Ранее он уже слышал об одном заграничном способе мошенничества: группа злоумышленников заселяется в отель, а затем заявляет о пропаже ценных вещей, предварительно выведя из строя камеры наблюдения с помощью технических средств, чтобы таким образом получить от отеля денежную компенсацию.
А Чи Чжань в их плане был лишь случайным и совершенно не обязательным неудачником.
— Почему ты на меня уставился?
— Я заплачу за него!
Две фразы, не имеющие друг к другу никакого отношения, прозвучали одновременно. В шумном вестибюле внезапно воцарилась тишина. Все взгляды невольно устремились на этих двоих — в глазах людей читалось любопытство, смешанное с желанием докопаться до истины.
Участники событий были озадачены куда сильнее наблюдателей. Бо Цин сомневался, к нему ли вообще обращается Чи Чжань, однако крепко сжатое запястье недвусмысленно указывало на то, что слова Чи Чжаня адресованы именно ему.
Уставился? Да с чего он взял?
Бо Цин переключился с подозрений в адрес Чи Чжаня на подозрение, что у того что-то не так с глазами.
Чи Чжань тоже был в замешательстве. Он неотрывно смотрел на лицо Бо Цина, недоверчиво хлопая ресницами: неужели он только что сказал, что хочет заплатить за него? Он что, ослышался?
— Что ты только что сказал? — переспросил Чи Чжань, не сводя с Бо Цина пристального взгляда.
— Я сказал, что заплачу за тебя, — Бо Цин странно посмотрел на Чи Чжаня. Ну вот, мало того, что с глазами проблемы, так еще и со слухом.
Мрачное настроение Чи Чжаня, вызванное этой ситуацией, как рукой сняло. Поведение парня, решившего заступиться за него, развеяло всю скопившуюся за эти дни хандру и раздражение.
Он довольно изогнул уголки губ.
Остальные люди в вестибюле были шокированы щедростью Бо Цина — ведь это больше двухсот тысяч...
Больше всех был поражен менеджер отеля. Он знал, что этот молодой человек знаком с тем мужчиной, и вчера вечером они даже жили в одном номере. Однако он не ожидал, что тот так легко расстанется с двумя сотнями тысяч. Похоже, их отношения куда серьезнее, чем казалось. С этой мыслью он посмотрел на Бо Цина с глубоким интересом.
Сам же Бо Цин особо не раздумывал. В его жизненной философии все, что можно решить деньгами, не является проблемой. Вместо того чтобы тратить силы и искать в этой заснеженной глуши кого-то, кто сможет восстановить записи с камер, он предпочел просто откупиться.
У толстяка с пузом глаза заблестели. Он и не ожидал, что все пройдет так гладко. Сейчас он смотрел на Бо Цина, как на ягненка, предназначенного на убой, хотя на лице все еще сохранял фальшивую гримасу:
— Ладно, я не буду вас обирать. Купил эти часы в прошлом месяце во Франции за 290 тысяч. Чек и выписка по карте у меня есть, хотите проверить?
— Не нужно, — лицо Бо Цина казалось ледяным. Он прекрасно понимал, что для такого спланированного преступления мошенники подготовились основательно, и даже если он станет проверять, вряд ли найдет хоть какую-то зацепку.
Толстяк переглянулся с женщиной:
— Тогда переводите деньги!
— Погодите! — внезапно подал голос менеджер, все это время стоявший в стороне.
Лицо толстяка перекосилось:
— Чего еще ждать? Вы тут разыграли спектакль с добрым и злым полицейским? Думаете, мне есть время с вами препираться? Мои часы пропали в вашем отеле! И так удачно, что камеры наблюдения именно сейчас сломались! Какое невероятное совпадение! — Он резко повысил голос, переходя на крик, явно пытаясь оказать давление на отель.
Менеджер вытер пот со лба:
— Мы вызовем квалифицированных технических специалистов, чтобы восстановить записи. Мы обязательно дадим вам исчерпывающий ответ!
— Нет! Я требую решить вопрос прямо сейчас! — толстяк наотрез отказался идти на уступки.
— Это...
Менеджер, разумеется, не мог позволить Бо Цину платить из своего кармана. Он огляделся: любопытные постояльцы сгрудились вокруг, а когда он поднял голову, то увидел, что на верхних этажах люди повысовывались из коридоров, с интересом наблюдая за сценой.
Если эта история разойдется... да что там, даже если не разойдется, этот человек все еще здесь, и он замешан в инциденте. Если он позволит Бо Цину заплатить, как он потом сможет смотреть в глаза человеку, который, очевидно, очень дорог тому, кого он только что пристыдил? Кхм, нет, дело не в этом, а в репутации отеля!
Но найти мастера для восстановления записей прямо сейчас он не мог, да и никто не гарантировал, что данные удастся спасти.
Пока менеджер лихорадочно соображал, Чи Чжань внезапно произнес:
— Я могу восстановить.
Теперь изумились не только толстяк и менеджер — даже Бо Цин невольно перевел взгляд на Чи Чжаня. Тот сохранял спокойствие, будто речь шла о сущих пустяках.
В аппаратной Чи Чжань сел в кресло, и его тонкие, длинные пальцы быстро застучали по клавиатуре. Вскоре на ЖК-мониторе начали загружаться восстановленные файлы.
По мере завершения процесса экран несколько раз мигнул, и перед всеми предстала запись с камер, которую пытались удалить особыми методами.
Толстяк и женщина поначалу держались уверенно, но по мере того, как видео ускорялось, их лица бледнели от ужаса, а сами они заерзали на стульях, будто на иголках.
В конце концов правда всплыла наружу: все было подстроено ими самими. Видя, что дело провалено, мошенники в панике попытались сбежать, но менеджер махнул рукой, и крепкие охранники тут же скрутили обоих, чтобы дождаться окончания снегопада и передать их полиции.
Когда все успокоилось и шумная толпа разошлась, Бо Цин собирался присоединиться к коллективной деятельности фотокружка. Однако из темноты внезапно вытянулась рука и втянула его внутрь. Юноша, который только что следовал за основной группой, даже не успел вскрикнуть, как ему зажали рот и утащили в глубь темного коридора, где он бесследно исчез.
А участники фотокружка, идущие впереди, были настолько погружены в предвкушение общего досуга, что никто из них даже не заметил отсутствия одного человека.
В то же самое время, в укромном уголке замка, куда не проникал солнечный свет, Бо Цин в ужасе расширил глаза. Его рот был накрепко зажат, а мольбы о помощи превращались лишь в невнятное мычание.
Его руки заломили за спину и прижали к стене, отчего ему стало больно. Человек, навалившийся на него, обладал огромной силой. В темноте Бо Цин часто хлопал ресницами, словно бабочка, бьющаяся в предсмертной агонии.
Затем Бо Цин почувствовал, что рука, закрывающая ему рот, внезапно ослабла. Но не успел он даже вдохнуть, чтобы позвать на помощь, как к его губам прижалось что-то горячее. Осознав, что происходит, Бо Цин в мгновение ока округлил глаза и начал отчаянно вырываться.
Что вообще происходит? Бо Цин был уверен, что это сон. Почему?
Его сопротивление было быстро подавлено. Бо Цин почувствовал, как чья-то обжигающая ладонь крепко обхватила его за пояс, с силой притянув к себе. В следующую секунду рука резко надавила, и Бо Цин против своей воли оказался прижат к нападавшему всем телом.
Это был долгий, влажный и невероятно страстный поцелуй — словно человек пытался выплеснуть накопившееся, или же это было падение в бездну, из которой невозможно выбраться.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем губы Бо Цина наконец отпустили. Он судорожно пытался отдышаться, но в следующее мгновение его подбородок снова грубо схватили, и, прежде чем он успел прийти в себя, тот же человек снова прильнул к нему с яростной решимостью.
Опять? Бо Цин решил, что этот тип просто сумасшедший.
В темноте особенно отчетливо слышались двусмысленные влажные звуки. Когда все закончилось, Бо Цин чувствовал себя совершенно обессиленным, его глаза покраснели. Когда его руки отпустили, человек лишь на мгновение придержал его, чтобы он не рухнул. Вскоре Бо Цин ощутил, что все прикосновения незнакомца исчезли.
Он ушел.
В темноте остался лишь Бо Цин, пытающийся выровнять сбившееся дыхание. Если бы на его теле не осталось следов этого безумия, он бы решил, что все произошедшее — лишь сон.
Через несколько минут Бо Цин, прислонившись спиной к стене, склонил голову и едва слышно прошептал в темноту:
— Трус...
Вечером, вернувшись в комнату, Бо Цин принял душ и переоделся в пижаму. Стоя в ванной, он внимательно рассматривал в зеркале свои припухшие губы. Из-за отека проступила кровь, добавив яркости его и без того бледному лицу. Пока он изучал повреждения, за дверью послышался шум открываемой и закрываемой двери.
Чи Чжань вернулся.
Бо Цин высушил волосы на восемьдесят процентов, взял книгу и лег в кровать. Он игнорировал тяжелый взгляд, который Чи Чжань не сводил с него. Спустя некоторое время Чи Чжань тоже отправился в душ, а когда вышел, увидел, что Бо Цин уже отложил книгу и спит.
Чи Чжань: ...
В полудреме Бо Цин почувствовал, как матрас прогнулся под чужим весом. Чи Чжань в халате откинул одеяло и лег рядом. Выключив свет, он совершенно естественно потянулся, чтобы обнять Бо Цина, но тот безжалостно отшвырнул его руку.
Раздался хлесткий звук удара ладони о плоть.
Чи Чжань ошарашенно уставился на свою руку, на которую совершили покушение, и неверяще произнес:
— Что я опять сделал?
Бо Цин лежал к нему спиной, не проронив ни слова. Чи Чжань посмотрел на свою ладонь, затем на Бо Цина, чья худощавая фигура вырисовывалась в слабом свете, пробивающемся из окна.
Чи Чжань встал с кровати и с щелчком включил свет. Комнату залило яркое сияние. Он обошел кровать и встал у края, но увидел, что Бо Цин крепко зажмурился и плотно сжал губы.
Чи Чжань не выдержал, схватил Бо Цина за плечи, заставил его сесть и развернул к себе, твердо решив добиться ответа.
Он пристально смотрел в нежелающие открываться глаза парня и почти сквозь зубы процедил:
— Почему ты злишься? Разве я сделал что-то не так?
Бо Цин, до этого момента крепко сжимавший веки, внезапно открыл глаза. Не отвечая на вопрос, он задал свой:
— Сегодня меня кто-то украдкой поцеловал. Ты знаешь, кто это был?
Чи Чжань отвел взгляд и, не раздумывая, ответил:
— Не знаю.
Услышав ответ, Бо Цин опустил веки, до предела разочарованный. Чи Чжань, видя его состояние, занервничал. Он взял лицо Бо Цина в ладони, прямо глядя в его глаза, и, словно смирившись, виновато пробормотал:
— Ладно, это был я.
Сказав это, он не решился снова взглянуть в глаза Бо Цину, но тут услышал:
— Почему ты меня поцеловал?
То ли Чи Чжаню показалось, то ли голос Бо Цина в этот момент был необычайно тихим и обволакивающим, словно он заставлял его признаться в чем-то еще.
Бо Цин терпеливо ждал ответа, но так и не дождался того, на что надеялся. Неужели все-таки нет? Он мысленно вздохнул, но, подняв взгляд, увидел на лице Чи Чжаня озадаченное выражение — тот явно не понимал, почему Бо Цин задает такие вопросы. А затем он услышал недоуменный голос Чи Чжаня.
http://bllate.org/book/35044/4325878
Готово:
