Бай Шу всё еще пребывал в шоке от осознания того, что Ли Ушу всё это время находился рядом с ним, в то время как Ли Кэшуан со сложными чувствами косился на младшего дяду.
Ли Ушу же, с одной стороны, тянул время разговорами, а с другой — втайне остерегался, как бы кто-нибудь в поднявшейся суматохе не разрушил талисман.
— Ересь! Не слушайте лжеца Ли Ушу! Он просто тянет время в ожидании подкрепления!
— Чушь! Ли Ушу прикончит тебя так же легко, как раздавит муравья, какое еще подкрепление? Он просто боится, что мы причиним вред тому, что находится у него за спиной!
Ли Ушу дернул уголком рта, и не успел он разглядеть, кто это сказал, как чей-то сгусток энергии меча пробным выпадом устремился к постепенно тускнеющему талисману.
Ли Кэшуан, находившийся ближе всех к талисману, молниеносным движением перехватил удар. Настороженная реакция Ли Ушу не укрылась от глаз окружающих, и в следующее мгновение со всех сторон на него обрушился град смертоносных ударов. Наперегонки стремясь расправиться с Ли Ушу, толпа теней хлынула на эту небольшую лесную поляну, и ситуация мгновенно вышла из-под контроля Ли Ушу.
Свет меча Цаньян заплясал вовсю, но, опасаясь задеть остальных, Ли Ушу с невероятной сдержанностью отбивал атаку за атакой.
— Кэшуан!
Отбиваясь от смертельных ударов, Ли Ушу подал голос, напоминая Ли Кэшуану защищать талисман.
Ли Кэшуан, разумеется, был во всеоружии, и лишь Бай Шу оставался не в своей тарелке. Парировав коварный укол скрытыми мечами-эмейци, Ли Кэшуан прикрикнул на него:
— Ты чего тут столбом стоишь? В бой!
Лицо Бай Шу покраснело от напряжения:
— Я не умею драться!
— …
Разве это удивительно, что ученик Секты Медицины не умеет драться?
Ли Кэшуан бесстрастно глянул на изящный меч с вырезанными на рукояти орхидеями, висевший у того на поясе. Похоже, эта штука служила лишь украшением.
Оружие не разбирает правых и виноватых, и Бай Шу, словно живая мишень, тут же привлек чьего-то внимания — это был как раз тот самый ревнитель справедливости, что недавно распинался о долге перед небесами.
«Праведник» схватил Бай Шу, взял его в заложники и приказал Ли Ушу:
— Прекрати!
Движения Ли Ушу замерли, и в тот же миг с десяток клинков уперлись ему в горло, образовав почти замкнутый круг.
Ли Кэшуан был схвачен практически одновременно с ним.
— Брось оружие!
Со звоном Меч Цаньян упал на землю, и лицо Бай Шу побелело как полотно:
— Т-ты… ты же говорил, что ты Ли Кэшуан?
Ли Кэшуан:
— ?
Пряди волос Ли Ушу растрепались от схватки и прилипли к щекам. Он бросил на Бай Шу легкий взгляд, полный невыразимого смысла.
— Я и вправду живьем поймал Ли Ушу, — прошептал кто-то.
— Настоящий, живой Ли Ушу! — раздались возбужденные шепотки.
— Что теперь делать?
— Сначала отрубить ему руку!
— И кто же это сделает? Кому достанется рука?
Ли Ушу с бесстрастным лицом слушал, как толпа обсуждает раздел его собственного тела, напоминая кролика, ожидающего заклания.
Ли Кэшуан, которого прижали к земле с заведенными за спину руками, услышав это, гневно выпалил:
— Не перегибайте палку!
— Кэшуан…
В сердце Ли Ушу шевельнулось чувство: в этом мире всё же остался хоть кто-то, кому не плевать на его жизнь.
Ли Кэшуан заявил:
— Жизнь Ли Ушу принадлежит мне!
Ли Ушу:
— …
Никто не обратил на него внимания.
Среди собравшихся возникли разногласия насчет того, как именно поделить Ли Ушу, и спор затянулся.
Бай Шу стал делать Ли Кэшуану глазами знаки: придумай что-нибудь.
С точки зрения Бай Шу, Ли Кэшуан был старшим среди них троих, а значит, и самым надежным.
Получив сигнал, Ли Кэшуан перевел взгляд на Ли Ушу.
Ли Ушу закрыл глаза, чувствуя, что эту ношу ему не вытянуть.
Вдруг…
Среди галдящих голосов он уловил едва различимый звук.
Это был свист летящего скрытого оружия, доносившийся из глубь чащи.
Ли Ушу среагировал молниеносно: сложив пальцы в заклинание меча, он заставил Меч Цаньян содрогнуться, и тот, подобно яркому метеору, бросился навстречу скрытому дротику, целившемуся в Ли Кэшуана, с звонким лязгом отбросив его в сторону.
Но дротик оказался не один. Второй скрытый клинок, скрытый за звуком первого, бесшумно полетел в Бай Шу. Цаньян в воздухе описал невероятную дугу и замер перед Бай Шу, остановив рвущийся к его переносице дротик всего в дюйме от цели.
Бай Шу лишь почувствовал холодок во лбу — ни он, ни кто-либо из присутствующих даже не поняли, что произошло. В этот миг на волоске от смерти Ли Ушу спас им обоим жизни.
Однако из темноты неслышно вылетел третий дротик! На этот раз его целью был слабеющий из-за разогнавших тучи дождя Талисман Слияния и Очищения И Цин!
Нападавший выпустил сразу три скрытых оружия, маскируя их звук один за другим, и атаковал талисман из засады со ста шагов. Но отразить этот третий дротик Ли Ушу уже не успевал!
Всё произошло почти в одно мгновение.
Ли Ушу вырвался из хватки толпы, совершенно не обращая внимания на несколько кровавых царапин на шее.
Пролетев над горловиной Незамерзающего Источника, железный дротик почти растворился в густых испарениях земли. Напоследок он уменьшился до размеров ногтя и, словно камешек, брошенный ребенком, легко ударился о зелено-голубое перо, медленно падающее в самом центре колодца.
Этот хрупкий талисман, служивший уже пять лет, от такого удара начал рассыпаться прямо от основания, дюйм за дюймом.
В глазах Ли Кэшуана отразился последний талисман, созданный всеми силами при жизни Ли Цишэна. Словно размытые водой чернила, он блекл на глазах, пока от него не осталось ни малейшего следа.
Но на этом беды не закончились.
Как и говорил Ли Ушу, стоило дождю прекратиться и талисману разрушиться, как растревоженная геомантическая энергия горы Юньло превратилась в сухую комнату, доверху засыпанную мукой. Теперь требовалась лишь искра — и скрытый дротик, пролетевший над исторгнувшимися из Незамерзающего Источника испарениями, стал именно этой искрой.
Он высек искру о вымощенную синим камнем землю, и с глухим звуком взметнулось пламя, отсвечивая странным, едва заметным жутковатым сине-зеленым цветом.
Никто из присутствующих никогда прежде не видел ничего подобного. Огненный поток, словно бурлящее кипящее масло, устремился от устья колодца к окружающим зарослям.
Гора Юньло, возродившаяся из пепла пять лет назад, вновь столкнулась с угрозой уничтожения.
Однако деревья на юго-западном склоне, казалось, избежали этой участи: в самый критический момент Ли Ушу шагнул навстречу потоку огня, заслонив собой Ли Кэшуана, стоявшего ближе всех к колодцу, и встав впереди всех остальных.
Всю лесную поляну охватил огонь, и люди, словно на затерянном посреди огненного моря острове, оказались со всех сторон окружены пламенем.
http://bllate.org/book/35271/4358325
Готово:
