— Но, дядя Сюн, вы ведь, наверное, ещё не знаете, что партнёр старшего брата Сюна — далеко не порядочный человек. Мне кажется, если выбрать его, семья Сюн может опозориться, — сказала Шуй Юэ, прикусив нижнюю губу и изобразив жалобное выражение лица.
Музыка, до этого звучавшая спокойно, сразу стихла. Шэнь Яньшу поправил очки и уже собрался что-то сказать, но его жена резко дёрнула его за руку — так больно, что он чуть не вскрикнул. Лишь многолетнее воспитание позволило ему сохранить невозмутимое лицо.
— Молодая госпожа Шуй, — холодно произнесла госпожа Сюн, — разве ваши родители не учили вас, что обсуждать других людей в общественном месте крайне невежливо?
Кто посмеет клеветать на её невестку? Она первой этого не потерпит!
Автор примечает:
Госпожа Сюн: «Вот это я злюсь!» (закатывает рукава)
Господин Сюн: «Да ладно тебе, дорогая, успокойся!» (обнимает)
Госпожа Сюн: «Отпусти! Сегодня я обязательно научу её манерам!»
Шуй Юэ давно слышала о репутации госпожи Сюн. Эта женщина по имени Вэй Сюэлань была знаменита своей решительностью: именно она в одиночку спасла корпорацию Вэй от краха, когда у компании чуть не оборвалась цепочка финансирования. Говорили, что она — человек сильных чувств и страстного нрава, не терпящий компромиссов.
С виду она казалась мягкой и утончённой, но на деле была настоящей стальной костью.
Под таким натиском Шуй Юэ сразу струсила и потупила взгляд, однако всё же пробормотала сквозь зубы:
— Да разве он вообще умеет танцевать?
В зале воцарилась полная тишина, и её слова прозвучали особенно отчётливо. Госпожа Сюн прищурилась, но тут же её супруг встал между ними и, обнимая, прошептал:
— Дорогая, успокойся!
Однако госпожа Сюн явно разъярилась всерьёз. Шэнь Яньшу чувствовал, как его жена готова броситься вперёд — если бы у него было чуть меньше силы в руках, она бы уже вырвалась.
А в это время из танцпола медленно вышли двое. Прожектор мгновенно поймал их силуэты, и яркий луч осветил их фигуры.
Свет был настолько ослепительным, что неподготовленный человек не смог бы открыть глаза. Сюн Юаньчэн с детства проходил подобную подготовку и легко справлялся с этим. Ци Юнь же привык к ярким софитам и к ощущению жжения в глазах — оба спокойно смотрели друг на друга.
Гнев госпожи Сюн мгновенно уступил место восхищению: «Как же мой невесток хорош! Они такие идеальные вместе!» Если бы не необходимость сохранять приличия, она бы уже крикнула во всё горло: «Какая пара!»
Пара в центре зала уже заняла исходную позицию для танца. Высокий альфа и омега соединили пальцы одной руки, а другой альфа поддерживал ладонь партнёра. Расстояние между ними было настолько малым, что достаточно было лишь наклониться или поднять голову — и их губы соприкоснулись бы.
Даже внешне они выглядели идеально подходящими друг другу. Ци Юнь, похоже, успел переодеться: цветок на его груди гармонировал с цветком на груди Сюн Юаньчэна.
Это же были наряды-двойники!
Шуй Юэ чуть не сошла с ума от злости. «Ладно, пусть танцуют вместе, — думала она, — я ещё могу убедить себя, что это случайность, может, Ци Юнь сам напросился. Но как объяснить одежду? Разве он мог заранее знать, во что оденется Сюн Юаньчэн, если бы не было заговора?!»
— Подлый тип! Он такой расчётливый! — воскликнула она, топнув ногой так громко, что звук каблука разнёсся по всему залу.
Её подруга рядом вдруг заметила важную деталь и тихо шепнула:
— Юэ, мне кажется, этот бренд как раз и принадлежит семье Сюн. Обычные покупатели могут приобрести только готовые коллекционные модели, а сшить на заказ могут только свои.
Значит, Ци Юнь никак не мог заказать себе такой же наряд — его наверняка подарил Сюн Юаньчэн.
— Не может быть! — Шуй Юэ уже не слушала никого.
Почему?! Ведь она первой полюбила его! Почему этот выскочка-незаконнорождённый отбирает у неё самого дорогого человека? За что?!
В глазах Шуй Юэ пылала ревность и ярость, но, возможно, эмоции достигли пика — и она вдруг остыла. Её красивые глаза пристально уставились на Ци Юня.
Точно так же за парой наблюдал Ци Вэйго, но в его взгляде читалось лишь недоверие. Он не помнил, чтобы Ци Юнь когда-либо учился бальным танцам, да и воспитания у него, по его мнению, не было. Выходя на танцпол, тот просто рисковал опозориться.
А опозориться — значило опозорить весь род Ци. Для Ци Вэйго, для кого репутация была дороже жизни, это было равносильно смерти. Его лицо дрожало от напряжения.
«Только бы не опозорился! Только бы не опозорился!»
Но какие бы ни были их мысли, они не могли повлиять на танцующих в центре зала. Музыка уже началась.
— Начнём, — тихо сказал Сюн Юаньчэн Ци Юню на ухо.
Он сделал первый шаг, обхватив партнёра за талию, и Ци Юнь тут же последовал за ним. Их движения оказались удивительно слаженными.
Каждый шаг Сюн Юаньчэна мгновенно подхватывался Ци Юнем, будто они репетировали вместе бесчисленное количество раз. Они начали двигаться по танцполу в полной гармонии.
На самом деле Ци Юнь не очень хорошо умел танцевать. Он лишь несколько дней назад начал осваивать базовые шаги и движения, но благодаря уверенному ведению Сюн Юаньчэна всё казалось куда проще.
Ци Юню нужно было лишь полностью сосредоточиться на своём партнёре, чувствовать изменения в его мышцах — и тогда не требовалось даже смотреть, чтобы следовать за ним.
Сначала их движения были немного скованными, но чем дольше они танцевали, тем лучше становилась их синхронность. Шаги Ци Юня ускорились, и вдруг Сюн Юаньчэн сделал неожиданный скользящий шаг, от которого Ци Юнь чуть не потерял равновесие.
Сюн Юаньчэн потянулся, чтобы подхватить его, но Ци Юнь, воспользовавшись инерцией, резко отклонился в сторону, не разжимая правой руки, и, сделав полный оборот, плавно вернулся в пределы контроля партнёра.
Это был чрезвычайно эффектный и сильный элемент, за который многие гости аплодировали.
Ци Юнь мысленно перевёл дух: «Хорошо, что у меня крепкая стойка, иначе бы точно опозорился». Во время поворота он бросил на Сюн Юаньчэна сердитый взгляд: «Мог бы предупредить о таком резком движении!»
Сюн Юаньчэн не отводил взгляда от его лица и, увидев упрёк в глазах, лишь улыбнулся.
«Прости. В следующий раз обязательно повторю».
Когда музыка закончилась, танец подошёл к концу. В последнем аккорде оба сделали изящный поклон.
Сюн Юаньчэн и Ци Юнь улыбнулись друг другу. После этого их отношения стали очевидны всем, и многие омеги, мечтавшие о Сюн Юаньчэне, окончательно отказались от своих надежд.
— Превосходный танец для открытия вечера, — сказал Шэнь Яньшу и первым начал хлопать.
Ци Юнь старался замедлить дыхание. Сам танец не требовал больших физических усилий, но постоянная концентрация вызвала лёгкое головокружение. Огни вокруг казались ему нереальными.
— Пойдём, — Сюн Юаньчэн взял его за руку и повёл прочь с танцпола.
У выхода с танцпола уже поджидала Шуй Юэ. Даже если первый танец достался не ей, она всё ещё могла пригласить Сюн Юаньчэна на второй!
— Старший брат Сюн, не могли бы вы потанцевать со мной? — спросила она, снова прикусив губу и изобразив жалобное выражение.
Омеги по природе пассивны, и когда она, отбросив стыдливость, сделала первый шаг, ни один альфа не мог отказать более слабому омеге. К тому же она была единственной дочерью семьи Шуй — Сюн Юаньчэн прекрасно понимал, какие выгоды сулил такой союз.
Шуй Юэ бросила взгляд на Ци Юня и первой извинилась:
— Прости меня, старший брат Ци, я просто слишком прямолинейна и всегда говорю то, что думаю. Ты ведь не будешь возражать, если я потанцую со старшим братом Сюном?
Ци Юнь взглянул на неё и подумал, что девушка действительно «прямолинейна», только в плохом смысле этого слова.
«Это же… зелёный чай, да? Хотя методы у неё довольно примитивные».
Но что с того? Раз ей так хочется — пусть получит свой шанс. Ци Юнь посмотрел на неё: в её глазах читалась явная враждебность.
— Конечно, не буду, — улыбнулся он. — Прошу.
С этими словами он отпустил руку Сюн Юаньчэна и даже сделал шаг назад, освободив место рядом с ним. Он бросил Сюн Юаньчэну многозначительный взгляд:
«Такая удача не каждому выпадает. Я уступаю тебе место — вперёд!»
Шуй Юэ, увидев, что он «понял своё место», одобрительно кивнула. «Ну хоть этот человек знает, что ему не пара Сюн Юаньчэн, и ведёт себя прилично».
Сюн Юаньчэн, почувствовав, как его руку внезапно отпускают, машинально потянулся, чтобы схватить её снова, но рука Ци Юня оказалась скользкой, как угорь: не только не поймать — даже сам Ци Юнь уже исчез из его поля зрения.
Сюн Юаньчэн обернулся:
«?»
Что происходит? Зачем он вдруг отпустил мою руку? Сюн Юаньчэн был озадачен.
Ци Юнь, будто не понимая его недоумения, пожал плечами и улыбнулся, прищурив глаза, как хитрая лисица.
«Господин Сюн, удачи вам. Вы сами напросились».
В этот момент мимо проходил официант с подносом напитков. Сюн Юаньчэн, не глядя, схватил бокал и одним глотком осушил его, после чего протянул пустой бокал Шуй Юэ:
— Извините, я немного пьян и не смогу танцевать следующий танец.
Официант как раз протянул руку, чтобы что-то сказать, но замер с открытым ртом:
— Сэр, это красное…
А Сюн Юаньчэн уже элегантно поставил бокал обратно на поднос и, бросив на Ци Юня грозный взгляд, коротко бросил:
— Пойдём.
Ци Юнь не ожидал, что тот пойдёт на такой крайний шаг — выпить целый бокал красного вина за раз и так быстро! А ведь самое опасное в алкоголе — пить его торопливо, так легко перебрать.
Хотя информационные феромоны Сюн Юаньчэна и так напоминали крепкий алкоголь, возможно, его выносливость действительно высока, и ему всё нипочём, подумал Ци Юнь.
Увидев, что Сюн Юаньчэн уже направился прочь, Ци Юнь задумался, куда идти дальше. Подняв глаза, он заметил, что Шуй Юэ, чьё лицо исказилось от унижения, смотрит на него с такой злобой, что, казалось, её аккуратный маникюр вот-вот впьётся в его щёку.
— Разрешите откланяться, — поспешно сказал Ци Юнь и побежал за Сюн Юаньчэном.
Он бросил взгляд на своего спутника: походка уверенная, лицо спокойное, поведение ничем не отличается от обычного. Похоже, вино на него не подействовало?
Разве что шаги стали немного быстрее.
Сюн Юаньчэн был намного выше и с длинными ногами. Обычно он намеренно замедлял шаг, чтобы Ци Юнь мог поспевать за ним. Но сейчас, будто в гневе или под действием алкоголя, он шёл особенно быстро.
Родители Сюна как раз закончили разговор с гостем и увидели, как «молодожёны» направляются к ним: Сюн Юаньчэн идёт впереди с мрачным лицом, а Ци Юнь — сзади, пытаясь его догнать.
— Что случилось, Сяо Юнь? — спросила госпожа Сюн. — Почему у Чэнчэна такой вид?
Сюн Юаньчэн молчал, лишь пристально глядя на Ци Юня. Его взгляд был настолько обиженный, что у Ци Юня возникло странное ощущение: будто перед ним обиженная жена из старинной драмы.
Ци Юнь сам не знал, в чём дело, и предположил:
— Он, кажется, выпил немного вина.
Господин Сюн удивлённо посмотрел на сына:
— Ты пил?
Сюн Юаньчэн кивнул.
Госпожа Сюн обеспокоенно схватила Ци Юня за руку и прошептала:
— Всё пропало! Чэнчэн пьян!
Ци Юнь снова взглянул на Сюн Юаньчэна. «Да ну? Не похоже, чтобы он был пьян. Выглядит совершенно нормально!»
Но тут зрелый и сдержанный господин Сюн вдруг по-детски дёрнул его за край рубашки и тихо фыркнул.
Ци Юнь: «...»
Так вот ты какой! Твоя выносливость к алкоголю — ноль!
Автор примечает:
Господин Сюн: «Моя жена не только не ревнует к другим, но ещё и сама выталкивает меня к ним. Значит, он меня не любит!»
Ци Юнь: «О, вот это будет зрелище!» (лицо зрителя, ждущего драмы)
Пьяный господин Сюн решил: «Я больше не буду вести себя прилично!»
— Чэнчэн, — обеспокоенно спросила госпожа Сюн, — как ты теперь поедешь домой? Может, сегодня переночуешь у нас?
— Нет, — Сюн Юаньчэн отказался резко.
Он продолжал держать за уголок рубашку Ци Юня, так что ткань уже вся измялась. Ему, похоже, нравилась эта рубашка — он недовольно смотрел на помятый уголок, но отпускать не хотел, явно мучаясь противоречивыми чувствами.
http://bllate.org/book/3512/383077
Готово:
