На лице Янь Бао тоже промелькнула радостная улыбка, и он уже было открыто согласился, как вдруг Лин Мань взъерошился и вскочил с земли.
— Катись к черту, я не согласен!
Старуха испугалась, в её глазах мгновенной вспыхнула боль за него, и, дрожащими руками пытаясь ухватить его за руку, она запричитала:
— А-Мань, скажи своей бабке, что с тобой такое?
Лин Мань с отвращением отдёрнул руку, избегая прикосновения старухи, бросил на Янь Бао странный предупреждающий взгляд и только после этого повернулся к покрытой морщинами старухе:
— Не трогай меня и не ходи за мной!
С этими словами, совершенно не обращая внимания на то, как сзади старуха надрывно звала его по имени, он сломя голову выбежал из плетёной хижины.
Лин Мань был настолько потрясен фразой «Тогда давайте готовиться к церемонии истинной связи», что к нему вернулись абсолютно все чувства.
Он смирился с тем, что попал в другой мир, но не смирился с этим фактом. Он думал, что раз его душа переместилась, то он сможет вернуться назад, если только проявит чуточку храбрости...
Это было делом одного закрытия глаз и решительного шага. Крепко сжав зубы, он с трудом взобрался на вершину горы, где его прошиб холодный порыв ветра, заставив вздрогнуть. Воспользовавшись этим импульсом, он с отчаянно зажмуренными глазами бросился вперед. Земля под ногами внезапно исчезла, и он отчётливо почувствовал, как стремительно летит вниз.
Однако в следующую секунду он захлебнулся несколькими глотками прохладной, проникающей прямо в душу воды.
Ошеломленно кашляя, он поднялся из воды, огляделся и мгновенно всё понял. Обрыв, который он себе вообразил, на самом деле оказался выступом у воды, и он угодил прямо в глубокий водоём.
Не теряя надежды и не желая сдаваться, он, не раздумывая, снова с разбегу нырнул в воду, но вода чудесным образом куда-то исчезла.
Исчезла?
То ли небеса над ним издевались, то ли у него начались галлюцинации от голода, но он начал слегка сомневаться в реальности бытия. Тяжело вздохнув, он подумал: ладно, в любом случае сегодня у него уже не хватит храбрости на третью попытку, придется прийти сюда завтра.
Лин Мань выбрался из земляной ямы и уныло поплелся назад. Встречные зверолюды здоровались с ним, но он оставлял их без внимания. Проходя мимо центральной части Племени, он неожиданно остановился, скосил глаза на привязанного к деревянному столбу Янь Бао и замер со множеством вопросов на лице.
Зверолюды в Племени звали его просто Ян, а полное его имя было Янь Бао. Точно так же, как Юн Ху, он был одним из лучших воинов Племени, но при этом никогда не стремился первенствовать и не выставлял напоказ свою силу. Он вёл себя настолько незаметно, что самки легко могли забыть о его существовании, обращая все свои взгляды исключительно на Юн Ху. В числе тех самок была и прежняя хозяйка тела — Лин Мань, полузверь по своей природе.
Лин Мань потряс головой, отгоняя чужие, неприятные воспоминания, и снова перевёл взгляд на Янь Бао. Успокоившись, он заметил, что на фоне широкоплечих и мощных самцов фигура Янь Бао казалась даже слегка худощавой, а рельефные мышцы под палящим солнцем отливали матовым медовым блеском. Эта красота как раз соответствовала вкусам Линь Маня. Несмотря на растрёпанные волосы и скрытое грязью лицо, Лин Мань странным образом ощутил, как пронзительный взгляд Янь Бао устремился на его запястье.
Только тут он вспомнил про метку на руке. Судя по воспоминаниям, этот знак истинной связи появлялся исключительно тогда, когда самка и самец впервые делили одно ложе. В Мире Зверолюдей это называлось печатью чистоты, ведь связи между мужчиной и женщиной здесь были хаотичными, и мало кто отдавал друг другу свою первозданную чистоту.
Ну и что с того?
Лин Мань презрительно скривил губы, поднял с земли острый камень и, даже не взглянув на Янь Бао, полоснул им прямо по метке в форме пламени.
Если он не сможет вернуться назад, это вовсе не значит, что он должен заводить себе мужа-зверолюда! Тьфу, никаких если!
— Ты любишь Юн Ху, — тихо усмехнулся Янь Бао. Его голос звучал до крайности спокойно и равнодушно, а во взгляде читалось такое отчуждение, будто между ними ничего и не было.
Лин Мань слегка нахмурился, глядя на Янь Бао, томящегося под палящим солнцем, и в его душе вдруг забрезгло понимание. Скорее всего, мать прежнего владельца тела, видя его непреклонность, применила к Янь Бао какое-то наказание, сурово его остепенив.
Лин Мань невольно засомневался, глядя на Янь Бао, и подумал, что тот тоже оказался несчастной жертвой: первоначальный владелец тела собирался соблазнить Юн Ху, но по дороге случайно столкнулся с Янь Бао, и оба они потеряли контроль из-за влияния плода страсти. Если рассуждать объективно, винить Янь Бао здесь было не за что. К сожалению, он сам не был прежним хозяином тела, да и из-за перемещения в другой мир чувствовал себя не в своей тарелке, так что спасать его у него совершенно не было настроения. Пусть винит во всем прежнего хозяина тела, к нему самому это не имеет никакого отношения.
— Тебе следовало винить его, — многозначительно произнес Лин Мань и, не заботясь о том, понял ли его Янь Бао, бросил окровавленный камень и зашагал прочь, не оглядываясь.
Янь Бао замер, провожая взглядом ковыляющую фигуру Линь Маня. Неужели его отношение снова изменилось?
Вернувшись в хижину, похожую на свинарник, Лин Мань тут же отпрянул назад от спертого, удушливого воздуха и решил без долгих раздумий направиться к каменному жилищу Шамана.
Шаман был посланником Бога, способным напрямую общаться с Богом Зверей, он являлся душой Племени и обладал статусом даже более высоким, чем вождь, а порой его слово весило больше вождя. Поэтому его дом был самым чистым и роскошным в Племени.
Лин Мань чувствовал себя смертельно уставшим и после неудачи с перемещением у него уже не оставалось сил на разговоры с Шаманом. Кое-как дотащившись донутри, он рухнул на первый попавшийся чистый участок пола и перед тем, как закрыть глаза, хрипло бросил:
— Я хочу есть.
После этого он провалился в тяжелый сон, совершенно не подозревая, что Шаман, сидевший рядом с ним, с облегчением выдохнул, после чего с нежностью снова и снова гладил его по щеке. Заметив же кровавый порез на месте метки на его запястье, Шаман помрачнел: неужели А-Мань настолько сильно ненавидит Янь Бао…
Лин Мань почувствовал, что проснулся от голода, но вместо этого отчетливо расслышал доносившиеся снаружи громкие и нестройные крики.
— Ян сбежал! Это Юн Ху, Юн Ху спас Яна, они сбежали вместе!
— Они увели с собой еще нескольких воинов!
Лин Мань вздохнул и разочарованно открыл глаза. Ему не казалось, он действительно переместился в первобытный мир, где обитали одни лишь зверолюды.
И первое, что ему предстояло сделать — это набить желудок, а затем изо всех сил постараться вернуться назад!
Он сможет!
Это нереально!
Его не волновало, много или мало воинов осталось в Племени, и он вовсе не желал знать, из чего была приготовлена эта горелая похлебка. Он знал лишь одно: с ним творилось что-то совершенно невероятное.
Он попытался повеситься — веревка беспричинно порвалась.
Бросился на дерево — откуда ни возьмись появился человек и заслонил его собой.
Побежал прямо в стаю диких зверей — но звери, завидя его, с испугом бросились наутек.
http://bllate.org/book/35213/4349572
Готово:
