Готовый перевод The White Moonlight of Three Bigshots / Белая луна трёх боссов: Глава 10

Визажистка нежно коснулась её щёк и, улыбаясь во весь рот, сказала:

— У тебя просто чудесная кожа — почти ничего делать не нужно.

Все вокруг вели себя с исключительной осторожностью, даже разговаривали вполголоса.

Цзи Цинь ждал за дверью люкса, тоже в полной тишине.

Бай Сяоюнь вдруг почувствовала лёгкое волнение.

Когда она вышла, ступая в туфлях, Цзи Цинь поднял глаза. Девушка была безупречно накрашена: длинные волосы собраны в высокий хвост, обнажая чистый, гладкий лоб. На ней было белое кружевное платье с прозрачными вставками, талия — тонкая, как тростинка, а из-под распущенного подола выглядывали белоснежные, стройные ноги.

Она вся сияла юностью и сладостью.

Цзи Цинь на мгновение задержал взгляд на её ногах и слегка нахмурился.

Бай Сяоюнь почувствовала неловкость и робко спросила:

— Не нравится?

Цзи Цинь сдержал эмоции:

— Напротив, очень даже. Ты прекрасна.

Он просто недооценил её рост.

Из-за её всегда милого и покладистого вида у него сложилось ошибочное впечатление, будто она миниатюрна, и именно поэтому он допустил промах при выборе платья.

Платье следовало удлинить ещё на пять сантиметров.

Он протянул руку:

— Пойдём.

Они поднялись в ресторан-лоунж на верхнем этаже. Вспышки камер и шум толпы обрушились на них сразу же.

На сцене ведущий оживлённо общался со звёздами, одетыми с иголочки. Внизу толпились журналисты, а дальше начинались банкетные столы. Яркий свет озарял всё вокруг, гости заполнили зал, звенели бокалы.

— Нервничаешь? — неожиданно спросил Цзи Цинь.

Бай Сяоюнь только сейчас осознала, что крепко вцепилась в его руку.

— Держись за меня, — добавил он. — А то потеряешься.

Девушка, уже начавшая отпускать его, снова крепко сжала пальцы.

Уголки губ Цзи Циня тронула лёгкая улыбка.

Организатор вечера лично подошёл встречать Цзи Циня. Увидев его улыбку, он был приятно удивлён и почувствовал себя крайне польщённым.

— Господин Цзи, для нас большая честь, что вы пришли лично!

Цзи Цинь кивнул.

— Прошу сюда, для вас приготовлено место.

Бай Сяоюнь последовала за ними. Вокруг мелькали лица знаменитостей, которых она раньше видела только на экране.

Те приветствовали Цзи Циня — все, казалось, немного побаивались его и держались с почтительной вежливостью. Закончив приветствия, они с любопытством переводили взгляд на неё и перешёптывались.

«Оказывается, и звёзды любят сплетничать», — подумала она.

У банкетного стола официант отодвинул стул.

Бай Сяоюнь отпустила руку Цзи Циня и осторожно села.

Организатор что-то шепнул Цзи Циню на ухо, и тот ответил:

— Начинайте.

После его ухода Цзи Цинь взял серебряные нож и вилку.

Его взгляд скользнул к девушке: она сидела тихо и покорно, лишь большие чёрные глаза робко моргали, выдавая тревогу.

Цзи Цинь тихо рассмеялся:

— Поешь что-нибудь.

Он положил кусочек десерта на её тарелку.

Бай Сяоюнь поспешно ответила:

— Я уже поела дома.

На таких мероприятиях, хоть кто-то и ел, это были единицы: никто не хотел испачкаться и испортить образ. Даже если голоден — терпи.

Цзи Цинь приподнял бровь:

— Правда?

Затем добавил:

— Тогда поешь со мной. Я пришёл сюда голодным.

Бай Сяоюнь промолчала.

Как несправедливо.

Почему ей обязательно нужно есть в компании?

Она неуверенно взяла столовые приборы.

Цзи Цинь чистой вилкой стал накладывать ей на тарелку понемногу от всего. Вскоре её тарелка превратилась в горку.

Он наклонился ближе:

— Ешь. Не хочу, чтобы я один выглядел глупо.

И он с аппетитом начал есть.

Бай Сяоюнь чуть не рассмеялась. Неизвестно, шутил ли он, но она действительно проголодалась, и перед таким соблазном устоять было невозможно.

Аукцион уже начался, и каждому раздали биддеры.

Цзи Цинь сказал:

— Сейчас будешь делать ставки. Чаще поднимай табличку.

Он вытер рот салфеткой и отошёл, чтобы пообщаться с кем-то.

Бай Сяоюнь осталась в полном недоумении.

Она огляделась, и тут же подошёл официант, объяснивший правила.

Ведущий объявил:

— Двадцать тысяч! Спасибо, господин Хуан!

— Двадцать пять тысяч, господин Сюн!

— Тридцать тысяч, Юй Синчуй!

Бай Сяоюнь обернулась: Цзи Цинь всё ещё разговаривал и не собирался останавливаться.

Она подумала и подняла табличку.

Часто поднимать — значит щедро жертвовать.

— Тридцать пять тысяч! Это… —

Ведущий запнулся и обратился за помощью к коллеге, забыв прикрыть микрофон. Его голос разнёсся по залу:

— Кто эта девушка?

Все взгляды мгновенно устремились на Бай Сяоюнь.

Она покраснела от смущения.

Второй ведущий быстро вмешался:

— Спасибо, господин Цзи! Тридцать тысяч от господина Цзи!

Как только появилась табличка Цзи Циня, больше никто не повысил ставку. Ведущий объявил лот проданным господину Цзи.

Бай Сяоюнь подняла табличку ещё дважды — и каждый раз слышала одно и то же:

— Лот достаётся господину Цзи!

Гости добродушно рассмеялись. Кто-то заметил:

— Похоже, господин Цзи собирается выкупить всё!

Бай Сяоюнь перестала поднимать табличку.

Цзи Цинь вдруг наклонился к ней:

— Почему расстроилась?

Бай Сяоюнь вздрогнула, её глаза забегали:

— …Ты потратил из-за меня столько денег.

Цзи Цинь усмехнулся, схватил её за запястье и поднял табличку.

— Сто пятьдесят тысяч! Спасибо, господин Цзи!

— Сто пятьдесят тысяч — раз!

— Сто пятьдесят тысяч — два!

— Сто пятьдесят тысяч — три!

— Лот достаётся господину Цзи!

*

Юй Синчуй прищурился.

Сквозь движущуюся толпу он видел лишь одни глаза.

Чёрные, влажные, словно осенний пруд.

Знакомые до боли.

Сердце заколотилось, мысли в голове сплелись в клубок.

«Сестра?.. Сестра, это ты? Это ты?»

— Следующий лот — глобально лимитированная вещь Бай Сяоюнь стоимостью шесть миллионов восемьсот тысяч…

— Стартовая цена — пять миллионов!

В ушах Юй Синчuya зазвенело. Мир внезапно стих.

Музыка стала неясной, голос ведущего ушёл вдаль. Всё, что осталось, — три слова:

Бай Сяоюнь.

Он пошатнулся и встал.

*

Юй Синчуй нетвёрдо поднялся.

Его менеджер Шэнь Цунь, быстрый на реакцию, схватил его:

— Боже мой, ты перебрал? Туалет вон там.

Юй Синчуй вырвался.

Молча он направился в определённую сторону.

Шум поднялся немалый — окружающие повернулись к нему.

Шэнь Цунь, смущённо улыбаясь, схватил бокал и поспешил следом.

Юй Синчуй наконец оказался рядом с девушкой и остановился.

Головокружение постепенно прошло, её образ стал чётким. Она сидела совсем близко, внимательно глядя на сцену, прикрыв лицо табличкой. Были видны лишь чистый лоб, подбородок и пара глаз.

Юй Синчуй протянул руку, чтобы коснуться её плеча и заставить обернуться.

Бай Сяоюнь почувствовала что-то неладное и повернула голову.

Перед ней оказалось лицо юноши на грани зрелости — высокий, в блестящем чёрном бархатном пиджаке, с чёрной рубашкой под ним и длинной цепочкой на шее.

Короткие волосы с завитыми кончиками, миндалевидные глаза, белоснежная кожа, идеальные черты лица — будто сошёл с обложки комикса. Модный, дерзкий, сияющий звёздной харизмой.

В момент их встречи взглядов глаза Юй Синчuya распахнулись. Они засияли, как звёзды, наполнившись шоком.

— Сест…

Он приоткрыл рот, горло пересохло. Эмоции бурлили в груди, почти выходя из-под контроля.

Шэнь Цунь вовремя подоспел, сунул ему в руку бокал и развернул к Цзи Циню:

— Господин Цзи! Здравствуйте! Меня зовут Шэнь Цунь, я менеджер Юй Синчuya. Наш Сяо Юй — лицо одного из ваших брендов. Он давно вас восхищается и хотел лично поблагодарить вас и вашу компанию!

— Сяо Юй, выпей за господина Цзи!

Шэнь Цунь обернулся — его подопечный стоял рядом, но голова его была повёрнута на сто восемьдесят градусов в сторону спутницы Цзи Циня.

Шэнь Цунь чуть не лишился чувств.

Остальные за столом почувствовали неладное, переглянулись и незаметно начали покидать места.

Цзи Цинь сжал губы, его лицо стало непроницаемым.

Бай Сяоюнь не понимала, что происходит, но явно чувствовала, что дело плохо. Она осторожно опустила руки со стола и слегка наклонила голову.

— Сяо Юй! — шикнул Шэнь Цунь, крепко схватив его за спину.

Юй Синчуй будто не слышал. Он наклонился к девушке и прошептал ей на ухо:

— Бай Сяоюнь!

Голос был ледяным, полным сдерживаемого гнева.

Хотя он говорил тихо, каждое слово чётко доносилось до окружающих.

Бай Сяоюнь замерла и подняла на него глаза.

Шэнь Цунь чуть не упал в обморок.

Тем временем на сцене ведущая объявила:

— Один миллион двести тысяч — раз!

— Один миллион двести тысяч — два!

Она замялась, колеблясь.

Разве господин Цзи не будет делать ставку?

Ведь организаторы заранее сообщили, что этот розовый суперкар наверняка купит именно он.

Ходили слухи: машина принадлежит Цзи Циню.

А теперь она выставлена как лот Бай Сяоюнь.

Очевидно, Цзи Цинь просто дарит ей подарок.

Аукцион — лишь формальность.

Ни за что в мире эта вещь господина Цзи не достанется кому-то другому.

Ведущая сжала губы и, не стесняясь, напомнила:

— Господин Цзи, один миллион двести тысяч…

Гости всё поняли и перевели взгляд в нужную сторону.

И тут каждый из них готов был вырвать себе глаза.

Под ярким светом лицо Цзи Циня было мрачным, глаза — тёмными, как бездонная пропасть, отчего мурашки бежали по коже.

С другой стороны, его прекрасная спутница и популярный актёр Юй Синчуй — один сидел, другой полунаклонился над ней. Они смотрели друг на друга, создавая картину, будто сошедшую с обложки журнала: спокойную, прекрасную и тревожащую.

Все гости втянули воздух сквозь зубы и тут же отвели глаза, стараясь выглядеть максимально естественно.

Ведущая нервно моргнула — издалека было плохо видно, что происходит, но она не хотела упускать шанс угодить Цзи Циню и повторила напоминание.

В зале повисла неловкая тишина.

Тишина была сегодняшним Нанкинским мостом через реку Янцзы.

— Тогда… один миллион двести тысяч — три! Лот достаётся…

Цзи Цинь встал.

Бай Сяоюнь поспешно отвела взгляд и тоже поднялась, но её руку резко сжали, и она снова опустилась на стул.

Шэнь Цунь сзади обхватил Юй Синчuya. Ситуация вышла из-под контроля.

Он не знал, что на него нашло, но ругать не мог — только извинялся:

— Простите, господин Цзи!

— Сяо Юй сегодня перебрал! Когда он пьяный, начинает буянить! Это не преднамеренно!

— Простите, простите!

Лоб у него покрылся потом от стыда и страха.

— Сяо Юй, давай, пора уходить!

Но Юй Синчуй видел только девушку.

Он схватил её за руку, и на его безупречном лице появилась улыбка. Глаза, подведённые чёткой стрелкой, блестели неестественно ярко, в глубине — кроваво-красные прожилки, пугающе зловещие.

Он сказал:

— Пойдём со мной.

Бай Сяоюнь:

— …Вы ошиблись. Я не та, кого вы ищете.

Взгляд Юй Синчuya вспыхнул, как звёзды. Он резко поднял её на руки.

Бай Сяоюнь:

— !!!

Почти в тот же миг высокая фигура ворвалась между ними и оттащила её обратно. Она приземлилась прямо в чужую грудь.

Это был Цзи Цинь.

Он обхватил её за талию, прижав к себе.

Значение жеста было ясно без слов.

Юй Синчуй будто только сейчас заметил Цзи Циня. Его взгляд упал на руку, обнимающую девушку, и ярость вспыхнула с новой силой. Он свирепо уставился на Цзи Циня, полностью выйдя из себя!

Организатор, увидев неладное, тут же окружил их охраной.

— Юй Синчуй, что вы делаете?! Здесь не только пресса, но и господин Цзи! Вы же понимаете, кто он такой…

Юй Синчуй рявкнул:

— Да пошёл ты к чёрту!

Он резко ударил одного из охранников по шее. Тот безвольно повалился, и его товарищи бросились поддерживать.

Перед Юй Синчuyем наконец стало свободно.

Но за это время девушка исчезла!

Он в панике ринулся сквозь толпу и наконец заметил её удаляющуюся фигуру.

— Бай Сяоюнь!

— Сестра!

— Не уходи! Посмотри на меня!

— Это я, Сяо Юй, Юй Синчуй!

Его тут же схватили и удержали на месте.

*

http://bllate.org/book/3534/385017