Да ведь, с тех пор как он открыл глаза и обрел память, кроме как есть, он, кажется, действительно ничегошеньки и не делал. Э? Да это же паразит чистой воды! Ой, неужели? Ну, если говорить строго, винить-то его, пожалуй, не стоит? Кто велел ему растерять все прежние воспоминания? Если бы он не страдал амнезией, то знал бы, что ему положено делать, и не маялся бы сейчас от безделья.
Сидя на каменном стуле в беседке, Цю Но повернулся к двум послушным служанкам, которые ходили за ним по пятам и ухаживали со всевозможным усердием.
— Таоэр.
— Молодой господин Цю, у вас есть какие-то указания?
— Скажи, ты... ты видела меня раньше? Знаешь, чем я занимался в прошлом?
— Эм... Этому невольница не ведает.
Увидев, как её маленькая головка затряслась, словно погремушка, Цю Но беспомощно вздохнул.
— А ты знаешь, когда он вернется?
— Молодой господин имеет в виду вана?
— Угу.
— Эм... Этому невольница не знает.
— Эх...
Какое разочарование. Глядя на двух маленьких служанок перед собой, Цю Но перевел взгляд и задал другой вопрос.
— А вы обе чем занимались раньше?
Хе-хе, на этот-то вопрос они наверняка не ответят «не ведаем».
— Отвечая молодому господину, Таоэр служит в поместье уже три года, а до этого всё время прислуживала вану.
— Отвечая молодому господину, Еэр поступила в поместье всего два месяца назад, а до этого состояла на побегушках на кухне.
— О-о.
Цю Но с довольным видом кивнул.
— Таоэр, раз уж ты постоянно прислуживала вану, то наверняка знаешь о наших с ним делах. Расскажи-ка послушать, — с немалым интересом попросил Цю Но.
— Это? Прошу молодого господина помиловать. Это ваши с ваном личные дела. Таоэр не смеет болтать лишнего.
— Эх...
А у этой служанки язычок и впрямь хорошо подвешен. Цю Но вздохнул, а затем легко улыбнулся:
— Раз об этом нельзя говорить, тогда ты хотя бы можешь рассказать о самом ване?
— О ване? — маленькая служанка слегка растерялась.
— Ну да, ван — твой господин. Каков он из себя, это-то ты должна понимать?
— Это... — Услышав это, Таоэр нахмурилась.
— Только не говори мне, что не знаешь. Таоэр, раз уж я теперь твой господин, ты должна меня слушаться, — Цю Но принял редкий для себя вид хозяина положения.
— Слушаюсь, молодой господин. На самом деле... на самом деле молодой господин должен знать, каков ван, гораздо лучше нас, служанок, не правда ли?
Какая изворотливая девчонка.
— Хе-хе, об этом-то я, конечно, имею представление, но сейчас мне хочется послушать именно тебя.
— Эм... Обсуждать господина за спиной — величайший запрет для слуг вана, Таоэр и вправду не смеет.
— Ты боишься, что ван накажет тебя, а меня, по-твоему, совсем не боишься? — Цю Но пригрозил ей взглядом. Ему еще не доводилось встречать столь несговорчивую служанку.
— Молодой господин! — Таоэр в испуге опустилась на колени.
— Встань.
— Молодой господин Цю...
— Я не велел тебе стоять на коленях.
— Сестрица Таоэр, — Еэр дернула Таоэр за воротник платья.
Таоэр поднялась на ноги.
— Говори. Если не скажешь, я заставлю тебя полоть сорняки и сажать цветы.
— Молодой господин!
— Сестрица Таоэр, да расскажи ты ему!
— Я? — Таоэр в нерешительности прикусила уголок губ.
— Я расскажу.
— Еэр?
— Да что тут такого? Ван ведь не какой-нибудь великий злодей. Почему нельзя рассказать?
Глядя на непосредственную маленькую служанку, Цю Но чуть улыбнулся:
— Еэр, давай ты.
— Слушаюсь, молодой господин. На самом деле наш ван — человек невероятно проницательный и деловой. Он одинаково искусен и в ученых делах, и в боевых искусствах, а в стратегии ему нет равных во всем мире. Более того, на поле боя он просто блистает, сражается с храбростью тигра и стяжал бесчисленные выдающиеся заслуги. Он не только опора государства, но и важнейший столп при дворе, а также доверенное лицо, на которое опирается ваше величество.
Выслушав хвалебные речи, больше похожие на рассказы уличного сказителя, Цю Но моргнул:
— Неужели он и правда так хорош? Ты случайно не превозносишь его передо мной нарочно?
— Еэр говорит правду. Ван — выдающаяся личность среди императорских сородичей. К тому же он удостоился высочайшей чести стать князем Хэшо Сян и обладает высшим рангом среди всей знати и аристократии. В Государстве И выше нашего вана только нынешний Сын Неба.
Выслушав добавления Таоэр, Цю Но слегка кивнул. Неужели он и вправду так хорох? Неизвестно почему, но на сердце у него стало смутно и тяжело. Он уныло опустил голову.
— Что, молодой господин Цю недоволен? — с осторожностью поинтересовалась Еэр.
Как можно хмуриться и горевать, находясь рядом с таким могущественным и высокопоставленным мужчиной? Глядя на допытывающуюся маленькую служанку, Цю Но слабо улыбнулся.
Доволен? Как бы не так. Услышав, что твой возлюбленный столь выдающийся человек, кто-то другой, пожалуй, потерял бы голову от счастья. Но нынешний Цю Но действительно не испытывал ни малейшей радости.
Столь весомая фигура в Государстве И, столь незаурядный человек — и вдруг его собственный возлюбленный. Эх... Он — возвышенный ван. А сам он кто? Никто. И хуже всего то, что он напрочь лишился тех воспоминаний, которые ни в коем случае не следовало забывать: как они встретились, как полюбили друг друга. Эх, и вправду одинок как перст, ни кола ни двора.
На самом деле в душе Цю Но, помимо чувства собственной неполноценности, куда сильнее были страх и тревога. Верно, с таким возлюбленным ты будешь обеспечен едой и одеждой до конца дней. Но сможет ли он дать тебе настоящее счастье? Эх, в голове Цю Но нарисовался огромный вопросительный знак.
— Молодой господин Цю, что с вами?
Видя, что он сидит тут и уже добрую половину дня молча погружен в оцепенение, две маленькие служанки переглянулись.
— Ничего, — Цю Но легко покачал головой. — Таоэр, ты говорила, что прислуживала вану. Тогда ты наверняка знаешь, что он любит?
— О некоторых привычках и предпочтениях вана в повседневной жизни этой невольнице действительно кое-что известно.
— Тц, а знаешь, какую еду он любит больше всего?
— Этого я не знаю, но ван больше всего любит рыбу с ароматом османтуса, которую готовит шеф-повар Ли, — с улыбкой перебила Еэр.
— О, неужели?
— Угу, — Таоэр тихонько кивнула.
— Еэр, ты знакома с этим шеф-поваром Ли?
— Конечно знакома.
Переведя взгляд, уголки губ Цю Но изогнулись в легкой улыбке.
Вечером Ли Му вернулся, и они вместе с Цю Но сели ужинать.
— Ты устал, поешь побольше, — Цю Но с улыбкой положил ему еды в тарелку. — Хе-хе, привык к жизни в поместье?
Глядя на заботливо хлопочущего возле него человека, Ли Му участливо поинтересовался:
— Угу, ем досыта, сплю крепко.
— Хе-хе.
Его ответ вызвал у Ли Му ласковую улыбку.
— Ты доволен этими двумя служанками? — он кивнул в сторону стоявших рядом девушек.
— Да, они ухаживают очень старательно. Спасибо тебе.
— Главное, чтобы ты был доволен.
— Ей-богу, ешь давай, а то всё остынет.
— Угу.
http://bllate.org/book/35316/4363595
Готово:
