Целый урок Линь Юаньюань вела себя как излишне возбужденная маленькая мартышка: она то и дело поглядывала на сидевшего рядом Чэнь Яо, словно пытаясь разгадать секреты какого-то выдающегося зубрилы.
Но заговорить с Чэнь Яо она не решалась, опасаясь потревожить поставщика белого персикового чая прямо во время урока. В итоге она раз за разом повторяла одну и ту же цепочку действий: старательно слушать учителя и конспектировать вслед за Чэнь Яо — ничего не понимать и потому коситься на то, чем занят Чэнь Яо — снова пытаться слушать учителя и конспектировать вслед за Чэнь Яо — и, наконец, клевать носом от подступающей дремоты.
В отличие от праздного любопытства Линь Юаньюань, интерес самого Чэнь Яо был куда сильнее сосредоточен на Дин Чжо. Едва начался перерыв, как Линь Юаньюань упорхнула в соседний класс к лучшей подруге, и стоило ее месту опустеть, как Чэнь Яо получил возможность напрямую заговорить с сидевшим всего через один проход Дин Чжо.
Тот сидел, откинувшись на спину и прислонившись к стене, и отдыхал с закрытыми глазами, казаясь смертельно уставшим — оставалось только гадать, чем он вечно занят.
Чэнь Яо слегка ткнул Дин Чжо в руку колпачком ручки, и парень повернулся к нему.
— Послушай, а откуда ты знал, что я займу первое место? — спросил Чэнь Яо. Произнеся это вслух, он сразу же почувствовал неладное: опираясь на уже имеющееся представление о Дин Чжо, он заранее предвидел ответ.
И действительно, Дин Чжо обронил:
— Угадай.
Чэнь Яо:
— …
— Не хочу угадывать.
Лицо Чэнь Яо едва не утратило способность выражать хоть какие-то эмоции.
Дин Чжо чуть изогнул уголки губ, судя по всему, оставшись весьма доволен произведенным эффектом. Чэнь Яо же принялся всерьез размышлять о том, что именно скрывается за этим красивым лицом Дин Чжо и из каких компонентов состоит его мозг.
— Ну ладно, так уж и быть, скажу. Причина очень проста, — произнес Дин Чжо. — В задачах, которые ты решал в тот день, было полно незнакомых мне символов.
Хотя подобные умозаключения не оставляли Чэнь Яо нир малейших шансов на возражение, ему пришлось признать: этот трудный подросток оказался довольно сообразительным.
По крайней мере, при горизонтальном сравнении он выглядел явно предпочтительнее Линь Юаньюань, раз уж был способен заметить, что символы выглядят иначе.
Чэнь Яо уже и сам не рад был, что заговорил с Дин Чжо. Стоило ему отвернуться обратно, как он внезапно заметил у своей парты какого-то паренька.
Тот стоял тихо и неподвижно, словно призрачная тень, и до смерти напугал Чэнь Яо.
Вздрогнув, Чэнь Яо выдал испуганное:
— Ой!
Стоявший рядом парень тоже заметно смутился:
— Я тебя напугал? Прости, прости ради бога.
Этот парень был знаком Чэнь Яо в лицо — его звали Ду Инцзэ, и в классе он пользовался определенным авторитетом и влиянием. На этот раз он подошел исключительно с целью познакомиться с Чэнь Яо.
В течение следующих перемен к Чэнь Яо то и дело подходили другие ребята, чтобы перекинуться словечком.
Вот тут-то Чэнь Яо на собственном опыте прочувствовал правоту слов Линь Юаньюань о том, что у них тут свои правила и признание можно заслужить, лишь обладая достаточной силой.
Звучало, конечно, как подростковый максимализм, но на практике всё так и обстояло.
Стоило ему занять первое место во всей параллели, как одноклассники сами бросились заводить с ним знакомство.
Сам Чэнь Яо вовсе не испытывал отвращения к подобному положению дел, скорее чувствуя легкое удовлетворение.
В конце концов, если бы он сам захотел сойтись с кем-то из класса, окружающие бы не стали от него отмахиваться, но он просто не делал этого.
Помимо того, что в последний год перед экзаменами Гаокао его вынужденно перевели в другую школу и он был явно не в том эмоциональном состоянии, в каком-то смысле он подсознательно ждал именно этого момента — когда его заслуги признают благодаря реальным результатам.
К полудню Ду Инцзэ подошел и пригласил Чэнь Яо пообедать вне школы.
— Не хочешь сегодня сходить поесть вместе? На другой стороне улицы есть отличное заведение с жареным мясом по-кантонски. Нас наберется человек пять-шесть, возьмем несколько разных блюд на всех, и выйдет очень выгодно.
Во Второй средней школе разрешалось покидать территорию на время обеда, главное было — вовремя вернуться. Чэнь Яо согласился.
Ду Инцзэ направился к Дин Чжо:
— Брат Чжо, не хочешь с нами?
— Сегодня не получится, — ответил Дин Чжо. — Я отпросился на вторую половину дня.
— А-а, точно, скоро же Праздник драконьих лодок, — с понимающим видом кивнул Ду Инцзэ и, не удержавшись от болтовни, добавил: — Кстати, брат Чжо, а какого числа в этом году главное празднество встречи царя драконов?
— В этом году двадцать шестого июня, — последовал ответ.
Ду Инцзэ принялся поддакивать. Стоявший рядом Чэнь Яо, услышав эту дату, на мгновение замер.
Двадцать шестое июня — если память ему не изменяла, именно на этот день были назначены итоговые экзамены за семестр.
Магазинчик с жареным мясом находился на противоположной стороне улицы, в нескольких минутах ходьбы, спрятавшись среди пышных крон придорожных деревьев под скромной красной вывеской с золотыми иероглифами.
Сама эта расцветка внушала уверенность, что разочарования не будет. Стоило переступить порог и взглянуть на меню, как всё подтвердилось: в полном соответствии со словами Ду Инцзэ, порции оказались огромными, а цены — низкими, причем в небольшом зале сидели исключительно ученики Второй средней школы.
— Жареная утка с ребрышками тут просто бесподобна, Чэнь Яо, обязательно попробуй, — горячо порекомендовал Ду Инцзэ, и Чэнь Яо заказал именно то, что ему посоветовали.
Вкус действительно оказался на высоте: кожица утки хрустела, мясо таяло во рту, ребрышки прекрасно пропитались специями и совершенно не казались жесткими, а главное — порция оказалась поистине внушительной. К заказу прилагался бесплатный суп из редьки, кукурузы и свиных мослов, наваристый, сладковатый и невероятно насыщенный.
Ду Инцзэ с приятелями вовсю трещали без умолку, обсуждая жизнь других обитателей городка — например, кто с кем снова подрался. Чэнь Яо не мог вставить ни слова, поэтому просто ел и слушал.
Даже выступая в роли простого слушателя, за таким обедом он почувствовал, что они стали намного ближе.
На обратном пути Чэнь Яо подловил момент, чтобы поговорить с Ду Инцзэ с глазу на глаз.
— Что это за встреча царя драконов, о которой ты говорил? — поинтересовался Чэнь Яо. Мысли об этом не покидали его с самого выхода из класса.
— Встреча царя драконов — это наш самый грандиозный ритуальный праздник, — пояснил Ду Инцзэ. — Он проходит дважды в год: на Праздник драконьих лодок и на Новый год. На берегу моря устраивают танцы, палят из петард, совершают жертвоприношения, чествуют царя драконов и проводят пышные обряды. Если у жителей городка нет каких-то экстренных дел, все обязательно идут посмотреть.
Шипу и другие прибрежные поселки издавна зависели от капризов погоды, поэтому там из поколения в поколение царила сильная атмосфера поклонения божествам и Будде, о чем Чэнь Яо прекрасно знал. В самом городке ему тоже доводилось видеть немало храмов царя драконов, где никогда не иссякал поток верующих.
— А какова роль Дин Чжо во всем этом празднестве? — спросил Чэнь Яо.
— О, так вот почему ты вдруг заговорил об этом! Всё из-за брата Чжо, да? — дошло до Ду Инцзэ. — Брат Чжо — знаменосец на Встрече Божества. Знаменосец — это парень, который идет впереди процессии, несет стяг царя драконов и прокладывает путь. Его выбирают старейшины, и в нашем городке это величайшая честь. Брат Чжо выполняет обязанности знаменосеца уже четыре года подряд, хочешь, я покажу тебе фотографии?
Ду Инцзэ шустро полистал галерею в телефоне и быстро отыскал несколько снимков, показывая их Чэнь Яо.
На фотографиях Дин Чжо был облачен в облегающие черно-золотые одежды, украшенные массивными наплечниками, которые выгодно подчеркивали его узкую талию, длинные ноги и безупречные пропорции тела. Стоя на возвышении и сжимая в руках огромное знамя, он выглядел доблестно и величественно, словно молодой военачальник.
Тогда Дин Чжо еще не красил волосы, и в нем не было того напускного хулиганства, что появилось сейчас, а вот присущая ему лихая удаль осталась прежней.
— Это снимки с прошлого года? — спросил Чэнь Яо.
— Нет, в прошлом году как раз совпало с итоговыми экзаменами, и я не смог пойти посмотреть. Похоже, это было позапрошлого, — ответил Ду Инцзэ.
Сам того не подозревая, Ду Инцзэ затронул самую суть проблемы.
Ведь Чэнь Яо с самого начала заинтересовался всей этой историей со Встречей Божества исключительно по этой причине.
— Выходит, в этом году расписание снова пересекается с итоговыми экзаменами, поэтому Дин Чжо и в прошлом году пропустил их? — уточнил Чэнь Яо. — Как так вообще получается, что даты совпадают?
— Ну да, — подтвердил Ду Инцзэ. — Экзамены-то городские, единые для всех, не у нас же одних всё устроено по-своему, так что совпадение дат неизбежно.
— Разве это не сильно повредит Дин Чжо? — не удержался от вопроса Чэнь Яо.
— Да вроде ничего страшного, — подумав, ответил Ду Инцзэ. — Итоговые экзамены — это же не какая-то великая важность, вряд ли тут есть о чем переживать.
Чэнь Яо хотел расспросить подробнее, но раз уж собеседник считал происходящее маловажным, дальнейшие расспросы сделали бы его самого простым зевакой, сующим нос не в свои дела.
Что ж, понять он этого не мог, но оставалось лишь принять чужие нравы.
К полудню Дин Чжо вместе со своим рюкзаком снова испарился из класса.
Послеобеденное время выдалось таким же духота и знойным, как и все семь дней до этого.
Ярко-алые цветы феникса свешивались ветками прямо к окнам, а каждый уголок за пределами классной комнаты был пропитан удушающе горячим воздухом.
У учительского стола низко гудел кондиционер, словно неизменный фоновый звук каждого лета.
Темп обучения во Второй средней школе заметно отставал от провинциальной школы Шэньши. В последней Чэнь Яо уже полностью прошел всю программу для подготовки к экзаменам Гаокао и даже приступил к первому кругу общего повторения, тогда как во Второй средней все еще объясняли новый материал, из-за чего присутствие на уроках превращалось в пустую трату времени.
К тому же, после того как он завоевал первое место в параллели, все преподаватели молчаливо закрывали глаза на то, что Чэнь Яо открыто решал на уроках собственные задачи.
После полудня клонило в сон: когда задачи были простыми, не удавалось сосредоточиться, а стоило им усложниться, как мозг отказывался соображать. Чэнь Яо сидел в полумраке, когда Линь Юаньюань внезапно поставила на его стол бутылку.
Ледяная вода, на стенках которой еще держались капли влаги, а на дне примостилась бумажка. Кругловатый почерк Линь Юаньюань выглядел довольно мило.
— [Оказывается, зубрилы тоже умеют спать ovo
Угощаю тебя водой! Не забудь поделиться со мной водой на следующей неделе!
Я отдала за эту бутылку целых 5 юаней!]
Это был тот самый белый персиковый чай — награда лучшим ученикам от школы, собственного производства их столовой.
Бутылка выглядела просто, а поверх была наклеена забавная самодельная наклейка, но вкус оказался неожиданно превосходным.
Насыщенный аромат персика в чае гармонично сочетался со свежими нотками мяты и мягкой основой зеленого чая. Стоило сделать глоток, как по телу разливалась прохлада, мгновенно смывая летнюю жару.
По окончании последнего урока второй половины дня в дверях класса вновь появился классный руководитель. На прошлой неделе результаты недельного тестирования объявляли ровно в это же время, и сегодня всё повторилось.
Хотя то, что Чэнь Яо занял первое место в параллели, стало известно заранее, сейчас оглашение результатов ночи официальный характер, и, произнося имя первого ученика, классный руководитель сиял от гордости.
Но еще больше, чем рейтингом, он гордился баллами Чэнь Яо.
— Из 750 возможных баллов ученик Чэнь Яо набрал 736, потеряв крохи лишь на сочинениях по китайскому и английскому, — с нескрываемым воодушевлением заявил учитель Цинь. — Если у кого-то из вас будет свободное время, можете попросить у Чэнь Яо его бланки ответов. Работы Чэнь Яо идеальны: безупречны как по степени стандартности оформления решений, так и по аккуратности почерка, к ним просто невозможно придраться.
Сама по себе безупречность ответов не казалась Чэнь Яо поводом для особой радости, поскольку задания в тестах Второй средней школы действительно были чересчур простыми.
Но в глазах его одноклассников такой результат выглядел не иначе как сказочным достижением, и Линь Юаньюань, среди всеобщих аплодисментов, тихонько прошептала:
— Раньше я почему-то думала, что максимум на экзамене — это 650 баллов.
Чэнь Яо:
— …
— Брат Чжо говорил, что ты супер-зубрила, а я поначалу не верила. Оказывается, и правда, — Линь Юаньюань подняла перед Чэнь Яо большой палец.
Мысленно Чэнь Яо отметил про себя, что слепая вера этого трудного подростка в него просто поражает.
Если не считать первого места Чэнь Яо, остальные позиции в рейтинге ничем не отличались от прошлой недели: второе место по-прежнему удерживал Линь Жуйцюань из второго класса, средний балл у них оставался самым высоким на параллели, а их собственный третий класс так и плелся на последнем месте.
Хотя Чэнь Яо в одиночку поднял средний балл всего класса на несколько пунктов, изменить расстановку сил в таблице это не помогло.
Классный руководитель раздал бланки с результатами: работы проверяли по одному предмету в день, и сегодня разбирать ошибки пришел учитель английского языка.
http://bllate.org/book/35193/4347089
Готово:
