Вэнь Циншэн запоздало осознал, что не сумел сдержать гнев.
— Прошу прощения, секретарь Вэнь, — мягко улыбнулся генеральный директор Цзи, но тут же медленно стер улыбку с лица, оставив лишь холод, — но это не тебе решать.
Цзи Сянсун надавил на плечо Вэнь Циншэна, заставляя его снова сесть.
— Поешь, прежде чем уйти, — произнес он.
Вэнь Циншэн уже не обращал внимания на угрозу в словах генерального директора Цзи. Казалось, тот прижал его к стулу, но на самом деле у него просто подкосились ноги, и он безвольно осел обратно.
Вэнь Циншэн опустил голову, глядя на свою правую ладонь.
— Как я мог... — точно в бреду, не переставал повторять он.
— Секретарь Вэнь? — Цзи Сянсун почувствовал неладное.
Он и правда все это время испытывал на прочность психологическую оборону Вэнь Циншэна, пытаясь сломить его принципы. Кто же виноват, что холодный и гордый секретарь Вэнь отверг его щедрое предложение о работе, но ради его Феромонов оказался готов поехать к нему домой?
Цзи Сянсун жаждал увидеть мучения и борьбу Вэнь Циншэна. Это и была та самая награда, которой он добивался. Однако Вэнь Циншэн оказался куда более хрупким, чем он предполагал.
Поразмыслив несколько секунд, Цзи Сянсун протянул руку, накрыл ладонь Вэнь Циншэна своей и, переплетя пальцы, крепко сжал его кисть. Затем он ухватил Вэнь Циншэна за подбородок и заставил поднять голову.
— Вэнь Циншэн, смотри на меня.
Вглядевшись в глаза Вэнь Циншэна, Цзи Сянсун заметил, что уголки его глаз покраснели, хотя ни одна слезинка так и не упала.
— Я не плачу, — внезапно, безо всякой связи с происходящим, произнес Вэнь Циншэн, моргнув.
— Знаю. Тебя ждет Се Чэнмин.
Цзи Сянсун прекрасно понимал, что служит якорем для Вэнь Циншэна. При упоминании имени Се Чэнмина Вэнь Циншэн мгновенно пришел в себя. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох, а когда открыл их снова, изо всех сил стараясь вернуться в привычное состояние, вновь спрятался за маской холодного отчуждения.
— Прошу прощения за мое поведение, но генеральному директору Цзи стоит отпустить меня.
Вэнь Циншэн не стал яростно вырываться, он просто опустил взгляд на пальцы, сжимающие его подбородок. Его правая рука, все еще переплетенная с рукой Цзи Сянсуна, неподвижно покоилась на месте.
Цзи Сянсун всегда знал меру и умел вовремя остановиться. Он разжал пальцы, не желая перегибать палку.
Вскоре к вилле прибыл водитель генерального директора Цзи. Вэнь Циншэн, не притронувшись к завтраку, поднялся и вышел. Цзи Сянсун проводил его до самой двери.
— До встречи, секретарь Вэнь.
Вэнь Циншэн не ответил, но было очевидно, что он потрясен.
— Выспись как следует. Ты слишком устал.
Цзи Сянсун снова коснулся его лба, словно пытаясь успокоить упрямого котенка, который решил сбежать из дома, устроив истерику.
Хлоп.
Вэнь Циншэн без колебаний смахнул руку Цзи Сянсуна. Крепко сжав губы, он молча шагнул за порог. В этот раз — пусть будет так.
Цзи Сянсун бросил взгляд на покрасневшую от удара тыльную сторону ладони и посмотрел, как Вэнь Циншэн выходит на свет, а затем садится в свой автомобиль. Он ничуть не боялся, что добыча сбежит. Сделка завершена. Вэнь Циншэн не отказал прямо, а значит — непременно вернется. Цзи Сянсуну оставалось лишь терпеливо ждать.
Вэнь Циншэн уже назвал водителю адрес, но заметил, что тот, ведя машину, постоянно поглядывает на него в зеркало заднего вида. Водитель не пытался разглядывать его с каким-то злым умыслом, он явно не знал, как заговорить. Вэнь Циншэн узнал его — это был тот самый молодой парень, с которым они уже дважды встречались. Возможно, он суетился и был нерасторопен, но зато умел держать язык за зубами. Иначе Цзи Сянсун не стал бы держать его у себя.
— Секретарь Вэнь, здравствуйте, — встретившись с ним взглядом, смущенно улыбнулся водитель.
— Здравствуй. У тебя есть вопрос? — Вэнь Циншэн сам протянул ему нить разговора.
— Босс велел мне купить спрей для удаления запаха Феромонов альфы. Я оставил его на заднем сиденье. Если вам нужно, можете сами вскрыть упаковку.
Вэнь Циншэн, раздраженный тем, как некрасиво они расстались с Цзи Сянсуном, лишь сейчас, после напоминания, почувствовал, что от него исходит запах Феромонов генерального директора. Закончив с этой темой, водитель, словно выполнив крайне важное задание, облегченно выдохнул и сосредоточился на дороге. Его совершенно не интересовало, что произошло между Вэнь Циншэном и Цзи Сянсуном. Да он и не имел права интересоваться.
Не оставить ни единого следа? Цзи Сянсун действительно мастер в подобных предосторожностях.
Вэнь Циншэн усмехнулся, достал из коробки спрей и встряхнул его. Он поднял флакон и прыснул дважды себе на шею. Холодная струя легла на кожу, точно охлаждая Железу.
— Ты альфа? — спросил Вэнь Циншэн.
Водитель испуганно ответил:
— Нет, что вы. Я бета. Я не чувствую Феромонов.
Он поспешно открестился, боясь, что его уберут только за то, что он слишком много знает.
— Ничего страшного. Я просто хотел спросить, чувствуешь ли ты еще остаточный запах, — сказал Вэнь Циншэн.
Когда человек долго находится в густом аромате, обоняние притупляется, и становится трудно уловить тонкие различия. Вэнь Циншэн не был до конца уверен, поэтому прежде чем выйти из машины, использовал целый флакон освежителя.
Вэнь Циншэн никогда не считал эту квартиру своим домом. Это было лишь место, где можно передохнуть и поспать. Он снял ее только потому, что она находилась недалеко от компании семьи Се. Поэтому, когда Се Чэнмин спросил, почему он не ночевал дома, первой реакцией Вэнь Циншэна было: какого именно дома? Он давно съехал из главного особняка семьи Се. Хорошо, что тогда он сохранил достаточно хладнокровия и не задал этот вопрос вслух в присутствии Цзи Сянсуна.
И все же, вернувшись сегодня из дома Цзи Сянсуна в свою одинокую квартиру, он вдруг почувствовал, что здесь хорошо, уютно и спокойно. По крайней мере, здесь есть знакомое место, где можно спрятаться.
Но внутри был Се Чэнмин, и расслабляться пока рано.
Вэнь Циншэн еще раз убедился, что от него не пахнет древесными нотами, привел чувства в порядок и приложил палец к сканеру замка. Как только дверь открылась, его ждало то, чего он никак не ожидал. Снаружи сияло солнце, а внутри царил полумрак — все шторы были плотно задернуты.
Вэнь Циншэн замер, не включая свет: он учуял Феромоны Се Чэнмина. Убрав руку от выключателя, он медленно прошел в гостиную; датчики света вспыхнули и тут же погасли. Се Чэнмин лежал на диване, накрывшись серебристо-серым пиджаком, который Вэнь Циншэн не успел убрать в шкаф.
— Почему ты не лег в кровать? — спросил Вэнь Циншэн.
— А-Шэн, ты наконец-то вернулся, — услышав голос, Се Чэнмин сбросил одежду и с трудом сел, разминая затекшую шею. — Не смел ложиться без твоего разрешения.
Вэнь Циншэн подошел к нему. Он увидел, что Се Чэнмин все еще в той же одежде, что и вчера, рубашка сбилась в складки, обнажая полоску крепких мышц на животе. В полумраке Вэнь Циншэн не рискнул смотреть долго и перевел взгляд на белую стену за спиной Се Чэнмина.
— Ты разозлился? Потому что я пришел, не предупредив заранее?
Се Чэнмин сидел на диване, поджав ноги, и чувствовал, как Вэнь Циншэн намеренно игнорирует его. Дорогой пиджак он скомкал и прижимал к груди.
— Я не злюсь.
Вэнь Циншэн всегда был честен с Се Чэнмином и не умел лицемерить. Если бы он злился, то не стал бы сообщать Се Чэнмину цифровой код от двери в первый же день после переезда, а потом и вовсе позволил добавить отпечаток пальца в систему. Вэнь Циншэн ждал, что Се Чэнмин будет приходить часто, поэтому дверь его жилья всегда была для него открыта.
— Тогда почему ты сбросил мой звонок? Куда ты ушел?
Се Чэнмин был недоволен и, протянув руки, схватил Вэнь Циншэна за предплечья. Вчера вечером он думал, что Вэнь Циншэн скоро вернется, но уснул, ожидая его на диване. Проснувшись, он первым делом позвонил — и наткнулся на сброшенный вызов.
— Я был в одном клубе, решал дела. Задержался, поэтому остался ночевать в гостевом номере.
Вэнь Циншэн придумал этот расплывчатый ответ еще по дороге домой. Ладони Се Чэнмина были горячими, почти обжигающими. Вэнь Циншэн слегка прикусил кончик языка, чтобы успокоиться.
— Эти дела… не срочные? Ты все уладил?
Се Чэнмин ожидаемо решил, что Вэнь Циншэн бегал разбираться с делами бывших любовников.
— Нет, — ответил Вэнь Циншэн. — Ты помнишь, сколько их было?
Се Чэнмин смутился, пыл его допроса угас, и он отпустил Вэнь Циншэна. Решив прикинуться больным, он прижался лицом к груди Вэнь Циншэна и пробормотал:
— А-Шэн, у меня голова кружится.
Вэнь Циншэн не оттолкнул его и коснулся его шеи. Кожа Се Чэнмина пылала, но это не был жар от болезни. Его Феромоны бесконтрольно рассеивались в воздухе. Ложная тревога. Вэнь Циншэн убедился: у Се Чэнмина начался Период повышенной чувствительности.
— Я принесу тебе блокаторы. Сходи прими душ и ложись в мою кровать.
Вэнь Циншэн хотел было уйти за лекарством, но Се Чэнмин обхватил его за талию и притянул к себе.
— Что еще? — Вэнь Циншэн отступил на два шага, с трудом удержав равновесие, чтобы не повалиться на Се Чэнмина.
Кончик носа Се Чэнмина уперся в поясницу Вэнь Циншэна.
— Что-то не так, — тихо произнес он.
Вэнь Циншэн почувствовал, как Се Чэнмин сделал глубокий вдох. Горячий воздух просачивался сквозь ткань, обдавая кожу и вызывая волны зуда.
— Ты сменил средство для стирки?
— Раньше пахло иначе.
— Мне это не нравится.
Говоря это, Се Чэнмин провел языком по клыку. В его голосе сквозила агрессивная настойчивость. Его разум был затуманен жаром, но он отчетливо понимал: этот запах ему не только не нравится, он вызывает у него отвращение. Глубинная инстинктивная жажда гнала его вперед — укусить Вэнь Циншэна за поясницу, чтобы перекрыть этот химический запах своим.
Пальцы Вэнь Циншэна мелко задрожали, сердце пропустило удар. Оплошность. Альфа в Период повышенной чувствительности оказался настолько чувствителен к перемене запаха.
Вэнь Циншэн быстро нашелся:
— В гостевом номере вещи стирают там, где я был.
— О, точно, тогда понятно. В следующий раз, если будут дела, не оставайся в таких местах на ночь.
Се Чэнмин, чувствуя вину, замолчал и наконец отпустил Вэнь Циншэна. Потирая нос, он направился в спальню Вэнь Циншэна, не забыв прихватить пиджак, которым укрывался всю ночь.
http://bllate.org/book/35119/4335691
Готово:
