Сказав это, он машинально попытался уловить реакцию Цзи Линьсюэ, но его взгляд невольно скользнул к чужим губам. В тот момент он думал только о том, как спасти человека, и ничего особенного не почувствовал, но теперь, если подумать, губы казались мягкими и прохладными.
Лицо Цзи Линьсюэ оставалось совершенно невозмутимым — казалось, будто всё это вовсе не имеет к нему никакого отношения.
Лу Юй вовремя пришёл на помощь:
— Шэнь Шаоянь, что ты снова несвязанную чушь несёшь? Хэнчжи просто спасал человека, Цзи Линьсюэ тогда тонул.
Шэнь Шаоянь поскрёб в затылке, чувствуя себя крайне неуверенно:
— Я просто хотел пошутить... Брат Хэн, Сяо Сюэ, простие.
Гу Хэнчжи лишь холодно фыркнул.
Цзи Линьсюэ продолжал невозмутимо есть, совершенно не поддаваясь чужому влиянию:
— Ничего страшного.
Атмосфера за столом быстро вернулась в привычное русло. Су Муцин облегчённо выдохнула и пробормотала:
— Вот оно как... А я-то думала...
Глава 12. Просто друзья
К марту погода постепенно начала теплеть: трава шла в рост, птицы вили гнёзда, и повсюду чувствовалось дыхание весны.
Су Муцин не оставляла попыток виться вокруг Гу Хэнчжи, но поумнела: больше она не пыталась навязываться слишком агрессивно, а выбрала мягкую, ненавязчивую тактику, решив для начала внедриться в их небольшой круг общения.
Этой брешью в обороне стал Шэнь Шаоянь. На вид он казался задиристым, но на деле с ним было очень легко найти общий язык: Су Муцин хватило пары лестивых слов, чтобы он без долгих обид принял её в компанию.
Лу Юй даже шутил, что ему стоило бы сменить имя на Шэнь Наивный.
С наступлением хорошей погоды желающих поиграть в баскетбол стало гораздо больше. Цзи Линьсюэ на поле не выходил и просто сидел на скамейке, приглядывая за их вещами.
Раньше он всегда сидел в одиночестве, но на этот раз рядом с ним появилась Су Муцин.
Она купила целый пакет воды и, едва начался перерыв, с энтузиазмом подбежала к игрокам, раздавая всем по бутылке.
Все с радостью приняли напитки, а кто-то из ребят, не упуская случая подразнить их, весело ухмыльнулся:
— Брат Хэн, мы все тут гребёмся в лучах твоей славы!
Гу Хэнчжи оставил реплику без ответа. Не удостоив Су Муцин даже мимолётного взгляда, он оттолкнул её руку и направился прямо к Цзи Линьсюэ.
— Где моя вода?
Цзи Линьсюэ удивленно моргнул:
— ?
И честно ответил:
— Я не покупал тебе порцию.
Гу Хэнчжи пропустил его слова мимо ушей, забрал минералку, стоявшую рядом с ним, и легко отвинтил крышку.
— Это вообще-то моё, — только и успел произнести Цзи Линьсюэ, как Гу Хэнчжи уже сделал глоток прямо из горлышка, так что ему пришлось проглотить остальные возражения.
Улыбка на лице Су Муцин едва не сошла на нет. Она так крепко вцепилась в зажатую в руке бутылку, что пластик чуть не деформировался под её пальцами.
— Держи!
Шэнь Шаоянь принял воду, которую ему буквально сунула в руки Су Муцин, и сначала хотел отпустить какую-нибудь язвительную шуточку, но, заметив её перекошенное от злости и стиснутых зубов лицо, молча проглотил слова обратно.
Цзи Линьсюэ совершенно неожиданно для себя превратился в живой щит Гу Хэнчжи: стоило Су Муцин появиться поблизости, как Гу Хэнчжи тут же автоматически перемещался к Цзи Линьсюэ, используя его как предлог.
Это привело к тому, что Су Муцин невзлюбила Цзи Линьсюэ ещё сильнее, и при каждой встрече от неё редко можно было дождаться хотя бы проблеска дружелюбия.
Впрочем, Цзи Линьсюэ нисколько не волновало, что она о нём думает. Последние несколько дней он только и делал, что мысленно перебирал сюжет книги, вспомнив вдруг, что до того самого события оставалось совсем совсем немного.
В романе упоминалось, что это произошло в один из дней второго семестра одиннадцатого класса. Точная дата не называлась, но судя по всему, момент был уже близок.
Дни текли своим чередом. С приходом весны буйно зазеленяла листва за окнами, и в четверг классный руководитель Чэнь сообщил радостную новость: на выходных школа организует весеннюю поездку на природу, и всем положено собраться у школьных ворот без опозданий.
Старшая школа Деинь каждый год весной устраивала подобные выезды, поэтому ученики ждали их с огромным нетерпением и вовсю собирали вещи.
Цзи Линьсюэ с удивлением заметил, что Шэнь Шаоянь упаковал целых два чемодана. Заметив недоумённый взгляд одноклассника, Шэнь Шаоянь тут же поспешил объяснить:
— Мы проведём там целые выходные! Выезжаем сразу после уроков в пятницу, а возвращаемся в воскресенье во второй половине дня, так что сменной одежды нужно много.
— Я знаю, — всё ещё не понимал Цзи Линьсюэ. — Но зачем тебе столько совершенно бесполезных вещей?
Шэнь Шаоянь проследил за направлением его взгляда и упár глазами в симпатичную плюшевую игрушку-кролика с большими наивными глазами, выглядывавшую из чемодана.
Он торопливо забросил ворох одежды обратно, наглухо замаскировав кролика:
— Ты ничего не видел.
— Что-то знакомое, — встрял подошедший Лу Юй. — Наверное, кто-то из его бывших девчонок выиграл в тире. Он с ней спать ложится, уже привычка выработалась.
Когда оба парня отошли, Шэнь Шаоянь снова вытащил игрушку наружу и недовольно поджал губы:
— Между прочим, ты сам её для меня вытащил.
— О чём это вы шепчетесь?
Шэнь Шаоянь торопливо спрятал вещи обратно:
— Ты когда успел вернуться?
Гу Хэнчжи прислонился плечом к краю парты:
— Я всё время был в комнате.
Заметив, что тот явно собирается что-то сказать, Шэнь Шаоянь услужливо вытащил из-под соседней парты стул:
— Садись.
Гу Хэнчжи начал:
— Я хотел у тебя кое о чём спросить.
В глазах Шэнь Шаояня вспыхнул азартный огонь:
— Насчёт личной жизни?
Гу Хэнчжи прищурился:
— Не о том, о чём ты подумал.
— Скучно, — разочарованно вздохнул Шэнь Шаоянь. — А я-то думал, твоё старое дерево наконец-то зацветёт.
Гу Хэнчжи ничего на это не ответил, и тогда Шэнь Шаоянь поинтересовался:
— И о ком речь?
— Я вообще-то пришёл спросить тебя, а не выслушивать твои домыслы о моей личной жизни.
— Ну так выкладывай давай... — Шэнь Шаоянь мысленно взвыл от собственной горькой участи.
Гу Хэнчжи и сам толком не знал, как всё это описать.
В памяти всплывал образ парня — сдержанный, спокойный, с неизменно прямой спиной, напоминающий стройный, гордый молодой бамбук. Вроде бы такой холодный и отрешенный на вид, но добрый и честный в душе.
Цзи Линьсюэ был очень необычным человеком.
После долгого молчания Гу Хэнчжи наконец произнёс:
— Из-за чего человек может невзлюбить другого с самой первой встречи?
— Невзлюбить? — с сомнением переспросил Шэнь Шаоянь. — Брат Хэн, неужели ты наконец понял, как сильно от тебя порой веет желанием врезать кому-нибудь?
Гу Хэнчжи сжал пальцы, и суставы громко хрустнули.
Шэнь Шаоянь благоразумно решил не испытывать судьбу и ответил предельно серьёзно:
— Да причин может быть масса! Либо первое впечатление не задалось, либо заранее наслушался сплетен о человеке и уже составил о нём предвзятое мнение.
Гу Хэнчжи был уверен, что ничего дурного не совершал. Даже если его репутация за пределами школы и оставляла желать лучшего, она точно не была безнадежно испорченной. К тому же Цзи Линьсюэ вечно был занят либо чтением книг, либо решением задач, ни с кем не соревновался и ко всем относился одинаково ровно.
Так почему же этот спокойный и мягкий человек, способный, казалось бы, вместить в себя весь мир, словно вода, невзлюбил его с самого первого знакомства?
Какова же на самом деле цель Цзи Линьсюэ, который так упорно оказывается рядом с ним?
Заметив, что тот снова ушёл в себя, Шэнь Шаоянь похлопал его по плечу:
— Да брось ты, ну невзлюбил — с кем не бывает! Бери пример с меня: люби смело, и рано или поздно добьёшься своего!
Гу Хэнчжи поморщился:
— Да не нравится он мне.
И дело было даже не в том, что Цзи Линьсюэ — парень; будь он девушкой, сердце Гу Хэнчжи всё равно бы не ёкнуло.
Максимум — обычный сосед по комнате.
Шэнь Шаоянь, не имея ни малейшего понятия, какого пола этот загадочный он, автоматически примерил всё на девушку и заговорил с пылким воодушевлением:
— Разве можно так легко сдаваться! Хочешь, я помогу тебе разработать план? В амурных делах я настоящий профи... Эй, брат Хэн, ты куда это уходишь?!
В мгновение ока наступила пятница. После окончания уроков все ученики собрались у школьных ворот, выстроились в очередь и расселись по автобусам, отправляясь к месту назначения.
Места распределялись по классам. За вычетом тех, кто взял отгул, в каждом классе набралось не так много людей, так что автобусы были заполнены в самый раз.
Цзи Линьсюэ сидел на пару с Шэнь Шаоянем, а на задних рядах расположились Гу Хэнчжи и Лу Юй. Дорога предстояла неблизкая: сначала Шэнь Шаоянь ещё находил силы болтать, но вскоре его сморил сон, и он провалился в глубокий дремот.
Цзи Линьсюэ повернул голову к окну. Автобус катил по пригородной трассе, и привычные многоэтажки постепенно сменились ровными полосами пустующих полей. Когда на землю опустились сумерки, они наконец добрались до места.
Конечной точкой поездки оказался загородный отель с горячими источниками, скрытый от посторонних глаз и утопавший в зелени. Здесь все должны были провести два дня и две ночи.
Комнаты распределялись по спискам обитателей общежитий. По идее, им полагалось два двухместных номера, но администратор проводил их прямо к дверям роскошного люкса.
Цзи Линьсюэ недоверчиво взглянул на выданную электронную карту и честно уточнил:
— Вы ничего не перепутали с номером?
Администратор сохранил безупречно вежливую улыбку:
— Здравствуйте, никакой ошибки нет.
Шэнь Шаоянь с улыбкой закинул руку ему на плечо:
— Ты что, не знал, что этот курорт принадлежит семье Гу?
Цзи Линьсюэ перевёл взгляд на Гу Хэнчжи. Тот с непроницаемым выражением лица отворил дверь и бросил Шэнь Шаояню:
— Хочешь до утра простоять в коридоре?
Шэнь Шаоянь тут же втолкнул внутрь оба своих огромных чемодана:
— Ни за что! Я от этой поездки на машине устал до смерти.
Цзи Линьсюэ и Лу Юй последовали за ним.
Люкс оказался огромным: только спален в нём насчитывалось целых четыре. Помещение было двухэтажным: на первом этаже расположились отдельные тренажёрный зал и небольшой домашний кинотеатр со всеми удобствами, а на втором — полуоткрытая терраса, с которой открывался превосходный вид на утопающий в огнях сад неподалёку.
Шэнь Шаоянь занял комнату на втором этаже, Лу Юй поселился по соседству с ним, а Цзи Линьсюэ и Гу Хэнчжи достались комнаты на первом.
Когда с расселением было покончено и все разошлись кто умываться, кто разбирать вещи, Цзи Линьсюэ, покидая террасу на втором этаже, бросил взгляд вниз. Ему показалось — или силуэт в саду и правда выглядел до боли знакомым?
Не став ломать над этим голову, он вернулся в комнату, принял душ и вскоре заснул крепким сном.
Ранним утром следующего дня учитель прислал в общий чат сообщение с приглашением в столовую. Завтрак оказался самым простым: соевое молоко, жареные палочки из теста и паровые булочки. После еды школа организовала общую командную игру.
Первым туром шло перетягивание каната, вторым — бег втроём на трёх ногах, а третий оказался чуть более оригинальным: преподаватели спрятали в самых разных уголках сада небольшие сундучки с призовыми баллами, которые ученикам предстояло отыскать. Кто первый нашёл — того и добыча.
В конце подсчитывались заработанные баллы, и по итогам рейтинга победители получали соответствующие призы.
Шэнь Шаоянь загорелся азартом. Едва учитель дал команду к началу, он со всех ног бросился вперёд, попутно увлекая за собой Лу Юя.
Цзи Линьсюэ остался стоять на месте и повернулся к спутнику:
— Ты не пойдёшь искать?
Гу Хэнчжи в наушниках прислонился спиной к стволу дерева:
— Скучно. Не хочу.
Цзи Линьсюэ не стал к нему приставать и неспешно вошёл в сад.
Сад оказался огромным, с густыми разросшимися кронами деревьев. Стоило углубиться в аллеи, как остальные одноклассники тут же пропали из вида: двести с лишним человек растворились в нём, как капли в реке, не оставляя и следа.
http://bllate.org/book/35365/4370647
Готово:
