Сюй Цзиньли гневно посмотрел на него: С чего ты взял, что имеешь право так со мной разговаривать!
Резкое дыхание отозвалось острой болью в травмированном плече. Сюй Цзиньли поморщился, стиснул зубы и уставился на Чжао Ланя.
Тот слегка нахмурился.
— Ты пришел посмеяться надо мной? — прохрипел Сюй Цзиньли.
Чжао Лань сделал шаг вперед и положил ладонь на тяжело вздымающуюся грудь Сюй Цзиньли.
— Сюй Цзиньли, ты хоть раз задумывался о том, что твой способ спасения был ошибочным?
Под ладонью Чжао Ланя грудь Сюй Цзиньли мгновенно напряглась. Он смотрел на него, и в его глазах читалось лишь упрямство.
Чжао Лань отнял руку и невозмутимо произнес:
— Не понимаешь?
Сюй Цзиньли молчал, до боли сжимая челюсти.
— Я слышал, это ты заставил ученицу лезть по горке, — сказал Чжао Лань.
— И что с того?
— Причем сделал это после того, как она ясно дала понять, что отказывается.
Сюй Цзиньли в ярости сверкнул глазами:
— Что ты пытаешься этим сказать?
Чжао Лань посмотрел на него:
— Ты не беспокоился о том, что твои решения могут привести к травме ребенка?
Сюй Цзиньли с недоверием уставился на него:
— Пострадал я! — выпалил он, внезапно ощутив прилив обиды. — Господин адвокат Чжао, это я защищал ее, это я поймал ее своим телом! А ты обвиняешь меня в том, что я не подумал о последствиях?
Чжао Лань опустил взгляд:
— А если бы пострадал не только ты?
Сюй Цзиньли смотрел на него с нескрываемым возмущением.
— Если бы ученица получила серьезные увечья, родители потребовали бы ответа от тебя, независимо от того, лежишь ты сейчас здесь или нет, — отчеканил Чжао Лань.
Сюй Цзиньли широко открыл глаза, ошеломленно глядя на него.
— Теперь понимаешь? — спокойно спросил Чжао Лань.
Лицо Сюй Цзиньли на мгновение исказилось от растерянности, но затем он воскликнул:
— Ты не прав! Ты говоришь лишь о том, как избежать ответственности, а я спасал человека. Когда спасаешь жизнь, не думаешь о том, как потом оправдываться перед родителями.
Чжао Лань холодно усмехнулся:
— Достойная позиция. Скажи, в вашей школе совсем нет страховочных матов для прыжков?
Сюй Цзиньли замер.
Взгляд Чжао Ланя стал ледяным:
— Почему ты не расстелил маты? Почему самовольно заставил ученицу двигаться без каких-либо защитных мер? Почему не подготовился как следует, прежде чем позволить ей спуститься?
— ...Ситуация была критической, как я мог об этом подумать? — пробормотал Сюй Цзиньли.
— Из-за твоего «не подумал» твои действия могут расценить как неверное решение. Если бы она получила тяжелые травмы или погибла, ты понес бы уголовную ответственность. Понятно теперь?
Сюй Цзиньли почувствовал, словно его окатили ледяной водой. Сердце сжалось от тревоги. Он был готов признать правоту Чжао Ланя, но многое всё еще не укладывалось в голове. Только он один знал, насколько экстренной была ситуация на месте происшествия. Что, если бы, пока он ходил за матами, случилась беда?
Он посмотрел на Чжао Ланя:
— А если бы я не стал ее ловить, а пошел за матами, и она упала бы, пока я их расстилал? Что тогда?
Чжао Лань молчал, глядя на него.
Сюй Цзиньли ощутил досаду:
— Я не прав?
Чжао Лань некоторое время смотрел на него, а затем опустился на стул у кровати. Он окинул взглядом бинты на теле Сюй Цзиньли, и его тон перестал быть таким холодным.
— То, что я сказал до этого, — мнение адвоката. Теперь же я хочу сказать... — он осекся и не закончил фразу.
Сюй Цзиньли показалось, что взгляд Чжао Ланя стал глубже.
— Если бы девочка упала до того, как ты успел расстелить маты, это никак не касалось бы тебя, — медленно произнес Чжао Лань.
Сюй Цзиньли остолбенел.
Чжао Лань смотрел на него спокойно:
— Почему она вообще полезла на такую высокую горку? Почему школа построила небезопасное сооружение? Если бы она сорвалась, не удержавшись сама, Сюй Цзиньли, ты не понес бы никакой ответственности.
Сюй Цзиньли пробрал озноб. Как Чжао Лань может так рассуждать? Как он может думать о юридических тонкостях, когда речь шла о жизни ребенка? Его потрясение сменилось страхом. Он — сирота, поэтому особенно чутко реагирует на чужие эмоции, а холодность людей всегда была его самым большим кошмаром. Он невольно подумал: может, и тогда, когда Чжао Лань ушел, не попрощавшись, он руководствовался этим эгоизмом?
Ему легко было понять ребенка, которого бросили. Глядя на Чжао Ланя, он вдруг захотел спросить: неужели он так легко отказался от него, потому что уже помог матери Чжао Ланя стать заместителем начальника, а взвесив все «за» и «против», без колебаний решил уйти?
Лицо Сюй Цзиньли побледнело. Чжао Лань, заметив это, нахмурился и наклонился вперед:
— Тебе плохо?
Сюй Цзиньли машинально покачал головой.
Чжао Лань поднялся и нажал на кнопку вызова медсестры. Когда та вошла, он сказал:
— У него неважный вид.
Медсестра проверила капельницу с обезболивающим и спросила:
— Вы чувствуете боль?
Сюй Цзиньли отрицательно мотнул головой:
— Нет.
— Если боль станет невыносимой, дозировку можно увеличить, — сказала медсестра, а затем обратилась к Чжао Ланю: — Не волнуйтесь, у него тяжелые травмы, поэтому он и выглядит бледным. Обезболивающее поступает непрерывно, сильной боли он испытывать не должен.
Когда медсестра ушла, Чжао Лань снова посмотрел на него:
— Точно все в порядке?
Сюй Цзиньли молча кивнул. Чжао Лань больше ничего не сказал. В палате повисла странная тишина.
Через некоторое время Чжао Лань вдруг произнес:
— Подумай сам: диаметр горки вашей школы не меньше метра. При такой ширине, что было опаснее: оставаться на месте или пытаться спуститься?
Сюй Цзиньли поднял на него глаза.
— Девочка бы не упала, — сказал Чжао Лань. Он посмотрел на раны Сюй Цзиньли и вздохнул: — Возможно, если бы ты сохранил спокойствие, тебе не пришлось бы лежать здесь.
Сюй Цзиньли замер. В тоне Чжао Ланя сквозило сожаление о его травме. Но он не мог поверить — как Чжао Лань может о чем-то жалеть?
— Ты хочешь сказать... что я поступил неправильно? — спросил он.
— Я просто считаю, что оставаться на месте было надежнее.
Сюй Цзиньли прикусил губу. Ему стало грустно. Его одновременно опечалила собственная чувствительность перед Чжао Ланем и то, как легко тот разрушил его уверенность в собственной правоте. Он лежал здесь, израненный и беспомощный, полагая, что хотя бы совершил благородный поступок, но оказалось, что существовал куда более разумный и безопасный способ спасения.
Сюй Цзиньли опустил взгляд и тихо произнес:
— Спасибо, что сказал мне это.
***
Чжао Лань снова сел рядом.
— На самом деле я пришел сегодня, чтобы рассказать тебе один случай.
Сюй Цзиньли посмотрел на него.
— Я вел одно дело. Учитель увидел, как ученик пытается перелезть через стену, чтобы сбежать с урока, и приказал ему слезть. В итоге мальчик сорвался и погиб. Учителю не только пришлось выплатить огромную компенсацию и выслушивать общественное порицание, он еще и пошел под суд. В своей защите он говорил, что просто испугался за ребенка, который лез по такой опасной стене.
— Почему? — прошептал Сюй Цзиньли.
— Его тон был слишком суров, ученик испугался и оступился, — Чжао Лань посмотрел на него. — Судят всегда по результатам, а до трагедии никто не считал, что учитель сделал что-то плохое, пытаясь остановить ребенка. Сюй Цзиньли, добрые намерения без холодного расчета могут привести к беде.
Сюй Цзиньли смотрел на него во все глаза.
Чжао Лань поднялся, подошел к тумбочке, налил воды и, наклонившись, поднес трубочку к губам Сюй Цзиньли. Тот с трудом проглотил воду, и капля скатилась по подбородку. Чжао Лань вытер ее салфеткой.
Сюй Цзиньли неловко поджал губы. Чжао Лань поставил стакан на место и перевел взгляд на ногу Сюй Цзиньли, закованную в бинты.
— Еще болит?
В этот миг Сюй Цзиньли показалось, что Чжао Лань искренне заботится о нем.
Чжао Лань проверил капельницу и снова нажал на кнопку вызова.
— Пора менять лекарство, — сказал он.
Вошла медсестра и заменила пакет. Холодная жидкость потекла по трубке в вену, и Сюй Цзиньли стало зябко.
— Ты не мог бы укрыть меня еще одним одеялом? — попросил он.
Чжао Лань подошел к шкафу, достал плотное одеяло и накрыл его. Сюй Цзиньли отвернулся — нос предательски защипало.
Чжао Лань поправил край одеяла, стараясь не задеть раны, и спросил:
— Как долго тебе здесь лежать?
— Врач не сказал.
— Сам не мог спросить? — нахмурился Чжао Лань.
Сюй Цзиньли промолчал. Чжао Лань поправил одеяло получше:
— Кто оплатил счета?
— Коллеги помогли.
Чжао Лань бросил на него взгляд:
— Это производственная травма. Ты можешь подать заявление на пособие.
Сюй Цзиньли посмотрел на него. Он, конечно, знал о существовании пособий, но впервые столкнулся с таким и не имел понятия, как их оформлять.
Чжао Лань выпрямился:
— Где твоя история болезни и квитанции?
Сюй Цзиньли кивнул на ящик тумбочки. Чжао Лань открыл его, вытащил все документы, внимательно просмотрел их от корки до корки и сфотографировал на телефон.
— Оформление компенсации — штука сложная. Учителя обычно не разбираются в этом и не знают, как всё правильно подать. Я попрошу людей, они тебя научат.
— Спасибо, — тихо сказал Сюй Цзиньли.
Чжао Лань издал невнятный смешок. Сюй Цзиньли смутно догадывался, над чем тот смеется, и Чжао Лань подтвердил его догадку:
— Редко увидишь тебя таким вежливым.
Сюй Цзиньли отвел взгляд. *С тех пор как мы встретились, ты ни разу не видел меня вежливым*, подумал он.
Чжао Лань убрал документы в папку:
— Проголодался?
— Цзин Чэн скоро принесет еду, — ответил Сюй Цзиньли.
http://bllate.org/book/35125/4336661
Готово:
