Почему в будущем Юй Ци смог сослать Юй Линя в Камбоджу?
Куда подевались Родители Юй?
Судя по их нынешнему поведению, разве что Юй Линь за последующие несколько лет натворил множество глупостей, раз Родители Юй молчаливо одобряли действия Юй Ци? В конце концов, Юй Ци совсем не похож на человека, единолично заправляющего всеми делами в доме.
Но разве Юй Линь, помимо попыток помешать влюбленным братьям, совершал еще какие-то ошибки?
Вряд ли? В романе об этом ничего не говорилось!
Хм-м…
Юй Линь подумал, что завтра он, пожалуй, сможет ознакомиться с некоторыми популярными нынче сетевыми жанрами, чтобы отыскать там вдохновение и зацепки.
Погодите-ка, неужели он единственный, кто попал в книгу?
Может, в этот роман провалился кто-то еще?
Как насчет того, чтобы подать друг другу секретный сигнал?
Самые разные теории заговора накрепко завладели его мозгом, и мысли Юй Линя постепенно унеслись вдаль:
— Ах, он смог догадаться даже до этого!
— Ну просто гений!
-
На следующий день сонно замерший на диване Юй Линь, которого разбудили рано вставшие трудяги, затуманенным взором глянул на свое левое запястье:
07:00.
Ах, как рано!
И зачем только вставать так ни свет ни заря!
Мир так прекрасен, а они не хотят поспать подольше.
— Ты что, спал вчера на диване? Почему не вернулся в свою комнату?
Мать Юй и остальные, приведя себя в порядок, спустились вниз завтракать и увидели, как некто блаженно дремлет, свернувшись калачиком прямо на диване. Видимо, свет бил в глаза слишком ярко, поэтому он полностью уткнулся головой в груду мягких декоративных подушек, и виднелась лишь его похожая на попугая семицветная шевелюра.
Юй Линь высунул голову:
— Задумался о кое-каких вещах и сам не заметил, как заснул.
Словно неприкаянный дух, он поднялся с дивана, шаркал тапочками, безвольно помахал правой рукой в знак приветствия и, зевая на каждом шагу, направился к выходу к лифту.
Трое членов семьи Юй, уплетавших завтрак: «…»
Как же бесит!
При виде его столь беззаботного и вальяжного вида так и подмывало схватить его, как следует отчитать, отправить на целых пять лет закаляться на низовую работу, а затем нагрузить парой дочерних компаний и крупных проектов, чтобы он наконец повзрослел и зажил такой же упорной борьбой с девяти до шести без выходных, как они сами!
Это куда лучше, чем его нынешнее праздное и такое раздражающее существование.
-
Вдоволь выспавшись днем, Юй Линь привел себя в порядок и сначала отправился на встречу с хорошим приятелем, который в списке контактов был подписан как [Тигриная Голова] — они договорились вместе пообедать 15-го числа.
При упоминании Тигриной Головы в памяти Юй Линя всплыли кое-какие воспоминания.
Тот был закадычным дружком первоначального владельца тела, и даже когда хозяина тела сослали в Камбоджу мыть тарелки, этот парень каждые несколько дней умудрялся дозваниваться до него по международной связи и время от времени прилетав в Камбоджу, звал его разделить трапезу или пройтись по магазинам.
А если говорить о том, почему он не помогал первоначальному владельцу бороться со старшим братом, так ведь у него банально — не было на это сил!
То, что он тайком помогал ему деньгами, уже можно было считать неплохим поступком.
Настоящее имя Тигриной Головы было Пэн Сюйчжоу. Происхождение его имени оказалось донельзя простым: его отец носил фамилию Чжоу и в те времена считался одним из первых альфонсов из низов, женившихся на богатой наследнице; мать же звали Пэн, и она была единственной дочерью семьи Пэн, семьи богачей третьего порядка из Цзянчэн. Поскольку чета стариков Пэн обзавелась дочерью под старость лет, они баловали эту единственную девчушку пуще всего на свете: стоило ей попросить звезды с неба или луну, как в ответ раздавалось лишь готовое угодить согласие.
Единственной ложкой дегтя во всей этой бочке меда стало то, что эта барышня из семьи Пэн без памяти влюбилась в нищего парня из горной глуши, отчаянно стремясь быть с ним. Она даже устраивала голодовки и пыталась сбежать из дома, но в конце концов успешно добилась того, чтобы этого бедняка приняли в семью Пэн в качестве зятя, живущего в доме жены.
Все вокруг только и говорили, что этому нищему баснословно повезло.
Он поднялся на высокую платформу и взмыл прямо к небесам.
Вот только финал истории оказался не столь радостным: едва Пэн Сюйчжоу пошел в начальную школу, как тот бедняк — нет, то есть уже превратившийся в успешного человека директор Чжоу — изменил жене, сойвшись со своей подругой детства из той же нищенской глуши; ну а сама госпожа Пэн смертельно устала от мелочности и хитрости директора Чжоу, перевела свой взор на нового, юного, застенчивого нищего парня и воспылала к нему страстью.
Хотя этот брак, где супруги были чужими друг другу людьми, внешне продолжал существовать, он превратился в пустую формальность.
Сейчас Пэн Сюйчжоу исполнилось всего двадцать два года, он только что окончил университет, но сводных братьев и сестер по отцу или матери у него наберется, по самым скромным подсчетам, человек пять.
И при этом Пэн Сюйчжоу, будучи законнорожденным ребенком, из-за взаимной ненависти госпожи Пэн и директора Чжоу тоже превратился в объект, от которого оба родителя открещивались и испытывали лишь брезгливость.
Юй Линь помнил, что первоначальный владелец тела сошелся с ним и стал хорошим другом именно потому, что несколько раз заступался за него, с криками и кулаками прогоняя задиравших и третировавших его одноклассников, после чего успешно завоевал преданность маленького верного подданного.
— Линь-цзы! Сюда!
Когда Юй Линь прибыл в китайский ресторан, где была назначена встреча, и еще продолжал задирать голову, любуясь размашистой, струящейся словно облака вывеской, его окликнули, а затем собеседник подскочил ближе и закинул руку ему на плечо.
— Как самочувствие? Я только вернулся в Цзянчэн, как узнал, что ты снова загремел в больницу?
Юй Линь посмотрел на сияющее открытой, беззаботной улыбкой лицо и скривил губы:
— Лишился своего драгоценного аппендикса.
Он вспомнил: Пэн Сюйчжоу учился в университете на режиссера-постановщика и еще до окончания учебы околачивался на съемочных площадках, постигая реальное ремесло.
Режиссер...
Э-э...
— Чего это у тебя вдруг такая похабная улымочка? — Пэн Сюйчжоу передернуло от жуткого предчувствия.
Юй Линь оскалил зубы и легонько двинул его кулаком в плечо.
Наскоро пообедав, они болтали обо всем подряд: от начала и до конца Пэн Сюйчжоу взахлеб трещал о каких-то чудаковатых происшествиях на съемочной площадке и о приобретенных навыках, горячо заявляя:
— Вот выучусь как следует, и сниму для тебя — моего лучшего друга — документальный фильм.
— Я даже название уже придумал: ну… что-то вроде Настоящий юноша Юй Линь.
Юй Линь склонил голову набок, переводя взгляд с его рваной челки на искрящиеся искренним энтузиазмом глаза, и, покусывая палочки для еды, нерешительно протянул:
— Старый Сюй… У меня тут есть к тебе одна малая просьба!
Пэн Сюйчжоу снова передернуло.
--
Вскоре у входа в один из крупнейших книжных магазинов Цзянчэна припарковался эпатажный Куллакан цвета яркого апельсина с аэрографией Пикачу. Пэн Сюйчжоу, тщательно замаскировавшись — в кепке и медицинской маске, — с опаской зажал в пальцах бумажку и, помявшись добрую половину минуты, все же направился к стойке информации. Слегка кашлянув, он произнес:
— Здравствуйте, скажите, пожалуйста, есть ли у вас книги таких жанров в рекомендациях?
Сотрудник приветливо улыбнулся:
— Книги какого именно жанра вас интересуют?
Пэн Сюйчжоу постарался сделать голос как можно более ровным и выдавил из себя:
— Что-нибудь вроде о-я-я-ейн-мэн отношений между мужчинами, ин-це-ста, попаданок в книги, силовой романтики, психо-па-тов, тюремного за-то-че-ния… Э-э-м и прочего в таком духе. Скажите, найдется что посоветовать?
http://bllate.org/book/35076/4330731
Готово:
