Ранее он даже подумал, что этот мужчина довольно симпатичный… Хм! Беру свои слова назад.
Ощущение надвигающейся опасности заставило его обернуться к Сяо Пуляну. Он внимательно присмотрелся, не проявляет ли тот признаков девичьей влюбленности, а затем осторожно спросил: Сяо Пулян, тебе не кажется, что этот парень очень красив?
Сяо Пулян: — ?
Сяо Пулян: — …
Тун Тун заволчался: почему он молчит? Неужели…
Тун Тун внезапно принялся с жаром увещевать: Я тебе так скажу, такие юноши, как ты, очень легко ведутся на подобные сюжеты с героем, спасающим красавицу. Ты не попадись на удочку… бла-бла-бла.
На лбу Сяо Пуляна, казалось, вздулась вена: Такие юноши, как ты? …Это какие?
Увидев, что Сяо Пулян непробиваем, Тун Тун в конце концов запаниковал: Да не смотри ты, что он красавчик! А вдруг у него там всё плохо?!
Конечно, Тун Тун нес чепуху, просто он до смерти боялся, что Сяо Пулян положит глаз на этого мужчину. Ведь он — Система, призванная оберегать целомудрие Сяо Пуляна.
Он не забыл о задании, которое дал ему Главный Бог: охранять невинность Сяо Пуляна.
Сяо Пулян: — …
Цинь Молинь: — …
Сяо Пулян поначалу не хотел вмешиваться, но, слушая всё более нелепые речи Тун Туна… он уже не мог терпеть.
В этот момент Цинь Молинь перед ними внезапно обернулся и посмотрел на Сяо Пуляна с многозначительным, слегка сложным выражением лица.
Он не ожидал, что человек, которого он защитил от нападок толстяка, думает о нем подобное…
Он на мгновение не знал, как на это реагировать.
Сяо Пулян, словно что-то почувствовав, взглянул на него, прищурился, а спустя долгое время опустил голову и замолчал.
В душе же он подумал: Кажется, эта Система немного отличается от других.
Тун Тун, видя такую реакцию Сяо Пуляна, решил, что тот прислушался, и почувствовал облегчение. Угроза миновала, и он приземлился на плечо Сяо Пуляна, коснувшись его своей нарисованной лапкой.
{Оказывается, я могу по-настоящему соприкасаться с чем-либо, только если хозяин прикасается ко мне!}
Сяо Пулян слушал радостный системный голос и ощущал это пробное движение.
Поразмыслив об уникальности этой Системы, он решил… пока что потерпеть Тун Туна.
Игроки, вытянувшие шеи в ожидании того, как Сяо Пуляна изобьют до кровавого месива, не ожидали, что на полпути появится такой неожиданный заступник.
— Что за геройство, спасение красавицы? Ты один тут такой смелый? — послышались ругательства, но его товарищ тут же дернул его за рукав: — Замолчи, это же ОН.
— Темная лошадка Цинь Молинь, терроризирующий всё бесконечное пространство убийца, который в первом же подземелье прорвался через все уровни. Могущественный игрок, чьи Баллы ужаса мгновенно вознесли его в сотню лучших.
Услышав это, тот человек сразу умолк — с таким персонажем ему точно не тягаться.
Теперь он смертельно перепугался и хотел дать себе пощечину за свой длинный язык, надеясь, что тот его не услышал.
Сяо Пулян отвел взгляд. Цинь Молинь, значит…
Игроки, увидев, что заступился именно Цинь Молинь, принялись шумно обсуждать происходящее. Похоже, сплетни — это инстинкт, независимо от того, реальный ли это мир или бесконечный.
Ли Шэн был опытным игроком, прошедшим пять подземелий, и вокруг него сформировался негласный круг последователей.
Он первым вышел вперед, чтобы предложить Цинь Молиню дружбу и сгладить углы.
Он посмотрел на разъяренного толстяка и посоветовал ему не наживать лишних проблем.
Толстяк и без того был в ярости, а от этих слов разозлился еще больше: — Ты хрен с горы, что заставляешь меня так разговаривать? Не лезь не в свое дело!
В этот момент Ли Шэн достал из кармана предмет — желтый бумажный талисман. Он опустил глаза, чтобы никто не увидел в них боли от потери ценного артефакта. Он потратил целое состояние, чтобы подлизаться к Цинь Молиню, надеясь, что тот, оценив жест, поможет в трудную минуту… а лучше всего — заключит союз.
Хотя он и был опытным игроком, он всё еще оставался на самом дне, влача жалкое существование на грани выживания, поэтому, конечно, не мог сравниться с темной лошадкой, прошедшей S-сценарий.
— Этот талисман может защитить от одной смертельной атаки. Брат, окажи мне услугу, давай на этом закончим, а?
Толстяк, чьи глаза покраснели от гнева, даже не взглянул на предложенную вещь, отмахнувшись: — Что за мусор ты мне суешь? Я — Ван Фупэн, у меня такого добра навалом, не тебе мне его дарить!
Лицо Ли Шэна побледнело. Он понял, что слова Ван Фупэна имеют двойной смысл: он назвал мусором не только дар, но и самого дарителя. Ему стало очень не по себе.
Люди из команды Ли Шэна начали перешептываться, но Ван Фупэн, похоже, не слышал недовольных голосов, а снова набросился на Цинь Молиня: — А ну проваливай! Ты что, его дружок? Не уйдешь — достанется обоим!
Неизвестно, как этот толстяк прошел предыдущие три подземелья — стоило эмоциям взять верх, как он переставал соображать.
Кто-то предположил, что у толстяка наверняка есть какой-то секретный артефакт, раз он такой наглый, иначе он просто законченный идиот.
Лишь кое-кто, кто совсем недавно побывал в объятиях этого толстяка, вытащил из кармана нефритовый кулон, который ему не принадлежал, и довольно улыбнулся.
Не стоит считать того, кто позволил толстяку потискать себя, простаком. В подземелье нужно иметь хоть какие-то средства, чтобы выжить. А если толстяк из-за этого погибнет — что ж, это только его невезение.
Он бросил на толстяка взгляд, в котором читалось пожелание удачи, и затерялся в толпе, наблюдая за представлением.
В этот момент атмосфера резко изменилась, и мощное давление стало мешать дышать.
Раздался звук аномального объявления, подобно погребальному колоколу, разнесшемуся над кампусом. Каждое слово резало, словно острый нож, по натянутым нервам игроков.
【Добро пожаловать, игроки, в подземелье Сладостная школа.】
【Пожалуйста, соблюдайте школьные правила. Уйти можно будет только в день выпускного через двенадцать дней. За преждевременный уход игроки понесут наказание.】
【Правила таковы:
Первое: отвечая на вопросы учителя, ни в коем случае нельзя ему перечить.
Второе: в школьных коридорах запрещено бегать и обниматься за плечи.
Третье: запрещено прогуливать занятия, опаздывать и шуметь в классе.
Четвертое: бесплатные обеды для малоимущих в четвертом окне столовой выдаются по понедельникам, средам, пятницам и воскресеньям; избегайте красного меню.
Пятое: в общежитии ровно в десять вечера проводится проверка. Если вы не вернетесь к этому времени, после десяти он уже не будет вашим одноклассником.
Шестое: в двенадцать ночи необходимо выключить свет и лечь спать, закрыв двери и окна. Если за окном появятся странные звуки, ни в коем случае не смотрите.
Седьмое: комната для самоподготовки абсолютно безопасна, в ней можно находиться не более двух часов за раз. В комнате для самоподготовки необходимо соблюдать тишину, иначе последует наказание от администратора.
Восьмое: в кабинете Директора можно взять справку об освобождении, при условии, что вы сможете заплатить цену.
Девятое: при ранениях можно обратиться в Медкабинет. Обратите внимание на медработника с красными глазами.
Десятое: Учитель физкультуры придает большое значение физическому развитию студентов, будьте внимательны к безопасности собственного тела во время занятий.
Одиннадцатое: перед сном убедитесь, что ваш сосед — обычный человек. Если заметите отклонения — шшш…
Пятнадцать шшш… двадцать…】
Трансляция правил внезапно стала прерывистой, сопровождаемая пронзительным скрежетом, будто сломанные мехи. В конце этого скрежета, с очередным шшш, прозвучало последнее правило:
【Двадцать четыре: среди правил есть одно неверное, пожалуйста, игроки, вычислите его самостоятельно.】
【Желаю игрокам приятной игры, хи-хи-хи…】
Зловещий голос, сопровождаемый жутким смехом, постепенно стих.
В воздухе повис страх перед чем-то неведомым.
Голоса игроков раздавались один за другим:
— С объявлением что-то не так? Почему я не услышал правила посередине?
— Я тоже не слышал! Это сделано специально! Чтобы вы пробовали всё ценой своих жизней. Всё, это суперсложное подземелье с Аномалиями, мы все обречены!
— Это мое второе подземелье, мне всего двадцать восемь, я не хочу умирать! У кого есть предметы для спасения жизни? Я отдам вам все свои Баллы!
Система слушал это с легким оцепенением: Что делать, если не запомнил правила?! Очень срочно. Он потер лицо, мысленно вздыхая: хорошо, что он — Система.
Неизвестно, запомнил ли Сяо Пулян, но до того, как стать Системой, он был игровым стримером. Этот мир похож на те игры, в которые он играл. Опираясь на опыт стримера хоррор-игр, может, он сможет подсказать Сяо Пуляну, что делать?
Игроки продолжали спорить, но шум привлек внимание неведомого существа в тени. Из темноты медленно вышла фигура учителя.
Он был одет в строгий костюм, типичный школьный завуч — мужчина пятидесяти лет с заурядной внешностью. Он неспешно поднял руку, поправляя очки, за которыми скрывались странно краснеющие глаза.
Он остановился и сурово обвел всех взглядом: — Что вы здесь делаете? Почему не идете на занятия?
Голос его был негромким, но по какой-то странной причине доносился до ушей каждого игрока. Площадка мгновенно стихла.
Игроки, на которых он смотрел, почувствовали необъяснимый ужас, а по коже невольно побежали мурашки.
Его красные глаза — он монстр, ужасная Аномалия!
— Почему молчите? Отвечать на вопросы нужно прилежно, — медленно проговорил завуч.
Наступила мертвая тишина. Сотня игроков, оказавшихся здесь, затаили дыхание.
Кроваво-красный взгляд завуча прошелся по толпе и остановился на Ли Шэне, который пытался всех утихомирить.
У Ли Шэна волосы встали дыбом от страха, но, будучи ветераном многих уровней, он быстро взял себя в руки.
Аномалия не станет убивать игрока без причины, если только не запущен механизм правил.
— Э-э, учитель, мы — только что переведенные ученики, как раз собирались идти на урок, — осторожно ответил Ли Шэн.
Завуч перевел взгляд на имя и класс на его нагрудном значке и кивнул.
Затем его глаза остановились на Ван Фупэне: — Студент, разве ты не знаешь содержимое справочника правил? Драки в школе запрещены.
— Что еще за ерунда! С чего бы мне это знать? — Толстяк испугался. Он не ожидал, что нарушил правила Аномалии. Несмотря на статус опытного игрока, перед лицом такой твари он невольно испытал ужас. Но он не терял надежды — у него были предметы для спасения жизни, он не боялся.
Он инстинктивно потянулся к карману, чтобы нащупать их, но рука наткнулась лишь на пустоту.
Холодный пот мгновенно выступил на лбу, дыхание стало частым. Нет, почему их нет? Как такое возможно!
Только теперь Ван Фупэн по-настоящему запаниковал. Его голос дрожал, переходя в плач: — Это… я не знал, незнание не освобождает от ответственности, но я правда не нарочно… Я ошибся, умоляю, пощадите меня…
http://bllate.org/book/35064/4329205
Готово:
