В сентябрьский пасмурный день осеннее дыхание становилось всё ощутимее. Налетевший порыв ветра качнул жёлтые листья то в одну, то в другую сторону, но те удержаться на ветках не смогли и, покачиваясь, полетели вниз.
Следуя за ветром, один лист упал прямо на оконный карниз.
— Брат, я больше не играю.
Под карнизом, у полуприкрытого занавеской окна, сидел человек с усталым голосом.
— Ну ты чего, как это не играешь? — отозвался тот, кого в наушниках назвали братом. — Давай еще разок, я сейчас позову сильного игрока.
С этими словами на экране вспыхнула фиолетово-желтая вспышка, и с небес спустился персонаж в черных одеждах и с оружием за спиной. В интерфейсе команды вместо трех рядов образовалось четыре.
— Хеллоу, меня слышно? — поинтересовался двоюродный брат в микрофон.
Но Чжань Янь уже перевел курсор в правый верхний угол.
Предыдущая катка выдалась тяжелой, он немного утомился.
— Угу.
Микрофон рядом с вновь прибывшим черно-одетым персонажем замигал, и в наушниках раздался глуховатый голос.
Чжань Янь слегка приподнял бровь и уже занесённый указательный палец опустил.
— Окей, погнали, — произнес брат.
Чжань Янь отпустил мышь, подогнул под себя одну ногу и поправил наушники:
— Начинайте.
Сегодня воскресенье, Чжань Янь шесть дней подряд провёл в лаборатории, и к этому моменту ни тело, ни душа толком не успели прийти в себя.
Вчера он проспал до самого полудня, а игру запустил лишь затем, чтобы скоротать часок-другой между сном и выходом из дома.
Поэтому играл он в этот раз крайне вяло и без энтузиазма.
Впрочем, ситуация складывалась неплохая, куда легче предыдущей: друг брата по прозвищу Восьмимесячная Соль действительно оказался толковым игроком.
Чжань Янь, и без того ленивый, теперь и вовсе откровенно халтурил, почти всю дорогу просто волочась хвостом позади, пока в конце концов под предводительством Соли они все вместе не подняли кубок.
Вот только жаль, что братец Соль за всю игру не произнес ни слова — сигналы подавал исключительно через внутриигровые голосовые команды.
Становилось всё скучнее. Какое впечатление произвело то самое старшее угу в начале, Чжань Янь к концу матча уже совершенно забыл. Не успел брат договорить своё ну что, еще разок?, как Чжань Янь бросил: «Больше не играю, я выхожу», — и покинул командное лобби.
После нескольких партий на главном экране накопилось немало красных точек. Чжань Янь ткнул пару штук, но возиться дальше ему надоело, и он просто смахнул белую стрелку мыши в верхний правый угол.
В этот момент в левом нижнем углу во вкладке новых заявок всплыло сообщение.
[«Восьмимесячная Соль» просит добавить вас в друзья]
К несчастью, мышь уже кликнула, и запрос вместе со всем игровым интерфейсом исчез с экрана компьютера.
Чжань Янь слегка нахмурился, взял телефон и написал двоюродному брату: «Кто этот Соль?»
Брат в телефоне начал что-то печатать, но спустя долгие мучения прислал всего два слова: «Не знаком».
И тут же добавил: «В подборе встретились, просто случайный чел в сети».
Вот оно что, и вопросы у Чжань Яня отпали.
Брат поинтересовался: «А что такое?»
Чжань Янь: «Ничего, он сильный».
Брат: «Это да».
Чжань Янь потянулся, привёл себя в порядок, встал с постели и отправился обедать.
В Ланьчэне уже давным-давно не было дождей. После нескольких дней яркого солнца сегодня наконец заволокли тучи — небо посмурнело, а в прогнозе погоды красовалась иконка с небольшим дождём, обещавшая осадки между восемью и девятью вечера.
По дороге к обеденному столу Чжань Яню позвонил отец и велел, раз уж днем свободен, пораньше заглянуть в отель.
— Зачем так рано? — Чжань Янь помешивал палочками лапшу в пиале, чувствуя глухое раздражение.
Отец ответил: «Нужно будет помочь, подсобить кое в чём».
Чжань Янь даже возразить не успел, как отец бросил: «Всё, давай, приезжай пораньше», — и повесил трубку.
Чжань Янь поморщился.
Сегодня, пожалуй, выдался особенный день — двоюродный брат Чжань Яня женился.
Впрочем, этот двоюродный брат приходился ему вовсе не тем двоюродным братом, о котором шла речь до этого. Если бы кто-то спросился, сколько у Чжань Яня кузенов, он бы и сам не смог сосчитать: знал лишь, что бабушка по материнской линии родила нескольких тетушек и дядюшек, а бабушка по отцовской — четырех теток, так что родственников с этим статусом у него было видимо-невидимо.
Тот двоюродный брат, с которым он только что играл — младший кузен по линии третьей тетушки, а женившийся сегодня — старший кузен по линии второй тетушки.
Впрочем, это неважно.
Куда важнее то, что в самый разгар обеда Чжань Яню прилетело сообщение от Цзян Цзыжуя.
Тот написал: «Слушай, Чжань, у меня для тебя новость».
И следом: «Этот тип вернулся».
Чжань Янь отправил в рот добрый кусок говядины и несколько секунд молча смотрел на экран.
Чжань Янь: «?»
Результатом отправки Чжань Янь остался чрезвычайно доволен.
Ему казалось, что этот его вопросительный знак исполнен глубочайшего смысла: во-первых, он демонстрировал, что он ни сном ни духом об этом не ведает; во-вторых, показывал, что ему глубоко плевать; а в-третьих, давал понять, что он понятия не имеет, о ком речь.
Однако вся эта сцена вовсе не выглядела столь уж непринужденной, как задумывал Чжань Янь.
Потому что Цзян Цзыжуй пропал.
—...
Чжань Янь умял больше половины пиалы, полистал ленту в соцсетях, ответил еще нескольким людям, а на стороне Цзян Цзыжуя царила мертвая тишина.
Чжань Янь выждал время, равное одной тарелке говяжьей лапши, после чего привел себя в порядок перед зеркалом и вышел из дома.
До вечернего банкета оставалось еще полно времени. Конечно же, Чжань Янь вовсе не собирался являться раньше из-за батиных бредней про пораньше приехать — просто у него на клавиатуре уже давным-давно барахлила подсветка.
Раз уж всё равно выходить, а мастерская по ремонту находилась как раз неподалеку от отеля, выкроить время под это дело удавалось идеально.
Чжань Янь очень любил это слово — идеально. Со стороны могло показаться, будто нужные кусочки пазла сошлись сами собой, но на самом деле всё было под строгим контролем, рождая то самое завораживающее ощущение стопроцентного попадания.
Настолько идеально, что стоило Чжань Яню закончить ремонт клавиатуры, как его вторая тетушка поинтересовалась в общем чате, все ли уже выдвинулись. Мол, можно уже подтягиваться, мы тут на месте.
Чжань Янь бросил взгляд на навигатор: до цели всего восемьсот метров. Он тут же разблокировал прокатный велосипед, припаркованный прямо у крыльца ремонтной мастерской.
В тот самый миг, пока велосипед отпирался, в голове у Чжань Яня что-то мелькнуло.
Восьмимесячная Соль.
Этот ник казался смутно знакомым.
Но вспомнить, где именно он его слышал, никак не получалось.
Не став забивать себе голову, Чжань Янь отогнал праздные мысли, уселся на сиденье и покатил в сторону отеля.
Вот только день сегодня выдался на редкость неудачный — Чжань Янь завалился на велосипеде.
Неизвестно, что это была за паршивая дорога, но под колесами внезапно вырос булыжник ровно в ширину шины. Переднее колесо едва удалось отвести в сторону, как прямо перед ним материализовался десятисантиметровый бордюр.
В самый критический момент заднее колесо не объехало злосчастный камень, переднее резко сорвалось с бордюра, велосипед от страшного толчка вильнул, и Чжань Янь не удержал равновесие, завалившись набок.
Выглядело несколько нелепо, но свидетелей не было.
А раз никто не видел — значит, и не падал.
Чжань Янь отряхнул штаны и поправил одежду.
Пока он поднимал велосипед, мимо по дороге пронесся черный внедорожник.
Возможность припарковать велосипед прямо у входа в отель немного сгладила неприятный осадок от падения, да и Цзян Цзыжуй в телефоне наконец соизволил ответить.
Он написал: «Тебя же звали на свадьбу Хуан Юйхэна?»
К этому моменту Чжань Янь уже находился внутри отеля. Он нажал на кнопку вызова лифта и уткнулся в экран.
Чжань Янь: «Угу».
Цзян Цзыжуй поинтересовался: «Сколько конверт дарить будешь?»
Чжань Янь: «Понятия не имею».
Чжань Янь: «Сколько другие положат, столько и я».
Цзян Цзыжуй: «Ладно, пойду спрошу у кого-нибудь».
Видимо, он и вправду отправился выяснять, а Чжань Янь убрал телефон.
Лифт всё не ехал.
Чжань Янь снова достал смартфон.
Он повторно открыл чат с Цзян Цзыжуем и процитировал его же собственное сообщение: «Этот тип вернулся».
— Чжань Янь: «?»
На сей раз Цзян Цзыжуй откликнулся мгновенно: «А-а-а».
Цзян Цзыжуй: «Блин, я же днем так и не сказал толком».
Цзян Цзыжуй: «Ты чего вопросительными знаками кидаешься?»
Цзян Цзыжуй: «Ты в курсе вообще?»
На небе громыхнуло, и снаружи внезапно хлынул дождь.
Чжань Янь окончательно потерял терпение: «Кто?»
Цзян Цзыжуй: «А кто еще?»
Цзян Цзыжуй: «Цяо Кэ же».
Чжань Янь с сухим щелчком заблокировал телефон.
Чжань Янь: «...»
И хотя он с самого начала нутром чуял именно этот ответ, увидев его воочию, смотреть на экран желание отбило напрочь.
Цяо Кэ.
Кому вообще сдалось знать, вернулся этот Цяо Кэ или нет.
Дзынь.
Раздался мелодичный звонок, и лифт поднялся с цокольного этажа.
Чжань Янь сунул телефон в карман. Дворцы дверей лифта разъехались.
В просторной кабине стоял всего один человек: черная ветровка, темные брюки, черная бейсболка, одна рука засунута в карман, сам высокий, плечистый.
Первая мысль Чжань Яня: красавчик.
Мужчина в черном чуть приподнял голову, и в следующую секунду их взгляды встретились.
В это мгновение в глазах обоих читалось нечто сродни потрясению от неожиданной встречи.
Вторая мысль Чжань Яня...
?
Уже занесенная нога Чжань Яня мгновенно опустилась обратно на пол.
http://bllate.org/book/35109/4334523
Готово:
