Но была одна проблема: Лэн Яньси ел очень быстро. Другие стримеры-монтажники еды обычно ведут трансляции не спеша, по часу-полтора ради заработка, а он стримил меньше получала, как бо́льшая часть еды на столе уже была съедена.
Поскольку тётушка Чжан готовила порцию ровно на одного человека, блюда не были избыточными — для взрослого мужчины это количество было как раз в самый раз, не слишком много.
Видя, что Лэн Яньси собирается завершать трансляцию, зрители в комментариях наперебой стали уговаривать его остаться.
Се Хуайчжи в этот момент снова прислал новое сообщение.
[Се Хуайчжи: Днём попроси тётушку приготовить каких-нибудь сладостей, это поможет продлить время трансляции.]
Лэн Яньси послушно сделал всё как велели: в конце концов, что бы ни говорил Се Хуайчжи, ему нужно было просто слушать, а не задавать вопросы.
В конце концов, тот был успешным человеком, а теперь он сам — та сторона, которую спасают и поддерживают, так что Лэн Яньси, разумеется, не смел высказывать возражения.
Даже сейчас Лэн Яньси не понимал, ради чего вообще затеяна эта помощь. По идее, у них должны были быть отношения благодетеля и того, кому оказали милость, но Се Хуайчжи почему-то перевёл всё в формат брака — что это вообще такое? Он не понимал, но сейчас был не тот момент, чтобы ломать над этим голову.
Днём тётушка Чжан наготовила ему целую кучу сладостей: яичных тартов, пирожных и ещё какой-то незнакомой выпечки.
Впрочем, поскольку наступило время послеобеденного чая, Лэн Яньси уже не был особенно голоден, поэтому он начал есть гораздо медленнее. Однако это был и хороший знак: в трансляциях с поеданием еды нельзя было спешить. Если транслировать слишком быстро, зрители ничего толком не увидят и никого не удастся удержать. В итоге Лэн Яньси совершенно законно взял угощение и принялся неторопливо разглядывать камеру. Всё это время аккаунт Се Хуайчжи так и висел в трансляции, но больше никаких взаимодействий не было.
Возможно, тот был занят, так что Лэн Яньси не стал его отвлекать.
К четырём часам Лэн Яньси наконец почти управился с едой. Хоть пару кусочков и осталось, он не собирался выбрасывать добро и тут же убрал их в холодильник.
Стал перед нападками зрителей, сомневавшихся, всё ли он съел, Лэн Яньси предельно честно заявил: «Больше в меня действительно не лезет, я убрал это в холодильник, потом разогрею и съем в другой раз. Не переживайте, ведущий не станет разбрасываться едой, ведь в прошлом мне приходилось жить точно так же».
Пройденный им путь состоял из полуголодных дней, состоявших из трёхразового питания впроголодь, поэтому Лэн Яньси, конечно же, дорожил каждым зёрнышком.
Хотя сам он был худеньким и миниатюрным, это вовсе не значило, что у него крошечный аппетит — просто его в своё время банально уморили голодом!
[Ладно, ведущий и правда донельзя искренний, мы тебе верим]
[Вообще-то так даже лучше: если не можешь доесть, не нужно себя заставлять. У некоторых стримеров прямо запихивают в себя еду через силу, смотрится отвратительно]
[+1, я во всяком случае стримеру очень верю.]
После дневной трансляции Лэн Яньси заработал себе лёгкую профессиональную травму.
Возможно, порция оказалась слишком большой, и от набитых всякими замысловатыми пирожными впору было лопнуть — в животе стояла страшная тяжесть.
Это состояние продолжалось до самого вечера, пока Се Хуайчжи не вернулся домой. К тому моменту тётушка Чжан всё ещё хлопотала на кухне, готовя ужин, а Лэн Яньси уныло сидел в стороне, ожидая его возвращения.
Заметив, что этот малыш похож на сдувшийся мяч, Се Хуайчжи помрачнел во взгляде и тихо спросил: «Что случилось?»
«Немного объелся, больше не могу…» — произнёс Лэн Яньси и в подтверждение слов погладил себя по животу.
Однако Се Хуайчжи в этот момент стоял чуть выше — с его ракурса взгляд на движения Лэн Яньси получался несколько двусмысленным и блуждающим.
Затем Се Хуайчжи на мгновение замер на месте и внезапно протянул к нему руку: «Я отведу тебя в одно место, ужин поедим позже».
Поднимаясь наверх, Се Хуайчжи лишь вкратце перекинулся парой слов с тётушкой Чжан, велев оставить всю еду в кастрюлях — они поедят позже, когда спустятся сами.
После этих указаний тётушка Чжан даже выронила из рук лопатку, её рука слегка дрогнула, а под нос она пробормотала: «Ишь как приспичило, ещё и поужинать не успели, а уже уединяться собрались, нынешняя молодежь…»
Разумеется, Лэн Яньси понятия не имел, что задумал Се Хуайчжи. В итоге этот мужчина на втором этаже всего лишь скинул верхнюю одежду, а затем снова потащил его выше.
Третий этаж… Ах да, у этой виллы ведь имелась даже третья зона!
Раньше он здесь не бывал, а теперь озирался по сторонам с видом абсолютного почемучки. Но по мере того, как они поднимались выше, Лэн Яньси наконец понял, что здесь находится.
В глаза бросился огромный винный шкаф в гостиной, доверху заставленный изысканными напитками на любой вкус — по одному лишь внешнему виду было понятно, что стоят они целое состояние. Помимо этого, убранство третьего этажа отличалось глубокой классикой: в самых разных углах стояла керамика, а на стенах висели картины и каллиграфия, что несколько диссонировало с общим стилем экстерьера виллы.
Впрочем, гостиная была не главное: Се Хуайчжи провёл его в другую комнату, ещё большего размера, внутри которой располагался… спортзал.
Беговая дорожка, турник, штанга и бесчисленное множество другого спортивного инвентаря.
Увидев эту картину, Лэн Яньси от удивления широко распахнул глаза: всё это оборудование было настолько полным и профессиональным, и всё это могло уместиться прямо в жилом доме!
И впрямь невероятная роскошь, Лэн Яньси даже представить не мог, насколько колоссальны финансовые возможности Се Хуайчжи.
Он мало что в этом смыслил, поэтому робко спросил: «С чего мне начать тренировки?»
В ответ Се Хуайчжи лишь указал на ту самую беговую дорожку и произнёс: «Твоё тело всё ещё слишком исхудало, резкие нагрузки недопустимы. Если цель — просто помочь пищеварению, можешь включить дорожку на минимум и побегать немного».
Сказав это, Се Хуайчжи снова вышел из комнаты. Лэн Яньси оставалось лишь самостоятельно во всём разобраться и встать на полотно. Глубоко вздохнув, он потихоньку побежал.
Пока он мысленно предавался мечтам о том, как в будущем превратится в накачанного качка, дверь в комнату снова отворилась. Вошёл Се Хуайчжи, одетый в самые простые спортивные шорты и майку. Стоило ему снять верхнюю одежду, как его фигура оказалась настолько великолепной, что у Лэн Яньси едва не перехватило дыхание! Прежде этот мужчина всегда носил строгие костюмы — высокий, статный, с суровыми, но в то же время неизменно спокойными чертами лица.
Теперь же, стоило ему обнажить торс, как взору предстали рельефные линии сильных рук, а в напряжённых мышцах бёдер и голеней чувствовалась невероятная мощь!
Хотя это была не та утрированная фигура с бугрящимися горами мускулов, она представляла собой невероятно эстетичный тип сухих, подтянутых мышц. Лэн Яньси едва не онемел от восхищения.
Разве это не та самая фигура, о которой он всегда мечтал? До чего же потрясающе выглядело это тело.
Заметив, что Лэн Яньси пялится на него, Се Хуайчжи слегка изогнул губы в улыбке, но всё же произнёс строгим тоном: «Соберись. Разве ты не собираешься ужинать?»
[T_T] — погрустнел Лэн Яньси.
Прозанимавшись около сорока минут, Лэн Яньси обессиленно прислонился к стулу с совершенно потерянным видом.
Се Хуайчжи при этом выглядел бодрым и полным сил. Он лишь небрежно закинул полотенце на шею, после чего хлопнул Лэн Яньси по плечу, приглашая вместе спуститься вниз.
Немного передохнув после тренировки, они приняли душ. Огни на первом этаже уже давно погасли, а тётушка Чжан, судя по всему, давно ушла.
Освежившись после душа, Се Хуайчжи спустился вниз, чтобы заново разогреть ужин. Он без тени смущения устроился за столом и принялся за еду, обронив между делом: «На завтра уже назначено время, я отвезу тебя на полное медицинское обследование».
«Хорошо», — при одной этой мысли Лэн Яньси слегка испугался.
Он уже столько раз бывал в подобных больницах, и никаких приятных воспоминаний у него от них не осталось — он до смерти боялся этих мест.
Кто знает, будут ли завтра делать уколы или что-то в этом роде? На сердце у Лэн Яньси заскребли кошки, и даже стоявшая перед ним еда сразу показалась не такой уж аппетитной.
Покончив с ужином, Се Хуайчжи сказал ему: «Если хочешь продолжать трансляции, попроси тётушку приготовить еду, которую можно есть долго. Например, морепродукты — они не создают тяжести в желудке».
«Хорошо…!» — на душе у Лэн Яньси снова потеплело.
Он снова последовал за Се Хуайчжи наверх. К этому моменту оба они уже умылись, и наступало время рабочей почты хозяина дома.
До десяти часов вечера Лэн Яньси ещё мог посидеть за компьютером, поэтому он шагал по знакомому коридору всё увереннее, а его поступь была лёгкой и непринуждённой.
Теперь Лэн Яньси уже не ограничивался детскими игрушками: он начал понемногу осваивать масштабные крупные игры. И пусть играл он откровенно слабо, сам процесс доставлял ему неизменное удовольствие. Как-никак, он был подростком, чья юность прошла в лишениях. Теперь же, когда с плеч спало столь тяжелое бремя, он сильно расслабился и с головой ушёл в виртуальный мир.
Когда часы показывали девять сорок, Лэн Яньси зевнул. Из-за обилия съеденного за день на него быстро накатила сонливость.
Скрепя сердце закрыв игру, он вернулся в спальню задолго до наступления своего личного комендантского часа, выглядя на удивление послушным.
Се Хуайчжи в постели не оказалось: облаченный в нежно-чёрную шёлковую пижаму, он сидел у стола возле окна, копаясь в ноутбуке.
Наверняка дела компании. Лэн Яньси во всем этом не разбирался, но в глубине души очень стремился к подобной жизни.
Интересно, какую работу Се Хуайчжи сможет поручить ему со временем? Тогда он тоже сможет, подобно офисным элитам из сериалов, ежедневно сидеть на своём рабочем месте! Больше не придётся трудиться в кофейне, таскать кирпичи на стройке или работать официантом во всяких злачных и шумных местах… Сама мысль об этом казалась чистым счастьем, пусть это и была точно такая же работа.
Увидев, что Лэн Яньси вернулся, Се Хуайчжи не стал продолжать работу. Он мягко захлопнул ноутбук и спокойно произнёс: «Ложимся спать. Завтра мне не нужно в офис, я буду сопровождать тебя повсюду».
«Хорошо…» — Лэн Яньси медленно сполз под одеяло.
Однако, забравшись в постель, засыпать сразу он не собирался: полулёжа на подушке, он возился в телефоне и пробормотал: «Надо сперва глянуть комментарии в профиле, прежде чем засыпать».
Ему хотелось узнать, что именно поклонники написали под последними записями — Лэн Яньси придавал колоссальное значение мнениям всех этих людей о себе в сети.
Се Хуайчжи не стал ему мешать. Оперевшись рукой о спинку кровати, мужчина устремил взгляд вперёд, погрузившись в какие-то свои мысли.
Спустя некоторое время Лэн Яньси заблокировал экран телефона, отметив про себя одну вещь из сегодняшних комментариев.
А именно… у человека всегда должны быть к чему-то стремления.
Зрители смотрят на него, потому что у него миловидное лицо, а стримы с едой отвечают их вкусам, поэтому им нравится наблюдать за ним.
А он сам согласился остаться рядом с Се Хуайчжи, потому что ему нужны были деньги, и он мог получить выгоду, которую давал Се Хуайчжи.
Тогда… к чему стремится сам Се Хуайчжи?
С самого детства Лэн Сусу вбила Лэн Яньси в голову простую истину: человек должен уметь отвечать за добро добром и не быть неблагодарной собакой. Стоит лишь получить чью-то искреннюю заботу, как нужно хоть как-то проявить себя в ответ. Руководствуясь этим побуждением, Лэн Яньси снова попытался заговорить с Се Хуайчжи: «Кстати, можешь сказать, чего ты хочешь от меня? Я всё время живу в твоем доме, но так и не знаю, что я должен делать».
http://bllate.org/book/35219/4350143
Готово:
