Су Цзинге содрогнулся. Маленький Су-Су? Тьфу…
– По-моему, у тебя начался период течки, – отпарировал Су Цзинге.
Бросив взгляд на руку Ян Жэньчжо, он помрачнел: его брата посмели ранить!
– Тогда ищи меня, чтобы сойтись! Ой, маленький Су-Су, чмок! – Ян Жэньчжо послал ему воздушный поцелуй.
– Катись! – лицо Су Цзинге покраснело не от смущения, а от злости на Ян Жэньчжо.
Раз уж выместить злобу на друге было нельзя, эту роль автоматически взяла на себя мелкая шпана. Су Цзинге, конечно же, не церемонился, пиная туда, куда удобнее. Заодно и отомстил за брата.
– Сдохни! – в глазах Шрама мелькнули кровожадность и азарт.
Линь Сиу рассекла воздух ударом ноги в грудь Шрама. Тот никак не ожидал такого поворота: винная бутылка разлетелась о край стола, Шрам судорожно отшатнулся назад, рухнул у стола, обхватил руками грудь и зашелся в яростном кашле.
Услышав звук падающей на пол бутылки, Бай Момо приоткрыла один глаз и увидела, что Шрам сидит в двух с лишним метрах напротив нее, зажав грудь руками и кашляя.
– Ха-ха… По-моему, это ты хочешь сдохнуть! – с улыбкой произнесла Линь Сиу, но в ее глазах читалась смертная серьезность: сметь обижать ее друзей — это чистой воды самоубийство.
Сяо Ицзюэ и Су Цзинге опешили. Какая сильная девчонка! Настоящий мастер! Они впервые видели, чтобы девушка дралась так свирепо, и в глубине души у них внезапно зародилось неподдельное восхищение.
Похоже, можно не бояться, что она станет обузой. Эта девчонка превзошла все ожидания. Сяо Ицзюэ зловеще усмехнулся: еще один вопрос решен.
– Сиу! – Момо поднялась, опираясь о стол, и радостно схватила Линь Сиу за руку.
– Ты в порядке? – встревоженно спросила Линь Сиу, боясь, что та испугалась.
– Пока ты здесь, со мной всё хорошо! – хихикнула Бай Момо.
Хм! А теперь пора выйти на сцену и мне, красавице!
– Главарь, главарь, ты цел? – с тревожными вопросами подбежали двое приспешников. Им тоже досталось на орехи!
– Живо схватите этих двух стерв! – Шрам толкнул вперед двух своих подчиненных.
Те переглянулись, но не посмели двинуться с места: раз уж даже главарь попался под ее удар, разве их собственные дни не сочтены?
– Хотите сказать, что вы тоже ищете смерти? – Линь Сиу прищурилась и сладко улыбнулась.
Ее улыбка казалась донельзя милой, но от нее обоих парней прошиб ледяной пот. Она улыбалась точно демон, словно обдумывая, как бы с ними расправься.
– Тупицы, пошли вон с дороги! – Шрам увидел, что те перепихиваются друг с другом, но сунуться не смеют. Взбешенный до предела, он схватил две бутылки и безжалостно обрушил их на головы подчиненных.
Раздалось два глухих удара: из рассеченных голов приспешников хлынула кровь, и они рухнули на пол без чувств.
Хм! Подумаешь, две сопливые девчонки! Неужели он, местный бугай, испугается какой-то парочки?
– Раз сами напросились, я составлю тебе компанию, – Линь Сиу улыбнулась еще лучезарнее и беззаботнее.
Видя ее невинное выражение лица, Шрам разъярился еще сильнее. Его угораздило повестись на уловку девчонки! Он свирепо уставился на Линь Сиу взглядом, готовым разорвать ее на тысячу кусочков, и поклялся, что сегодня она заплатит по счетам.
Линь Сиу подумала: если бы взглядом можно было убивать, она бы уже превратилась в картофель фри.
Впрочем, ее было не запугать. С малых лет она не проиграла ни единой драки; в прошлой школе ее исключили именно из-за того, что она ввязалась в потасовку ради Момо — впрочем, дракой это можно было назвать лишь условно, она просто помогала людям. Она была уверена, что даже если Ян Жэньчжо, Сяо Ицзюэ и Су Цзинге нападут на нее втроем, они вряд ли одолеют ее — в худшем случае сведут бой к ничьей. К тому же она с первого взгляда поняла, что Шрам ей не ровня.
Тем временем Ян Жэньчжо, Су Цзинге и Сяо Ицзюэ подошли и встали рядом с Линь Сиу.
– Ха! Я же говорил, что ты сдохнешь! – самодовольно заявил Су Цзинге.
– Ты… – Шрам скрежетал зубами, выдавливая из себя лишь это слово.
Бай Момо вновь была повержена в трепет и тихонько отступила на шаг, зажав нос пальцами. Вот черт, кажется, у нее сейчас пойдет носом кровь.
Решив, что она испугалась, Ян Жэньчжо заслонил Момо собой.
Чертов Ян Жэньчжо, ты меня загородил! А я еще хотела посмотреть представление! – мысленно взвыла Бай Момо.
Шрам окинул зал взглядом и обнаружил, что все его подручные катаются по полу, обхватив руками раненые места и стоня.
Лицо Шрама посинело: эти никчемные ничтожества в решающий момент оказались совершенно бесполезны.
– Я и сам с вами справлюсь, – сжав кулаки, процедил Шрам.
– А ну прекратите! – раздался густой голос.
Кто еще не боится смерти и посмел явиться сюда в самый разгар противостояния?
К ним приближался средних лет мужчина в строгом костюме. Он остановился неподалеку от них, и мгновенно все его телохранители взяли их в кольцо.
– Босс, они… – подбежав к нему, официант что-то зашептал мужчине на ухо.
Всё, началось.
Мужчина окинул их взглядом, затем взмахнул рукой и бросил официанту:
– Свободен.
– Есть, босс! – тот почтительно поклонился и удалился.
– За кого вы принимаете мое заведение? – мягко поинтересовался мужчина. Но в его словах крылось такое незримое давление, что волей-неволей приходилось подчиняться.
Даже Шрам заметно утих.
– Простите ради бога, босс, мы вовсе не хотели, чтобы дошло до такого, и не собирались нарушать порядок в rainbow. Давайте так: подсчитайте убытки за разбитые столы и стулья, мы всё возместим. А за ущерб нашему бизнесу мы тоже заплатим в полном объеме, как вы смотрите на это… предложение? – Сяо Ицзюэ шагнул вперед и с вежливой улыбкой почтительно обратился к мужчине.
Мужчина поднял взгляд на Сяо Ицзюэ и произнес:
– Вы же студенты!
– Да, – не колеблясь, ответил Сяо Ицзюэ.
– Разве вы не знаете, что несовершеннолетним вход в rainbow запрещен? – спросил мужчина.
– Ну… – Сяо Ицзюэ покрылся холодным потом. Ощущать на себе давление этой невидимой силы было выше всяких сил!
– Да скажи ты прямо, сколько тебе нужно денег! – выступила вперед Линь Сиу с презрительным видом.
– Линь Сиу, заткнись! – сурово прикрикнул на нее Сяо Ицзюэ, после чего вновь повернулся к мужчине: – Тысяча извинений, моя подруга еще не умеет толком разговаривать, прошу босса проявить снисхождение, – виновато улыбаясь, добавил он.
Мужчина взглянул на Линь Сиу и на секунду замер.
Она из Старшей школы Ланьюань? И они все оттуда?
– Чего уставился? Другие тебя боятся, а я — нет! Хочешь, выставь своих людей против меня, проверимся в деле? – Линь Сиу приняла боевую стойку и вскинула подбородок.
– Линь Сиу, я сказал, заткнись! – Сяо Ицзюэ сверкнул на нее глазами, давая понять: не хочешь сдохнуть — закрой рот.
– Жить надоело? – злобно оскалился Шрам.
– Хм! – фыркнула Линь Сиу и отвернулась.
Подумаешь, знакомы без году неделя, подумаешь, симпатичной внешности — с какой стати он на нее орет?
– Уведите ее, – махнув рукой, бесстрастно бросил мужчина.
– Ладно! Посмотрю я, как вы меня увещевать будете, – усмехнулась Линь Сиу.
– Алло? Молодой господин? – почтительно произнес мужчина в трубку.
Разве он не главный босс? Тот, кому он звонит, и есть настоящий босс?
Мы с Сяо Ицзюэ переглянулись. Что здесь вообще происходит?
– Слушаюсь, молодой господин, всё будет исполнено по вашему приказу.
– До свидания, молодой господин! – мужчина завершил вызов.
– Что, кишка тонка драться? – Линь Сиу приподняла бровь.
Сяо Ицзюэ торопливо оттащил Линь Сиу за спину и залепетал:
– Прошу вас, извините…
– Убытки возмещать не нужно, можете идти, – глядя на Линь Сиу, спокойно произнес мужчина.
Какая невоспитанная девчонка! Ума не приложим, что за родители воспитали такую дочь: ни малейшего уважения к старшим, зато гонора хоть отбавляй. Он уже собирался отдать приказ скрутить ее, как вдруг позвонил молодой господин и велел их отпустить. Что поделать, раз они учатся в одной школе — приказы молодого господина ослушаться нельзя.
Переглянувшись, ребята недоумевали: они разнесли его бар rainbow, а он мало того что не требует компенсации, так еще и отпускает их?
– Уходите! – мужчина отвернулся, его голос по-прежнему звучал равнодушно.
Затем, бросив взгляд в сторону, он распорядился:
– А эту шайку бугая оставить. Подсчитайте ущерб бару, а потом вышвырните их по одному на улицу. И чтобы духу их здесь больше не было! Попадется на глаза — переломать ноги.
С этими словами он зашагал прочь в сопровождении охраны.
– Слушаемся, босс, – отозвались подчиненные.
Шрам остолбенел. Этот мужчина явно непрост: зная, что он местный бугай, тот ни капли не испугался и приказал своим людям скрутить их.
– Главарь, что нам делать? – сбившись в кучу, подбежали к нему приспешники.
– Знал, что я бугай, и все равно посмел меня тронуть? – потемнев лицом, мрачно бросил Шрам.
– Плевать я хотел на какого-то бугая. Я бы и всю твою шайку сровнял с землей, – не замедляя шага, бросил через плечо мужчина.
Лицо бугая побелело от страха. Какая наглость!
– Ха-ха! Так его зовут бугай! – расхохоталась Бай Момо, а затем добавила: – И ведь имя как раз по нему!
– Ах ты сучка! – перекосившись от злости, Шрам уставился на Бай Момо.— Эй, люди, схватите-ка мне этого хулигана! — приказал телохранитель Рэйнбоу.
— Ошибаешься, его надо звать мерзким хулиганом, — тут же поддакнула Линь Сиу.
— Вы у меня это запомните, — прошипел хулиган, донельзя уязвленный, и уставился на них.
— Не переживай, я твою физиономию запомню. В конце концов, ты первый на моей памяти настолько уродливый человек, просто неизгладимое впечатление производит! — состроив забавную рожицу, произнесла Линь Сиу.
— Ладно, пошли! — бросил Сяо Ицзюэ.
Они все наслышаны о нем: тот еще бандит, похоже, на этот раз они вляпались в неприятности.
Компания двинулась по дороге. Благодаря Ян Жэньчжо они все вот так естественным образом перезнакомились, а вдобавок, увидев боевые навыки Линь Сиу в деле, они, разумеется, прониклись к ней диким восхищением.
— Черт побери! В следующий раз, как увижу его, пожалуй, просто сбегу, целее буду, — изрек Су Цзинге.
— Су Цзинге, как ты можешь быть таким никчемным? — презрительно глянув на него, бросила Бай Момо.
— Чего ты понимаешь? Я между прочим тоже слыхал про этих типов, — Су Цзинге яростно взъерошил свои кричащие красные волосы, едва не подпрыгивая от злости. Эта дохлая девчонка смеет называть его никчемным? Разве она не знает, как сильно мужчины ненаносят эти два слова — никчемный?
Сяо Ицзюэ посмотрел на уязвленного Су Цзинге и расплылся в улыбке, наблюдая, как тот суетится и бесится, но при этом явно не смеет даже тронуть пострадавшего раба Яна.
— Послушайте, Цзинге ведь прав: если не можешь победить, конечно, надо бежать. Вы двое впредь тоже не лезьте на рожон при встрече с ним, лучше обходите стороной, — улыбнувшись, посоветовал Сяо Ицзюэ.
— Это еще почему? Не то чтобы я не могла его одолеть, — воинственно взмахнула кулаком Линь Сиу.
У Су Цзинге запульсировало в висках по обе стороны от глаз. Он беспомощно помассировал виски: ладно, говорить с этой грубиянкой — все равно что в пустоту бросать.
— Раз Ицзюэ так сказал, я обязательно послушаюсь, — подобострастно польстила Сяо Ицзюэ Бай Момо.
— Момо такая послушная, — мягко улыбнулся Сяо Ицзюэ.
Пара персиковых глаз мгновенно лишила Бай Момо всякого рассудка.
— До чего же хорош! — не удержавшись, выпалила она.
— Кхм, — смущенно кашлянул Сяо Ицзюэ, и его щеки порозовели.
Бай Момо окончательно и бесповоротно увязла в этих персиковых глазах.
Ну просто пагуба! Настоящая пагуба!
Су Цзинге, услышав это, тут же взвился.
— Эй! Ты ослепла, что ли? Я же явно красивей него! Погляди на него — вылитый мертвый женоподобный парень, — вытаращив глаза, Су Цзинге ткнул пальцем в лицо Бай Момо, всем своим видом говоря: «мелкая, приди уже в себя!»
— Сам ты женоподобный парень! Рожей в девку уродился, весь такой из себя сладенький, по тебе сразу видно — типичный пассив, — отмахнувшись от его руки, парировала Бай Момо.
— Ах ты... — лицо Су Цзинге почернело, он скрежетал зубами, свирепо глядя на Бай Момо.
В этот момент у него впервые в жизни возник непреодолимый зуд врезать женщине.
Сердце Ян Жэньчжо рухнуло куда-то в пятки. Он покосился на шедших впереди четверых и почувствовал себя еще более обиженным. Все они — сплошная компания любителей внешности, предавших дружбу! Если бы не он, разве познакомились бы они вообще? А теперь вон болтают друг с другом, забыв обо всем, а он — бедняга! На душе у него было холодно и сиротливо.
Он снова погладил через ткань рукава свое предплечье: когда его звезданули бутылкой, кровь хлестала вовсю, и чтобы не волновать остальных, он просто опустил рукав. Но почему, почему никто даже не обратил на него внимания?
Злюки, просто сплошные злюки.
— Кажется, кого-то не хватает, — заметила Линь Сиу.
— Никого не хватает, — окинув взглядом троих спутников, возразил Су Цзинге. — Ицзюэ, дура, я и ты — где тут кого-то не хватает?
Ву-у-у-у... Вы забыли про меня! — Ян Жэньчжо преисполнился еще большей жалости к себе.
Он уже поднял руку, собираясь заявить, что они забыли именно его, как вдруг услышал яростный вопль Бай Момо:
— Чертов Су Цзинге, кто тут дура?! Жить надоело, по морде захотел?
— Я же не тебя имел в виду, чего ты так бесишься? — не преминул язвенно бросить Су Цзинге.
Глядя на посиневшее от злости лицо Бай Момо, он внутренне ликовал: наконец-то удалось отыграться за прошлый раз.
Ян Жэньчжо с унылым видом опустил руку и потер нос.
Су Цзинге наконец не выдержал и рявкнул, оборачиваясь:
— Твою мать! Ян Жэньчжо, быть раненым — это теперь великое достижение, что ли?
А? Ян Жэньчжо ошарашено уставился на Су Цзинге. Он... он что, знал, что тот ранен?
— Н-нет... Совсем нет! Никакое это не достижение, — сглотнув слюну, жалко пролепетал Ян Жэньчжо.
— Раранен и молчал? Жить надоело?! — Линь Сиу шагнула вперед, занеся кулак.
Бай Момо охватило чувство вины.
— А? Ян Жэньчжо ранен?! Почему сразу не сказал? — словно наступили на хвост крысе, Бай Момо подскочила к нему и принялась засучивать ему рукав.
— Ты в порядке? — подошел Сяо Ицзюэ.
Он действительно понятия не имел, что тот ранен, — неудивительно, что тот всю дорогу слова не вымолвил.
Ян Жэньчжо по-дурацки улыбнулся и пробормотал:
— Я сейчас так тронут... Мне прямо плакать хочется, у-у-у...
— Плакса хренова! — Бай Момо отвесила ему увесистый подзатыльник и тут же добавила: — Ранен и в тряпочку молчал, специально хотел, чтобы меня совесть загрызла, да?
После этого она опустила голову, и ее глаза почему-то покраснели.
Ян Жэньчжо от удара вжался в плечи: королева есть королева, он тут вообще-то ранен, а она все такая же свирепая.
Зрелище длинного рваного пореза заставило Бай Момо почувствовать себя еще виноватее. Она ведь вечно относилась к Ян Жэньчжо без всякой теплоты, но тот, казалось, никогда не держал на нее зла.
— Пошли в больницу, не хватало еще заражения крови, — бросила Линь Сиу.
Ян Жэньчжо послушно кивнул.
Су Цзинге свистнул и заявил:
— Ну а я тогда в школу. Если мы все потащимся в больницу, народ решит, что тут ограбление века.
Сяо Ицзюэ тоже с улыбкой произнес:
— Я тоже в школу, у меня еще кое-какие дела остались.
— Угу, ладно, — кивнула Линь Сиу.
После чего она поймала такси и уехала.
Су Цзинге зашагал впереди, а Сяо Ицзюэ, попрощавшись, последовал за ним.
— Женоподобный, какого черта ты увязался со мной? — без церемоний выпалил Су Цзинге.
— Понятия не имею, что за ничтожество звонило мне во время драки и орало что-то вроде: если не придешь, будешь собирать мои кости? И что теперь? Выбросить меня решил, как только я выполнил свою роль? — приподняв брови, осведомился Сяо Ицзюэ.
— Да я звал тебя, звал! Сяо Ицзюэ, ты, женоподобный гад, напроситься на драку хочешь?! — раскрасневшись до корней волос, завопил Су Цзинге, опять его назвали никчемным! Ах, ах, ах!
— Прости, со слабоумными не драчусь, — последовал холодный ответ Сяо Ицзюэ.
— Ах ты женоподобный урод! — Су Цзинге едва не взбесился.
— И кто из нас еще больше на девчонку похож! — Сяо Ицзюэ даже глазом не моргнул на его перекошенное лицо.
— Конечно ты! — Тьфу! Сяо Ицзюэ куда больше похож на девчонку.
— А кто это у нас в детстве платьица носил? — выдал напоследок Сяо Ицзюэ.
— А-а-а! Женоподобный, заткнись, немедленно заткнись! — запаниковал Су Цзинге.
Проходившие мимо девчонки с изумлением оборачивались на двух красавцев, устроивших перепалку посреди улицы.
И правда, старый имбирь острее молодого!
Их голоса постепенно затихли вдали.
Последние два дня Сунь Жумэн на удивление не донимала Линь Сиу новыми пакостями — то ли слова Сяо Ицзюэ возомнили эффект, то ли она еще не придумала, как именно ей насолить.
Хорошие или плохие, Линь Сиу принимала все подряд: слишком пресная жизнь делала ее чересчур тихой.
Так что иногда помериться силами с Сунь Жумэн было даже неплохо.
Единственное — последние пару дней Су Цзинге зачастил к ним в класс, словно на собственный огород ходит.
Стоило ему появиться, как они с Момо тут же сцеплялись языками. Видеть, как от речей Момо у того зеленеет лицо и появляется жгучее желание разорвать ее на кусочки — это вносило яркие краски в застоявшуюся гладь будней.
Сяо Ицзюэ же почти не заглядывал, если не считать того раза, когда Жэнь Чжо вымок до нитки.
Поскольку предсказать появление Су Цзинге было невозможно, девчонки теперь на каждом уроке красились перед зеркальцем, а на перемене ждали его визита.
Кому радость, а кому беда: девчонки ликовали, а местные «лягушки» ненавидели Су Цзинге еще лютее — типичный случай: «видит око, да зуб неймет». Раньше девчонки хоть изредка с ними болтали, а теперь, как только заявляется этот Су Цзинге, они даже взглядом местных парней не удостаивают.
Эх, трагедия!
Впрочем, что тут поделаешь — у молодого господина Цзина есть все основания для самоутверждения: богат, писаный красавец, состоит в студсовете, да еще и умеет девчонкам настроение поднимать.
Естественно, Су Цзинге быстро сблизился с девчонками из их класса.
Раньше на Су Цзинге они могли смотреть лишь издалека, даже не смея подойти поздороваться. Кто бы знал, что он сам заявится к ним в класс! В конечном счете все это было заслугой Линь Сиу и Бай Момо, так что девчонки были им искренне благодарны, да и отношения с ними стали гораздо теплее.
Правда, доводилось слышать и разговоры о том, что Су Цзинге, мол, не такой красивый, как Принц Е.
Источником этих слухов, разумеется, была Сунь Жумэн. Со временем я поняла: оказывается, Сунь Жумэн сохнет по какому-то там Принцу Е!
И надо же такому случиться, что я сижу прямо по соседству с объектом ее воздыхания... Только почему она сама-то к нему не подсядет?
Впрочем, судя по всему, у Сунь Жумэн там безответная любовь.
Как говорится, цветы падают с охотой, да ручью безразлично!
Поделом ей, сама виновата, кто просил ее быть такой злобной.
Мой интерес к этому Принцу Е разгорался все сильнее. В конце концов, красавчиков мы все любим, это святое.
Но почему он вечно прогуливает уроки? И ведь даже прогуливает так безнаказанно — учителя словно воды в рот набрали, до чего же вопиющий фаворитизм!
— Сиу, а принц Цзин не обмолвился, когда он придет?
http://bllate.org/book/35168/4343638
Готово:
