Всё же оставаться в клане Шэнь было куда безопаснее.
Он перевел взгляд на Шэнь Юйцин. На этот раз в его глазах проступила суровость — казалось, стоило Шэнь Юйцин сказать хоть слово против, и места для отступления уже не останется.
Шэнь Юйцин повернулся к Пэй Ияню и попросил Систему вывести на экран план той квартиры, чтобы взглянуть на нее самому. Жилье, выделенное академией, и правда оказалось весьма просторным, а главное — там имелась гостевая спальня.
Немного подумав, он решил, что в переезде Пэй Ияня следом за ним нет ничего страшного. В конце концов, пока дело не дошло до сюжетных точек, они оба будут жить в разных комнатах, а в будни им, пожалуй, удастся видеться лишь мельком по вечерам.
Должно быть, они смогут ужиться под одной крышей.
Шэнь Юйцин откинулся на спинку дивана:
— Мне всё равно, раз он хочет ехать, пусть едет.
Шэнь Чжэнь легонько пнул Шэнь Юйцина, призывая выражаться приличнее.
Шэнь Юйцин глубоко вздохнул и спросил:
— Ты собираешься переезжать со мной?
Пэй Иянь по-прежнему мягко улыбался.
— Хорошо, — ответил он.
Для него не имело никакого значения, где жить.
Шэнь Чжэнь взмахнул рукой:
— Ладно, я позову водителя, чтобы он помог вам перевезти вещи. У меня еще дела в компании, я поеду.
Он поднялся, сделал пару шагов, но, будто что-то вспомнив, обернулся к Шэнь Юйцину, который раскинулся на диване бесформенной лепешкой:
— Разве сейчас у тебя не должны идти занятия? Почему ты дома?
Шэнь Юйцин, словно наступили на хвост коту, тут же подскочил с дивана и торопливо бросил:
— Я пойду собирать вещи.
Ах, как бы ему хотелось остаться в академии! Но сюжет не позволял!
С помощью слуг вещи, которые оба юноши решили взять с собой, быстро утрамбовали на заднее сиденье машины.
У Пэй Ияня вещей оказалось немного, к тому же вчера он только приехал, и многое еще даже не успел достать из чемоданов, что сегодня очень кстати облегчило задачу.
Шэнь Юйцину нужно было в академию, поэтому он вышел у ворот учебного заведения, оставив их самих добираться до новой квартиры.
Проводив взглядом отъезжающую машину, он мысленно обратился к Системе:
— Отыгрывать сюжет — это просто безумно утомительно.
— ……
Система хранила молчание.
Она тоже устала. Ее виртуальное сердце было смертельно уставшим.
Шэнь Юйцин, прекрасно зная ответ, поинтересовался:
— Что такое, Сяо Цзю, почему ты молчишь? Ты что, от природы не любишь разговаривать?
В следующее мгновение индикатор Системы погас — она отключилась и ушла в спящий режим.
Он не удержался и усмехнулся: а эта Система оказалась совсем нестойкой к шуткам.
Шэнь Юйцин отсидел дневные пары, потянулся и решил сначала заглянуть в клинику проверить, как поживает котенок. Едва выйдя из аудитории, он издалека заметил шагающего к нему Линь Суя.
— Цин-гэ, — окликнул его Линь Суй.
Шэнь Юйцин подождал, пока тот подойдет ближе, и спросил:
— В чем дело?
— Разве я не отправлял тебе сообщение? — напомнил Линь Суй.
Шэнь Юйцин припомнил: кажется, тот писал, что узнал, в каком баре подрабатывает Сун Ванчжо, и звал его заглянуть туда вместе.
Шэнь Юйцин, разумеется, хотел отказаться. За исключением моментов появления сюжетных точек, он надеялся мирно сосуществовать с главными героями, а лучше и вовсе не пересекаться с ними.
Но это, очевидно, было невозможно. Шэнь Юйцин на мгновение засомневался, лихорадочно соображая, какой бы предлог придумать для отказа Линь Сую, как вдруг в его голове точно по расписанию развернулась сцена из сюжета.
Мерцание огней в баре казалось невероятно тусклым, неоновые лучи стремительно скользили по каждому присутствующему. На центральной сцене откровенно одетые альфы и омеги извивались в танце, а толпа вокруг вскидывала бокалы и исступленно вопила.
В каком-то темном углу чья-то нога наступила на плечо Сун Ванчжо, заставляя его встать на колени. Кто-то сжал в руке бутылку элитного алкоголя стоимостью в десятки тысяч, наклонил ее, и струйка спиртного полилась прямо на спину Сун Ванчжо.
От резкого ощущения чужое тело напряглось, заставив человека с бутылкой презрительно усмехнуться:
— Что такое, наш лучший ученик не может вынести даже капли этого алкоголя?
Шэнь Юйцин приподнял веки. Переведя взгляд на стоявший рядом столик, он произнес:
— Я же сказал: сколько бутылок с этого стола ты сможешь выпить, столько я и оплачу.
Он еще сильнее надавил ногой на плечо Сун Ванчжо и поинтересовался:
— Лучший ученик, почему у тебя такое лицо? Смотреть на тебя просто... сердце кровью обливается.
Сун Ванчжо холодно смотрел на него. Множество снующих туда-сюда посетителей видели эту сцену, но никто не решался вмешаться, даже его коллеги.
Никто не хотел навлекать на себя неприятности.
Шэнь Юйцин убрал ногу и бросил:
— Давай, лучший ученик, пей.
Пожалуйста, отправляйтесь в бар и завершите сюжет, связанный с Сун Ванчжо, — голос Системы в этот момент звучал как бесчувственный робот для выполнения задач. — Пожалуйста, примите предложение Линь Суя.
Линь Суй потряс перед носом Шэнь Юйцина слегка подрагивающей от напряжения рукой:
— Ты о чем задумался?
Шэнь Юйцин очнулся и ответил:
— Ладно. У меня тут еще кое-какие дела, встретимся чуть позже.
Линь Суй поднял руку и, включая оптический мозг, проговорил:
— Договорились, в семь вечера? Я еще спрошу у остальных, свободны ли они, погнали все вместе.
Шэнь Юйцин кивнул:
— Хорошо, скинь мне адрес.
Затем он с некоторым недоумением посмотрел на Линь Суя и спросил:
— Чего это у тебя руки трясутся?
Линь Суй замер, а затем возмущенно выпалил:
— Кто тут трясется?! Юйцин! Не распускай слухи!
И тут же поспешно опустил руку, делая вид, будто ничего не произошло.
Система заботливо пояснила:
— Утром переборщил с отжиманиями, вот теперь мышцы и покапризвывают.
Шэнь Юйцину стоило больших трудов сдержать улыбку, но, заметив взъерошенный вид Линь Суя, он тут же подавил веселье:
— Ладно-ладно, это мне померещилось. Тогда до встречи вечером, пока.
Линь Суй, разумеется, уловил насмешку во взгляде Шэнь Юйцина. Всё из-за того, что утром тот обмолвился, будто у Сун Ванчжо прекрасно развита мускулатура. Линь Суй затаил обиду и в обед тайком отправился в тренажерный зал на разведку.
А после выяснил, что мышцы у того действительно заслуженные.
Его собственные руки до сих пор не слушались и подрагивали.
Линь Суй кипел от злости, но возразить не смел!
Шэнь Юйцин не стал забивать себе голову выходками Линь Суя. Сначала он заглянул в ветеринарную клинику навестить котенка и как раз в этот полдень придумал ему имя — Хаоюньлай.
http://bllate.org/book/35166/4343308
Готово:
