Иначе с какой стати при мощи семьи Сян Шэнь Цин отделался бы легким испугом, тронь он самое дорогое, что есть у семьи Сян?
Самое смешное, что Шэнь Цин додумался отправить письмо дедушке Сян Чжэна. Увидев, что Сян Чжэн понес наказание, он наивно поверил, будто на этом свете и впрямь существует беспристрастное исполнение законов.
Мальчик протянул Сян Чжэну наполненный доверху бокал.
Взяв его, Сян Чжэн небрежным движением плеснул вино на пол.
Он поставил пустой бокал перед Шэнь Цзином и отдал приказ:
— Налей.
Хотя в этой фразе не назывались имена, все прекрасно понимали, к кому она обращена.
Шэнь Цин закусил изнутри нижнюю губу, уставившись на пустой бокал перед собой, и медлил с ответом.
Он понимал: Сян Чжэн намеренно ставит его в неловкое положение, специально заставляя прислуживать ему точно так же, как тот мальчишка.
Если он и вправду нальет, разве не превратится тогда в какого-то продажного шлюшку?
Фан Нань обожал всякие забавные зрелища и упускать такое веселье не собирался. Он тут же сделал жест паузы сидевшему у пультового столика парню, и тот поспешно выключил музыку.
Повернувшись к Шэнь Цзину, Фан Нань раздраженно бросил:
— Оглох или не понимаешь? А Чжэн велел тебе налить!
Шэнь Цин посмотрел на Сян Чжэна, в его глазах читалась мольба — он надеялся, что Сян Чжэн сжалится над его растоптанным достоинством и не станет продолжать.
Однако Сян Чжэн предпочел не заметить мольбы во взгляде Шэнь Цзина.
— Разве ты сам не считаешь наши отношения сделкой? Вот и веди себя как товар на продажу. — Уголки губ Сян Чжэна изогнулись в ледяной, пробирающей до костей улыбке, после чего он поудобнее устроился на диване, глубоко откинувшись назад, и беспечно закинул ногу на ногу.
— Сян Чжэн... — тихо позвал Шэнь Цин.
— Чего телячишься? Хватит ломаться, воображаешь себя недотрогой? — пока они говорили, Фан Нань уже подошел от компании девиц, с грохотом швырнув бутылку вина на журнальный столик так, что Шэнь Цин инстинктивно зажмурился.
Фу Хайцяо сначала хотел вмешаться и отговорить их, но вскоре понял, что дело принимает нешуточный оборот. Было очевидно, что Сян Чжэн намеренно попустительствует выходкам Фан Наня, иначе с какой стати этому сопляку здесь так задирать нос? Поразмыслив над всем этим, он все же решил не ввязываться в столь мутную историю.
Атмосфера в комнате заметно накалилась, и все вокруг ждали, как поступит Шэнь Цин.
Сердце Шэнь Цзина упало: он понимал, что если сейчас не налить это проклятое вино, конца и края издевательствам не будет.
— Если я налью, я смогу уйти? — не имея другого выхода, Шэнь Цин решил пойти на компромисс. Сейчас ему хотелось лишь одного — поскорее убраться из этого вызывающего тошноту места.
— Посмотрим, как себя покажешь, — непринужденно бросил Сян Чжэн.
Шэнь Цин тяжело вздохнул и медленно вытащил руки из глубоких карманов пальто. Но стоило ему только коснуться бутылки, собираясь наполнить бокал, как Сян Чжэн ударом ноги оттолкнул столик подальше.
Шэнь Цин замер на секунду и перевел взгляд на Сян Чжэна.
— Наливай на коленях. — Сян Чжэн смотрел прямо перед собой, удостаивая Шэнь Цзина лишь ледяным игнорированием.
Тут Шэнь Цин вспомнил, что тот мальчишка наливал вино Сян Чжэну, стоя на коленях, — оказывается, Сян Чжэн с самого начала намеревался его унизить.
— Сян Чжэн, не перегибай палку, — наконец не выдержав, бросил Шэнь Цин.
У Фан Наня вспыльчивый характер, он тут же вскипел. Сделав шаг вперед, он схватил Шэнь Цзина за плечи и дернул так, что тот свалился с дивана. Шэнь Цин не успел выровнять равновесие и жалко рухнул на пол. Полы его распахнувшегося пальто раздвинулись, и у всех на виду предстали испачканные алой влагой брюки с внутренней стороны...
Глава 12. Обморок
Сначала все остолбенели, а затем по комнате пополлись приглушенные смешки и шепотки.
Находящиеся в комнате мужчины и женщины крутились в разгульных кругах, так что гадать, откуда у Шэнь Цзина кровь на штанах, никому не пришлось.
Оказывается, он всего лишь мальчик для утех, которого имеют во все щели, да еще и до такой степени жестко.
Сян Чжэн тоже растерялся. Когда они сходились в машине, он смутно приметил пятна крови. В последнее время он часто рвал Шэнь Цзина во время их утех, но тот никогда не жаловался, и Сян Чжэн не придавал этому особого значения. Он никак не ожидал, что сегодня переборщит настолько, что всё зайдет так далеко.
Неудивительно, что тот всю дорогу наглухо запахивал пальто и передвигался черепашьим шагом.
Фан Нань тоже в растерянности замер на месте.
Он всего лишь хотел проучить Шэнь Цзина и намеренно унизить, но никак не рассчитывал наткнуться на такое.
Пытаясь скрыть собственное смущение, он рявкнул на глазеющих зевак:
— Чего ржете, ржете-то, мать вашу? Крови отродясь не видали? Черт побери!
Стоило ему повысить голос, как в комнате воцарилась гробовая тишина — было слышно, как упадет игла.
Опустив голову, Шэнь Цин чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Не произнеся ни слова, он уперся руками в пол, поднялся на ноги и, шатаясь от слабости и делая шаг за шагом, поплелся к выходу.
— Стоять! — голос сидевшего на диване Сян Чжэна прозвучал холодно и безжалостно, ударив прямо в спину Шэнь Цзину.
Шэнь Цин на секунду замер, а затем продолжил путь к двери.
— Шэнь Цин, попробуй только выйти сегодня из этой комнаты.
Сян Чжэн швырнул бокал прямо в дверное полотно перед носом у Шэнь Цзина.
Все испуганно вздрогнули, и даже старый лис Фу Хайцяо предпочел застегнуть рот на молнию, не смея влезать.
Шэнь Цин даже не оглянулся. Закрыв глаза и глубоко вдохнув, словно отправляющийся на верную смерть храбрец, он резко дернул за ручку двери и вышел наружу.
Сян Чжэн вскочил со своего места и в два-три прыжка бросился в погоню.
— А Чжэн... — молчавший до этого Чэн Дун бросился следом, пытаясь остановить его. Он знал, что Сян Чжэн разъярен, и если тот поймает Шэнь Цзина, не миновать бедняге жестокой расправы.
Хотя никому из них Шэнь Цин был не по душе, сегодняшняя шутка в их компании явно перешла все границы.
Однако не успел он коснуться руки Сян Чжэна, как тот оттолкнул его с такой силой, что Чэн Дуна отбросило в сторону.
Сян Чжэн обернулся и свирепым взглядом ткнул пальцем в оставшихся в комнате приятелей, давая понять, что предупреждает их в последний раз.
Чэн Дун и остальные парни тут же прикусили языки, молча наблюдая, как разъяренный Сян Чжэн с грохотом захлопывает за собой дверь.
Фан Нань презрительно хмыкнул, плюхнулся обратно на диван и зло выругался:
— Черт побери, наваждение какое-то! И как только этот сопляк Шэнь Цин смог крутить А Чжэном как захочется?
Затем, словно о чем-то вспомнив, он повернулся к сидевшим рядом приятелям, которые тоже не прочь были поразвлечься с парнями, и спроектировал вопрос:
— С мужиками трахаться лучше, чем с бабами?
Те переглянулись с ухмылкой, и один из них ответил:
— Братуха Нань, а ты сам попробуй! По мне так куда драйвовее, чем с девчонками.
http://bllate.org/book/35332/4365460
Готово:
