то теперь её начали одолевать самые серьёзные подозрения: а вдруг она действительно попала в самую точку?
Сяо Няньюань приподнялась на кровати, и устройство в её руках заставило её на мгновение растеряться — она даже не знала, что и думать. Не успела она как следует сесть, как из-за полога кровати донёсся голос одной из соседок по комнате:
— Ты проснулась? Тебе нездоровится?
Это говорила Цзи Жунсюэ, её голос, как и всегда, звучал мягко и заботливо.
Следом за вопросом Цзи Жунсюэ тут же подала голос Тань Сялань:
— Если у тебя что-то болит, мы прямо сейчас поедем в больницу.
Тяжелое настроение Сяо Няньюань мгновенно немного рассеялось, и она тихо отозвалась:
— Всё в порядке, мне уже намного лучше, в больницу ехать не нужно.
Даже если она действительно заболевала, пока болезнь не лишала её возможности двигаться, Сяо Няньюань ни за что не пошла бы в больницу. В больницах всегда толпилось слишком много людей, особенно в терапевтических отделениях. Стоять в очередчах из-за обычной простуды ей совершенно не хотелось, как и тесниться среди такого количества народа.
— Можно я приоткрою занавески? — Цзи Жунсюэ всё ещё тревожилась. — Как ты выглядишь?
Делать было нечего, и Сяо Няньюань пришлось слегка отодвинуть край занавески. Все три соседки тут же вытянули шеи, заглядывая внутрь. Снизу вверх оценив цвет лица Сяо Няньюань и убедившись, что та не выглядит совсем уж скверно, они наконец поверили её словам.
Своё слово девушки сдержали: видя, что состояние Сяо Няньюань не критическое, они перестали её беспокоить.
Сяо Няньюань достала из изголовья кровати игровую капсулу, бережно упаковала её, после чего взяла в руки телефон. Не успела она даже воспользоваться поиском, как на экране всплыло горячее обсуждение: пользователи жаловались, что их посреди игры внезапно выбросило из системы.
Глядя на название игры, Сяо Няньюань даже не знала, стоит ли считать это название высокопарным или донельзя банальным. Оно было предельно простым и состояло всего из одной арабской цифры — Ноль.
http://bllate.org/book/35394/4374374
Готово:
