Этот удар так и не достиг цели.
Цинь Цзихэн небрежно уклонился, качнувшись всем корпусом, и кулак Нань Юйчэна рассёк пустой воздух.
— Всё-всё, хорош, завязываем, — парень тут же поднял руки в примирительном жесте, поняв, что шутка зашла слишком далеко. — Братец был неправ, каюсь. Больше не буду.
Нань Юйчэн со сложным чувством опустил руку.
На самом деле, стоило сделать этот замах, как накопившаяся злость улетучилась сама собой.
В конце концов, перед ним стоял главный герой — его единственный билет домой. С ним можно было немного поребячиться, и тот, скорее всего, стерпел бы, но если перегнуть палку, расплачиваться придётся самому.
— Да я и сам просто пошутил, — быстро сориентировался Нань Юйчэн, ловко сглаживая углы.
— Серьёзно? — Цинь Цзихэн недоверчиво хмыкнул и снова шутливо пригнулся, словно уворачиваясь от удара. — Ничего себе шуточки. Махнул так, что не увернись я — собирал бы зубы. Что бы ты тогда делал, а?
Нань Юйчэн тут же расплылся в подобострастной улыбке, пуская в ход проверенную лесть:
— Да ладно тебе, брат Цинь. Ты же у нас даже школьного громилу Шао Цуна одной левой укладываешь. Увернуться от моего недоразумения для тебя — раз плюнуть, разве нет?
Цинь Цзихэн довольно прищурился.
Парень был далеко не глуп и прекрасно видел, что лесть Нань Юйчэна шита белыми нитками. Его глаза, казавшиеся искренними, на самом деле лучились чистейшим безразличием к собственным словам.
Но даже если Нань Юйчэн притворялся ради какой-то своей выгоды, Цинь Цзихэн был только рад подыграть. Он не верил, что этот парень замышляет против него что-то дурное. Семья Нань, конечно, уступала по влиянию семье Цинь, но в подлизывании не нуждалась. То, что единственный наследник этой семьи называет его «братом Цинь», шло если не от чистого сердца, то как минимум от искренней симпатии.
К тому же этот новоявленный приспешник чертовски подходил ему по характеру, да и общаться с ним было легко. Особенно когда тот начинал разливаться соловьём — если не задумываться о правдивости его слов, слушать такие оды было сплошным удовольствием.
Покрутив эти мысли в голове, Цинь Цзихэн наконец принял комплимент с самым снисходительным видом:
— И то верно. Твой старший брат действительно настолько крут.
Уголки его губ поползли вверх, хоть он и пытался изо всех сил сохранить невозмутимое лицо. У Нань Юйчэна аж зубы заскрежетали от этой самодовольной физиономии.
Система, почуяв, что её подопечный вот-воз сорвётся и пропишет главному герою порцию хороших люлей, поспешила вмешаться прямо в его сознании:
«Эй, полегче! Убери это зверское выражение лица. Что, если Хэнхэн всё поймёт?»
Нань Юйчэн опешил от такого панибратства.
«Погоди. Мы знакомы всего ничего, а ты его уже Хэнхэном величаешь?»
Его прямо-таки задела эта внезапная измена соратника.
«Этот... этот козёл ведёт себя так, что кулаки чешутся! Ты вообще на чьей стороне?!»
«Разумеется, на стороне моего любимого Хэнхэна, — без тени сомнения отозвалась Система».
У Нань Юйчэна перехватило дыхание.
«Эй! Нормально вообще? Мой напарник тут вроде как ты!»
«Но он же главный герой, — парировала Система».
«Но мы-то с тобой в связке!»
«Но он такой красавчик, да ещё и всеобщий любимец!»
«Да он просто персонаж из книжки! А я, между прочим, живой человек! Я-то чем хуже?!»
Система сделала небольшую паузу и тихонько рассмеялась:
«Глупыш Юйюй, ты никак ревнуешь? Я, конечно, без ума от Хэнхэна, но не переживай: в моем сердце прибережен целый ноль целых одна десятая процента для тебя».
И, бросив на него мысленный многозначительный взгляд, добавила:
«Кстати, не забывай: сейчас ты тоже всего лишь книжный персонаж».
Нань Юйчэн мысленно закатил глаза.
«Премного благодарен».
Продолжать этот бессмысленный спор не хотелось — силы и так были на исходе, а впереди их ждали Шао Цун и его заклятый враг, младшеклассник-волчонок Лан Яо.
Судя по настрою Системы, пока на место происшествия не явится главный герой, сцена просто не начнётся. А промедление грозило тем, что Шао Цун — этот простодушный увалень — попытается схитрить против хитрого Лан Яо, но в итоге огребёт сам вместе со своими парнями от младшего, который профессионально занимался саньда.
Шао Цун дрался яростно, но всегда в открытую. Будучи вспыльчивым и импульсивным, он, тем не менее, терпеть не мог грязных приёмов.
А вот Лан Яо был полной его противоположностью. Этот парень ставил выгоду превыше всего и ради победы не гнушался ничем. На людях он оставался холодным и спокойным, не выказывая ни злости, ни обиды, но стоило Шао Цуну отвернуться, как Лан Яо безжалостно размазал его шестёрок по асфальту.
И пока Цинь Цзихэн прохлаждался, они продолжали мутузить друг друга.
Нань Юйчэн не сказать чтобы близко дружил с Шао Цуном, но тот всё же был их общим соседом по комнате — этаким глуповатым, но родным сыном общежития. Нельзя было давать его в обиду чужакам.
Пока он размышлял, Цинь Цзихэн по-свойски закинул руку ему на плечо.
— Ладно, раз уж ты остыл, пойдём с твоим братом Цинем займёмся одним делом. Этот придурок Шао Цун опять вляпался в дерьмо, придётся нам выгребать.
Нань Юйчэн удивлённо покосился на него. Он-то думал, что Цинь Цзихэн не в курсе разборок, раз ведёт себя так расслабленно. Оказалось, тот всё знал, просто ему было плевать.
В конце концов, Шао Цун сам напросился на неприятности, и Цинь Цзихэн не обязан был вмешиваться. То, что он решил пойти, уже делало Шао Цуну огромную честь.
В итоге Нань Юйчэн, который изначально планировал остаться в стороне, поплёлся следом.
Местом столкновения оказался заброшенный лесок за старым учебным корпусом. Это здание давно признали аварийным и временно закрыли, планируя отремонтировать к следующему учебному году.
Вокруг уже собралась приличная толпа любопытных. Когда показался Цинь Цзихэн, несколько девчонок, узнав его, залились краской и шёпотом сообщили, что кто-то уже побежал за учителями и те вот-вот будут здесь.
Рядом с Шао Цуном стояли пятеро его побитых прихвостней с синяками и ссадинами на лицах.
Сам зачинщик физически не пострадал, но его лицо буквально пылало от ярости — в этот момент он напоминал не грозного вожака, а взъерошенного домашнего котёнка, который отчаянно пытается казаться львом.
Напротив этого недовольного львёнка стоял Лан Яо.
Лицо младшеклассника не выражало абсолютно ничего, а его одежда была безупречно чистой, словно он и близко не участвовал в драке. Идеальный образ высокомерного молодого босса.
Даже когда он поднял глаза на подошедшего Цинь Цзихэна, его мимика не дрогнула ни на йоту. Сложно было поверить, что перед ним стоит парень, на которого он ещё в обед пускал слюни в столовой. Лан Яо смотрел на него как на пустое место.
Всей своей позой он транслировал знаменитую фразу: «Я не имею ничего против кого-то конкретно. Просто вы все здесь присутствующие — полное дерьмо».
Нань Юйчэн мысленно оценил перформанс:
«Хорош, чертяка. Пафос так и прёт, прямо эталонный король драмы».
Затем он снова перевёл взгляд на Шао Цуна и добавил про себя:
«И всё же пушистые коты, корчащие из себя тигров, мне как-то милее».
Сам Шао Цун сейчас пребывал в полнейшем замешательстве. Вся эта история с самого начала отдавала каким-то мистическим бредом.
Изначально он вообще не собирался никого караулить. Но его новоиспечённый приспешник, Ли Мин — гений гейминга с близорукостью в минус восемь диоптрий, — вдруг решил доказать боссу, что хорош не только за клавиатурой, но и в реальном махаче.
В качестве первой жертвы этот камикадзе выбрал не кого-нибудь, а самого Цинь Цзихэна, и в одиночку рванул на амбразуру.
Шао Цун, прекрасно знавший разницу в силе между собой и Цинь Цзихэном, сразу понял, что его худосочного очкарика сотрут в порошок. Признаться честно, что он и сам не вывезет бой против Циня, гордость не позволяла, поэтому Шао Цуну пришлось спешно собирать парней и бежать следом на подстраховку.
По дороге горе-боец умудрился наткнуться на Лан Яо.
Десятиклассники ещё не начали учиться, и Лан Яо пришёл в школу пораньше, просто чтобы утрясти бумажные дела с документами и заодно осмотреть территорию.
Закончив с делами, он уже направлялся к воротам, как вдруг на него обрушилась эта нелепая кара небесная.
Ли Мин, видимо, пересмотрел криминальных боевиков. Вместо того чтобы подойти нормально, он встал в пафосную позу чуть поодаль, поманил Лан Яо пальцем и прохрипел тоном дешёвого рэкетира:
— Слышь, пацанчик, а ну подошёл сюда быстро!
Лан Яо, который выглядел куда взрослее и представительнее этого недоразумения, даже не двинулся с места. Он окинул Ли Мина взглядом, каким обычно смотрят на клинических идиотов.
Поняв, что его игнорируют, Ли Мин упёр руки в бока и заорал на весь двор:
— Ты чё оглох, упырь?!
— Мы не знакомы, — холодно бросил Лан Яо.
— Зассал, да?! — победно ухмыльнулся очкарик, эффектно встряхнув своими тремя волосинами на макушке. — Цинь Цзихэн! Думаешь, раз я слепой, так не узнаю тебя?! Да твою пижонскую рожу я из тысячи узнаю, будь она хоть трижды пеплом! Короче, если я сегодня тебя уделаю, будешь моим парнем!
И под конец этой пламенной речи на его щеках даже проступил нежный румянец.
Лан Яо завис от такого поворота событий.
У Шао Цуна, который как раз подбежал, чтобы оттащить придурка, челюсть со свистом ушла в землю:
«Ты, блядь, чё сейчас несёшь?!»
Остальные подбежавшие парни тоже замерли на месте, мысленно переваривая новость:
«Столько лет тусовались вместе, а он, оказывается, из этих...»
Именно эта секундная заминка и лишила их шанса предотвратить катастрофу.
Ли Мин, не дожидаясь ответа, с размаху зарядил Лан Яо кулаком по плечу...
И уже через секунду его методично вбивали в землю.
Шао Цуну и остальным пришлось спешно забыть о душевных терзаниях и броситься разнимать дерущихся.
Кое-как, после долгих уговоров и обещаний разойтись миром, Лан Яо согласился прекратить избиение. Но тут изрядно помятый Ли Мин с трудом поднялся на ноги и, вытирая сопли, воинственно взвыл:
— Видал, сука?! Это мой бро, Шао Цун! Он пришёл со мной поквитаться за меня!
Шао Цун мысленно взвыл:
«Пиздец...»
Лан Яо лишь многозначительно приподнял бровь:
— А, вот как.
После этого ситуация окончательно вышла из-под контроля и превратилась в то побоище, которое они застали.
Выслушав эту эпическую историю от одного из очевидцев, Нань Юйчэн изо всех сил сжал челюсти, чтобы не заржать в голос, но уголки губ неудержимо расползались в стороны.
Шао Цун, бережно придерживая своих побитых парней, сам понимал всю абсурдность ситуации.
Но позора на сегодня и так было предостаточно, и терпеть насмешки со стороны Нань Юйчэна он не собирался. Всё-таки если завтра по школе поползут слухи, что толпа старшеклассников не смогла одолеть одного младшего, его репутации грозила окончательная смерть.
Поэтому он свирепо зыркнул на Нань Юйчэна:
— А ну заткнись! Смеяться он тут вздумал!
Он пытался выглядеть грозно, но со стороны казался просто обиженной на весь мир мокрой кошкой.
Эффект получился прямо противоположным. Цинь Цзихэн и Нань Юйчэн, которые до этого ещё как-то сдерживались, одновременно прыснули.
Нань Юйчэн, не в силах вынести оскорблённого до глубины души взгляда Шао Цуна, просто сполз по стволу ближайшего дерева, зажал лицо руками и содрогался в беззвучных рыданиях от хохота, колотя кулаком по земле.
Цинь Цзихэн тоже согнулся пополам, держась за ноющие от смеха челюсти.
В итоге долгожданная и выстраданная автором сцена первой встречи будущей парочки превратилась в балаган.
Цинь Цзихэн до сих пор даже не удосужился узнать, как зовут этого воинственного младшеклассника.
Пока двое горе-миротворцев валялись от смеха под деревом, окружающие ученики, не знавшие предыстории, недоумённо переглядывались.
К счастью, этот цирк прервало появление декана по воспитательной работе.
Грозно окинув взглядом поляну, он громовым голосом закричал:
— Отлично, просто отлично, Шао Цун! Первый день учёбы, а ты уже притащил свою банду прессовать новенького!
Шао Цун открыл было рот, чтобы оправдаться, но декан уже решительным шагом направился к дереву, у которого сидел Нань Юйчэн. Он опустился перед ним на корточки и участливо похлопал по плечу:
— Нань Юйчэн, сынок, мужики не плачут! Не бойся их. Расскажи всё учителю, уж я-то найду на этих мерзавцев управу!
Нань Юйчэн, у которого из глаз от смеха катились слёзы, медленно убрал ладони от лица.
«Постойте, учитель... Вы вообще не туда воюете!»
http://bllate.org/book/35328/4477058
Готово:
