Младший брат стоял рядом и вопил:
— Это она! Она всё время перед сестрой Ли наговаривала на меня, запрещала мне с ней сближаться, ещё и сожрала все серебряные монеты из моего кошелька! А когда пошёл дождь, она даже попыталась отнять у меня зонт! И более того, она вместе с молодым господином Чжоу каталась на лошади! Мужчина и женщина, одни в поле зрения! Матушка, посмотри на неё, её одежда совершенно сухая! Кто знает, где она раздевалась, чтобы обсушиться у костра? Наверняка уединилась с молодым господином Чжоу и занималась всякими непотребствами!
Услышав это, Цай Вэй испуганно ахнула: Младший брат намеренно клевещет на меня, он хочет выместить на мне всю злость, которую накопил по дороге на ярмарку…
Поэтому он воспользовался случаем, чтобы перевернуть всё с ног на голову, наплел с три короба и оклеветал меня, но Матушка же веритж каждому его слову.
Подумав об этом, Цай Вэй не смогла высказать всю накопившуюся в сердце боль и обиду и лишь громко закричала:
— Отец, спаси Цай Вэй! Цай Вэй не делала ничего подобного, не делала!
Отец, попыхивая своей курительной трубкой, вышел из внутренней комнаты и произмолвил:
— А почему тогда твоя одежда высохла? На улице ведь даже радуги не было, не говоря уже о солнце. Да даже если бы оно и светило, одежда не высохла бы так быстро. Выглядишь так, будто под дождём вовсе не стояла.
Брат тут же подхватил:
— Ты точно ходила с молодым господином Чжоу заниматься непотребствами! Разделись догола и грелись у костра! Мужчина и женщина вместе — уж наверняка он тебя оприходовал!
Отец слегка шлепнул Сяоху по голове и строго сказал:
— Что ты за глупости мелешь? Твои старшие сестры здесь, выбирай выражения.
Лицо Сяоху покраснело, и он возразил:
— Отец, ты же сам меня этому научил! Разве это не значит заняться тем самым дележом?
Матушка толкнула его в плечо и проговорила:
— Поменьше болтай, в доме всё ещё полно незамужних девок.
Старшая сестра густо покраснела. Когда-то давно, когда она приглядывала за младшими братом и сестрой, она случайно увидела, как родители занимаются этим самым делом, а потому отлично понимала, о чём речь.
Вторая сестра захлопала глазами от непонимания и спросила:
— Каким это делом? Чем они занимались?
Старшая сестра тут же зажала ей рот рукой:
— Замолчи, стыдоба какая!
Цай Вэй, начитавшись книжек, прекрасно знала, что кроется за этими словами, и её лицо мгновенно залилось краской. Родители, заметив её смущение, еще больше уверились в том, что Цай Вэй уже познала плотские утехи, а значит, слова младшего брата Сяоху вовсе не пустая выдумка — наверняка её этому научил какой-то мужчина. Тот дурачок Гу Ли на такое точно не способен. Значит, это наверняка тот самый молодой господин Чжоу, про которого говорил Сяоху.
Отец закатил глаза и гневно заорал:
— И сколько раз ты с ним кувыркалась? Ты же ещё девица! Совсем потеряла стыд! Когда это ты успела с ним спутаться? Уж не тогда ли, когда недавно ходила на заработки и за нашей спиной… Тьфу! Ты хочешь свести родителей в могилу?!
Матушка подскочила к ней, схватила за руку и запричитала:
— Ты что, только что ли лишилась невинности? Тебе что, отвар пить надо? Иначе как ты потом замуж выйдешь? Думаешь, молодой господин из семьи Чжоу возьмет тебя? С чего бы богачам зариться на детей из семьи бедняков? Если ты брюхаτηя принесешь ребенка в подоле, какой мужчина на тебе женится… неужели ты думаешь, что мы, старики, будем растить твоего бастарда? Нам и тебя-то кормить тяжело, до чего же ты бесстыдная!
Слёзы ручьями текли по лицу Цай Вэй, и она горько, навзрыд зарыдала. Видя, как сильно разозлились родители и как тяжело приходится сестре Цай Вэй, Сяоху внезапно сообразил, что шутка зашла слишком далеко. Он-то видел, что молодой господин Чжоу уехал верхом один, а Цай Вэй сидела позади какой-то женщины.
Но громкие слова уже были сказаны, и если он сейчас признается во лжи, все вокруг станут ругать его самого. Нет, так не пойдет!
Ни за что на свете нельзя брать вину на себя! В конце концов, он мужчина, он — сокровище этого дома, и все женщины обязаны терпеть ради него лишения и носить его на руках! Женщины — презренные создания, рожденные лишь для того, чтобы прислуживать мужчинам.
С чего это ему, настоящему мужчине, выгораживать какую-то девчонку? Тьфу! Над ним же потом станут смеяться, что у него нет мужского стержня.
Видя, что Цай Вэй заливается слезами всё сильнее, Сяоху смачно плюнул ей на голову и злобно бросил:
— Проклятая дрянь, шастала повсюду с мужиками, опозорила всю семью Я! Если из-за тебя я не смогу найти себе жену, я до полусмерти тебя изобью!
Цай Вэй подняла на него глаза, и сердце её пронзила острая боль: мы же всё-таки брат и сестра, как он может так со мной обращаться?
Сяоху от её взгляда стало немного не по себе, и он с размаху отвесил ей пощечину, выругавшись:
— Чего уставилась, дрянь ты этакая!
Цай Вэй уже не хотелось произносить ни слова.
Учитель Сяо говорил никому не рассказывать про эту внутреннюю энергия. Впрочем, раз уж дошло до такого, в присутствии всей семьи можно было бы всё объяснить начистоту — наверняка Учитель Сяо поняла бы…
Но эти люди вовсе не считают её за члена семьи. Правду ли говорил Учитель Сяо или нет, они всё равно не поверят. И раз так, лучше просто замолчать. Пусть делают что хотят…
В их глазах она всё равно осталась падшей женщиной, потерявшей всякую честь. Её жизнь и так горька, к чему еще впутывать сюда Учитель Сяо и навлекать на неё неприятности?
В конце концов домашние принялись наперебой распекать её последними словами. Видя, что дело зашло слишком далеко, отец велел Матушке раздобыть какое-нибудь средство для прерывания беременности — отвар этот жутко холодный, для здоровья вредный.
Матушка засомневалась:
— Если она его выпьет, женское здоровье подорвется, и если потом не сможет рожать, удачно выдать замуж её уже не получится. А как же деньги за невесту…
Отец отрезал:
— Уж лучше пусть она до конца дней останется бесплодной, продам её за бесценок безумному Суню с деревенской окраины, но позорить семью Я я не позволю! Иначе все соседи станут тыкать в меня пальцем и смеяться, говорить, что старик Я не умеет воспитывать детей и вырастил такую блудницу, что люди будут за спиной мне кости мыть.
Матушка вздохнула с сожалением:
— Но без неё и выручить-то выкуп не за что, как же Ху-эр тогда женится? Старик, ты ведь не хочешь, чтобы наш сын остался бобылем?
Отец разозлился:
— Мне всё равно! Кто посмеет кости мне мыть, как тогда старику Я жить на белом свете? Ху-эр такой молодой, еще найдутся девушки, которые на него позарятся.
Матушка заколотила его кулаками:
— Еще пару дней назад ты нашего Ху-эр сам ругал на чем свет стоит, а теперь запел по-другому! О себе думаешь, а о сыне нет, какой же ты эгоист!
Старику Я стало не по себе от её упрёков, и он рявкнул:
— Да что ты понимаешь, глупая баба?! Если Цай Вэй залетит, она сможет осуществить твой великий план по обогащению? Я жертвую пешкой ради спасения ладьи, дура ты безмозглая!
Цай Вэй заперли в её крошечной комнатке, задвинув снаружи засов. Рано утром на следующий день Матушка отправилась искать средство для аборта: отыскала какого-то подпольного лекаря-предсказателя, который намешал кучу холодных, целебных трав. Зелье сварили на кухне и принесли Цай Вэй.
Цай Вэй покачала головой:
— Я ничего такого не делала, и пить эту бурду не буду.
Матушка принялась уговаривать:
— Выпей ради же своего блага. Если с тобой и вправду что-то не так, как нам, семье Я, теперь жить в этой деревне?
Цай Вэй ответила:
— Матушка мне просто не верит. Матушка может отвезти меня к лекарю или позвать повитуху для осмотра, совесть Цай Вэй чиста.
Матушка холодно усмехнулась:
— Сказала тоже! Если мы и правда сделаем так, то вне зависимости от того, правда это или нет, люди вокруг сочтут тебя запятнанной девкой. Тогда нам с твоим отцом и десятка ртов не хватит, чтобы отмыться от позора!
Цай Вэй всё равно отказывалась пить. Видя это, Матушка в конце концов не выдержала, позвала младшего брата, старшую и вторую сестер, и они все вместе навалились на девушку, пытаясь влить зелье насильно. Цай Вэй отчаянно сопротивлялась и кричала:
— Сяоху! Ты же прекрасно знаешь, с кем я была! Зачем ты так на меня клевещешь? Если я выпью это лекарство, не смогу иметь детей, не выйду замуж за хорошего человека и за меня не дадут выкуп, у тебя же не будет денег на женитьбу!
Матушка никак не ожидала, что Цай Вэй всё прекрасно понимает и вовсе не так глупа.
Услышав это и сообразив, что так он разрушает собственное будущее, Сяоху тут же подскочил и со злости разбил чашку с отваром. Матушка тут же закричала:
— Ты что творишь?! Этот отвар целый цянь серебра стоил!
Сяоху пробурчал:
— Она была с женщиной, а не с молодым господином Чжоу!
Матушка не поверила и допытывалась:
— Тогда почему её одежда высохла?
Сяоху поленился объяснять и бросил:
— Наверное, вместе с той бабой у костра и высушили. А если матушка мне не верит, спросите сестру Ли, она тоже видела.
Цай Вэй шумно выдохнула и потеряла сознание.
Глава 9
На следующий день Сяоху отправился к дому Ли и, встретившись с госпожой Ли, передал ей, что Цай Вэй зовет её и просит о помощи. Госпожа Ли пришла в дом семьи Я и увидела на столе изобилие блюд.
Матушка ласково усадила её за стол:
— Редко к нам заглядываешь, госпожа Ли, давай сначала пообедаем, а потом уж пойдешь с Цай Вэй возиться.
Не увидев Цай Вэй, госпожа Ли спросила:
— А где же Цай Вэй? Разве она не сядет за стол?
Матушка ответила:
— Она уже поела, а этот обед для госпожи Ли.
Госпожа Ли смущенно улыбнулась:
— Я дома поела, совсем не голодна. Сяоху сказал, что я нужна Цай Вэй, вот я и пришла проведать её. Она в прошлый раз под дождь попала, как её здоровье?
Матушка усадила её рядом:
— Ты поешь хоть чуть-чуть, давай потолкуем не спеша. Цай Вэй и впрямь промокпла под дождем, приболела немного, отдыхает. Сяоху говорит, что её подвезла какая-то женщина, ты случайно не знаешь, кто это?
Госпожа Ли покачала головой:
— Без понятия. Наверно, кто-то из семьи Чжоу, та незнакомка выглядела совсем чужой, вряд ли она здешняя.
Услышав это, Матушка окончательно уверилась в том, что Цай Вэй действительно была с женщиной, а значит, её честь не запятнана, и за неё всё еще можно получить огромный выкуп! А на эти деньги можно будет женить Сяоху на госпоже Ли, ведь та считай уже своя, родная. Она принялась усердно потчевать гостью:
— Ешь, ешь давай! Наешься досыта, а потом пойдешь навестишь Цай Вэй, проветритесь вместе.
Госпоже Ли было неудобно отказываться от такого гостеприимства, и она через силу съела пару ложек.
Матушка украдкой дернула старшую сестру за рукав:
— Ступай отвори замок на двери Цай Вэй, только смотри, чтобы госпожа Ли не заметила.
Старшая сестра прошла на задний двор, приблизилась к двери Цай Вэй, отперла замок и толкнула дверь. Увидев, что Цай Вэй свернулась калачиком на кровати, она произнесла:
— Вставай, поешь немного. Госпожа Ли в гости пришла, только глупостей не болтай.
Цай Вэй вышла к обеденному столу, старшая сестра насыпала ей миску риса и положила в тарелку еды:
— Бедная Цай Вэй, совсем измоталась, целыми днями пашет, да еще и под дождь попала. Личико совсем белое стало.
Уловив аппетитный запах еды, Цай Вэй тут же почувствовала зверский голод. Она подумала: вы морили меня голодом целых два дня, наконец-то соизволили накормить.
Схватив палочки, она принялась жадно уплетать еду. Госпожа Ли, заметив, с каким нетерпением та ест, мягко произнесла:
— Ешь медленнее, не спеши, будто несколько дней крошки во рту не держала.
Домашние услышали это, и лица у них тотчас вытянулись.
Госпожа Ли лишь легко улыбнулась.
Когда Цай Вэй закончила трапезу, госпожа Ли вывела её на прогулку:
— Они что, всё это время морили тебя голодом?
Цай Вэй кивнула, глядя на бескрайние просторы полей:
— Зато теперь я наелась.
Госпожа Ли расспросила её о случившемся, и Цай Вэй выложила всё как есть. Подумав немного, госпожа Ли сказала:
— Боюсь, твоя матушка задумала выдать тебя замуж. Этот случай ее напугал, так что она может поспешить сбылть тебя с рук. У тебя есть кто-нибудь на примете? Если есть, попроси его заслать сватов к тебе домой — всяко лучше, чем если матушка продаст тебя первому встречному.
Лицо Цай Вэй покраснело:
— Да кого я могу любить? Кроме Гу Ли, я толком и не знаю других мужчин. Если матушка решит продать меня, я даже не знаю, из чего тут можно выбирать.
Госпожа Ли задумчиво произнесла:
— А каков этот Гу Ли? Ты такая красавица, если он настоящий мужчина, то непременно должен быть к тебе неравнодушен.
http://bllate.org/book/35200/4347929
Готово:
