Режиссёр Чэнь всё ещё колебался, как вдруг разом прозвучали два голоса:
— Дайте всё-таки госпоже Сы шанс.
— На пробу уйдёт разве что много времени? Пусть зайдёт.
Голоса одновременно смолкли, и в наступившей тишине взгляды встретились. Каждый почувствовал в другом нечто странное — почти осязаемое напряжение.
Хуо Цзэяо прищурил миндалевидные глаза и с лёгкой насмешкой произнёс:
— Господин Чу так… высоко ценит Сы Инь?
Чу Юаньцзэ сохранил на лице прежнюю доброжелательную улыбку:
— Не то чтобы высоко ценил. Просто раз уж госпожа Сы пришла, стоит дать ей шанс.
Хуо Цзэяо фыркнул. Не зная почему, в груди вдруг вспыхнуло раздражение. Вспомнилось, как его только что проигнорировала Сы Инь, и теперь даже на Чу Юаньцзэ смотреть стало неприятно.
Подавив это странное чувство, Хуо Цзэяо постучал согнутым указательным пальцем по столу и равнодушно бросил:
— Пусть Сы Инь войдёт.
Инвестор и исполнитель главной мужской роли уже высказались — кто посмеет возражать? Кто-то тут же вышел и пригласил Сы Инь. Даже заместитель режиссёра Шэнь притих и больше не издавал ни звука.
Едва Сы Инь переступила порог, как почувствовала: все взгляды мгновенно устремились на неё. И каждый из них был наполнен какой-то неуловимой, почти насмешливой интонацией.
Сы Инь не знала, что произошло до её появления. Она лишь почувствовала лёгкую неловкость, но не придала этому значения. Представившись, она в ожидании ждала, когда режиссёр Чэнь объявит сцену для пробы.
Она и не подозревала, что, как только режиссёр Чэнь встретился с её персиковыми глазами, он буквально застыл. В голове крутилась лишь одна мысль:
«Невероятно… Она — точная копия Мо Ли! Прямо будто сошла со страниц сценария!»
Жаль только…
Режиссёр Чэнь тяжело вздохнул. Такая красавица — и ни капли актёрского таланта! Совершенная «кукла-красавица». Достаточно было бы хоть немного игры — и он бы немедленно утвердил её.
Но увы… «Кукла-красавица» — не просто так зовут. Ждать от Сы Инь актёрского мастерства — всё равно что мечтать.
С грустью думая об этом, режиссёр Чэнь без особого интереса назначил ей сцену. Он машинально опустил взгляд — и больше не смог отвести глаз.
Не только он. Все присутствующие, включая самого заместителя режиссёра Шэня, который только что требовал выгнать Сы Инь, застыли как вкопанные.
У Сы Инь в руках был лишь фрагмент сценария — несколько сцен без контекста. Она не знала подробностей судьбы героини, кроме того, что та — знаменитая соблазнительница-наложница. Но ключевые детали скрывались в мелочах.
В прошлой жизни Сы Инь умела выявлять характер персонажа по мельчайшим нюансам — и в этой жизни ничто не изменилось.
Она не знала, как играли другие, но решила следовать собственному видению — тому самому настоящему образу Мо Ли.
Сы Инь стояла, слегка опустив голову. Когда она подняла глаза, её личность словно изменилась.
Та же ослепительная, роковая красота, но взгляд и аура — совершенно иные.
Её губы были приподняты в лёгкой улыбке, но в персиковых глазах мерцал холод. При ближайшем рассмотрении в них ещё и сверкали слёзы.
Она гордо вскинула подбородок и, обращаясь к невидимому собеседнику, мягко улыбнулась. В этот момент одна слеза скатилась по покрасневшему уголку глаза. Но она всё ещё улыбалась — даже сквозь слёзы.
— Значит… ты всё это время знал, — прошептала она.
— Всё это было твоей хитростью.
— Видимо, я и вправду… та звезда, которую забыли.
Казалось, собеседник протянул руку, чтобы обнять её. Сы Инь слабо сопротивлялась, но потом замерла и спрятала лицо у него на груди, тихо плача.
Но —
внезапно всё изменилось.
Сы Инь вырвалась из объятий и пошатнулась назад. Её правая рука сжалась в кулак и слегка дрожала.
Она несколько раз пыталась улыбнуться, но губы предательски дрожали, и улыбка не получалась.
Сделав несколько шагов вперёд, она будто держала в руке невидимый клинок. В тот миг, когда её пальцы разжались, всем показалось, будто раздался звон падающего кинжала.
Клац!
Звук будто ударил каждого в сердце.
— Всё-таки… я победила.
После этих слов, наполненных скрытой скорбью, в комнате воцарилась полная тишина. Никто не издавал ни звука — даже дыхание замерло.
Лишь когда кто-то случайно задел стул, резкий звук вернул всех в реальность. Раздались громкие аплодисменты, которые долго не стихали.
Режиссёр Чэнь вскочил со стула и шагнул к Сы Инь, лицо его пылало от возбуждения:
— Превосходно! Ты сыграла просто великолепно! Сы Инь…
Он искренне добавил:
— Малышка Сы, я очень хочу, чтобы ты сыграла Мо Ли! Если возможно, давай сегодня же подпишем контракт.
Сы Инь улыбнулась его нетерпению:
— Так быстро? Может, стоит попробовать ещё сцену?
Режиссёр Чэнь загорелся ещё сильнее:
— Тогда давай ту сцену, где Мо Ли противостоит императору! Господин Чу, не могли бы вы с ней сыграть?
Чу Юаньцзэ встал и вежливо улыбнулся:
— С удовольствием. Можно начинать в любое время.
Режиссёр Чэнь обрадовался и тут же освободил место для Чу Юаньцзэ.
Тот был выше Сы Инь почти на полголовы. Когда он склонился к ней, его тёплый взгляд мгновенно превратился в гнев и подозрение.
Он приблизился ещё ближе — между ними осталось всего несколько сантиметров. Его ладонь легла на её плечо, и он низким, напряжённым голосом произнёс:
— Мо Ли, ты…
— Погодите.
Режиссёр Чэнь как раз наслаждался зарождающейся химией между актёрами. Их взаимодействие было настолько органичным, а взгляды — настолько наполненными напряжением…
Но внезапный перерыв вывел его из состояния восторга. Он нахмурился и обернулся — и тут же смягчил выражение лица.
— Господин Хуо, что-то не так?
Взгляд Хуо Цзэяо скользнул по руке Чу Юаньцзэ, лежащей на плече Сы Инь, и он равнодушно произнёс:
— Ничего не так. Просто… если уже решили — подпишите контракт. Зачем тратить время?
Помощник Чжао кашлянул и добавил:
— Господин Хуо сегодня специально выкроил время. Если Сы Инь утверждена на главную роль, давайте завершим встречу.
Хуо Цзэяо был главным инвестором — с ним считались. Режиссёр Чэнь тут же согласился:
— Тогда, малышка Сы, пойдёмте подписывать контракт. Вы утверждены!
Сы Инь кивнула с улыбкой. В этот момент Чу Юаньцзэ убрал руку и, будто случайно, бросил взгляд на Хуо Цзэяо. Затем он мягко улыбнулся Сы Инь:
— Поздравляю. Ничего страшного — в съёмках будете каждый день играть вместе.
Режиссёр Чэнь рассмеялся:
— Конечно! На съёмках вы будете постоянно вместе. Не в этом же дело!
Ему показалось, будто лицо господина Хуо вдруг потемнело…
Режиссёр Чэнь про себя удивился, но не придал значения. Вместо этого он с восхищением посмотрел на Сы Инь:
— Малышка Сы, почему сегодня так красиво оделись? Все остальные приходили в чём попроще.
Как только режиссёр задал вопрос, Хуо Цзэяо, который до этого смотрел в сторону, резко выпрямился. Его взгляд небрежно скользнул в сторону Сы Инь, и он напрягся в ожидании ответа.
Он сам не понимал своих чувств. Он ведь чётко дал понять, что не хочет больше видеть Сы Инь рядом. Но если она сегодня специально так нарядилась ради него… возможно, он и не так уж против.
Ведь… она действительно прекрасна.
Хуо Цзэяо мрачно размышлял об этом, готовясь услышать подтверждение своих догадок, но Сы Инь лёгко рассмеялась:
— Я знаю, что вы, господин Чэнь, требовательны к актёрской игре. Раз уж у меня с игрой не очень, решила компенсировать внешностью. Хотела, чтобы вы дали мне шанс хотя бы ради моего лица.
Её скромный и остроумный ответ рассмешил режиссёра:
— Что вы! С такой игрой вам и без макияжа хватило бы!
Присутствующие загалдели:
— Да уж! Сы Инь — просто потрясающе!
— Та сцена… я до сих пор под впечатлением!
— Вы, наверное, ходили на курсы? Играть стали совсем по-другому!
Последние слова произнесла молодая девушка, но тут же спохватилась:
— Простите, госпожа Сы! Я не то имела в виду…
Сы Инь улыбнулась:
— Ничего страшного. Раньше я и правда плохо играла. Сейчас стараюсь учиться.
Она подмигнула девушке:
— Спасибо вам! Значит, я действительно прогрессирую.
Девушка покраснела и, пробормотав «не за что», спряталась за спинами коллег.
В комнате воцарилась тёплая атмосфера. Скромность и доброта Сы Инь снискали ей множество поклонников. Многие тайком на неё поглядывали, думая: «Она и правда изменилась».
Не только актёрская игра стала лучше — изменилась и сама аура. Её лицо, казалось, засияло ещё ярче под влиянием всего происходящего.
А Хуо Цзэяо смотрел на Сы Инь, которая весело беседовала с режиссёром Чэнем, и чувствовал, как внутри всё сжимается. Неужели… она сегодня вовсе не ради него нарядилась?
Вспомнив, как в лифте она увлечённо читала сценарий и потом прошла мимо него, не удостоив взгляда, Хуо Цзэяо почувствовал себя ещё хуже.
Неужели… он просто самонадеянно всё придумал? Неужели Сы Инь и правда решила больше не преследовать его?
Пока он мрачно размышлял об этом, заместитель режиссёра Шэнь неловко почесал затылок и заговорил:
— Простите, госпожа Сы… Я был неправ. Прошу прощения.
Он понимал, что его слова не утаишь, поэтому решил извиниться первым. Описав ситуацию, он добавил с фальшивой весёлостью:
— К счастью, господин Хуо и господин Чу проявили дальновидность и настояли, чтобы вас пустили. Иначе я бы стал настоящим злодеем!
Лицо Хуо Цзэяо мгновенно окаменело.
Чу Юаньцзэ тоже застыл, будто деревянная кукла.
Было очень неловко.
— Правда? — Сы Инь перевела взгляд сначала на Чу Юаньцзэ, потом на Хуо Цзэяо. Оба синхронно отвернулись — один влево, другой вправо.
Сы Инь проигнорировала Хуо Цзэяо и улыбнулась Чу Юаньцзэ:
— Спасибо, господин Чу, что заступились за меня. Позвольте как-нибудь угостить вас обедом в знак благодарности.
Чу Юаньцзэ покраснел до ушей, но никто этого не заметил. Он сделал вид, что ничего не происходит, и спокойно ответил:
— Не стоит благодарности, госпожа Сы. Вы прекрасно сыграли — я лишь сказал очевидное.
Сы Инь ещё немного пообщалась с ним, а потом снова повернулась к режиссёру Чэню, полностью игнорируя Хуо Цзэяо.
Тот не знал, чего именно ждал, но разочарование нарастало. Почему она не сказала ему «спасибо»? Ведь он тоже за неё заступился! Она же слышала! Почему благодарит только этого мужчину и даже не смотрит в его сторону?!
В этот момент Хуо Цзэяо совершенно забыл об их вчерашней ссоре и обещании больше не пересекаться. Его раздражение росло, и он не сводил глаз с её улыбающегося лица.
Если бы она не читала так увлечённо сценарий в лифте, стал бы он вообще вмешиваться? Смешно даже думать!
http://bllate.org/book/3539/385349
Готово:
